Елена Полярная. Измена. Я больше не люблю · Глава 17

Глава 17

Михаил Вся эта ситуация мне охренеть как не нравилась. Я ещё никогда не чувствовал себя так неуверенно на собственной территории. А тут пришёл какой-то разбалованный и зажравшийся мудила, и смеет отдавать мне приказы, словно он здесь главный. Какого хрена вообще происходит? Антон что, решил вступиться за свою новую подстилку? Что же там ему такого пообещала Лера, что он готов отомстить за неё? Это же не его собачье дело! Антона уж точно не должны волновать наши отношения с бывшей. Мы как-то со всем разберёмся и без его вмешательства. – Знаете, Антон Родионович, я всё никак не могу понять, почему вы решили смешать личные и рабочие моменты? То, что вы спите с моей женой, ещё не даёт вам права врываться в мой кабинет и вести себя так по-свински. Блондин почему-то тихо рассмеялся, с нехорошим прищуром посмотрев мне прямо в глаза. И что его так позабавило? Да он без денег своего папаши полный ноль! Ни хрена бы он в жизни самостоятельно не добился. Я вот таких тепличных бизнесменов вижу сразу. Одни понты и больше ничего. – Значит, это я веду себя по-свински? Странно, мне казалось, что дело обстоит с точностью наоборот. Именно вы не знаете, как поступают мужчины, почему-то возомнив из себя хрен пойми кого. – Хватит! Мне это надоело. Никто не может приходить в мой кабинет и оскорблять меня! Если вы планируете и дальше обсуждать мою личную жизнь, то я настоятельно прошу вас уйти. – Теряя остатки самообладания, я уже не скрывая злости смотрел на Антона, мечтая вышвырнуть этого пижона за дверь собственными руками. Но я всё же изо всех сил пытался себя контролировать, обращаясь к нему уважительно. Надеюсь, Лера вдоволь нарадуется своему поступку, потому что потом я в ответ устрою ей подобное веселье. Она уже тупо переходит все границы дозволенного. Хотя чему удивляться, после того как эта истеричка разгромила квартиру, испоганила мой мерс, ударила меня и заперла в квартире? Лера явно потеряла контроль над собственными тараканами в голове. – Ой, как грубо, – с насмешкой протянул Антон, продолжая сидеть передо мной в той же вальяжной позе. – Но что скажет ваш начальник, когда узнает, как некрасиво вы себя ведёте с потенциальными инвесторами? Если я не ошибаюсь, то вы должны меня заманивать в компанию, а не указывать на выход. Или я что-то путаю? – Так, всё! Мне надоел этот цирк. Я вызываю охрану! Но только я потянулся к панели на столе, как Антон оказался рядом со мной, схватив за руку и вывернув мне её за спину, уложив меня прямо на стол. – Не советую этого делать, а то мне как раз не на ком было отработать новые приёмы. Короче, Миша, давай поговорим на твоём языке, на языке грубости и силы. Ты перестаёшь терроризировать Леру, отдаёшь её законную половину имущества, и вы спокойно расходитесь как в море корабли, после чего каждый из вас счастливо живёт дальше. Идёт? – Отпусти, сука! – Ну вот зачем грубить? Я же предлагаю тебе хороший выход из ситуации. А то в противном случае мне придётся поговорить с тобой по-мужски. Я уже упоминал, что мне как раз хочется отточить новые приёмы? – Тебе это так просто с рук не сойдёт! Оказавшись в таком жалком положении, как никогда чувствуя себя каким-то слабаком, что больно задевало моё самолюбие, я изо всех сил пытался вырваться из рук этой падлы, но она только сильнее скручивала моё запястье, вызывая адскую боль. Сука! Какая же ты сука! Но ничего, я обязательно до тебя доберусь! Даже не думай, что я позволю безнаказанно меня унижать. – Возможно. Но как ты думаешь, тебе сойдёт с рук подкуп судьи? – Не понимаю о чём ты! – Правда? То есть ты недавно не отправлял Петру Викторовичу деньги на карточку? И ты не просил его отнестись с особым вниманием к твоему бракоразводящему процессу, желая оставить жену без ничего? – Я сейчас только об одном желаю, начистить тебе рожу, ублюдок! – Наверное, подобное желание в отношении тебя испытает и Пётр Викторович, если его поймают на взятке, со словами, что ты был подставной уткой и сдал его. Ох, а наш Пётр Викторович не так-то просто, хотя на вид божий одуванчик. Как думаешь, как он на это отреагирует? – Ты блядь