Глава 23

Глава 23 Гадкий привкус на губах после посещения супругом их квартиры хотелось смыть мылом. Скорей бы уже прошла эта свадьба, чтобы можно было оформить развод официально. К этой процедуре Яна подготовилась основательно, благо времени на это у нее было два месяца. Ей уже не хотелось как-то наказывать неверного мужа, не было никакого желания мстить за измену и разбитые надежды. Просто мечтала о спокойной жизни со своими детьми без этих нервотрепок. Без него… Сейчас в памяти начали появляться моменты их совместной жизни. Все эти звоночки, на которые она раньше старалась не обращать внимания, сейчас уже гудели колоколами. Сергей мог придраться к чему угодно: к тому, как она стоит, как сидит, во что оделась, что приготовила на ужин. Он не кричал, не поднимал на жену руку, но лишь парой фраз мог заставить слезы навернуться на ее глаза, почувствовать себя ничтожеством, убогой и недостойной любви, уставшей от жизни женщиной. Все удачи и достижения Илюши Сергей гордо провозглашал достоянием «своей породы», зато малейшие ошибки и промахи тут же выливались в обвинения в адрес Яны. «Весь в мать!» – раздраженно шипел любящий папочка, вовсе не стараясь хоть как-то поддержать и утешить сына в трудной ситуации. Даже если это был не забитый гол в футболе во дворе, или разбитая коленка, двойка по математике или потерянная на улице шапка. Во всем этом была виновата Яна. И вот сейчас, пережив боль предательства, посмотрев на свою жизнь со стороны, Ермакова ощутила свободу. Пусть об этом напоминали кровоточащее сердце и свежий шрам на животе, они не позволят отказаться от задуманного, не дадут проявить слабость и свернуть с намеченного пути. Больше никто не будет говорить, что эта прическа ей не идет, что такие платья ей носить не стоит, а помаду, которую она купила себе на распродаже, вовсе используют только женщины легкого поведения. С каким-то затаенным чувством радостного предвкушения Яна ждала свадьбу сестры. Даже непонятно чего она боялась раньше, почему так цеплялась за этот брак? Из-за страха быть брошенкой? Так это не так страшно, как жить с тем, кто тебя не любит, не ценит и не заботится о тебе. Иметь статус замужней женщины, счастливой в браке, чтобы у детей был папа? А вот тут еще вопрос. Дети могут расти в полной семье и быть ненужными своему родителю, который не принимает участия в их жизни, а могут общаться с отцом время от времени, даже если он с ними не живет, и получать от него в полной мере заботу, поддержку и воспитание. Так что же лучше? Кто-то скажет – деньги играют важную роль. Глупо спорить. Играют. Но это в нормальных семьях, когда общий бюджет, когда жене не нужно просить у мужа денег на смесь для дочери, не нужно экономить на подгузниках, на школьных принадлежностях для старшего сына, и не потому что денег нет в семье, а потому что унизительно всякий раз отвечать на вопросы: «Опять?» или «Почему так много?», «Ты ведь покупала совсем недавно! Куда все делось?». В такие моменты хотелось провалиться сквозь землю и вообще больше никогда и ничего не просить. После развода не будет всего этого в жизни Яны и детей. Она не будет клянчить у мужа, сама будет зарабатывать, алименты назначит суд, но при этом Ермакова не собиралась преследовать мужа, выбивая из него положенные деньги. Захочет – будет помогать финансово, а не захочет, так никто не сможет заставить его. Поэтому Яна морально настроилась на то, что отныне сама будет решать все свои проблемы. Она была рада, что не поддалась моменту слабости и не рассказала родным раньше о том, что произошло в ее семье. В то время она отчаянно хотела, чтобы все это оказалось неправдой, чтобы Сергей одумался и вернулся домой, семья могла бы в этом помочь. Авторитарный папа Юра надавил бы на сына и вернул бы его в лоно семьи. Ее мать, которая сама прошла через неверность мужа и развод, стала бы опекать старшую дочь, заполняя собой все ее свободное пространство в