Глава 30

Бэмби/Рыжая

– Это было забавно наблюдать, как ты отстаиваешь своего любимого парня, – веселился этот засранец, когда мы остановились в коридоре на втором этаже перед дверью его комнаты.

Весело ему, смотрю.

– Фиктивного парня, – поправила его я.

– Ты сама не захотела, что бы я был настоящим, – ответил он, не задумываясь, а я…

А мне нечего было ему сказать. Он прав. Не захотела… Дура.

Я выдохнула, пряча как обычно от него глаза.

Но как же меня выбесила эта чертова Ника. Красивая, до ужаса. Эти волосы, лицо, а ноги. Как рельсы, бесконечные. Мне аж зарычать захотелось от того, как гармонично они смотрелись со Стасом, когда она на нем повисла.

Идеальная пара. Не то, что со мной…

Увидев ее, меня накрыло такой злостью, что я еле удержалась не отхлестать ее красивой мордой об мраморный пол. Только что меня так разозлило, я не понимала. Не мой он парень и никогда не был. Чего беситься тогда?

– Нормальная она, кстати. Чем тебя не устраивает – не ясно, – пожала я плечами, не зная, что сказать. – Получше Осиповой будет, – вспомнила я еще одну истеричку.

– Знаешь, если бы ты вечно меня не отшивала, то подумал бы, что ты сейчас ревнуешь, – широко улыбнулся Стас.

И ничего я не ревную, вот еще…

И вообще…

– Мы так и будем стоять в коридоре? – откровенно нагло проигнорировала я его слова, перетаптываясь с ноги на ногу. Еще и платье это идиотское.

– Нет, конечно, – открыл он немедленно дверь.

– Ох,ты ж ёпт… – честно, я старалась вообще не ругаться матом, хотя живя с близнецами, тренируясь у Аркадича и работая в гараже, это было почти невозможно, но сейчас оно само…непроизвольно выскочило.

В глаза сразу бросилась кровать – просто гигантская… Как сказали бы сейчас мои придурошные братья – траходром! Самый настоящий.

– А ты переживала, что нам придется спать в одной постели. Да мы затеряемся в ней, – он посмотрел на меня, растягивая губы в грустной улыбке.

Это незаконно быть таким обаятельным. Даже зажмуриться захотелось.

– И правда.

– Знала бы ты, как я сейчас жалею о том, что у меня не полуторка, – положил он наши сумки на кресло, а потом быстро добавил. – В общем, чувствуй себя как дома.

Я окинула комнату взглядом. Красиво, дорого, стильно и просто. Минимализм преобладал, как я люблю. И еще одна дверь, видимо, ведущая в персональный туалет.

Мы все разошлись по комнатам, что бы переодеться. Только вот идея с бассейном меня совсем не привлекала. Даже закрытый купальник не скрывал полностью мою татуировку. И что говорить про нее Стасу, я так толком и не решила.

– Что ты делаешь? – я чуть не задохнулась от его наглости, когда он стал расстегивать ремень на брюках, а потом и пуговицы на рубашке.

– Переодеться хочу. Не в брюках же плавать, – ответил он, пристально смотря на меня. – А ты о чем подумала? – спросил, медленно снимая рубашку, а потом и штаны.

Боже, как же он любил меня провоцировать.

Я каждый день лицезрела в доме двух красивых парней: спортивное тело, пресс, широкие плечи, красивая грудь, но то, что я видела сейчас, не шло ни в какое сравнение. Либо я смотрела как-то иначе.

Он был слишком идеален.

– Стас, я уже говорила, что идея с бассейном плохая. Давай я просто посижу с вами, пока вы плаваете? – попыталась соскочить я.

– Неа, не прокатит. И что бы ты там не прятала, не буду я задавать тебе вопросов.

Хрен с ним! Хуже того, что почти все вокруг знают, что я Рыжая, быть уже не может.

Переодев плавательные шорты в туалете, мы договорились на том, что он пойдет вниз, а когда уже переоденусь и я, то спущусь к ребятам.

Как только за Вознесенским закрылась дверь, я скинула с себя это идиотское платье и полезла в свою сумку к любимым спортивкам.

– Я убью их, – зашипела про себя, в миллионных раз адресуя близнецам эту фразу. И обреченно достала из сумки черный раздельный купальник и короткие спортивные шорты – вместо положенных штанов.

Стас

Переодеться успели только Тим, Антон и Леха, поэтому сейчас мы стояли возле плетенных диванов у бассика в ожидании остальных.

– Тох, что за пиздец у тебя происходит? – в очередной раз спросил Мерч у Антона, вырывая меня из мыслей о маленьком конопатом гноме в купальнике.

