Глава 12

От адвокатов за прошедшие дни известия были скудными — они готовы были запустить в дело иски, но я пока поставила все на паузу. Может статься, после этой встречи все обернется так, что мне вернут Аркашу. Вот тогда я и стану решать, что делать дальше.

— Кажется, этот дом, — указал на большущий особняк Иван, когда мы припарковались у ворот забора, который мог посоперничать высотой с небольшой холм.

И зачем честным людям такие огромные изгороди кругом строений? Прятать там золото-бриллианты? На этот вопрос ответа у меня не было, да и задаваться им долго я не стала.

Нас уже ждали. Приветливо распахнулись ворота — видимо, охрана или владельцы дома отследили наше прибытие по камерам наблюдения.

Когда мы прошли к дому, а после — оказались в холле, я почувствовала себя так, будто мне в вены впрыснули чистейший адреналин. Сердце колотилось, а ноги дрожали. Для этой встречи я выбрала простой, но очень элегантный брючный костюм, а Ванька щеголял в джинсах, футболке и пиджаке.

Держа сына под руку, я вошла сначала в небольшой холл, а следом — в гостиную. Здесь нас встретили Владимир Алехин и его жена Марина. Моя душа замерла на несколько мгновений, когда я с разочарованием поняла, что ребенка с ними нет. Но это ощущение было обманчивым.

Мой маленький Аркаша, самый чудесный на свете мальчуган поднялся с пола, на котором лежал на пушистом ковре и что-то рисовал. Я сделала несколько шагов к нему, но тут же остановилась, когда случилось нечто жуткое:

— А-а-а! — закричал Аркадий так громко, что у меня зазвенело в ушах.

На личике его отразилась такая паника и такой смертельный страх, что они тут же передались и мне.

— Ведьма! Ведьма, ведьма! — завопил сын и, сорвавшись с места, бросился к Марине с возгласом, который чуть не сбил меня с ног: — Мама!

Я ведь знала, что он зовет так совсем другую женщину. Даже в какой-то мере успела хоть немного свыкнуться с этой мыслью и оправдать своего сына. Он остался один, без меня, а его потребность в матери, особенно в таком возрасте, была особенно острой. Но одно дело знать об этом, а совсем другое — лицезреть все воочию.

— Мама! Мамочка!

Он зарыдал, уткнувшись в колени Марине, и страх, который сын испытывал, сковал пространство, в котором мы все застыли.

Владимир выглядел весьма озадаченным. Он смотрел на эту картину, нахмурив брови. И пока сердце мое разрывалось на миллион кусочков, а я сама заледенела, Иван сказал удивительно твердым и властным голосом:

— Вы видите, что ей нехорошо?

Я не сразу поняла, что он обо мне. Взяв под локоть, старший сын проводил меня к дивану. Усадил на него, тем самым показывая, что прием Аркашки не изменит наших планов. И мы не побежим отсюда только потому, что меня приняли за ведьму.

— Марин, пока уведи его, — мягко попросил Алехин-старший. — Немного позже мы решим, что с этим делать.

Я не знала, о каких именно сроках говорит Владимир — попытаюсь ли я снова прямо сегодня хотя бы обмолвиться парой слов с Аркашей, или же мы отложим все на потом, когда они поговорят с ребенком и все объяснят?

Внезапно мне в голову пришла мысль — а что если все это спланированная акция? Мне не хотелось думать плохо ни о Владимире, ни о его жене, но в последнее время я уже ничему бы не удивилась. А что? Они вполне могли постоянно пугать сына моей фотографией, рассказывая, что я злая ведьма и его украду.

— Я сейчас приду, — пообещала Марина. — Оставлю его Элли и вернусь.

Они удалились, я лишь успела услышать по обрывкам разговора, что обсуждение касается ведьм и сказок. А когда Аркаша пропал из виду, мне пришлось выписать себе пару моральных оплеух, чтобы немного отрезвиться.

— София, я очень рад, что с тобой все в порядке, — сказал Владимир, присаживаясь напротив. — Выпьете что-нибудь?

На внука он почти не смотрел, и Иван отвечал ему абсолютной взаимностью. И хоть меня всегда коробили отношения близких людей, которые всеми силами показывали, что они друг другу чужие, я уже начинала перенимать эти правила игры.

— Мам, будешь что-то? — спросил Ваня.

— Может, немного воды, — пожала я плечами, не особо способная сейчас сосредоточиться на чем-то помимо той горечи, которая меня убивала.

Пока Алехин отдавал распоряжения по поводу напитков, я понемногу приходила в себя.

— Мне очень жаль, что он так странно отреагировал, — сказал Владимир, поднявшись и лично подав мне стакан воды. — Возможно, Аркаша немного переутомился.

Я вспомнила, с каким пиететом не так давно Роман перечислял, чем занимается наш сын. Немудрено, что он мог перетрудиться.

— Я хочу снова с ним повидаться прямо сегодня, — с нажимом сказала я. — Рассказать ему про то, что его мама — это вовсе не Марина. И впоследствии его забрать. Желательно прямо сегодня, но тут уж как выйдет…

Конечно, я не стану делать ничего, что навредило бы Аркаше. И если понадобится время на то, чтобы он ко мне привык (а по щелчку пальцев это не получится, в чем я отдавала себе отчет), пусть так и будет.