жизни. Возможно, настаивала бы на том, чтобы Яна переехала с детьми в ее дом, а квартиру сдавала, заодно помогала бы по хозяйству. Скорей всего прежняя Яна согласилась бы… Во что тогда превратилась бы ее жизнь? Утром, стоя под теплыми струями душа, девушка провела кончиком пальцев по пока еще красному шраму на верхней части живота. Небольшой, но довольно заметный. Со временем он станет тонким и едва различимый, но он навсегда останется напоминанием о том, какую часть себя отрезала, а заодно избавилась от тяжелого бремени вместе с этой частью. – Пожалуй, нужно купить себе новое платье на свадьбу Алены, – задумчиво произнесла Ермакова, рассматривая свое отражение в зеркале после водных процедур. Большинство вещей, которые она носила раньше, стали ей велики. На свадьбе своей младшей сестры хотелось выглядеть на миллион. В конце концов, для Алены это начало новой жизни, а для самой Яны окончание старой. Впереди полная неизвестность, немного пугающая, но такая манящая. День ничем не отличался от всех остальных. Отвезти Илюшу в школу, потом на работу. В кабинете погрузилась в уже ставшую привычной суету и даже не заметила, как настало обеденное время. – Детонька, а ты чего сидишь? Сегодня Яне пришлось работать с одним из самых старых, в смысле – опытных, врачей их больницы. Мужчина преклонных лет, убеленный сединами, в очках с тонкой оправой вопросительно смотрел на свою помощницу. – Что? – Яна непонимающе посмотрела на врача. – Посмотри, какая погода замечательная сегодня! – улыбнулся доктор, – Ты такая молоденькая, красивая, чего тебе сидеть со стариком во время обеда? Иди, погуляй, развейся немного! Погода на самом деле была на редкость солнечная и безветренная. Ермакова посмотрела в окно. Действительно, так хорошо на улице! – Вы правы, – улыбнулась она мужчине, – у сестры свадьба скоро, пойду по магазинам прогуляюсь, присмотрю себе наряд, а то вечером все некогда. – Ну и правильно, – улыбнулся доктор, – ты сама-то хоть замужем? – Замужем, – вздохнула Яна, нахмурившись. – Серьезно? – удивился старичок, – Такая молодая! Думал только-только с училища какого-нибудь. А ведь он не первый, кто так подумал о ней! Пусть его вопрос заставил вспомнить о Сергее, чем слегка испортил настроение, зато теперь ее самооценка значительно поднялась. – Нет, – улыбнулась ему девушка, – я давно уже не новичок. У меня есть муж и двое детей. – Твоему мужу повезло! На это не стала ничего отвечать, лишь кивнула, благодаря за комплимент, накинула куртку и вышла из кабинета. Ермакова направилась в тот торговый центр, который был недалеко от больницы, в тот самый, в котором Яна видела мужа с его любовницей. Она старалась не думать о его предательстве, прогоняла прочь навязчивые воспоминания той сцены, но парфюмерный магазин решила обойти стороной. На всякий случай даже на тот этаж не пошла. Достаточно магазинов женской одежды и на других этажах. Яна ходила от магазинчика к магазинчику, рассматривала наряды, но все никак не могла выбрать даже что-то примерное, что подошло бы для этого мероприятия. Ей казалось, что все какое-то слишком вычурное, или наоборот чрезмерно легкомысленное, не подходящее ей по статусу взрослой женщины и матери двоих детей. – Я могу вам чем-то помочь? – вежливый женский голос за спиной показался смутно знакомым. Ермакова обернулась. Лицо девушки, подошедшей к ней, тоже показалось знакомым. – Вы что-то ищете конкретное? – улыбнулась ей консультант, пока Яна старалась вспомнить девушку. – Моя сестра выходит замуж, – призналась Яна, – мне нужен наряд. Даже не знаю, что может подойти. И все же, курносое личико девушки казалось очень знакомым. «Ирина» – прочитала Ермакова на бейджике консультанта. Ну точно! Это ведь она в тот день утешала Яну в туалете, дала ей воды, чтобы успокоить! – Я сейчас покажу одно платье, оно из новой коллекции, но мне кажется, оно идеально подойдет на вашу фигуру. Ирина прошла к одной из стоек с одеждой, задумчиво окинула