Глава 24. Неделя рисования и свободы
- Спрашивал про меня? А что спрашивал и кто это был? - тут же встрепенулась я и последовала за Марией.
- Осман. Кажется, - в ванной она вылила уже воду из ведра и намыливала руки.
- А что он хотел?
- Увидеть тебя и пригласить в гости, а то его внук очень по тебе скучает, - улыбнулась женщина. - Кажется, у тебя появился маленький поклонник. Дети любят безоговорочно и ничего не требуют взамен, ты запала ему в сердце.
- Аслан…
- Это его ты нарисовала? - вскинула женщина на меня глаза, а я просто кивнула.
- А что сказал Селим? - сердце уже быстро-быстро стучало о грудную клетку и я словно чувствовала присутствие мужа рядом. Хотя умом понимала, что он не может быть тут, он не знает где я.
- Этого я не услышала, потому что они заперлись в кабинете и госпожа Дилара позвала меня на кухню. А потом когда я освободилась, то этот Осман уже уходил.
- Как жаль, - не сдержала эмоций и ушла на кухню.
Так и гли дни за днем. Мария шла на работу, а я оставалась взаперти в ке квартире. Убиралась, готовила, стиркой занималась.
И рисовала. Очень много и подолгу.
Меня словно допустили к запретному. Я наслаждалась каждой минутой этого дела. И карандаш в руке ощущался как волшебная палочка, с помощью которой я могла на листочке изобразить свой мир. То, как я вижу других людей, предметы вокруг меня и мир за окном.
Из дома я боялась выходить - а вдруг попадусь какому знакомому на глаз и тогда есть вероятность, что все дойдет до Селима. А с ним я пока боялась встречаться лицом к лицу.
Я бы сразу и уехала, но не к кому мне податься и денег нет, чтобы элементарно купить билеты.
Но вот маму вспоминала каждый день и даже снилась она мне ночами. Ей Селим должно быть уже сказал, что ушла… Но каждый раз я думаю, а что подумала мама? Ищет ли она меня? Конда я с ней встречусь и расскажу как было все на самом деле, будет ли она на моей стороне? Ведь она говорила, что надо быть мудрой.
А я вот ушла просто….
Хочу ли я возвращаться? Хочу ли сохранить семью?
Эти вопросы всплывали в голове каждый раз, когда я оставалась сама с собой, когда руки не были заняты работой. И порой сомневалась, что поступаю так как поступаю… и следовало бы вернуться к Селиму.
Но как только закрывала глаза и представляла себе эту картину, то сразу всплывали картины того как Селим перед домом тащит меня за руку, а потом трясет за плечи, как тряпичную куклу, кричит и обвиняет меня в неверности и бьет. Потом еще пощечина и еще.
И тогда я убегала в ванную и держала руки долго-долго под холодной водой, чтобы отогнать наваждение. Точно снова повторяется тот вечер, в не в моем воображении все происходит.
Мария поначалу стучалась ко мне в ванную комнату и спрашивала, а все ли со мной в порядке. Я же отвечала, что все хорошо, просто устала. Но как бы ни было, женщина перестала потом подходить ко мне с неудобными вопросами. И я была очень благодарна ей за это.
Прошла так неделя. Я чувствовала себя ужасно, что живу у чужого мне человека. Как обуза и нахлебница. И все больше задумывалась о том, что можно и на работу устроиться. Правда, на какую-нибудь простую и не на глазах у людей. Например, посудомойкой в кафе или ресторане. Там, вдали от людских глаз меня точно никто не увидит, а так я заработаю хоть на билет на автобус. Вакансии я просматривала периодически на сайтах в стареньком планшете Марии, который она вручила мне для изучения уроков по рисованию в интеренете.
Прошла уже неделя, день изо дня в день повторялся, но мне стало намного лучше. Даже кошмары стали сниться не такие яркие, но все же к шорохам за дверью я все так же прислушивалась и каждый раз думала, что меня могли найти. И каждый раз мои страхи не оправдывались, отчего я чувствовала облегчение.
- Сегодня снова приходил старик Осман, - поделилась Мария неделю в один из вечеров во время ужина.
Меня эта новость как-то не задела, ведь этот добрый старик не имеет ко сне никакого отношения.
- Да? - не отвлекаясь от еды, постаралась проявить мнимый интерес. Но все же я хотела закончить набросок от которого оторвалась когда пришла моя спасительница.
- Да, - Мария явно хотела поделиться этим. По глазам было видно, что сейчас скажет что-то очень важное и я посмотрела на нее, перестав жевать еду. - Он вроде как пришел по делам к Селиму, но и о тебе спрашивал тоже. Но вот твой муж сказал, что ты уехала к матери на некоторое время.
- А моя мама так и не приходила к Селиму? - сердце сжималось от боли при мыслях, что я все же подвела маму. Что опозорила ее и теперь все будут осуждать ее в первую очередь, потому что «не так воспитала».
- Нет, - грустно посмотрела Мария на меня и опустила глаза к своей тарелке. - Может быть Селим сказала твоей матери, что с тобой все в порядке, но ты не можешь подойти к телефону из-за того, что занята делами?
