Глава 22

Меня схватил за локоть какой-то пожилой мужчина. Я воззрилась на него с недоумением, не сразу понимая, что от меня хотят и мне говорят. А когда до моего сознания это все же дошло, я на мгновение застыла, испытывая облегчение, а потом снова забегала перед нашей с Арсом машиной.

— Там… мой жених! Его нужно срочно вытаскивать!

— Все уже делаем, присядьте!

Он аккуратно, но настойчиво усадил меня в свою машину, сказал кому-то:

— Валер, чаю налей девушке.

Я запоздало сообразила, что ровно в такой же ситуации оказалась два года назад. И тогда у меня было ощущение, что все это подстава. Подстроенная авария… Точно так же на нас, словно из ниоткуда, вылетел какой-то черт… Точно так же водитель не успел на это среагировать.

— Вот, возьмите, пожалуйста, — обратился ко мне парень лет двенадцати.

Он стоял рядом с открытой дверцей и протягивал крышку от термоса, в котором плескался какой-то горячий напиток, испускающий пар.

— Вам повезло, вы живы… А там тетенька… кажется, того…

Он выразительно посмотрел на небо, смешно закатив глаза. Вернее, веселья в этом не было никакого, но я отчего-то все равно нервно хихикнула.

— А мы с дедушкой на тренировку ехали сзади вас. Чай вот взяли мне попить. Я в шахматы играю, дед говорит мозг когда сильно включается, то в горле пересыхает, — начал болтать Валера, что было даже хорошо.

Это помогало мне переключиться мыслями на реальность, а не погружаться в прошлое, куда меня невольно утягивало, как я ни старалась не позволить этому случиться.

— Спасибо, — сказала я Валерию, выпив горячий сладкий чай, который меня привел в чувство.

Вернула ему крышку-стаканчик и вышла из машины. А когда увидела, что Сотникова удалось вызволить, бросилась к нему.

Спецслужбы приехали быстро — Арса усадили в карету скорой помощи, стали осматривать, оставив меня на улице.

— Софии тоже нужна помощь! — заявил он, указав в мою сторону. — Она была со мной в машине.

А дальше последовала череда событий, в которой я принимала участие так, словно была роботом. Отвечала на вопросы, оставляла свои данные, бесконечно о чем-то говорила с разными людьми.

Видела лишь, что из той, второй машины кого-то вынесли и увезли, а потом настала и наша очередь ехать в клинику, потому что рука Сотникова сильно пострадала и ему требовалась операция.

Позвонив сыну, я сказала ему, что пока мы не вернемся, а на все расспросы пообещала ответить позже. После чего мы отправились в больницу, и этот факт словно бы замкнул тот адский круг, в котором я оказалась два года назад. Но теперь все случилось с несколько иным исходом.

Пока Арсению делали операцию, я ждала. Была уверена в том, что все пройдет хорошо, но все равно не могла успокоиться, потому сидеть в коридоре в бездействии было выше моих сил. Выйдя из корпуса клиники, я прошлась по скверу, размышляя о том, как же повезло, что мы не стали брать с собой Аркашу! Еще не хватало, чтобы малыш получил настолько отрицательный опыт в жизни.

— София! — вдруг окликнул меня знакомый голос, который я бы предпочла больше никогда не слышать в своей жизни.

Это был Владимир Алехин, и неожиданная встреча с ним ввела меня в состояние ступора. Сам бывший свекор шел ко мне по дорожке сквера быстрым шагом, и только полы пальто развевались за его спиной, будто бы крылья у ангела мщения.

— Соня, я все знаю… Как хорошо, что ты не пострадала… Аркаши же с вами не было, я правильно понял? — начал говорить он то, что я воспринимала так, словно это доносилось до меня из параллельного мира.

И только и могла, что тупо смотреть на Владимира и молчать.

— София… За рулем второй машины была Марина, моя жена… — проговорил Алехин приглушенным голосом. — Я узнал о случившемся от Романа. Он ехал за вами и должен был забрать Марину и увезти, когда бы она устроила столкновение. А сами они узнали о том, что Сотников будет в офисе с тобой от секретаря Арсения… Так что я в курсе если не всего случившегося, то основную суть уловил… Давай поговорим? Мне есть, что тебе сказать и отдать, Софа.

Я перевела взгляд на то, что протягивал Владимир. Это были документы Аркаши — его свидетельство о рождении в темно-синей обложке со смешной черепашкой, а еще медицинская карта и все, чем сын успел обзавестись за свои три с половиной годика.

Забрав то, что существенно облегчит мне жизнь в дальнейшем, я сказала:

— По правде говоря, считаю, что говорить нам с вами не о чем, Владимир.

Алехин кивнул и взял меня под локоть, как будто тем самым показывая, что не отпустит, пока мы не побеседуем. В противовес этому, его голос зазвучал мягко и без каких-либо угроз или чего-то подобного.

— Я знал, что ты так скажешь… и все же… Свою вину с того, что стряслось, не снимаю и очень не хочу, чтобы мои внуки росли без моего участия.

Мысленно пообещав себе, что сделаю все от меня зависящее, чтобы Аркаша и Иван соприкасались с этой ужасной семейкой Алехиных как можно реже, я высвободила руку, подошла к скамье и присела на ее краешек.

