Глава 32

Глава 32

Уже почти час я сижу в такси, проплачивая минуты простоя, пока жду, что Лена и Стас выйдут из здания суда и сядут в его внедорожник.

Помимо этого, мне пришлось отвалить на руку таксисту пару тысяч чистыми, чтобы он согласился временно не брать поступающие заказы, и последнюю штуку за старый плащ с кепкой, которые мне потребуются для преследования Лены, чтобы не подставить ее. Конечно, мужик просил больше, но это все, что у меня было из налички. Я даже не знаю, почему он согласился, да и какая разница? Главное, что у меня есть все необходимое для достижения цели.

Я не скажу, что у меня водятся лишние деньги, но я даже не смотрел, сколько там накапало на таксометре. Неважно. Вот вообще похуй. Если что, займу у Полины, а потом возьму пару дополнительных смен.

Да к черту все это.

Сейчас важна только она.

Не прекращая нервно стучать пяткой, выдыхаю прерывисто и взъерошиваю волосы.

Почему они так долго?

Возможно, я был бы куда более терпеливым, если бы этот ублюдский адвокат сдержал свое слово.

Как вспомню наш разговор, а в особенности момент, когда он сказал, что я должен оставить Лену в покое, так трясти начинает от беспомощной ярости.

Уже жалею, что сдержался и не поправил ему челюсть.

Он буквально плюнул мне в лицо, чтобы я держался от нее подальше.

Кем он себя возомнил?

С чего решил, что я могу ей навредить?

С чего решил, что так будет лучше?

Для кого это будет лучше? Я даже не извинился перед ней.

Блядь, меня буквально разрывает изнутри.

А мысль, что этот гребаный адвокат имеет какие-то виды на Лену, разрушает все мое сознание ядерным огнем.

Я не дурак. Видел его в тот день с цветами и пакетом из ЦУМа, когда он отвозил меня к нотариусу. От него и узнал про день рождения Лены.

А когда увидел те же цветы и пакет в номере Лены, с трудом сдержал то, что зашевелилось в груди, как уродливый червь. Наверное, это и называют ревностью. Раньше мне как-то не довелось познакомиться с этим отвратительным чувством. Зато сейчас я в полной мере ощущаю все его прелести.

Возможно, я бешусь от того, что понимаю, что не смогу делать Лене такие шикарные подарки в ближайшем будущем. А она определенно их достойна.

Возможно, причина действительно в этом.

По крайней мере, отчасти.

А отчасти в том, что я понимаю, что это не дружеские подарки. А тот факт, что Багров пытается отдалить ее от меня, напрягает еще больше. Отсюда напрашивается вопрос. Какие между ними отношения? Трахаются? Или он рассматривает ее более серьезно?

Нет, мать вашу, я не буду об этом думать. Нахуй все это.

Я бы не прикоснулся, не навредил ее репутации.

Я хотел просто поговорить и объясниться перед ней. Мне нужна была эта встреча с Леной. Она оборвала со мной все связи. И я… пиздец как соскучился.

И после этого кто-то утверждает, что женщины не ведьмы? Ведьмы. Самые настоящие. Коварные. Опасные. Но красивые, сука. И не заметишь, как подсядешь. А потом хер слезешь. Быстрее сдохнешь от безумства, в которое погружается твой мозг из-за мыслей о них. Или о том, как получить еще. Хоть кусочек. Аромат. Прикосновение. Взгляд…

Растираю лицо ладонями и снова смотрю на часы, а потом поднимаю голову и в этот момент двери здания суда наконец распахиваются.

Первыми выходят Тарас и рыжая, они без какого-либо промедления прыгают в его машину и уезжают, за ними выходят Стас и Лена, по дороге они что-то бурно выясняют, прежде чем оба садятся во внедорожник, который в следующее мгновение выезжает с парковки.

Мое тело вмиг приходит в напряжение, и я бужу водителя, который откинулся в кресле и прикрыл лицо кепкой, постучав его по плечу.

Мужчина вздрагивает и начинает суетиться, занимая рабочее место как полагается.

