Новая жизнь

Если я думала, что с уходом из дома закончится самое страшное, то я очень ошибалась.

Все только начиналось.

Алиске ужасно нравилось в гостинице. Она перепрыгала на всех кроватях и диванах, заказала в номер картошку фри и лимонад, включила на планшете мультики и залегла в бурлящую джакузи. Я разрешала ей все, лишь бы не отвечать на вопросы.

Ничего страшного не станет с ребенком за один день на картошке и с мультиками.

Зато мне самой нужно было прийти в себя и понять, что делать дальше.

Первый же звонок телефона с номером мужа довел меня до панической атаки.

Не знаю, о чем я думала, когда, ломая ногти, выковыривала симку из него и ломала ее в пальцах. Только бы он меня не выследил!

Вторая паническая атака случилась, когда я поняла, что мой банковский счет привязан к этому номеру, а я напрочь не помню, взяла ли я паспорт.

К счастью, Серафима Матвеевна не подвела. Все документы были сложены в прозрачный кармашек и уложены в сумку.

Я спустилась на первый этаж и тут же заказала перевыпуск симки в киоске мобильного оператора. Слава богу, хоть это получилось нормально.

Я сразу внесла в черный список номер Миши.

Итак, что у меня оставалось?

Мой личный счет с не очень большой суммой на нем. Но люди живут на куда меньшие деньги, значит — я тоже справлюсь.

Серафима Матвеевна — на случай, если все будет плохо.

Маринка — на случай, если я запаникую. Может, уже пора ей звонить?

Моя дочь, ради которой я не имею права раскисать.

И я сама.

За пятнадцать лет работы исключительно любимой женой я приобрела множество полезных навыков. Я могла бы накормить нелюбимой кашей самого капризного ребенка, на время собрать двух и более непоседливых детей на прогулку, за два часа изобразить костюм баобаба на праздник в детском саду, помнила наизусть все детские песенки и всех героев мобильных игр. Я умела делать массаж, как профессиональная массажистка, разбиралась в делопроизводстве, могла отвечать на телефонные звонки как секретарь, оказывать психологическую поддержку как опытный психотерапевт, ставить диагнозы как врач и изображать в постели гейшу и гетеру в одном лице.

Одна проблема — в моей трудовой об этом не было написано ничего.

Там была только одна запись — о работе в Макдональдсе в течение двух месяцев. А потом я вышла замуж за Мишу и мне не нужно было работать.

Про диплом я даже вспоминать не хотела. Ни дня я не работала по специальности. Кто меня теперь возьмет.

Так что проблемы у меня было сразу две.

Найти квартиру нам с Алиской.

Найти работу мне.

К счастью, вторая проблема была не слишком срочной. Пару месяцев я могла продержаться на финансовой подушке.

Я нашла в мини-баре гостиничного номера маленькую бутылочку белого вина и с трудом дождалась времени, когда можно было уложить Алиску спать. Она вертелась и возбужденно рассказывала мне, как мы с ней здорово будем путешествовать, чуть не выбивая из моих глаз слезы.

Еле-еле уговорила ее поспать, иначе никакого путешествия не наступит вообще.

И вот тогда-то я налила себе бокал вина дрожащими руками и вышла на балкон отеля.

Подо мной бурлил ночной жизнью никогда не спящий город, а мне хотелось жахнуть это вино как водку одним глотком и завыть, глядя на Луну.

Но я пила ледяное вино маленькими глотками и уговаривала себя, что все будет хорошо. Когда-нибудь — обязательно. Сейчас главное пережить первые пару месяцев, пока все устаканится. Впереди был самый сложный путь, а я уже чувствовала себя усталой и преданной самыми близкими людьми.

От вина постепенно расслаблялись напряженные мышцы и я с тревогой подумала, что не надо превращать эту привычку в постоянную. Иначе я так сопьюсь. Но сегодня… Сегодня можно. Отпраздновать, что я закончила пятнадцать лет лжи.

Я оперлась на перила балкона, посмотрела вниз, туда где к ярко освещенному входу в отель подъезжали дорогие машины и… замерла.

Прямо на ступенях стоял Миша.