Глава 25.

Глава 25.

* Андрей *

Я подключил к поиску Лены людей отца, но уже утро, а хороших новостей пока так и нет.

Это раздражает безумно.

Нет, я не сомневаюсь в компетентности этих ребят, но хотелось бы побыстрее добраться до тонкой шейки любовницы и собственноручно свернуть её.

Аж пальцы инстинктивно сжимаются в кулаки, когда я представляю эту картину.

Откидываюсь на сидение, тяжело дышу, кулаки опускаю на руль своей дорогой тачки, разжимаю и пальцами медленно поглаживаю кожаную оплётку.

Что ж, надо признать – Рыжуля обвела меня вокруг пальца!

Сука!

Сука!!!

Не выдерживаю накала эмоций, разрывающих меня изнутри и со всей силы бью по рулю раз, а потом ещё и ещё.

Зараза!

Кровь вскипает в венах, как только подумаю, что упустил убийцу своего сына, рваный пульс долбит по вискам.

Чёрт… нет, надо успокоиться, так я далеко не уеду.

Нужен холодный ум.

Давай приходи уже в себя, Андрей!

Мысленно ору на себя и так уже дел наворотил, на всю жизнь хватит расхлёбывать!

Блядь.

Вдох-выдох.

Закрываю ненадолго глаза и стараюсь выровнять дыхание и унять бурю в душе.

Через пару минут я снова почти в норме.

Да, пульс частит и сердце ещё херачит на максималке, но думать получается уже значительно лучше.

Нервно постукиваю пальцами по рулю, генерирую новые варианты по местонахождению чёртовой бестии, но, честно говоря, идей уже не осталось.

Ребята побывали у её родителей, начали пробивать знакомых и друзей, но их у неё оказалось крайне мало.

Кстати, я не удивлён.

Если Лена относилась также как и к Соне ко всем своим подругам, то их у неё вообще быть не должно!

От мрачных мыслей меня отвлекает телефон, жужжащий на соседнем сидении. Поворачиваю голову на противный звук… и тут же сердце подскакивает к горлу, а рука сама тянется к светящемуся экрану.

Соня.

Хватаю трубку и быстро жму на зелёный кружок.

- Любимая, а я… - хочу сказать невесте, что я только что о ней думал, но Соня меня обрывает.

- Ты… ты… - сипло шипит в трубку и рвано дышит, как будто не владея собой, - ты подонок... мразь… как ты… как ты мог?! – в конце срывается на крик.

Что ж, отличное начало разговора.

- Соня, что происходит? – говорю спокойно, пропуская мимо ушей оскорбления, чтобы не раздражать любимую ещё больше, но я реально ничего не понимаю.

Вытягиваюсь в струнку на сидении, делаю глубокий вдох и напряжённо ожидаю ответа, хотя уже понимаю, что начинается какой-то звездец.

- Какое право ты имел распоряжаться телом моего ребёнка?! – Соня уже не кричит, а тихим шёпотом, от которого у меня руки покрываются мурашками, бросает свои вопросы-обвинения, и даже через телефон я ощущаю кипящую ярость невесты, её бешеную злость, - ты мне никто, Андрей! Как ты мог?!

Натужно выдыхаю.

Вот теперь всё понятно.

Да, я попросил врача утилизировать плод, чтобы никто его не видел, и сам не стал смотреть.

Зачем это?!

Для чего рвать свою душу??

Ребёнок умер. Всё, его больше нет.

Баста. Финал истории.

И пусть кто-то считает, что нужно организовать похороны, чтобы проститься, а потом годами ходить на могилу младенца.

Я так не думаю!!!

Не нужно нам его видеть! Ни к чему это!

Мне и так больно от одной только мысли, что малыша больше нет, а Соньке во стократ хуже. Не нужно выворачивать нам души наизнанку!

Никому это не нужно!

И да, я знал, что Соня не поймёт моего решения сразу, не примет его, но я и сейчас, слушая жестокие обвинения любимой, уверен, что позже она обязательно согласится со мной.

- Милая, успокойся. Я всё объясню, и мы…

- Где мой ребёнок, Андрей? – чётко, уверенно произносит… и словно холодным острым лезвием проводит по моей коже.

Набираю побольше воздуха в грудь. Понимаю, что этот разговор неизбежен, но я уверен в своём решении.

Не нужно было Соне видеть тело нашего малыша.

- Я сейчас приеду, и мы обо всём поговорим.