Глава 15

Вечером этого же дня была организована встреча с моим бывшим мужем. Иван и Арсений присутствовать на ней по моей просьбе не стали. Алехин хоть и не настаивал на том, чтобы я увиделась с ним без лишних ушей, но намекнул, что лучше провести беседу тет-а-тет. Потому вместо его офиса была выбрана другая локация.

Учитывая тот факт, что встречались мы в ресторане, в окружении людей, а Арс пообещал мне, что будет неподалеку и в любой момент, если то понадобится, примчится, я не переживала за исход разговора. Да и вообще не волновалась в принципе — было сложно переплюнуть тот спектр отрицательных эмоций, который я испытала сегодня при посещении дома Алехина-старшего.

— София, ты прекрасно выглядишь, — сказал мне Роман, поднявшись из-за столика, за которым ждал меня.

Я устало фыркнула. Последнее, что мне хотелось — слушать сомнительные комплименты от мужа, из-за которого все дерьмо моей жизни, по сути, и случилось.

— Давай без этого, Алехин, — попросила я, присев за столик. — Говори, за чем позвал, и я поеду домой.

Он вскинул брови и подозвал официанта.

— Домой? Кажется, дома ты не живешь.

Когда я услышала это, настала моя очередь испытывать удивление.

— Теперь ты называешь наш коттедж общим домом? Интересно, — протянула я.

Роман сделал заказ и посмотрел на меня так, как смотрел в тот момент, когда мы были влюблены и женаты. Даже странно было ощущать себя вернувшейся в прошлое. Туда, где я уже совсем не хотела быть.

— Софа, мне очень жаль, что Анжела поступила так, как поступила. У нас с женой в последнее время отношения, мягко говоря, не очень. И, возможно, мы даже разведемся. Она меня не слушает, она часто пропадает черт знает где…

Он кашлянул и ослабил узел галстука, будто тот мешал ему говорить. А я ждала продолжения, гадая, для чего Алехин в принципе делится со мною обстоятельствами его личной жизни.

— Я позвал тебя кое-что обговорить, — все же сказал Рома по прошествии минуты. — Мне не дает покоя то, что я ношу за пазухой словно камень. Ведь на измену я пошел не просто так. Я пытался защитить тебя и нашу семью, София…

Господи, и он рассчитывал на то, что я поверю в эту чушь? Ведь даже звучало это, мягко говоря, абсурдно. Я залез в постель другой бабы потому, что тебе нужна была защита…

— Мой бизнес стремительно развивался, но однажды я не просто перешел дорогу конкурентам, а невольно подставил одного важного человека. И тогда посыпались угрозы. В первую очередь — мне. Потом — моей семье, — продолжил Роман.

Он снова схватился за узел галстука и, наконец развязав его, отбросил в сторону. Я наблюдала за всей этой кипучей деятельностью с вежливым интересом. А у самой в голове копились и копились вопросы. Например, особенно интересовало меня то, что было связано с аварией. Нас пытались убить? Но кажется, Иван, когда навещал меня в клинике, говорил, что во время следствия никаких доказательств того, что это было покушение, не отыскали.

— Я испугался за вас, Соня. За тебя, за наших детей. Потому и попытался переключить внимание на Анжелу. Она с самого начала была… нанятой актрисой. Изображала мою любовницу, с которой у меня якобы закрутился роман.

Поджав губы, я с огромным трудом сдержалась и не стала перебивать Алехина. Но все сказанное им звучало настолько абсурдно, что у меня в голове не укладывалось — как Рома мог это сочинить? И как вообще надеялся на то, что я поверю? Особенно учитывая те новые обстоятельства, о которых я знала в данный момент.

— Когда я сказал тебе про измену, я преследовал одну цель — ты должна была уйти. Переехать, исчезнуть на время с детьми. Конечно, я сделал все, чтобы это выглядело правдоподобно, потому ты ни о чем не должна была догадываться. Ну а потом ты сама все знаешь, — развел он руками. — Авария, кома…

Он откинулся на спинку стула и посмотрел на меня выжидательно. Что хотел услышать в ответ от человека, на которого вывалили ворох откровений, больше похожих на бред сумасшедшего, я не знала. Но кое-какие вопросы задать собиралась.

