Глава 30

Надя округлила глаза, которые тут же наполнились слезами. От физической боли, когда щека буквально запылала, было не так обидно, как от жуткого чувства творящейся несправедливости.

- Я сказала, удаляй! Ты там ещё и тегов понатыкала! Да оно разлетится по сети, как вирус! - продолжала кричать Лия, превратившись в разъярённую фурию, пока Надя дрожащими пальцами пыталась попасть в экран смартфона.

Чёрт! Уже кто-то сделал репост, а пока она возилась - ещё один. Чёрт, чёрт, чёрт! Слёзы закапали на телефон, Надя с такой силой прикусила нижнюю губу, что ей почудилось, будто из неё вот-вот закапает кровь. Лия стояла рядом, от неё буквально фонило яростью.

Когда Надя покончила со своим занятием, Штерн отняла у неё телефон и, отбросив тот на стол, от соприкосновения с которым он хрустнул, прошипела, склонившись к Надиному лицу:

- Ещё раз будет подобная выходка, я тебе не только по роже съезжу - я тебя отдам на съедение голодным псам, ты поняла? - брызжа слюной, спросила она.

Надя ответить не успела. Дверь на кухню распахнулась и на пороге возник её отец.

- Что здесь происходит? - ошарашенно спросил он, обозревая эту картину.

Надежда почувствовала, что теперь у неё есть защита. Это было ужасно, но она едва удержалась и не обделалась от страха, настолько полыхали злостью глаза Лии, которые можно было рассмотреть даже за стёклами тёмных очков.

- Пап… я случайно сняла, как Лия показывает мне… ну… походку. Точнее… я случайно выложила её в сеть… Она меня ударила! - затараторила, сбиваясь, Надя, вскакивая из-за стола и устремляясь к отцу.

- Глупости! Никто никого не бил. Эта девчонка не хотела отдавать мне телефон, чтобы я удалила видео. Вот я случайно и попала ей по лицу, - всплеснув руками, как заправская актриса, возвела Лия глаза к потолку.

- Что за видео? - потребовал ответа Миша.

Он говорил холодно, в голосе звучали нотки усталости.

- Там была… просто походка. И Лия пила вино, - немного пораздумав, выдала Надя скороговоркой.

- Вино? - переспросил Малинин, мгновенно отыскав взглядом початую бутылку и пустой бокал.

- Его пила Надя! - обличительно указала пальцем на объект обвинения Лия. - Я приехала, а твоя дочь сидит с бутылкой. Ты же знаешь, мне нельзя. Только один бокальчик и то изредка.

- Папа, это неправда! Она лжёт, - начала Надя, но Миша её оборвал:

- Ты молчи! Сейчас говорит Лия.

Он отошёл, опёрся на подоконник бедром и сложил руки на груди. Стоял и смотрел на обеих таким взглядом, что Наде стало не по себе. Словно не отец перед нею был, а какой-то посторонний человек.

- Продолжай, - велел он любовнице и та, грациозно опустившись на край стула, размеренно сказала:

- Надя пила вино. Я, конечно, её пожурила, но она уже взрослая. К тому же, кто я ей? - Лия театрально вздохнула. - Потом я стала её учить, как правильно ходить. Привезла с собой туфли, и да, взяла бокал… для антуража. Наде предстоит вращаться в высоких кругах. Ещё будет много показов, встреч на самом высшем уровне. Ей просто необходимо уметь себя держать.

Казалось, с губ Лии стекают не слова, а чистейший елей. Надя поймала себя на мысли, что если бы кто-то увидел их с отцом со стороны, заметил бы, что они выглядят так, словно попали на самое искусное представление на свете.

Но она решительно не понимала, что творится. Когда сегодня за считанные мгновения Лия превратилась в монстра, готового растерзать любого, кто встанет у неё на пути, Надя испугалась так сильно, как не боялась никогда в жизни. А сейчас эти речи, когда ей вновь обещали то, о чём она мечтала, сбивали с толку.

- Иди к себе в комнату, с тобой мы поговорим позже, - велел ей беспрекословно отец, когда Надя уже собралась сказать хоть что-то в своё оправдание.

Вернее, озвучить ту единственную версию, которая была правдивой. И почему Лия так себя вела? Понятно, что она понимала: выпивать - это плохо. Так зачем делала это, будучи беременной?

- Пап, я хотела сказать… - начала Надя, но Миша раздражённо рявкнул:

- К себе, я сказал! У нас ещё беседа про школу впереди!

Она вся сжалась, бросила на Лию затравленный взгляд, но та на Надю не смотрела. Лишь на губах её витала презрительно-насмешливая улыбка. И Надежде ничего иного не оставалось, как выйти из кухни и отправиться в свою комнату. Такой оплёванной она не чувствовала себя ни разу в жизни.

Малинин некоторое время постоял, продолжая обозревать окружающую обстановку. То, что его старшая дочь может втихаря употреблять алкоголь, ужаснуло. Иногда он замечал, что Надя словно бы что-то скрывает от него. Когда он отправляется в душ после работы - дочь выходит выбросить мусор, например. Но Миша и предположить не мог, что Надежда в этот момент тайно закладывает за воротник.

Подойдя к Лии, которая поднялась ему навстречу и прильнула, уткнувшись носом в шею, Малинин сказал:

- Если вдруг у тебя вновь появятся вопросы к Наде - решай их через меня, родная, хорошо?

Лия кивнула и расслабилась. И Миша тоже почувствовал, как успокаивается. Он ведь, всё же, отец. Авторитет в глазах дочерей у него имеется. Особенно у Нади. Позже они поговорят и всё обсудят. Он строго-настрого запретит ей расстраивать мать его будущего ребёнка, взамен пригрозит закрутить ей гайки и лишить, в случае чего, той расслабленной жизни, которую обеспечил. А пока об этом думать не хотелось.

- У меня идея, - сказал Миша, отстранив Лию на вытянутых руках.

- Какая? - с соблазнительной улыбкой спросила та, не забыв томно облизнуть губы.

Малинин мгновенно завёлся. Картинки того, как она ублажила его в прошлый раз, мгновенно замелькали перед глазами. Но это будет чуть позже.

- Поехали в ресторан. Нам есть, что отпраздновать, - мысленно приказав себе немного поумерить пыл, хрипло ответил Михаил.

- Вот как? И что же это? - с неподдельным интересом спросила Лия, игриво пробегаясь пальцами по его груди.

- Уже завтра мой адвокат будет встречаться с Тоней. А после - отвезёт документы в суд, где попытается договориться, чтобы наш развод с нею ускорили.

Лия просияла и тихо рассмеялась.

- Если бы ты знал, как я жду, когда мы наконец распишемся, - сказала она и опять прижалась к Михаилу.

И Малинин, вдохнув самый желанный на свете аромат, повторил за нею:

- Если бы ты знала, как этого жду я.