Однако Владимиру, кажется, мои слова категорически не понравились. Он закинул ногу на ногу, небрежно оперся на спинку дивана и ответил:

— Я не думаю, что это хорошая идея…

Ваня рядом начал буквально полыхать негодованием. Мне даже не нужно было смотреть на старшего сына, чтобы это понять. Но когда он попытался что-то сказать, мой бывший свекор вскинул руку и размеренно пояснил, обращаясь только ко мне:

— Посуди сама, Соня… Я слышал, что у вас творится дома и какие войны тебе устроила Анжела. Ты хочешь забрать сына туда? Или может, к твоему… жениху? Как его бишь…? Кажется, Сотников Арсений. Пару раз отличался за езду в нетрезвом виде, а пока гулял, не оперившись, переспал с половиной города…

Он намеренно выводил меня на эмоции и, надо отдать ему должное, Владимиру это удалось. По крайней мере, меня зацепило то, о чем он говорил, потому что я ничего не знала об Арсе и сейчас он мне на это указал прямым текстом.

— Дед, это не твое дело, — оборвал словесный поток Владимира Иван.

Бывший свекор вскинул руки и с улыбкой посмотрел на внука.

— О том, что ты на него работаешь, я тоже наслышан. Меня в некотором роде поразило то, что ты никакого интереса к нашему семейному бизнесу не проявлял, а тут бросился помогать совершенно чужому человеку…

Дед и внук какое-то время испепеляли друг друга взглядами, затем Ваня сказал:

— Когда твой отец — неблагодарная сволочь, готовая сгноить женщину, родившую ему наследников — выбор очевиден.

Я протянула руку и сжала горячие сухие пальцы Ивана. Я была очень благодарна за то, что он сделал и о чем сейчас говорил, но таким образом мы ничего не добьемся. Однако Владимиру речь внука понравилась.

— Ты вырастила достойного мужчину, София, — похвалил он.

— И планирую сделать это с Аркашей тоже, — тут же вывела я беседу в нужное русло. — Владимир, я намерена забрать сына, как и говорила. Я способна обеспечить своих детей всем. И если вы не отдадите мне моего ребенка добровольно, придется действовать через суд. Чего бы мне делать не хотелось — ведь это отнимет время и у меня, и у вас, а результат будет тот, который нужен мне.

Я говорила спокойно и уверенно, но внутри меня разрывали на части миллионы демонов. Здесь, в нескольких шагах, мой Аркаша. Такой взрослый, родной… И два года его жизни уже прошли мимо меня, а сейчас я чувствовала, как теряю каждую драгоценную секунду, которую могла бы проводить рядом с сыном…

— София, извините, что вмешиваюсь в ваш разговор, но вы должны знать! — раздался чуть надрывный и истеричный голос Марины, которая присоединилась к нам в гостиной и теперь, подойдя к мужу, присела рядом с ним. — Я буду бороться за сына до последнего. И вам его не отдам!

Это было весьма неожиданно, но порядком меня разозлило. Я вынашивала этого ребенка! И именно меня он считал матерью полтора года. И если бы не та авария…

— Это мой ребенок, Марина. И если ты его пугаешь какими-то россказнями про ведьму — пусть этим занимаются судья, психологи, органы опеки! — звонко сообщила я жене Владимира. — Я привлеку всех, кого потребуется, чтобы мой сын, которого я вынашивала под сердцем, которого я в муках рожала и кормила грудью был со мной. А сейчас я не забираю его лишь по той причине, что он запуган.

Посмотрев на Алехина-старшего, который был здесь главным, я спросила, склонив голову набок:

— Или вы хотите мне сказать, что сейчас, если я поднимусь за сыном, которого имею полное право забрать, вы не дадите мне этого сделать?

По мелькнувшему в глазах Владимира предупреждению стало ясно — не дадут. И вышвырнут меня прочь, как воровку, прокравшуюся в этот дом.

— Ты так не поступишь, София. Ты же видела, как на тебя отреагировал Аркаша. И я не позволю, чтобы мой наследник жил черт знает где…

— Он зовет меня мамой! — заявила Марина.

— Я очень благодарна за то, что вы приютили сына, пока меня не было, но теперь я вернулась и могу воспитывать своего ребенка сама.

Поднявшись с дивана, я поправила сумочку на плече. Раз не вышло по хорошему, значит, придется действовать через суды и прочие инстанции. Но видит бог, я не хотела всей этой возни, которая лишь отнимет у меня нервы и время.

— София, почему ты такая упрямая? — спросил Владимир, тоже вставая на ноги следом за мной. — И почему не хочешь подумать над всем головой? Ты нуждаешься в восстановлении. Займись собой, я прошу. Знаю, что Рома поступил плохо и сильно урезал твое финансовое содержание. А тебе нужно много средств на всякие программы и прочее, которые займут годы. Я дам тебе эти деньги! Твой сын живет в идеальных условиях. Он — наследник огромной корпорации… Он будет выращен в лучших традициях нашей семьи. У него будет роскошная жизнь, поверь. Его потребность в матери сразу была перекрыта Мариной. Как только ты угодила в реанимацию — Мариша сразу же взяла на себя все заботы об Аркаше. Я бы на твоем месте завидовал сам себе — ты выжила, ты почти пришла в себя… А у тебя еще и сын оказался в таких условиях, за которыми бы другие матери в очередь встали для своих отпрысков. Так займись своим здоровьем, пока твой сын находится в самых лучших руках!

Я сухо рассмеялась над тем, какие увещевания звучали из уст Алехина. Нет уж, меня такими сладкими речами броситься на скалы не заставишь.

— Спасибо за ликбез, Владимир. С вами свяжется мой адвокат. Понимаю, что скорее всего, полиция у вас прикормленная, так что вызывать сюда наряд бессмысленно. Но я уверена, что на свете есть еще некоррумпированные люди, которые точно мне помогут.

Я направилась к выходу, Иван последовал за мной. Марина позади тонко всхлипнула, а когда мы покинули дом, оказалось, что бывший свекор так просто отпускать нас не намерен.