Глава 34

Егор

Какой-то бред бредовый! Я не хочу больше видеть Клаву, тем более встречаться с ней вместе с Варей.

– Зачем, солнце моё? Давай просто забудем…

– Просто забудем? – перебивает меня жена. – Ты смеёшься?

– Нет. Мне не до смеха.

– И что дальше? Проблема не в этой девке, Егор! Проблема в тебе. Раз ты стал засматриваться на других, то это всё. Конец.

– Нет. Я прошу тебя просто поверить мне.

– Поставь себя на моё место. Что, если бы я переписывалась с красивым парнем, тайно встречалась с ним, умоляла бы дать мне кончить?..

– Да я бы убил бы и его, и тебя! – внутри всё переворачивается от Вариных слов, но радует, что жена идёт на разговор. Не закрывается больше и не блокирует меня.

– Вот и ответ на твой вопрос. Я не могу убить тебя, Егор, я могу просто уйти.

– Не можешь ты просто уйти.

– Это ещё почему? – Варя лежит, разметав по подушке золотистые волосы. Как же она хороша.

– Я не дам тебе этого сделать.

– Я подам на развод. Этого ты мне не можешь запретить.

– Варь, ну успокойся, пожалуйста, – склоняюсь над женой, но она отворачивает лицо. – Подумай о детях.

– А ты о них думал, когда на другую бабу рот разевал? – Варя толкает меня в грудь. – Дай мне встать!

Пересаживаюсь в кресло и наблюдаю, как Варя, пошатываясь уходит в душевую. Да, можно бесконечно сейчас говорить об одном и том же. Топчемся на одном месте.

Стук в дверь, и тут же в палату входит мать.

– Где Варя? – не здороваясь, она бросает взгляд на пустую кровать.

– Моется, – прислушиваюсь к звукам воды. – Как дети?

– Машенька вчера плакала весь вечер. Серёжа напуган. Ты просто отец года! – Арина заправляет Варину постель. – Как себя Варя чувствует?

– Хочет развестись. Поговори с ней.

– Я-то поговорю. А вот что будешь делать ты? Баб на работе снова трахать пойдёшь?

– Не пойду. Кстати… Хотел спросить тебя. У тебя роман с кем-то из моих сотрудников?

– Нет.

– Мам, ля-ля не надо. Мне всё рассказали.

– Что тебе рассказали?

– Что ты несколько раз уезжала не одна из автосалона.

– Ну и что?

– Нет, если ты полюбила, то я не против. Просто я не могу понять кто твой избранник. У меня в основном молодые ребята работают, и я боюсь, что ты обожжёшься…

– Я? Обожгусь? Ты это серьёзно? Егор, мне шестьдесят лет, за спиной два развода. Если я и встречаюсь с кем-то, то тебя это вообще не касается.

– Очень даже касается, – вскакиваю с кресла. – Меня не устраивает, что кто-то из моих сотрудников тебе стучит про мои дела…

– Ах, ты это называешь делами! – Мать выпрямляется и сверлит меня взглядом. – От тебя выбегают полуголые девки, Егор…

– Тихо ты! – шиплю на неё. – Это было один раз. Вернее, ничего не было. Мне теперь и перед тобой оправдываться?

– Ты такой же, как твой отец, Егор! Ничем не лучше.

– Я хочу всё исправить. Я люблю Варю, люблю наших детей. Мам, ну что мне теперь? Застрелиться, чтобы вы мне поверили?

– Я очень разочарована, Егор. Стреляться, не нужно. Твоя жена потеряла ребёнка из-за того, что ты не научился держать член в штанах…

– Да хватит уже! – понижаю голос до шёпота. – Не было измены… Ну… то есть я завёлся в какой-то момент. – падаю в кресло и зарываюсь пальцами в волосы. – Да, я изменил… В тот момент, я готов был трахнуть эту девку.

Хлопает дверь душевой. Не смею поднять глаза на жену. Я виноват. Я повёлся.

– Мам, – Варя бросается к моей матери на грудь.

– Успокойся, Варюш.

Слёзы Вари рвут мне душу, срываюсь с места и выхожу в коридор. Не хватает воздуха, сбегаю по лестнице на улицу и плюхаюсь всем весом на первую попавшуюся скамейку. Странное ощущение липкости заставляет обернуться. Взглядом утыкаюсь в белый лист с надписью «Покрашено!». Да твою ж, дивизию! Вскакиваю и иду к выходу.

Телефонный звонок вклинивается в хоровод невесёлых мыслей. Марина!

– Егор Дмитриевич, здравствуйте!

– Я просил звонить, если только что-то очень важное.

– Я помню. Пришёл договор, который вы давно ждёте. Нужно подписать.

– Распечатай и привези в больницу. Адрес сейчас скину.

– Выезжаю.

Снова звонок. Эта тварь ещё смеет мне звонить? Клаву точно нужно в дурку запереть. Она опасна для окружающих. Клава сбрасывает вызов и перезванивает заново.

