Глава 30

Ну полный звиздец!

Даже родной отец мне не верит! Как я дошла до такого?

Нет, у меня с папой никогда не было особо доверительных отношений, но это уже слишком! Это ведь я — его дочь! Я, а не Руслан! Неужели все дело в деньгах? Не хочу в это верить!

Как же так, папа?..

В этот момент дверь в кабинет, где я нахожусь, открывается, и на пороге появляется Даша.

— Что вы тут делаете? — ее брови сердито сходятся на переносице.

Во мне борются одновременно два желания.

Первое — устроить тут грандиозный скандал. Позвонить в полицию, потребовать разговора с руководством, угрожать оглаской, разнести тут все в пух и прах.

Потому что — какого черта?!

Но с другой стороны, я понимаю, что в моей ситуации бузить опасно. Все тут на данный момент думают, что я психованная.

Да, доказательств никаких нет, но попробуй еще им это объясни! Да и будут ли слушать вообще? Ведь это будет мое слово (а я для них — не пойми кто) против слова врача, уважаемого сотрудника.

Меня могут сейчас просто запереть, от греха. Мол, пусть руководство с утра разбирается.

А Наталья Семеновна в это время как вколет мне какую-нибудь дрянь! А потом скажет, что у меня выкидыш случился на фоне обострения психоза. Или еще что-то поумней придумает!

Конечно, потом я смогу доказать, что я нормальная, ведь никто никаких диагнозов мне не ставил, но ведь уже может быть поздно! И какой смысл уже будет в этой правде, если я потеряю ребенка?

Нет, лучше не рисковать.

— Я просто искала телефон, — извиняющимся тоном бормочу я и кладу трубку.

От папы толка все равно не будет. Он ведь мне не поверил.

Даша обводит меня внимательным взглядом. Оглядывает очень подозрительно, словно ожидая, что я сейчас что-то выкину.

Но я ей доброжелательно улыбаюсь, между делом показывая, что у меня в руках ничего нет. Нужно постараться ее успокоить.

— Это служебное помещение. Вам сюда нельзя! — хмурится она.

— Извините, я просто хотела позвонить. Искала вас, чтобы попросить, но не нашла, вот и… — я делаю виноватый вид и пожимаю плечами.

— Идите в свою палату, — велит она.

— Хорошо, — послушно киваю я.

Она вроде как расслабляется, и от этого я тоже чувствую облегчение.

Я выхожу из кабинета и иду по коридору, чувствуя спиной ее взгляд.

Захожу в палату, закрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной.

Фухх!... Кажется, пронесло.

Вытираю рукой вспотевший лоб.

Блин, но что же делать? Надо ведь как-то отсюда выбираться! Причем срочно!

В коридор теперь выходить опасно. Даша точно будет бдить.

Я обвожу взглядом палату, надеясь на то, что мой мозг что-нибудь придумает, но в голову ничего не приходит.

Подхожу к окну и прижимаюсь лбом холодному стеклу.

Глажу себя по животу, закусив губу.

Я не дам тебе в обиду, маленький! Будь уверен, буду за тебя бороться! Любому глотку перегрызу!

Но сейчас силы не равны, а потому мне нужно отсюда уходить. Ведь эта Наталья Семеновна может заявиться ко мне в любой момент. Вдруг решит не ждать до утра?

Если у нее появятся сомнения в том, что я соглашусь на аборт, она может инсценировать выкидыш. И неизвестно, что еще ей там сказала Полина, и к какому соглашению они в итоге пришли. Так что, нужно поторапливаться.

Открываю глаза и смотрю в окно.

Оно выходит в небольшой садик, и прямо передо окном находится дерево. А решеток на окне нет.

Ветки вполне себе толстые, и, наверное, я смогла бы до них дотянуться…

Блин, нет, я же разобьюсь! Всего лишь второй этаж, но потолки на первом высокие!

Внимательно разглядываю дерево.

Я, конечно, не ниндзя, и особой ловкостью и сноровкой не обладаю, но, вообще, мне такое не впервой.

В детстве меня каждое лето на каникулы отправляли к бабушке в деревню.

Бабуля, чувствуя свою ответственность, совершенно правильно никуда меня по вечерам не пускала. Вот только когда я стала подростком, меня это устраивать перестало.

Мне хотелось гулять с местными ребятами и девчонками, а не сидеть в одиночестве в своей комнате. Поэтому я по вечерам частенько вылезала через окно и спускалась вниз со второго этажа по дереву, что росло рядом.

Здесь выше, да и дерево растет чуть дальше, чем та яблоня, возле дома бабули, но, думаю, это не невозможно…

Приметив для себя удобные ветки и то, как я буду с одной на другую перелезать, я нервно закусываю губу.

Страшно, блин!

Слышу шаги в коридоре и замираю. Сердце колотится. Небось, Даша ходит, контролирует периметр.

Вдруг из коридора раздаются голоса.

Блин! Кто это там? Наталья Семеновна?..

Черт!

Нет, оставаться здесь еще страшнее!

Я делаю несколько глубоких вдохов и открываю окно.

Сразу же ежусь от ледяного воздуха, ворвавшегося в помещение.

Блин, как же там холодно! Не минус еще, но все равно дубак! Еще и моросит мелкий дождь…

Ох, если я сейчас же отсюда не уберусь, то холод будет последней вещью, о которой мне нужно будет волноваться.

Решительно вдохнув, залезаю на подоконник.

Ох, только бы не звездануться!

Молясь про себя, я хватаюсь за тонкую ветку и подтягиваю ее на себя так, чтобы можно было ухватиться уже за ветку потолще.

Ага, есть! Дергаю ее несколько раз, проверяя на прочность. Вроде крепкая, должна выдержать.

Сердце так колотится, что буквально выпрыгивает из груди.

Ну, пошла!

Я хватаюсь двумя руками за толстую ветвь и осторожно спускаю вниз одну ногу. Нащупываю ею опору. В кожу ступни врезается шершавая кора.

Пробую перенести на нее вес. Все норм. Ставлю вторую ногу, и сползаю задом с подоконника, оказываясь целиком на дереве.

Несмотря на холодный воздух, чувствую, как по спине течет капля пота.

Самое страшное я сделала.

Дальше дело идет легче. Я очень осторожно перелезаю на ветку пониже, а потом еще, после чего вишу на руках и спрыгиваю вниз.

Черт! Правая ступня больно ударяется о камень. Хватаюсь за нее руками, стиснув зубы.

Крови вроде нет, только ушиб. А в остальном я в порядке.

Опыт лазанья по деревьям, полученный в юности, мне пригодился, кто бы мог подумать!

Оглядываюсь. Рядом высокая ограда. Я все еще на территории клиники.

— Эй! — доносится до меня крик.

Я испуганно поднимаю голову и вижу в проеме распахнутого окна изумленное Дашино лицо.

— Стой! — кричит она.

Вот черт!