Глава 31

ДЕМЬЯН Я вернулся к реанимации. Тата сидела, прислонившись спиной к стене, по её щекам текли слёзы. – Врачи говорят, всё может быть бесполезно! Папа умрёт? Я осторожно погладил Тату по руке. – Врачи могут много чего сказать! Тата, всё будет хорошо! Она посмотрела на меня огромными глазами. – Что мы будем делать? Что? – А где Юра? – осторожно поинтересовался я. Тата заморгала и утёрла слёзы. – С нянями, он болен! А почему ты спросил про него? Папа рассказал? Он знал, что умрёт, да? Я едва сдерживался. Конечно, по-человечески мне было очень жаль Тату – каким бы человеком ни был Федотов, он был её отцом и для неё был самым лучшим. Но я понимал: на моих руках кровь, много крови, и меня не остановит ничего – ни он, ни она. Мне нужен пацан. – Я хотел бы поговорить с твоим братом, если ты не против! Тата тяжело вздыхает. – Он мне никто, я его терпеть не могу. Его нагуляла папина очередная жена от охранника, а он забрал ребёнка и воспитал как своего. Наташка бросила сына! У Юрки сердце редкое… – Заболевание? – осторожно поинтересовался я. Тата отрицательно покачала головой. – Нет! У него редкое сердце! У меня потемнело в глазах. – Как звали маму мальчика? – Наташа! А что такое? Я тяжело выдохнул. Ничего, вот и пазл весь сложился. Вера, Юра, а кто же получается третий… МАРАТ Я подхватил Аню на руки и, углубляясь в чащу леса, несмотря на выстрелы, потащил её всё дальше от машины в заснеженную чащу леса. Я не знаю, сколько я прошёл, но выстрелы давно затихли. Опустился на землю, уже давно не ощущая холода – походу, он сковал меня полностью. Аня тяжело и прерывисто дышала. По капелькам пота, отдающимся серебристым инеем над её верхней губой, можно было понять, что Ане очень плохо. Её всю трясло, а я, стащив с неё куртку, подложил под неё и, повернув на бок, вздрогнул. У неё было задето лёгкое… – Потерпи! Я дойду до деревни, я вытащу тебя, потерпи! Аня приоткрыла глаза. Из-под них медленно покатились хрустальные, слегка застывшие, словно снежинки, слёзы. – Я так счастлива, что нашла тебя, сынок! Боялась, что не успею попросить прощения у тебя! Так боялась! Сынок, Вера в большой опасности, как и мальчик. Найди третьего, найди девочку, она… Вблизи послышались выстрелы. – Уходи! Сынок, уходи, оставь меня, уходи! – Они не могли уйти далеко! – послышались голоса. Я склонился к Ане. На её щеках застыли слёзы – навсегда. А у меня в горле встал ком: я ведь только обрёл её, а так ждал всю жизнь…