Глава 30. Кристина

Дни идут за днями. Я регулярно хожу на работу, и слава богу что Вероника Сергеевна нашла мне жилье рядом с конторой. Теперь, когда меня наконец нагнал токсикоз, добираться пешком – самое оно.

Руслан приезжал еще два раза, но обошлось без скандала. Опять начальнице приходилось его выпроваживать. А я сидела в комнате, ожидая когда все закончится. Вот бы он уже нашел себе девушку и отстал от меня! Хоть я и будущая мать-одиночка, уж с кем-кем, а с Русланом встречаться мне совсем не хочется. А уж жить с ним в качестве жены или любовницы – тем более. И странное дело! Раньше я к нему относилась чуть лучше, он вызывал у меня симпатию как человек. Но как только я осознала, что он делал все возможное чтобы разбить мою семью… Мне он стал противен. И даже не потому что он делает откровенное зло по отношению ко мне. Я не могу находиться в обществе подлого и аморального человека. Мне противно.

Я стабильно наблюдаюсь, пью витамины, ем фрукты и овощи. И пока что, слава богу, волноваться мне не о чем. Даже токсикоз – и то хороший признак: беременность протекает как по методичке.

Однажды утром, по пути на работу, я прихожу к выводу, что, во-первых, к рождению малыша я должна иметь собственную квартиру. Вот хоть умереть, а сделать это нужно!

А, во-вторых, я не хочу чтобы ребенок родился в браке. Не хочу! По-хорошему его и на Лешу записывать не стоит… Но алименты. Я не чувствую уверенность в завтрашнем дне, кто его знает как жизнь дальше повернется. Так что подам.

Собственно, следующие пару недель я всем этим и занимаюсь. Еще и в суд подаю на раздел имущества. И вот этот шаг вызывает реакцию моей бывшей семьи.

Сначала мне звонит Ира, с левого телефона. Разговаривать с ней совсем не хочется, поэтому, когда я узнаю ее голос, первая мысль – бросить трубку. Но она тут же начинает причитать:

– Крис, подожди пожалуйста, выслушай меня, буквально пять минут!

– Слушаю, – цежу сквозь зубы.

– Ты что это выдумала, в суд подавать. Ты что? Ты не понимаешь, у Леши столько кредитов. Все-таки надо не только о себе думать. Я понимаю, у тебя теперь своя жизнь…

Я кладу трубку и кидаю номер в черный список. Еще разговаривать с этой идиоткой! Нет уж. Нервы дороже. И все равно целый день меня разрывает от злости. Это же надо набраться наглости и что-то требовать! Моя сестра или дура, которая не понимает ситуации, или нахалка… Или ее сильно прижало. Но все равно. Сначала влезть двумя ногами в семью, разрушить все, а потом качать права! Наслаждалась бы своим счастьем и не гавкала! Но она так не может.

И только я с трудом, но успокаиваюсь, как поступает звонок… От мамы!

Брать трубку я не хочу, но все-таки мама… Может ей интересно как моя беременность протекает? А вдруг? И хотя меня глубоко обижает ее отношение, но мне не хватает ее поддержки. Поэтому я все-таки решаю взять трубку.

– Привет, мам, – стараюсь говорить спокойно, даже отчужденно, чтобы не показывать как я волнуюсь.

– Привет, Кристиночка, – голос ласковый, и я в какой-то момент даже расслабляюсь, – Что-то от тебя ни слуху, ни духу. Как живешь, где?

– Снимаю квартиру, живу неплохо.

– Как твоя беременность? Рожать не передумала?

– Нет, тьфу-тьфу, все отлично.

– А я вот что звоню тебе, – откашливается, а мне приходит в голову: неужели мама звонит как и Ира, чтобы я не подавала в суд на раздел имущества? Но все оказывается даже немного хуже, – Я понимаю, ты сейчас не живешь в той квартире, но… Платить за ипотеку все-таки нужно. Квартира-то на вас двоих, понимаешь?

– Не понимаю, – говорю едва слышно, – Вообще не понимаю.

– Ну как, Кристиночка? Сейчас я объясню. У вас с Лешей есть обязательства перед банком. И если вы не будете их исполнять, то и квартиру отобрать могут, понимаешь?

– Понимаю. Поэтому я подала в суд на раздел имущества. Зачем мне платить за квартиру, в которой я не живу? – внутри меня разливается горечь, но я сдерживаюсь чтобы не начать ругаться с матерью. Не хочу чтобы она видела что мне больно.

– Это тоже лишнее… Леша хороший парень, но у него трудный период. Да и твоей сестре сейчас непросто. А вы родные люди.

– Мам… Мы не родные люди. А после того, что ты мне говоришь, мне начинает казаться что и ты тоже мне никто. Ты встаешь на сторону тех, кто меня обманул, обидел. И ты знаешь что я беременна. – ну вот. Сейчас я заплачу. Но не во время разговора. Надо держаться. Я потом дам волю слезам, как положу трубку.

– Это твое решение – родить ребенка. Это твой выбор.

– А жить с Лешей – это не выбор Иры? А жить с Ирой – это не выбор Леши?

– Так ты и сама не святая. Ты же сама встречалась в кафе с Русланом, тайком ото всех. Он тебя подвозил с работы… Чем вы там занимались? А теперь ты обвиняешь Иру и Лешу что они поступили с тобой нечестно, – голос матери очень мягкий, даже медовый. И тем больнее мне это слушать.

– Да, мама. Я общалась с Русланом. Но наши отношения были дружескими. Мы не целовались, не говоря о чем-то большем. В то время как Леша изменил мне по-настоящему. Поэтому сравнивать эти вещи – отвратительно и подло.

– Ты заговариваешься, – перебивает меня мать. Но я продолжаю:

– И так как ты двуличная и нечестная, я прерываю с тобой общение. Нянчи Лешу, Иру, оправдывай их подлость. Меня это не касается. Всего доброго.

Кидаю трубку и начинаю плакать. От обиды хочется сделать какую-то глупость. Но я усилием воли подавляю в себе порывы начать планировать месть, бежать мазать вонючей субстанцией входную дверь или сыпать пшено на машину. Нет! Надо успокоиться и выкинуть все из головы. Я беременна! И приключения мне ни к чему.