Глава 9

Вот так жизнь может в один момент перевернуться с ног на голову. И ты вроде бы живёшь в том же понятном мире, но только он ощущается совсем не так, как раньше.

Я смотрю на мужа и понимаю, что он выглядит как Петя, разговаривает как Петя, но только он не мой муж. Он совершенно другой человек, человек, которого я не знаю, который каким-то образом забрался в наш общий дом и творит ужасные вещи.

Он забрал мой сотовый телефон, отобрал сумку с вещами, в которую я успела кинуть документы, забрал ключи от дома, а затем и вовсе запер меня в спальне, даже не подумав о том, что у меня нет доступа к элементарной воде. Мне было страшно. Я пыталась взять себя в руки, но получалось с трудом. Я плакала и плакала, стараясь не впасть в истерику. Я надеялась, что он вот-вот одумается и выпустит меня. Но муж, похоже, уже не считал, что сделал что-то противозаконное. Он решил, что я вещь, что я его собственность, которую ему выдали под роспись. Я не могу сама решать, уйти мне или остаться. Ведь я для чего-то пока что нужна Пете.

Это очень страшно, когда ты не принадлежишь самому себе, когда тебя кто-то более сильный заставляет подчиняться. Я знаю, что так не должно происходить. Знаю, что я должна быть сильной до конца, должна стоять на своём, должна требовать, чтобы он меня выпустил. Но я понимаю, что он сейчас не станет меня слушать. Он слишком зол, зол и считает себя правым во всём.

Утерев слёзы, я попыталась воззвать к здравому смыслу мужа. Постучала пару раз по двери и позвала:

– Петя, ты не можешь держать меня в затворе. Мне нужно в туалет.

Я сразу услышала его приближающиеся шаги. Думала, что он сейчас меня выпустит и попросит прощения, но вместо этого он со всей силы ударил по двери.

– Замолчи! – прорычал он. – Просто замолчи. Я не хочу тебя сейчас слышать.

– Выпусти меня, – повторила я, смахивая со щёк слёзы.

– Не выпущу! Не выпущу, потому что ты не умеешь себя вести! Ты избалованная дрянь, которой я дал слишком много свободы. Мне стоило думать о том, что такие, как ты, не заслуживают хорошего отношения. Ты понимаешь только силу. И я совершил ошибку, когда начал считать тебя равноценным человеком.

– Что ты несёшь, полоумный?! Выпусти меня! – прокричала я.

– Я говорю правду. Я относился к тебе как к своей жене. Баловал тебя, дарил подарки. А ты, тварь, решила, что можешь украсть моего ребёнка?

– Какого ребёнка, придурок?! Ребёнка нет! Если ты меня не выпустишь, его и не будет!

– Что? – замерев на миг, произнёс он. – Ты что, угрожаешь моего сына убить?! Да я тебя… тварь…

Я слышу, как он начинает открывать дверь в спальню. Отступаю от двери в надежде проскочить мимо этого безумца. То, что Пётр обезумел, я полностью осознаю. Не может человек, который не сошёл с ума, вести себя настолько нерационально. Он не понимает, что я не могу похитить никакого ребёнка, потому что его ещё по сути нет. Он является частью меня, неотъемлемой частью, и без меня он не выживет.

Я понятия не имею, для чего Петру понадобилось потомство. Я не верю, что он действительно просто хочет стать отцом. Происходило что-то странное, то, чего я не могла объяснить. И я сейчас должна спасаться. Спасаться любым способом, пока он до меня не добрался, потому что я не уверена, что он может мыслить здраво.

Когда дверь с громким грохотом распахивается, я вижу Петра. Мне становится ещё страшнее. Он выглядит как настоящий псих. Глаза покраснели, кожа приобрела землистый оттенок. Подёргивающаяся щека наводит меня на мысль, что он сейчас находится в состоянии аффекта, а значит, способен на что угодно.

Собрав всю волю в кулак, я бегу на него, отталкиваю в сторону и бросаюсь в коридор ко входной двери. Попыталась открыть замок, но руки настолько сильно дрожат, что у меня ничего не получается.

И тут я чувствую, как на моё плечо опускается огненно горячая ладонь супруга. Я вздрагиваю, оборачиваюсь и ловлю его взгляд, полный ненависти.

– Всё, Рита, ты доиграла, – произносит он, затем дёргает меня на себя и тащит в сторону спальни. – Сегодня вечером я увезу тебя загород, потому что ты сошла с ума. Ты не понимаешь, что творишь. Я бы с радостью расстался с тобой, но понимаю, что не могу оставить с тобой своего ребёнка. Ты ему навредишь. Ты плохая мать. Ты плохая жена. Ты отвратительный человек!

Я молчу, понимая, что сейчас его лучше не провоцировать. Хотя я и не провоцировала до этого. Возможно, мне вообще не стоило заводить весь этот разговор. Нужно было просто дождаться, когда он уйдёт, собрать вещи и сбежать. Наверное, я сама виновата в том, что сейчас происходило.