— Твоя театральная деятельность, которую ты развил вокруг спасения своей семьи, привела к тому, что ты в итоге решил жениться на Анжеле, а обо мне забыть. Так? — уточнила я, склонив голову набок.

Заданный вопрос был неприятен Роману, но все же он не стал выказывать отрицательных чувств и ответил:

— Я не забывал о тебе, Софа. Но лучшим выходом стало то, что ты оказалась в клинике, Иван — ушел из дома, а Аркашу забрал мой отец.

Я невесело усмехнулась. Лучший выход… Я бы так это не назвала даже если бы окончательно свихнулась.

— А как же ты решился на то, чтобы создать новую семью, Ром? М? Или уже не боишься, что твоего сына, я имею в виду Виктора, убьют?

Алехин поджал губы и замотал головой.

— Я решил вопрос с теми людьми. Больше они опасности не представляют.

— Значит, тебе можно расходиться с Анжелой и снова жениться на мне? — едва сдержавшись, чтобы не хохотать во все горло, задала я самый идиотский из всех возможных вопросов.

Однако его Алехин воспринял всерьез.

— А ты этого хочешь? — уточнил бывший муж в ответ.

Мои глаза, которые округлились помимо воли, стали наиболее удачной иллюстрацией к тому, что я ощутила в душе, когда услышала слова Алехина. Он же все это в шутку, я права? Придумал сначала каких-то злодеев, потом историю про «лучший выход» для всех. Только для чего он мне сейчас вешал на уши всю эту лапшу?

— Ром… Все, что я сейчас хочу — вернуть себе Аркашу и жить свою спокойную жизнь. Я даже готова тебе продать ту часть дома, которая принадлежит мне. Давай сговоримся на какую-нибудь сумму, которая будет чуть ниже рыночной. Мне нужно жилье, а тебе — покой. А если ты посодействуешь в том, чтобы твой отец привез мне нашего сына, то у нас даже могут остаться друг о друге хорошие воспоминания, — приврала я, снабдив сказанное легкой полуулыбкой, в которой искренности не было ни на грамм.

В ответ бывший муж нахмурил брови и, кажется, очень крепко задумался о сказанном.

— Нет, Соф… Это исключено, — наконец, ответил он. — Марина никогда и ни за что не отдаст тебе Аркадия по собственной воле.

Упоминание жены Владимира ударило по напряженным нервам. Я мгновенно закипела негодованием.

— Она не имеет права удерживать его силой! Я буду судиться за право вернуть своего ребенка! И ты, как его отец, можешь оказать мне в этом содействие! Если уж считаешь, что виноват передо мною за сделанное…

Я едва сказала эти слова, как поняла — никакого чувства вины Роман не испытывает. Напротив, он уверен в том, что все это время поступал совершенно правильно. Во благо мне и нашей семье.

— София… Аркаша в прекрасных руках. Марина его очень любит… У нашего сына отличные жизненные перспективы. И сама посуди — все это только на пользу еще и Ивану. Если раньше он вообще не думал о том, что мужик должен зарабатывать деньги, посмотри на него сейчас. Да он не только справился с финансовым бременем, которое на него возложила потребность поставить тебя на ноги, но еще и сможет содержать тебя, пока ты окончательно не поправишься.

Алехин говорил об этом не без гордости, будто бы хоть отчасти приложил к росту Вани руку. Из его уст это звучало гадко и мерзко…

— Значит, ты не станешь помогать мне в том, что я озвучила? — уточнила еще раз, чтобы поставить точку в беседе с Романом.

Меня вовсе не интересовали его идиотские причины, по которым он мне изменил. И даже если бывший муж сказал правду, это не отменяло факта того, во что сейчас превратилась моя жизнь.

— Марина его очень любит, София! И Аркаша уже считает ее мамой. Не наноси ему моральную травму! И себе — в первую очередь, ведь отец и его жена будут драться за нашего сына зубами и когтями.

Взглянув на Рому как на насекомое, которым сейчас для меня он и являлся, я кивнула сама себе. Произносить что-то еще — было равносильно тому, чтобы кинуть новую горсть бисера перед неблагодарной свиньей. Потому я сделала то единственное, что просилось само по себе — встала и, не прибавив ни слова, ушла.

А когда села в машину Арсения, который приехал за мной через несколько минут, сказала Сотникову лишь одну фразу:

— Проси адвокатов запускать в ход все подготовленные иски.