– Что тебе ещё? – отвечаю, едва сдерживая рвущуюся из груди злобу.

– Егор, ты извини меня, – всхлипывает Клава в трубку. – Я не знаю, что на меня нашло.

– Ты тварь редкой породы. Ещё раз сунешься ко мне или к моей жене, пожалеешь, что родилась на свет.

– Егор…

– Я непонятно выразился?

– Ты мне угрожаешь?

– Я тебя ненавижу!

– Это сильное чувство, – вздыхает Клава. – От ненависти до любви один шаг. Когда увидимся?

– То есть слов ты не понимаешь? – пинаю, подвернувшийся под ногу камень.

– Они сотрясают воздух. Твои глаза всегда говорят обратное.

– Ты шлюха конченная! Ты…

– Я твоя шлюха. Только твоя.

– Мерзота! – сбрасываю звонок, блокирую и удаляю её номер. Легче не становится. Похоже, эта дрянь на этом не остановится. Женщин не бью, но тут прямо руки чешутся размазать мерзавку по стене, чтобы навсегда свой поганый рот закрыла.

В ожидании приезда Марины, забираю из машины куртку и, стянув испорченную футболку, надеваю её на голое тело. Штанов других нет, да и по хрен. Краска высохла, и я забираюсь на водительское сиденье. Открываю рабочую почту в телефоне, скачиваю договор и читаю. Меня трясёт, как в ознобе. Лучше с листа прочту.

Ждать приходится полчаса, и они тянутся невыносимо долго. Мыслями я в палате, рядом с Варей. Что ей там наговорит маман? Очень надеюсь, что сейчас её женская мудрость не подведёт, и мать сама успокоится и жену мою успокоит.

К воротам подъезжает такси, и из него выходит Марина в кожаной красной куртке и юбке, едва прикрывающей задницу. Совсем забыл, что ещё и моя секретарша решила открыть на меня охоту. Сигналю. Марина, оглянувшись, спешит к моей машине. Каблуки-то какие напялила.

Марина распахивает дверь и, скользнув взглядом по моей голой груди, краснеет.

– Здравствуйте, Егор Дмитриевич!

– Здоровались уже. Давай документы.

Марина садится рядом и протягивает мне файл. В салоне тут же поселяется удушливый запах духов. Раньше Марина пользовалась парфюмом полегче.

– Я так спешила…

– Что юбку потеряла? Что за огрызок одежды на тебе? – достаю договор и открываю окна.

– Это не огрызок, – Марина безрезультатно пытается натянуть подол пониже.

– Выйди из машины.

– Но почему?

– Да потому, – взрываюсь я, швырнув бумаги на торпеду. – Ещё раз так оденешься и надушишься вылетишь вон с работы! Всё поняла?

Марина выходит из машины и хлопает дверью. Закрываю окна и снова берусь за бумаги. Я так долго ждал этой поставки, что совершенно не хочется её просрать, а буквы разбегаются перед глазами. Звоню Степану.

– Стёп, договор пришёл от «Вайлд компани», – пересылаю ему письмо. – Просмотри сейчас и перезвони.

– Отлично! – бодрым голосом возвещает мой лучший из лучших. – Сейчас сделаю.

Снова погружаюсь в чтение. Вроде всё, как мы обговаривали на встрече с поставщиком. Перезванивает Степан.

– Всё в порядке.

– Спасибо, Стёп.

– Варя надолго в больнице?

– Нет… Подожди, откуда ты знаешь, что в больнице моя жена? – Я вчера сказал ему, что нахожусь в больнице, про Варю не говорил ни слова.

– Так вы… Вроде здоровый позавчера с работы уходили.

– Стёп, не катит отмазка. Кто тебе сказал?

Степан отмалчивается, и я хватаюсь за голову.

– Так это ты встречаешься с моей матерью?

Снова молчание.

– Степан.

– Да.

– То есть это ты ей меня сливал?

– Нет.

Мне от этого ничуть не легче.

– Что у вас с ней?

– Арина… Она не воспринимает меня всерьёз.

– Я… Я тебе уши надеру!

– За что?

– Было б за что – убил. Ладно. Созвонимся.

Подписываю бумаги и выхожу из машины. Марина, надувшись, стоит возле ворот.

– Держи! Отправь сегодня с курьером. И… услышь, меня, пожалуйста.

Марина поднимает на меня глаза полные слёз.

– Я всегда вас слышала, – она касается дрожащими пальцами моей груди, и я бью её по руке.

– Но, видимо, неправильно поняла.

Иду ко входу, ощущая прожигающий спину через куртку взгляд. Придётся искать нового секретаря. Поднимаюсь на нужный этаж и вижу, как санитарка выносит бельё из Вариной палаты. Прибавляю шагу и замираю в дверном проёме. Птичка улетела.