Глава 36

Несколькими неделями ранее

— Кто это тебе пишет? Девушка? — Рита заглядывает мне через плечо, пытаясь разглядеть, с кем я переписываюсь.

С трудом удерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

— Да, девушка, а что? — испытывающе смотрю на нее.

Между ее красивых бровей появляется едва заметная морщинка.

— Что за девушка? — не отстает она, а глаза уже мечут молнии.

Да е-мое! Серьезно?

Мысленно про себя считаю до пяти.

— Сотрудница. Это по работе, Рита, — отвечаю я, стараясь не показывать свое раздражение.

Рита прищуривается и что-то обдумывает, а я очень надеюсь, что до нее дойдет, что на этом нужно закончить.

— А почему она пишет тебе в воскресенье?

Нет, не дошло.

— Потому что она сегодня работает. Я попросил. Мы не укладываемся в срок. И она хотела уточнить кое-какие детали, — терпеливо поясняю я.

— М-м-м… ясно, — тянет она.

Я уже было облегченно выдыхаю, радуясь, что кажется на этот раз все, но не тут-то было.

— А сколько ей лет?

Я даже останавливаюсь. Так, блин.

— Лет тридцать, — шумно выдыхаю, раздувая ноздри.

— Хмм… симпатичная?

Да она, блин, издевается!

— Да, наверное.

— Вот как? — она сощуривает глаза и поджимает губы.

— Да не знаю я! Ты красивее. Еще вопросы?

Она морщит носик.

— Нет, — пожимает плечами и несколько виновато улыбается.

Это выглядит забавно и, наверное, должно меня умилить, вот только не умиляет.

Нет, первые пару раз и правда вызывало улыбку, но именно что пару раз. А если это повторяется регулярно из раза в раз, то начинает напрягать.

Хотя это слово уже не описывает то состояние раздражения, которое у меня возникает каждый раз после подобных разговоров, которые в последнее время происходят все чаще.

Ну какого хрена-то?

— Ну что ты хмуришься, Рус? — мурлычет она, ласкаясь ко мне словно кошка.

Обычно это срабатывает, и я оттаиваю, но сегодня и это уже не действует.

— Ничего. Ладно, поехали домой.

— Как домой? — округляет она глаза. — Мы же хотели еще заскочить в то милое кафе, где делают твои любимые эклеры, помнишь? А потом на каток…

— Не хочу, — качаю я головой. — Никуда не хочу.

Она выглядит здорово разочарованной.

— Почему?

— Пропало настроение.

И нет, это не манипуляция. Меня просто реально уже триггерит ее навязчивая беспочвенная ревность.

Она надувает губы и понуро плетется к машине.

Я и сам понимаю, что выходной испорчен. И мне жаль ее расстраивать, но нельзя сначала меня раздраконить, а потом как ни в чем ни бывало тащить в кафе.

В машине она садится и грустно смотрит в окно, периодически печально вздыхая.

Ну вот и подумай над своим поведением, Рита. А то завела моду.

Я выруливаю с парковки, и авто вливается в поток машин.

Дома я сажусь в кабинете и включаю комп. Да лучше уж поработать, чем ругаться.

Ближе к вечеру ко мне заходит жена. Подходит к моему креслу и начинает мягко массировать мне шею и плечи.

Я уже отошел, так что охотно отдаюсь в ее ласковые руки.

— Получше настроение? — шепчет она.

— Ага, — я разворачиваюсь в кресле и хватаю ее, сажая к себе на колени.

Рита смеется. Я люблю ее смех.

— Ну вот и хорошо! А то пишут тебе всякие симпатичные сотрудницы в выходные, настроение портят, а я потом страдай!

Я даже замираю от неожиданности.

Она вроде и улыбается, но глаза смотрят внимательно, даже я бы сказал, напряженно.

— Ты сейчас серьезно? — недоверчиво уточняю я.

— Куда уж серьезнее, — тут улыбка сходит с ее лица, а во взгляде вновь что-то такое посверкивает.

