Глава 27

– Чего ты добиваешься, Лера?

Кажется, Стас задает этот вопрос в миллионный раз, никак не понимая, почему я так отчаянно хочу развестись с ним. Удивительно, но он правда верит, что развод – это мой каприз. Необдуманный поступок на эмоциях, о котором я буду горько жалеть.

И даже сейчас, когда мы кое-как договорились о встрече в присутствии адвоката, чтобы обсудить предстоящий раздел имущества, Стас продолжает разыгрывать клоунаду.

Сегодня у него особая роль – изображать верного, любящего мужа, очаровывая всех вокруг. Хорошо, что Даша отлично различает эту актерскую игру.

– Моя клиентка, – отвечает за меня девушка, – Подготовила для вас перечень имущества, которое хочет оставить себе после развода. Заметьте, Станислав Игоревич, вашу тайную квартиру, где вы поселили свою малолетнюю любовницу, мы не стали трогать.

Один – ноль в нашу пользу, и я посылаю Даше самый благодарный взгляд на свете, когда замечаю на лице «Станислава Игоревича» кривую гримасу.

Ему неприятно, когда кто-то тыкает его в измену. Он обижается и начинает напоминать нашкодившего мальчишку, которого несправедливо ругают.

И это так мерзко.

Жить с любовницей и одновременно изображать обиженного мужа, не осознавая свою вину.

– Дарья, – Стасу требуется пара секунд, чтобы переварить колкость моего адвоката и обратно натянуть на лицо свою фирменную улыбку, – Я думаю, моя жена не нуждается в ваших услугах. Мы с Лерой в состоянии решить все свои проблемы без этого глупого развода.

Хочется что-то ответить, выплеснуть в эту довольную рожу воду, которую нам заботливо принес секретарь. Хочется схватить Стаса за грудки и хорошенько встряхнуть, чтобы очнулся и прекратил мечтать о примирении.

Но нельзя.

Даша научила на таких встречах молчать и улыбаться, предоставляя все общение ей. Потому что, если начну реагировать и показывать злость или грусть, бывший муж этим воспользуется.

Развод – это не только про бюрократию и тонну бумажек. Важно сохранять спокойствие, когда ты разводишься с таким говнюком, как Стас.

– Станислав Игоревич, – улыбается ему Даша, – Прошу, ознакомьтесь с перечнем и оставьте свои комментарии. Кроме того, моя клиентка хочет провести аудиторскую проверку в фирме и убедиться, что в ее отсутствие вы хорошо исполняли обязанности руководителя.

– Проверку? – из мужа вырывается смешок, – Лера, ты серьезно? Что еще придумала, сказочница моя?

– Да, проверку, – скрещиваю руки на груди, – Ты привел в нашу компанию любовницу, отдал ей все значимые проекты и тратил деньги из семейного бюджета на ее прихоти. Я хочу знать, в каком состоянии сейчас НАША компания.

Надо было промолчать, но сложно сдерживаться, когда Стас из раза в раз пытается выставить меня дурочкой.

– Хорошо, – обманчиво быстро соглашается мужчина, – Я приглашу аудиторов, как только мы закроем второй квартал. У меня есть знакомые…

– Нет, – мягко перебивает его Даша, – Мы воспользуемся услугами независимых специалистов, и они приступят к работе уже на следующей неделе. Заодно проверим, как вы закроете текущий квартал.

– Ладно, – и на это соглашается Стас, еле скрывая свое раздражение.

Где тот мужчина, который еще недавно угрожал забрать детей и отправить меня в психушку? Стас может сколько угодно изображать из себя порядочного человека, но сегодня он со всем соглашается и ведет себя идеально, а завтра жди новый удар.

Дальнейшее общение проходит пусть напряженно, но продуктивно. Стас больше не паясничает, не пытается остановить развод и даже приглашает своего адвоката, чтобы мы вместе согласовали заявление в суд.

Кажется, что дело сделано, и можно вернуться домой к сыну, но мой муж так не считает. Встреча закончилась, Даша вышла в коридор, чтобы обсудить с адвокатом Стаса еще какие-то моменты предстоящего развода, а мы из-за моей нерасторопности остались одни в переговорке.

– У Ники скоро выпускной, – подает голос почти бывший муж, – Ты вообще собираешься участвовать в жизни нашей дочери?

– Я и не переставала, – отвечаю ему без тени смущения, складывая в сумочку телефон и ручку, которой подписывала заявление, – Ника уже взрослая, и она сама решила пожить с тобой.

Скучаю ли я по дочери? Безумно.

Да, она сказала много обидных вещей и не поддержала меня в тот момент, когда это особенно нужно было, но Ника не перестанет быть моей дочерью. А еще она и правда взрослая.

Шестнадцать лет – тот возраст, когда надо давать ребенку свободу. Пусть учится на своих ошибках, пусть поживет с любимым папочкой и его ненаглядной Полиной.

Быстрее все поймет и вернется домой. В этом я почему-то не сомневаюсь.

– Тем не менее тебя нет рядом с нашей дочерью, – продолжает давить Стас, ловко переключаясь между ролями. Вот он – заботливый муж, а как только свидетели разошлись, возвращает обратно свой истинный облик, – Как у нее дела, как она сдала экзамены и в чем пойдет на вручение аттестатов – тебе все это неинтересно.

– Я ее не выгоняла из дома, – поправляю пиджак и накидываю ремень сумки на плечо, – Ника в любой момент может вернуться домой. И да, я звонила ее классному руководителю и знаю, как наш ребенок сдал экзамены.

Разговор окончен, и я хочу выйти из душного помещения, но Стас ловко догоняет меня, больно хватая за руку.

– Чего ты добиваешься, Лера?

– Ой-й-й, Стас! – вспыхиваю от усталости, вырывая руку, – Ты как заезженная пластинка со своим «чего добиваешься».

– А ты – упрямая дура, которая не понимает, что в случае развода останется одна. Старой, немощной и без мужика, как ее мамаша.

Не за себя обидно – ничего нового я не услышала. Но мама…

Это уже слишком.

Дергаюсь вперед, чтобы влепить этому уроду звонкую пощечину, но вовремя останавливаюсь.

В переговорной комнате появляется Даша.

– Все сказали? – строго спрашивает она, испепеляя мужчину самым суровым взглядом.

– Вышла в коридор и оставила нас с женой наедине! – грубо рявкает на нее Стас.

– Пойдемте, Валерия, – уже спокойнее произносит сестра Антона, провожая меня на улицу.

– Любые деньги, – говорю ей шепотом, – Но только разведите меня с ним поскорее.