- Может, - тоже уткнулась в свою тарелку, хотя очень хотелось верить в версию Марии. Она успокаивающе погладила меня по плечу. - В любом случае, мне надо побыстрее уехать из города. Я и так у вас тут стесняю…
- Ты хочешь меня обидеть? - с укором спросила Мария, а я вскинула голову и увидела ее недовольное лицо.
- Нет, что вы, - краска отлила от лица и я испугалась, что обидела ее. - Я вовсе не хотела…
- Вот не хотела, - Мария вяла мои руки в свои и сжала, даря тепло своих пальцев, - и думать запрещаю тебе в этом направлении. Только вот Осман спрашивал про тебя, когда я провожала его к выходу.
- Про меня? - встрепенулась от такой новости.
- Да, он сказал, что хотел бы встретиться с тобой лично, потому что он подозревает, что был знаком с твоим отцом.
Мария смотрит на меня как-то слишком внимательно, а у меня перехватывает дыхание и сердце слишком сильно ударяется о грудную клетку.
Неужели есть кто-то кто знал моего папу? Неужели остались еще люди, у которых я смогу спросить про него? Хотя бы немного прикоснуться к его прошлому, может и фотографии есть у дедушки Османа.
- Он мог знать моего папу? - мой голос даже мне самой показался чужим - сиплым и охрипшим. И слова надо было выталкивать через силу. Только надежда зажглась слишком сильно во мне, заглушая голос разума, что факт знакомства не подтвержден.
И только от того, что есть такая вероятность, я уже готова бежать к дедушке Осману. И сию же минуту выпытать все, что он может знать о моем отце. Это как прикоснуться к прошлому и хотя бы на несколько мгновений почувствовать себя рядом с ним.
- Он сказал, что если так и есть, то ты очень на него похожа…
И мое сердце забилось еще чаще. Еще немного и выпрыгнет из груди. Может, дядя Осман и родственников отца знает. И я тоже смогу узнать?
….- Но он хотел бы поговорить прежде чем делать такие выводы.
- Поговорить? - вырвалось испуганно у меня и я затравленно огляделась по сторонам.
Я так привыкла к безопасности в этих стенах за неделю, что кажется, что сделай я шаг за порог и меня тут же скрутят и отведут к Селиму. И тогда я точно больше не выберусь от него.
- Я поеду с тобой, - приободрила тут же Мария, не позволяя углубляться в страхи. - И мы возьмем такси. Поэтому ты даже не волнуйся и не нервничай. Я всегда буду с тобой, дочка, - и нежно по-матерински заправила выбившиеся волосы за ухо. - Ты очень красивая и добрая. И тебе нужно научиться быть сильной, отстаивать себя и свои взгляды. Мы живем в совершенно другое время. Ьы можешь работать и быть успешной женщиной. У тебя обязательно все получится. Только научись бороться за свои мечты, Эльнара.
- Мечты, - безысходно повторила услышанное. - Разве я могу думать о мечтах, когда даже гроша нет за душой. А у вас и дочка своя есть, а она может быть против….
- Моя дочь не против, - авторитетно заявила Мария. - Она сама себя обеспечивает и мне бывает присылает. Поэтому будь на этот счет спокойна.
- Вашей дочери очень повезло с вами. Вы всегда поддерживаете ее, а это самое главное.
- И тебя я тоже поддержу. Ты только сама будь смелее. И если учесть, что Осман все-таки знал твоего отца, может быть, что и бизнес у него был в свое время. А значит, что ты как наследница можешь продолжить его. И не зависеть от других. И свои мечты осуществлять.
Моя спасительница говорила так уверенно и воодушевленно, что мне самой даже поверилось в это. Хотела бы я, ятобы папа что-то о себе в память оставил. Бизнес это, наверное, громко сказано, но мне хватит и кулона или фотографии. Хоть чего-то, что принадлежало бы когда-то папе.
- Я бы хотела, - робко призналась с опущенной головой. - Очень хотела бы узнать что-то о папе.
- Тогда пошли, - внезапно заявила Мария и встала из-за стола, а я смотрела на нее округлившимися от ужаса глазами. - Зачем откладывать на завтра то, что модно сделать сегодня.
- Но сейчас же уже вечер. А вдруг у дедушки Османа встречи.
- А я ему сейчас позвоню и спрошу, - тут же противопоставила женщина с многообещающей улыбкой. Она так и светилась от этой идеи. Казалось, что она уже горит ей, и в любом случае выбьет эту встречу с возможным знакомым моего покойного отца во что бы то ни было. Даже не смотря на то, что я боюсь до жути.
- Он мне как раз дал свою визитку. И я ее положила в сумочку.
Не слушая мои старания убедить не звонить дедушке Осману в такое позднее время, Мария отмахнулась от меня.
Я прошла за ней к шкафу в прихожей, где висела ее сумочка. И все же когда она вынула ту самую визитку из сумочки и сразу стала набирать нужный номер, я взяла ее за руку.