что, шантажируешь меня? – Нет, что ты. Я просто законопослушный гражданин, и когда вижу несправедливость, то сразу же пытаюсь вмешаться. Вот такой вот я мини-супермен. В голосе этого гондона сквозило столько надменности и насмешки, что было непонятно, говорит он всерьёз или прикалывается, что вводило в заблуждение. Но одно я понял точно – мне лучше подчиниться, иначе он от меня не отвяжется и с удовольствием подставит. М-да, охуенного мужчину выбрала Лера. Или ей похер на внутренние качества, главное, чтобы было достаточно денег? – Ну что, Мишунь, мы друг друга поняли? – Да, отпусти меня уже! Антон сразу отошёл в сторону, позволяя мне выпрямиться. Сука! Как же теперь болит рука! По-любому он мне что-то вывихнул. Ещё и лыбится, тварь зажравшаяся. – Вот и славно, а теперь можем поговорить об инвестициях. Упав обратно на стул, Антон вальяжно откинулся назад, но тут у него зазвонил телефон. Взглянув на экран, блондин недовольно нахмурился и сбросил вызов, после чего встал на ноги. – Прошу прощения, но меня уже потеряли. Обсудим всё в другой раз. – Снова улыбнувшись, Антон вышел из моего кабинета. Я же с трудом сдержал порыв нахрен опрокинуть рабочий стол, чтобы хоть как-то выплеснуть скопившиеся эмоции. Кое-как успокоившись, я подошёл к окну, достав из пачки сигарету, наплевав на все правила и закурив прямо в кабинете. И я как раз застал момент, как Антон вышел из здания и подошёл к крутой с виду тачке, из которой выскочила какая-то девица. И хотя мне особо ничего не было видно, но судя по жестикуляции, они стали ссориться. Ну и кто эта блондинка? Антону мало одной Леры и он развлекается с другими бабами? Хотя этого и следовало ожидать. Он ещё тот кобелина, а Лера просто слепая дура! Заметив ещё один силуэт, признав в нём Олю, я усмехнулся, когда девушка застыла рядом с фонарным столбом, прислушиваясь к чужой ссоре. Сегодня эта недалёкая приходила, чтобы подписать все документы и навсегда исчезнуть из моего отдела и жизни. И я опасался, что она может что-то учудить, сделав мне напоследок какую-то гадость. Но к чёрту Олю. Кто эта девица, бьющая Антона по груди? Ольга Из офиса я не то что вышла, я из него выскочила, всё ещё ощущая на себе наполненные презрением взгляды коллег. Ну конечно, никто не посмеет обвинить в неверности Мишу, а вот спустить на меня всех собак, так это с радостью. И почему-то эти дуры не допустили мысль, что меня просто использовали? Может я и не хотела спать с начальником, но он меня заставил. Несправедливо! Я всего лишь полюбила мужчину, надеясь создать с ним семью, а меня уволили. – Да что ты говоришь? А кто та девка, на которую ты искал информацию? Твоя новая игрушка, да? Не вздумай мне врать, Антон! Даже не думай об этом! – громко кричала красивая блондинка, которая показалась мне знакомой. Но я не задержала взгляд на девушке, переключив всё внимание на её мужчину. Какой хорошенький! Блондины не в моём вкусе, но этот мне нравится. Ещё и тачка у него крутая. И вот почему мне не попадаются такие красавчики? Уж я бы точно на него не орала, как эта истеричка. – Успокойся и… – Ты предлагаешь мне успокоиться? Сначала скажи, кто это такая? – Девушка протянула вперёд руку, в которой держала телефон. – Ты копалась в моём мобильном? – с каким-то отвращением спросил красавчик. – Сам виноват, нечего было оставлять его в машине. Так кто это такая? Кто эта Лера? Почему у моего жениха другие бабы в телефоне? От знакомого имени я даже вздрогнула, испытав сильную неприязнь. Теперь все люди с именем Лера вызывают у меня одну лишь злость. Ещё немного полюбовавшись блондином, я уже собиралась уйти, когда мне позвонил Миша. Сердце тут же учащённо забилось, в глупой надежде, что этот дурак одумался и всё осознал, но нет. Миша пригласил меня в свой кабинет, но вместо извинений, он стал меня расспрашивать о той красивой парочке, интересуясь деталями разговора. И вот зачем ему это? И почему я с такой готовностью всё ему рассказала, а не послала на хуй и не ушла с гордым видом? Почему я продолжаю идти на поводу у этого мужчины, как собачонка надеясь на поощрение с его стороны? Как же мне всё это надоело! Хотела любви, а получила одни лишь унижения.