Раздражение вновь охватывает меня, даже еще сильнее, чем раньше.

Она, блин, даже не поняла, что я разозлился на нее, а не по работе!

Уфф…

Я не люблю с ней конфликтовать.

Потому что жена, по моему мнению, должна быть рядом с мужем, а не напротив. Она должна стоять с ним бок о бок, а не противостоять ему.

Да даже сама фраза “женщина замужем” — это женщина за мужем.

Это не значит после. Это не значит, что ее мнение менее ценное. Это значит за его спиной. Защищенная. Он ее закрывает.

Но так же это значит, что он стоит лицом к опасности, а к ней спиной. Он ей доверяет. А она ему.

Вот это идеальная семья на мой взгляд.

Такую женщину, которая доверяет тебе, которая в тылу, которая с тобой, ее хочется защищать, баловать, оберегать. По отношению к ней включаются защитные инстинкты.

А как только женщина покидает эту позицию и становится напротив мужчины, она автоматически превращается в противника.

Она противопоставляет себя тебе. Она нарывается на конфликт. Она вызывает на себя агрессию.

Именно поэтому я стараюсь избегать конфликтов со своей женой. Я не хочу видеть в ней противника. Я хочу, чтобы она была в тылу, за мной, доверяла.

Вот только в последнее время она все чаще оказывается не там, где надо, не на той позиции, не на той роли.

И я не понимаю почему.

Подавляю в себе желание ответить грубо или резко, хоть и выходит с трудом.

Беру за подбородок и, приподняв его, заглядываю ей в глаза.

— Рит, давай уже раз и навсегда закроем эту тему. Мне надоело, правда. Даже не так, я дико раздражаюсь, злюсь, — пытаюсь я ей объяснить свои чувства.

Мне сложно это дается, я тут плаваю. И почему она себя так ведет, для меня загадка. Эмоции все эти — темный лес.

Знаю только, что меня это жутко бесит.

— Да я ничего такого… — я вижу ее замешательство.

— Я хоть раз давал тебе повод во мне сомневаться? Сделал что-то такое, чтобы ты мне не доверяла?

— Нет, — шепчет она.

Вот именно. Нет.

Да я, блин, святой практически!

Я ни разу жене не изменял, даже не флиртовал ни с кем!

На меня да, девки западали, тут нет секрета. И до знакомства с Ритой я успел хорошо погулять, потому что люблю женщин.

Но быть с ней — это мой выбор. Сознательный.

Я так решил. Я выбираю ее. Каждый день выбираю. Потому что люблю.

И подобное недоверие и подозрительность меня здорово задевают и обижают. Потому что я ничем не заслужил. Не сделал ровно ничего, чтобы изводить меня своей ревностью.

— Тогда какого хрена ты постоянно выносишь мне мозг, Рита?

— Да что я такого сказала-то? Я не имела в виду ничего такого, я так просто, к слову… — в ее глазах стоят непролитые слезы, а подбородок дрожит.

Ну блеск, блин! Я — злобный серый волк, обидевший невинную овечку. Зашибись.

— Это твое “к слову” я слышу постоянно! Не первый день, и не второй! Не нужно делать из меня идиота! — я выхожу из себя.

Она ведь прекрасно знает, что я прав! Так какого хрена изображает тут?

По ее щекам стекают две слезинки.

Мля…

Провожу рукой по лицу. Пытаюсь затолкать свою агрессию поглубже внутрь и закончить этот неприятный разговор.

— Так, все. Хватит. Я надеюсь, это последний раз, когда мы это обсуждаем.

Она отводит взгляд в сторону и закусывает губу.

Я вновь беру ее за подбородок и заставляю смотреть мне в глаза.

— Я хочу, чтобы ты услышала меня: остановись. Мне неприятно. Ты меня душишь, — я говорю тихо и отчетливо, ровным тоном, не отводя взгляда от ее лица.

Пытаюсь донести до нее, чтобы поняла. Потому что я не знаю, как еще объяснить.

— Прости, Рус… Я поняла. Я постараюсь.