Глава 8. Она

Через миг Гордей сдавливает меня в объятиях. Вся наша семья в сборе, но я больше не чувствую нас единым целым. Есть я и сынишка, есть Гордей и сынишка. Мы — родители своему любимому сыночку, но нас… всех вместе теперь нет и никогда… никогда не будет!

Горячая ладонь мужа ложится на плечи, пальцы ползут под волосы, сжав шею у основания. Он как бы намекает: даже не смей пикнуть.

— Как добралась? — шепчет мне на ухо.

Его горячее дыхание щекочет ушную раковину, губы задевают мочку. Пальцы разминают шею.

По коже бегут мурашки, но я не могу назвать их приятными.

— Как выбрался? — спрашиваю в ответ. — Пусти.

— Только если ты не будешь делать глупостей, — говорит едва слышно и сразу же давит на самое больное. — Иначе с сыном можешь распрощаться.

Подонок!

Сразу давит на самое ценное, светлое и дорогое, что есть в этом доме!

Жизнь разбита, в семью больше не верю!

Вокруг суетятся свекры, свекровь от счастья тихо всхлипывает.

В последнее время она стала такой сентиментальной, слезливой… Я почти не узнаю в ней женщину, которая была настроена воинственно против меня! Может быть, это к лучшему, конечно…

— Ненавижу тебя.

— Но сделаешь, как я сказал. Ты же умная женщина. Поэтому закроешь рот и будешь помалкивать.

Голос Гордея звучит нежно. Со стороны, наверное, смотрится, как шепот и воркование двух голубков.

Но он сыплет угрозами, зол и… кажется, он не успел удовлетворить свои мужские желания с Альбиной, потому что его бедра тесно прижаты к моим, и я все-все чувствую.

Раньше я бы загорелась как спичка и с нетерпением ждала момента, когда мы останемся наедине.

— Пройдем к столу, — зовет свекровь. — Я курицу запекла, чувствуете, как пахнет? С апельсинами… Как будто чувствовала, что повод найдется! Пирог скоро будет готов.

— Конечно. Только переоденусь и умоюсь с дороги, — говорю я.

Выбираюсь из тесных объятий Гордея и еще раз обнимаю сынишку, целуя его. Ему не терпится заняться новой игрушкой.

Поэтому мне остается только потрепать его по вихрастому затылку и отправиться к себе.

К нам…

Спальня супружеская, у нас отдельный санузел, примыкающий к комнате.

Я вынимаю необходимую чистую одежду из шкафа и внезапно ощущаю горячий, пристальный взгляд, ползущий по моей спине и бедрам.

Атмосфера гнетущая, и муж нисколько ее не разбавляет, пялясь на меня так открыто.

Аж шею сводит от напряжения.

— Не поцелуешь мужа? — спрашивает Гордей.

Дверь за его спиной тихо щелкает замком.

Моя рука замирает на полке с бельем, выбираю комплект поскромнее.

— С Альбиной не нацеловался, что ли? — резко спрашиваю я. — Как же так… Без любимой приехал. Познакомил бы ее с родителями, домом… Она была бы рада.

— Не нацеловался.

Гордей останавливается за моей спиной и роняет тяжеленные ладони на талию.

— Я похож на дурака, который приведет содержанку в дом к своим родителям?

— Ах да, для работы по дому, уходу за сыном, домом и стариками у тебя есть… деревенская жена. А там — городская! Очень удобно!

Захлопываю дверцу. Гордей, продолжая удерживать меня за талию одной рукой, второй раскрывает шкаф и вынимает с моей полки откровенное белье.

— Вот это надень, пожалуйста. Для мужа.

Беру из его рук красивую тряпку. Тьфу…

Я так хотела его порадовать, что купила себе комплект белья из ажурного кружева, с крошечными трусиками.

Отхожу в сторону, Гордей одобрительно кивает:

— Умница.

Вот только войдя в ванную, я сразу выбрасываю тряпки в мусорное ведро. Гордей и не подумал остаться в стороне, наблюдает. Желваки на его скулах обострились и стали резче.

— Бунт? — спрашивает тихо.

— Развод.

— Советую тысячу раз подумать, Мария, — отвечает резко. — Я взял тебя в жены не для того, чтобы ты из-за первых же сложностей начала делать мне мозги и бежала сломя голову, черт знает куда. Будь умной…

— Умной я буду, когда разведусь с предателем, превратившим наш брак в посмешище!

— Не перегибай палку! — взгляд становится мрачным. — Я месяцами без женщины. Что мне прикажешь делать? Любить свой кулак до посинения?

— Не знаю! Не знаю, Гордей! Любить кулак или привезти семью к себе. Что, не вариант? Ах да… Некому будет тогда ухаживать за стариками? Домработницу нанять не пробовал? Сиделку? Экономку, в конце концов… Нет. Зачем… Тебе нужна раскованная девка. Вот и иди к ней за вот этим! — показываю пальцем на мусорное ведро. — А ко мне и близко не подходи. Тебе не нужна жена рядом. Тебе и сын не нужен!

— Не кричи, — глушит голосом. — И сына не трогай. Его я люблю больше жизни.

— Так любишь, что в последние месяцы совсем не выбираешься к нему. Весь в работе? Видела я, как ты работаешь. В квартире свинарник, плюнуть некуда — бутылки из-под бухла и презервативы. Может быть, даже наркотики, кто тебя знает…

— Еще раз говорю, скандалов в своем доме я не потерплю. Ты беременна, так что…

— Я не беременна, Гордей. Хорошо, что не беременна, спасибо, боже.

— Нас ждут за столом. Умойся и без скандалов спустись ко столу! — командует и выходит, расправив плечи.

— И если бы я вдруг сейчас оказалась беременной от тебя, то сделала бы аборт! — бросаю ему в спину.

Пусть хоть так…

Пусть знает, как сильно он мне опротивел!

Он каменеет и грохочет дверью напоследок.

***

С трудом перенесла эти посиделки за семейным столом.

Невыносимо было видеть лицо Гордея, который расписывал перспективы и намекал на дом, расписывая проект так красочно, как будто дом уже строится!

Враль… Обманщик! Лапшу всем на уши вешает…

Я ведь точно так же слушала, задержав дыхание. Но сейчас… вижу в нем только плохое.

— Машенька, а ты притихла что-то, совсем ничего не ешь. Аппетит пропал… — замечает свекровь и спрашивает. — Неужели вы с Гордеем решили подарить нам еще внуков?

— Нет, — отрезаю. — Простудилась в дороге, плохо себя чувствую.

— Маша хотела сказать, позднее, обязательно порадуем, — накрывает мои пальцы Гордей, сжав их.

После ужина я принимаю убирать со стола, сын играет с Гордеем, свекровь пошла звонить подружке, а ко мне неожиданно подходит свекр.

— В чем дело, Маша? Ты на себя не похожа. Мою старуху обманули сказки Гордея про то, что вы приехали вместе и специально разделились, чтобы сделать сюрприз. Но мне такое можешь не рассказывать! Вы приехали по отдельности. Что стряслось?!