Глава семнадцатая

— Ты меня слышишь?

— Что?

— Я предложил пообедать.

— Ой, Дим, прости, я совсем потеряла счёт времени.

Я оторвалась от нового проекта, за который взялась наша фирма. Элитный жилой комплекс с личными террасами, которые мы и будем обустраивать. Меня посетило вдохновение, и я полностью погрузилась в работу.

— Можешь не притворяться лучшим работником месяца, я уже давно тебя нанял, — усмехнулся Дима.

— Эй! — я игриво толкнула его в плечо. — Мне и правда нравится этот проект.

— Отлично, но иногда и отдыхать нужно.

Вздохнув с сожалением, я подхватила сумочку и пошла на обед. Дима решил отвезти меня в тратторию, где, по его словам, подают самое вкусное ризотто.

Пока мы ехали в машине, он то и дело касался моей руки, нежно поглаживал и перебирал пальчики. Его внимание вызывало у меня улыбку. Влюблённость эйфорией наполняла меня, как воздушный шарик. В такие минуты мне казалось, что я могу оторваться от земли.

Да, я понимала, что влюбилась. Слишком поспешно, возможно. Ещё не закончив официально предыдущие отношения… Но я и не обязана была говорить об этом вслух. Я решила, что пока это чувство останется при мне.

В траттории нас встретил хозяин, пожилой итальянец, сыновья которого работали вместе с ним. Настоящий семейный ресторанчик. Нас проводили за столик у окна и дали меню. Я доверилась Диме, он пообещал, что от его выбора я останусь в восторге.

Сидя здесь, рядом с ним, мне было легко и радостно. Я не глупая, понимала, что он тоже ко мне что-то чувствует. Валерия даже шепнула мне, что босс всё меньше придирается по мелочам и вообще «очеловечился». Якобы раньше он мог до позднего вечера засиживаться в офисе, оттачивая проекты до совершенства, и напрягать этим остальных. От них он ждал такого же рвения. А сейчас стал мягче и спокойнее. Может быть, он тоже влюблён?

Когда нам принесли закуски и ризотто с горошком, беконом и козьим сыром, я уже умирала от голода. А за работой даже не замечала, что проголодалась. Попробовав блюдо, я едва не застонала от наслаждения. Взгляд Димы светился радостью, ещё бы, накормил голодную женщину такой вкуснятиной!

Наш разговор от работы перетекал к планам на выходные. Я расспрашивала его о родителях, о том, к чему мне готовиться. А когда принесли десерт, и я наслаждалась канолли с фисташками, вдруг заметила перемену в настроении Димы. Он смотрел куда-то в сторону, заставлял себя отвести взгляд, но проигрывал борьбу с самим собой.

Я проследила за его взглядом и поняла, что он обращён на женщину с дочерью на другом конце зала.

— Кто это? Ты их знаешь? — почувствовав беспокойство, спросила я.

— Нет, — только и ответил Дима.

— Тогда почему так смотришь?

— Кое-кого напомнили.

— Расскажешь?

— Не стоит. Прости, давай вернёмся к выходным.

Настроение изменилось, и мы оба это почувствовали. Я больше не расспрашивала его, пока он сам об этом не заговорил в машине.

— Прости, тебе, наверное, это показалось странным. Успокою тебя, я действительно не знаю эту женщину.

— Тогда в чём дело?

Я видела, что он не врёт, дело в чём-то другом.

— Я не люблю вспоминать о своей службе. Просто эта девочка… Она напомнила мне о моём последнем задании.

Я молчала, не торопя его.

— В общем… Мы должны были обезвредить преступников. Они взяли заложников и засели в здании. Мы получили приказ ждать подкрепления и не предпринимать никаких действий, — вспоминал Дима. — Время шло, ублюдки всё больше слетали с катушек, а я видел по камерам девчонку лет десяти. Она спряталась под столом и дрожала от страха. В общем, я нарушил приказ.

— Что случилось? — не сдержалась я.

— Мы ворвались в здание. Я бросился за ребёнком, боясь, что её может задеть. Но повезло, штурм оказался успешным, нам удалось спасти каждого. Но мне пришлось уйти со службы.

— Но ты всё сделал правильно! — возмутилась я несправедливости.

— Вовсе нет. Я нарушил приказ, — устало сказал Дима.

— Но ты спас девочку!

— А мог только всё испортить. Понимаешь… я почувствовал, что из-за грёбаной бюрократии я могу упустить возможность, но так дела не делаются.

— И ты решил уйти?

— Не то чтобы я сам решил. Но и не сопротивлялся.

— И эта девочка напомнила тебе ту?

— Я как будто на минуту снова оказался там.

— Не жалеешь, что ушёл?

— Нет, мне там больше не место.

— Знаешь, может быть, ты не слишком идеальный «штурмовик», но слишком идеальный архитектор. Иногда можно и попроще, — улыбнулась я.

— «Штурмовик»? — усмехнулся Дима. — Как в «Звёздных войнах»?

— Всегда было интересно, что там у них под костюмами и масками.

— Ну это я тебе точно могу показать, — он наклонился и поцеловал меня. Мы были на стоянке среди других автомобилей, люди ходили мимо, поглядывая на нас.

— Стой, — я отстранилась, пресекая его попытку залезть ко мне под юбку. — Не здесь же!

— Тогда поехали ко мне.

— Обед заканчивается, мы опоздаем.

— Начальству можно.

— Но я-то не начальство!

— Ты спишь с начальством.

— Эй!

— Или здесь или у меня, выбирай.

— Это что за выбор такой?

— Значит, здесь? — Дима притянул меня к себе.

— У тебя, у тебя! — смеясь, отбивалась я.

— Хорошая девочка, — довольно похвалил он.

На работу мы опоздали, но никто не сказал и слова против.