— Вы вспомнили про то, что внук у вас не один и есть еще и Ваня? Или имели в виду Виктора? — уточнила, посмотрев на Владимира.

Он устроился рядом и покачал головой.

— В отношении Ивана я был очень несправедлив. Ровно как и к тебе. Но я искренне считал, что Аркадию будет лучше с нами… А ты бы занялась своим здоровьем.

Я фыркнула и убрала документы в сумку.

— Похоже, подлечить голову, если вы об этом, стоило вовсе не мне.

Владимир закивал и на это. И вдруг удивил меня, ответив:

— Я займусь тем, чтобы Марина прошла полное обследование.

Так она была жива? Этот вопрос чуть не вырвался из моего рта, и, видимо, поняв по моему виду, что я ошарашена, Алехин быстро прибавил, по-своему истолковав то, что было написано у меня на лице:

— Она никогда больше тебя не побеспокоит! Ее сегодня спасло только то, что Марина для своей затеи выбрала джип, а не легковушку. Так бы ей не выжить.

Затея! Он называл смертельную ловушку, которую заготовила для меня эта дура, простой затеей!

— Конечно, она меня не побеспокоит! — язвительно ответила я, гадая, зачем я вообще здесь теряю время. — Потому что если эта сука все же останется жива, я сделаю все, чтобы она сидела в тюрьме. Марина ведь виновата и в первой аварии, я права?

Вскочив на ноги, я воззрилась на бывшего свекра сверху-вниз. Стояла, смотрела на него, вкладывая в свой взор все то, что сейчас бушевало внутри. Но самое главное — обещание наказать виновных, чего бы мне это ни стоило.

— Нет, София… Нет, там была просто случайность! А Рома так вывернул руль, потому что сработали инстинкты и он спасал себя! А сейчас, когда Марина настолько прониклась к Аркаше, что считала его своим ребенком, она поняла, что ее план не сработал. Что попытки запугать малыша твоими фотографиями…

Он осекся, глядя на меня с чем-то вроде жалости в потемневших глазах.

— Продолжайте! — велела я Владимиру. — Ваша жена показывала мои фото моему же сыну и говорила, что я ведьма, так? И вы этого не остановили!

— Я ничего не знал!

Он порывисто вскочил и бросился ко мне. Я отступила и замотала головой, показывая ему, чтобы не приближался.

— Клянусь! Я выяснил все случайно, когда застал Рому рядом с Мариной. Они обсуждали всю эту гадость. Но я и подозревать не мог, что оба решатся на подобное!

Да-да, он ведь говорил о том, что в данном мероприятии принимал участие еще и мой бывший муж. Интересно девки пляшут…

— Роман и ваша жена — любовники? — хмыкнула я, и по тому, как искривилось лицо Владимира, поняла, что попала точно в цель.

— Скорее всего, да, — обронил он глухо, буквально падая обратно на лавку.

Какая же гнусность! Гадость, в которую эта жуткая семейка втянула меня и моего ребенка. Но теперь, слава богу, все было на местах. Дело оставалось за малым — наказать виновных. Посадить Марину, а Рому попытаться привлечь как соучастника. А параллельно заняться тем, чтобы юристы отыскали «хвосты», по которым можно было вернуть себе ту часть имущества, которую прохиндей-Алехин забрал, воспользовавшись тем, что во время нашего развода я была не в состоянии отстаивать свои права.

— София, я предлагаю тебе сделку… От меня — имущество, которым я обеспечу внуков. Аркаша и Иван ни в чем не будут нуждаться. А так же у тебя будут мои обещания, что Марина больше никогда не появится в поле твоего зрения. Но прошу, пусть все считают это случайностью. Моя жена едва жива, врачи будут вытаскивать ее с того света. Потом ей понадобится реабилитация… Она сказала, что сделала это для нашей семьи… Прошу, продай мне шанс для Марины на то, чтобы она избежала наказания и всей этой ерунды, когда ее будут дергать твои адвокаты, следователи, журналисты…

Владимир так и продолжал смотреть на меня умоляющим взглядом. За считанные дни, а может, часы, он заметно сдал. Когда мы виделись в последний раз, это был уверенный в себе и своих силах мужчина, готовый диктовать мне свою волю. Сейчас же все переменилось, и он, заранее наделив меня возможностями, в которых я и сама уже не сомневалась, словно бы стал просящей стороной.

— Я считаю, что преступники должны отбывать наказание. А внуки — в любом случае получить то, что положено им по закону. И вам советую действовать исключительно в рамках соблюдения правопорядка. Подумайте об этом на досуге, Владимир. Ваша семья принесла мне много боли и слез… Самое время платить по счетам.

Сказав это, я развернулась и ушла обратно в клинику. Хотелось как можно скорее увидеть Арса и убедиться, что с ним все в порядке. И прикоснуться к нему желалось до зуда в кончиках пальцев. Он стал моим якорем в той мглистой туманной пучине, в которой я барахталась, пытаясь выплыть.

И теперь я была уверена в том, что пучина превратится в ласковое море. Оказавшись в котором, я буду наслаждаться тем, что заслужила — умиротворением и счастьем.