Глава 49.

Глава 49.

* Лена *

Некоторое время назад

Спиною вжимаюсь в стену.

Боже, только не сейчас. Только не сейчас...

Острые шипы алой плетистой розы, за которой я прячусь, глубоко впиваются в кожу, раздирая её при каждом движении, но я не обращаю на это внимания.

Сердце так сильно стучит в груди, что, кажется скоро сломает рёбра.

Решиться на побег было сложно… безумно сложно. И сейчас я нахожусь буквально на волосок от смерти. Буквально!

Голоса охранников приближаются. Они уже громко ржут где-то совсем рядом и, если меня поймают… Боже, мне будет конец.

Прикрываю глаза, дыхание обрывается… ещё несколько метров и всё… мой финал.

Руки безжизненно повисают вдоль туловища, ладони впиваются в грубое шершавое покрытие стены дома.

В кипящей от жутких мыслей голове набатом разносится звук уверенных широких мужских шагов… и вдруг резкий окрик:

- Мужики! Чё гуляете-то, готово всё!

… и они уходят… просто уходят назад.

Спасибо, Боже… Спасибо!

Стою неподвижно ещё несколько минут и, когда всё вокруг, наконец, затихает, а из кухни доносятся звон бокалов и грубый мужской пьяный смех, я отрываюсь от стены и бегу.

Где-то вдали над верхушками деревьев пылает кроваво-красный закат, и поют птицы, а здесь слышен только пахабный смех и громкий лай собак, которых Тесак держит в огромных вольерах… где-то вокруг меня своим чередом идёт жизнь, а я должна бороться за свою.

Босые ноги скользят по мокрой от росы траве, но я не останавливаюсь.

Если упаду, меня точно поймают и в лучшем случае изобьют и привяжут голой к батарее… опять.

Подбегаю к старой раскидистой яблоне и не мешкая забираюсь наверх. В детстве я не мало лазила по деревьям, но это было так чертовски давно, поэтому даже удивительно, что и сейчас получается забраться на дерево с первого раза.

Отгибаю от себя тонкие веточки, осторожно ступаю по нагретой солнцем шершавой толстой ветви, которая поднимается высоко над забором. Туфли на шпильке держу на максимально вытянутой руке для равновесия.

Конечно, я взяла бы другую обувь, но Тесак не покупал мне другой. Высокий тонкий каблук – это ещё один его личный фетиш.

Спотыкаюсь и чуть не падаю.

Чёрт! Как же не вовремя я вспомнила о своём мучителе!

Собираюсь, даю себе пять секунд передышки и уже намного осторожнее иду до края толстой ветки. Осматриваюсь, выбираю самое безопасное место для приземления.

Да, высоко, но других вариантов у меня, увы, нет.

Решаюсь. Рвано вдыхаю, возможно, последний глоток воздуха в этой жизни… и прыгаю и через мгновение приземляюсь на ноги.

Чуть не ору.

Боже, как же больно!

В голые ступни врезаются острые иглы, шишки, упавшая с деревьев кора…

Ааааа!!!

Адская боль прошивает всё тело, и я плотно закрываю рот свободной рукой, чтобы мои стоны не услышали за забором.

Наверно, минуту или две прихожу в себя, а потом также босиком продолжаю свой путь.

Сначала, чтобы было как можно меньше шансов попасть под камеры, опускаюсь на колени, а потом полностью пригибаюсь к земле и ползу по-пластунски вдоль забора. Влажная земля пачкает короткое платье, въедается в кожу, сдирая поджившие ранки от свежих ожогов от сигарет… и вдруг где-то рядом хлопает дверь...

Замираю, не двигаюсь… даже не дышу.

Глазами пытаюсь отыскать того, кто вышел за пределы особняка барина, но в сгущающихся сумерках почти ничего не вижу.

Безумная паника заставляет моё сердце сначала сжаться в груди, а потом резко с силой забиться уже где-то высоко в горле. От страха мурашки мучительной волной высыпают на коже.

Шорох.

Быстро перевожу взгляд вправо, прислушиваюсь. Кажется, мужчина говорит по телефону… и, Боже, он идёт в мою сторону.

Нет-нет-нет!!!

Что делать?!

Что мне делать?!

Боже!

Хочется вскочить и побежать со всех ног отсюда, но умом я, конечно, понимаю, что так сразу выдам себя.

Так! Чёрт, соберись, Лена!

Заставляю панику улечься на дно сознания, с трудом, но беру свои чувства под тотальный контроль.

Каждое неосторожное движение для меня смерть!

Поэтому аккуратно, тихо вытягиваюсь лёжа на земле у стены и дрожащими пальцами нащупываю пистолет, который выкрала перед побегом у спящего в коморке охранника.

Выдыхаю и осторожно, стараясь не шуметь, достаю ствол.

Холод железа тут же обжигает мою ладонь. Пульс замирает.

Мужские шаги приближаются. Я слышу, как трещат под твёрдой грубой подошвой ботинок шишки и мелкие упавшие с деревьев ветки.

Задерживаю дыхание, ложусь удобнее, вытягиваю руки и медленно взвожу курок.

Запах оружейной смазки смешивается с резким запахом моего страха, а в голове сейчас громким набатом бьётся только одна мысль: «Я ни за что не вернусь обратно!»