— Следуй за этой машиной, пожалуйста, — мой голос грубый из-за длительного молчания и пересохшего горла, которое я прочищаю и продолжаю. — Только без палева.

— Постараемся. — Мужчина поправляет кепарик и трогается с места.

Я не знаю, куда они едут, но точно не в отель.

Надеюсь, не к нему. Блядь. Тогда я точно сорвусь.

Но спустя пятьдесят минут толкания в пробках они наконец сворачивают во двор, и я близок к истине. Выйдут ли они вдвоем, или я наконец узнаю, куда съехала Лена?

Как только тачка паркуется у одной из парадных старого дома, Лена выходит из внедорожника первой. Я жду, что откроется водительская дверца, но ничего не происходит.

Они еще, видимо, перебрасываются парой фраз, а потом Лена закрывает свою дверцу и машина трогается с места и скрывается в сквозной арке между домами. Облегчение, которое я испытываю сейчас, не передать словами.

Теперь я начинаю понимать, почему многие избегают каких-либо отношений.

Мозгоебство еще то, особенно когда тебе попадается сложная штучка, ломающая все твои системы существования до нее к чертям собачьим.

Раньше я тоже предпочитал правило одной ночи.

Но не с этой женщиной.

Хотя, судя по всему, она решила показать мне обратную сторону этого правила.

Расплатившись с таксистом через приложение, я накидываю на себя пальто и забираю у него кепку, надевая ее так, чтобы короткий козырек закрывал лицо.

Делаю все быстро, пока Лена не исчезла из поля зрения, и выбираюсь из машины, пускаясь следом за ней и слыша хриплую насмешку от таксиста:

— История стара как мир. Женщины сводят с ума мужчин.

Еще как сводит, дед. Боюсь, ты даже не представляешь, как в моем случае все запущено.

Сегодня прохладно. Чувствуется приближение осени. Но под моей кожей такое пекло, что мне хочется содрать с себя одежду.

Каждая мышца наэлектризовывается и горит огнем тем сильнее, чем ближе я подхожу к Лене. Кажется, нотки ванили уже достигают моего носа и пробираются внутрь, как маленькие кровопийцы. Тяжело сглатываю и сжимаю кулаки в карманах тонкого плаща. Почему-то тот факт, что Лена, ничего обо мне не подозревая, идет по тротуару и что-то ищет в сумке, увеличивает адреналин в моей крови. Меня охватывает волна такого жаркого предвкушения, что дыхание перехватывает в груди.

Облизнув пересохшие губы, я сосредотачиваюсь на ее высоких каблуках, от одного вида которых у меня, блядь, встает. Я молчу про бедра, идеально подчеркнутые облегающей строгой юбкой с разрезом сзади.

Лена сворачивает к лестнице и поднимается по ней с грацией первой леди.

Я заставляю себя помедлить и перестать пялиться на каждое ее движение. Но как только раздается писк домофона и она открывает двери, скрываясь в них, я в два шага преодолеваю ступени и успеваю схватиться за ручку в самый последний момент.

Как можно тише захожу в обшарпанный подъезд, а услышав звук скрипящих дверей лифта, снова ускоряю шаг. Тот факт, что это старый дом, радует и облегчает мне как минимум слежку за лифтом сквозь решетки, местами уже ржавые, пока я поднимаюсь по лестнице.

Наконец, он останавливается, и я снова слышу скрип дверей, а через секунду по подъезду разносится эхо каблуков.

Я преодолеваю еще один лестничный проем и останавливаюсь чуть ниже самой площадки, прислушиваясь к действиям Лены. Бряканье упавших ключей становится последней каплей моего терпения, и я преодолеваю последние ступени, прежде чем Лена поднимает с плитки ключи и встречается со мной взглядом.

Первое — ее глаза увеличиваются в размере, а за этой реакцией следует шумный вдох.

— Вы меня напугали…

Второе — я приподнимаю кепку, открывая лицо, и ее едва натянувшаяся улыбка сходит на нет.

— Глеб?..