- А может не надо сейчаа звонить? - сбивающимся голосом попросила. - Вдруг он на важной встрече или вообще не любит поздние звонки?
Меня бросало то в жар, то в холод. С каждой секундой становилось все страшнее. А вдруг дедушка Осман откажет и завтра встретиться? Это же неприлично в конце концов!
- Вот если и откажет, то пусть об этом сам и говорит, - снова ни о чем не волнуясь с улыбкой произнесла Мария.
А потом приложила телефон к уху, а я затаила дыхание. Дышать боялась и прислушалась к гудкам в трубке.
Раз…. Два… Три…
Гудки шли, а ответа не слышалось.
Я в отчаянии отвернулась и закусила нижнюю губу, а потом и вовсе зажмурилась. Что же будет дальше? Даже представить боялась.
- Алло, добрый вечер, господин Осман. Это Мария вас беспокоит…
Затараторила она внезапно за спиной. Я тут же повернулась и уставилась на нее с выпученными от ужаса глазами.
-… Господина Османа нет?
Сникла Мария, а я сдержалась, чтобы не вздохнуть в голос. Это ведь было предсказуемо…
- А? - что-то ей сказали в трубке и моя спасительница с удивлением протянула. - А вы кто? Его сын?
И тут же ошарашенно посмотрела на меня и продолжила уже выпрямив спину и более спокойным голосом:
- Передайте, пожалуйста, господину Осману, что Эльнара хотела бы встретиться с ним и поговорить, - собеседник явно что-то уточнял, а Мария чуть закатила глаза, но все тем же размеренным тоном продолжила. - Он знает о чем речь. И он сам просил договориться меня о ней.… Спасибо, господин Имирхан. Тогда завтра с утра мы приедем к вам… Нет, нет, мы сами можем добраться до нужного места…
А мне вдруг вспомнился Аслан. Вот с ним бы я тоже с удовольствием увиделась бы.
- … И Аслану передайте, пожалуйста, привет от Эльнары. Она про него не забывала ни на день. Но встретиться не было возможности….
Я точно стала красной как помидор, потому что жар прилил к лицу. Приставила пальцу к щекам - точно горят! Этот папа Аслана может подумать все что угодно. Даже что я специально попросила передать этот привет, чтобы выделиться.
- До завтра, господин Имирхан.
И Мария с довольной улыбкой нажала на кнопку отбоя, а я не знала куда деться от стыда.
- Ой, что он подумает? - тут же страдальчески вырвалось у меня.
- Подумает, как ты положительно можешь повлиять на его сына. Еще спасибо скажет, что встретилась с ним и увлекла мальчишку в игру, а то тот прям капризный мальчишка.
Я хотела было удивиться ее просвещенности в этом вопросе, но Мария потащила меня на кухню с самым радостным настроением, которое я у нее видела до этого.
- А теперь будем пить чай с пирожными и пойдем спать.
И еще одно радостное заявление от нее и усадила меня на стул, а сама развернулась ставить чайник.
Я бы и рада разделить ее радость, только что-то я не воодушевилась услышанным разговором.
От нервного состояния уже и пальцы отщелкала по очереди, но вот мандраж никак не уходил.
- Я что-то совсем не уверена, что нам стоит идти к ним, - озвучила свои сомнения и замерла, боясь, что мои страхи подтвердятся.
- А ты не хочешь узнать что-то о своем отце?
- Хочу. Очень. Только…
Я не могла вдохнуть и вновь сжалось сердце при воспоминаниях о той ночи. Ведь Селим обвинял в измене именно с сыном дедушки Османа. И если кто-то увидит меня там, то слухи точно подтвердятся. И ведь не будут выяснять реальную причину почему я оказалась в доме не того мужчины. А скажут, что и вправду гулящая. А это позор не только для меня, но и на всю семью... Как мне потом смотреть в глаза маме?….
- Я буду с тобой. И мы вместе туда пойдем. И нткто, - Мария сжала мои пальцы в своей теплой ладони, - слышишь, никто не посмеет на тебя косо посмотреть. Я этого не позволю.
- Я не хочу впутывать и вас в это. Боюсь, что…
- Ты за меня не волнуйся, Эльнара, - решительно заявила моя спасительница. - Я и за тебя постою и за себя тоже. Со мной ты будешь в безопасности. Обещаю. И потом мы туда идем к этому старику Осману. А он влиятельный человек. И к его словам все прислушиваются.
- Как мне вас отблагодарить я даже не знаю, - глаза защипало от слез. Никак не удалось их сдержать и я шмыгнула носом.
- Я говорила тебе, кажется. Но скажу еще раз. Просто будь счастлива. Этого мне будет более достаточно. Поэтому старайся выбраться из тех рамок послушания, в которые тебя заталкивали столько лет, а я помогу тебе. И тогда обретешь истинное счастье…
Тут вдруг телефон характерно запищал и мы посмотрели как он дернулся на столе. Мария взяла мобильный в руки и округлила глаза от удивления.
- Что-то случилось? - насторожилась я.
- Это сообщение от… Я даже не знаю от кого. И здесь написано - «Эльнара, я скучал по тебе».