После того как Петя снова запирает меня в спальне, я слышу громкий хлопок входной двери. Бросаюсь к балкону, хочу выйти наружу и попытаться докричаться до кого-то из соседей, но вижу, что Петя успел снять ручку двери. Значит, он заранее это планировал. Значит, он так и собирался поступить: хотел запереть меня в спальне, а затем увезти из города.

Вот это я вляпалась! И что же мне теперь делать? Телефон он забрал. Диме я позвонить не могу. Остаётся только надеяться, что Дмитрий поймёт, что со мной что-то произошло, когда я не явлюсь на нашу встречу…

Сколько мне ещё придётся ждать? Мы договорились с Димой встретиться в обед, а сейчас ещё утро. Я всё ещё заперта в спальне, без воды, без еды, без возможности посетить туалет. И что мне делать? Попытаться разбить балконную дверь? А дальше что? Даже если я не поранюсь и смогу выбраться на балкон, нет никаких гарантий, что мои крики кто-то услышит. И что, если Петя явится сюда как раз в тот момент, когда я буду пытаться выбраться? Тогда он точно ещё сильнее рассвирепеет. Хотя куда уж сильнее? Он и так в бешенстве.

Я не могла объяснить, что сейчас чувствовала. Это был не только страх, а какая-то безнадёжность из-за того, что я оказалась в ловушке и не могла позвать на помощь. Оставшись без телефона, без возможности покинуть квартиру, я почувствовала себя маленькой и беззащитной мышью, угодившей в западню. Мне надо было молчать, просто молчать, дождаться, когда он уйдет. Почему я так повела себя? Ведь видела, что он не в себе. Для чего решила с ним спорить? Неужели я действительно нарвалась? И неужели я правда всё это заслужила? Это ведь не так. Я ведь на самом деле хороший человек. Я была хорошей женой Петру и уверена, что стану хорошей мамой своему малышу. Но в первую очередь я должна спастись и спасти своего ребёнка от этого психопата. Потому что я понятия не имею, что именно он задумали и для чего ему мы.

По моим ощущениям прошёл примерно час, прежде чем в коридоре послышалась какая-то возня. Я забралась с ногами на кровать, приложила ладонь к губам, стараясь не издавать ни звука. Я ведь понятия не имела, в каком настроении муж вернулся домой. А затем до меня донёсся тихий голос Дмитрия:

– Маргарита, вы где?

Я не поверила собственным ушам, поэтому не спешила отвечать. Побоялась, что мне просто кажется, мерещится, потому что я мечтаю выбраться.

– Рита, это Дима, – снова произнёс он. Я вскочила с кровати и бросилась к двери. Постучала.

– Дима, я здесь! Я заперта!

Мужчина открыл дверь, и я тут же бросилась в его объятия. Мне нужна была чья-то поддержка, чьё-то тепло, чьё-то сочувствие. И Дима просто оказался единственным, от кого я могла это получить.

– Тише, тише, – шептал он, поглаживая меня по спине. – Всё будет хорошо, я здесь. Я не дам ему вас обидеть.

– Как вы узнали? Ещё ведь совсем рано…

– Петя позвонил мне час назад, попросил о встрече. Сказал, что ему нужно кому-то выговориться. Рассказал, что вы поссорились, рассказал, что вы ведёте себя как умалишённая, и он не знает, что делать. Попросил совета, каким образом он сможет законно вывезти вас из города. Я сказал, что таких способов нет. Если вы не согласны, то это будет идентифицироваться как похищение. Он ушёл, предварительно позвонив своему дружку. А я сразу пошёл сюда.

– А дверь вы как открыли?

– Вытащил у него из кармана ключ.

Он продемонстрировал мне связку с брелком в виде сердечка.

– Это мои, – прошептала я. – Он забрал ключи, чтобы я не смогла выйти.

– Что он ещё забрал?

– Документы и телефон, – ответила я.

– Ничего страшного. Документы можно восстановить, сим-карту тоже. Берите всё, что вам необходимо, и уходим.

Я стала метаться по дому, собирая вещи в брошенную в коридоре сумку. Диму я её не забрала. Документы оказались в ней, что меня неимоверно обрадовало. Я старалась брать только самое необходимое, но на деле просто бросала всё, что попадалось под руку. Не могла включить голову. Боялась, что муж вот-вот вернётся, и Дима ничем не сможет мне помочь.

– Рита, нам пора, – произнес мужчина.

Я замерла на секунду, затем кивнула и отдала ему свою сумку. Накинула на плечи лёгкую ветровку и вышла в подъезд.

Внезапно загудевший лифт заставил меня испуганно вздрогнуть и прижаться к Дмитрию.

– Мы спустимся по ступенькам, – произнёс он. – Не переживайте.

Я кивнула и молча пошла вслед за ним. Меня бил крупная дрожь, и, похоже, я всё ещё не верила, что мне действительно удалось сбежать.

Я то и дело замирала, словно ждала, что муж выскочит на меня из-за угла. Но этого не произошло. Мы благополучно вышли из подъезда, добрались до машины Дмитрия. Он открыл передо мной пассажирскую дверь, а сам сел за руль.