фигуру Яны взглядом, кивнула своим мыслям и достала элегантное платье красивого, нассыщенного винного оттенка. – Вот! – просияла консультант, прикладывая наряд к Ермаковой, чтобы убедиться, что угадала с размером, – Это будет смотреться на вас просто сногсшибательно! Яна потрясенно рассматривала предложенное. Она вообще не так себе представляла свой туалет на свадьбе Алены. – Красное? – уточнила она. – Да! Вам оно очень пойдет! – улыбнулась Ирина, – У вас такой красивый цвет волос, это платье подчеркнет его, а на контрасте и кожа будет казаться еще более нежной и светлой. Примерьте! – Но… – Яна даже не представляла, что вообще сможет влезть в него, – не думаю, что оно мне подойдет по размеру. Ирина еще раз окинула ее взглядом, прищурилась, кивнула и сказала: – Это точно ваш размер! У меня глаз наметан! Почему-то Яна подчинилась. Внезапно захотелось примерить наряд, который скорее подошел бы для кинозвезды, чем медсестре, матери двоих детей, у которой развод на носу. Платье село как влитое. Приятная, чуть прохладная ткань скользила по телу мягкими волнами. Оно несильно обтягивало фигуру, но при этом и не висело мешком. Удивительно, но сейчас Яна казалась еще более стройной, чем была на самом деле, хотя, может быть, просто она не привыкла еще к новой себе и не могла адекватно оценивать собственные габариты. Ирина была права, винный цвет изумительно подчеркнул рыжие кудри девушки, но еще он добавил большей выразительности глазам Яны. Сейчас на нее из зеркала смотрела настоящая красотка. – Можно? – подала голос Ирина из-за шторки в примерочной кабинке. – Да! Шторка отодвинулась. На курносом личике консультанта заиграла веселая, наполненная какой-то затаенной, детской радостью улыбка. – Ну вот! Я же говорила! Прекрасно! Яна сама не верила глазам. Покрутилась перед зеркалом, ожидая, что где-нибудь сбоку или сзади вдруг обнаружится жировая складка. Но нет, ничего такого не было. Безусловно, Яна все еще не была худышкой, но и полной ее назвать уже нельзя было. Вполне аппетитная, пропорциональная и очень ладно сложенная, женская фигура. – Вы так думаете? – робко спросила Ермакова. – Я уверена! – улыбнулась продавец, – Это платье мало кому идет. Для него обязательно нужны грудь и попа, но при этом обязательно должна быть талия. У вас идеальное сочетание! Я вас как увидела, поняла, что оно вам точно подойдет. Эх, мне бы такую фигуру… Девушка печально вздохнула, а Яна в очередной раз удивленно воззрилась на свою собеседницу. – У вас отличная фигура! Зря вы так… Яна помнила их разговор в туалете почти два месяца назад, а еще она помнила, как сама себе казалась настоящей коровой рядом с новой знакомой. – А мы с вами не встречались раньше? – вдруг спросила Ирина. Клиентка на миг задумалась, стоит ли ей говорить о том, что они знакомились уже, но все же пришла к выводу, что лучше будет признаться. – Да, – кивнула она, – я плакала в туалете, а вы дали мне воды… – Да ладно! – округлила глаза Ира, – Яна? Серьезно? Яна снова улыбнулась. Ей было приятно, что эта милая девушка ее вспомнила. – Да, это я та самая толстуха, которая рыдала в туалете, – неловко пошутила Ермакова. – Да какая ты толстуха? – фыркнула девушка, – Просто ты была такая зареванная, такая несчастная, что я тебя не узнала сейчас. Ты стала такая… – Какая? – Не знаю… другая совсем. У тебя глаза такие красивые, яркие, как кусочки неба, кожа фарфоровая прям. И волосы… Тогда они у тебя были собраны в пучок, а сейчас распущены. Тебе так идет! Ты влюбилась? Ирина с любопытством воззрилась на клиентку. – Нет, – хмыкнула Яна, – развожусь! – Ох, прости! Или – поздравлять нужно? Яна рассмеялась. Ей нравилась эта девушка. От нее исходила такая свежая, чистая энергия, что и мир вокруг казался светлее. – Я беру это платье, – заявила Ермакова, – и да, можно поздравлять. Я бы даже потом отметила, когда получу свидетельство о разводе. Хочешь, выпьем кофе как-нибудь? – Я с удовольствием!