– Да нормально все, – пожал Вольный плечами, попивая пива.

– Пиздишь, как дышишь, – не унимался Леха.

– Во что вляпался, колись, давай, – стал я тоже налегать на друга, так как смотреть на него было уже невозможно.

– Да не во что я не вляпался, – отвел он глаза, – просто… Забейте! – снова передумал.

– Тох, ты же знаешь, что обычно мы не суемся, но тут видно, что тебя что-то парит, – Мерч видимо решил дожать друга.

Тот думал, молча и долго, а потом спросил то, чего я не ожидал никак услышать:

– Как думаете, вы бы смогли кого-нибудь убить? – Мерч подавился пивом, закашлявшись.

Тим молчал.

Я охуел.

– Ты же это не в буквальном смысле? – ошалело спросил я.

Мы втроем уставились на Антона с открытыми ртами. Он же никого не…

– А чего не плаваем? Кого ждем? – послышался радостный голос сестры, которая вырулила вместе с Никитой, Ксюшей и Наташей. Все уже были переодетые и просто побросали на диваны свои вещи и полотенца. – А где мелкая? – Уже шепотом спросила Ника, приближаясь к нам, но перед этим я успел бросить Антону: «Мы еще вернемся к этому разговору!».

– Не спустилась еще. Ты чего устроила там? – шикнул я на сестру.

– Все идет по плану! Смотри как коготки выпустила, а говорил тихоня. Она такая хорошенькая… А вообще я уже пожалеть успела, что не Наташка решила изображать твою невесту. Не хотелось бы, что бы у нас после этого были натянутые отношения с Бэмби, – скривилась сестра.

– Ты сама напросилась, – напомнил я той.

В этот момент Тим столкнул Антона в воду, и началась движуха. Я успел еще раз многозначительно посмотреть на Вольного, который снова делал вид, что все в порядке, как из-за угла вырулила Бэмби в футболке, из под которой торчали веревочки от купальника и… она была в коротких шортах.

– Бэмби, а ты чего одетая? Ныряй к нам! – завопил Леха из бассейна, на что она ему мило улыбнулась.

А мне так не улыбается, коза!

Придурошный Карамеля вытолкал всех девчонок в басик, от чего все дружно визжали. Мы же с Бэмби болтали возле края бассейна, пока в какой-то момент Антон не стал нас обильно забрызгивать водой.

– Хорош трепаться! – снова окатил он нас, и в этом момент, маленькая задница толкнула меня. Вынырнул, слыша смех мелкой и друзей.

Вот же зараза! Не ожидал.

– Давай тоже к нам! – позвал конопатую Тим, и Натаха его шуточно стала топить.

Малышка вяло улыбнулась и кивнула, тяжело выдыхая. Стесняется, определенно. Еще и все уставились на нее в ожидании. Она остановила взгляд на мне, закусила губу, а потом потянула медленно футболку вверх.

– Ниху-у-уя-я-я ж себе, – медленно и ошалело выдал Мерч.

Я был тоже в ахуе...

Все подвисли, откровенно рассматривая мою, МОЮ, мать его, девушку. И там было на что смотреть, черт возьми!

Я даже не знаю, что мне больше нравилос: ее охренительный пресс, в котором отчётливо прорисовывался каждый кубик, идеальные косые мышцы, украшающие ее талию, грудь в черном лифе, или, блять… татуировка.

Татуировка у Бэмби? Еще и такая…

Конопатая неуверенно стянула с себя шорты, оставаясь в одном купальнике.

«У тебя появиться слишком много вопросов», – вспомнил я ее слова в универе, когда предлагал все это.

Много вопросов? У меня дохуя вопросов!

А еще я как никогда захотел стать этой самой татуировкой – змеей. Хвост твари находился аккурат между небольших грудей, потом по ребрам она сползала за спину конопатой, огибая и выруливая уже внизу живота над ее трусиками, спускаясь и делая еще один винт по ее бедру.

Обвила, как лиана. Сверху вниз.

– Бро, да у нее пресс круче, чем у тебя! – пошутил Тим, брызнув на меня водой, и только это помогло отойти мне от шока.

– Бэмби, зачетная татушка, – выдал Вольный, у которого пол тела было в татуировках.

– Достаточно посредственная, – попыталась подцепить Ника мелкую, но ничего не вышло. Все были под впечатлением.

Конопатая направилась к лестнице, ведущей в бассейн, и поплыла ко мне.

– Я же говорила, что это плохая идея, – выдохнула.

Сейчас, когда она хоть немного спрятала свое охрененное тело под водой, я смог начать дышать.

Ребята у меня супер умные, скажу я. Пока мы были в углу с Бэмби, они бесились на другом конце бассейна, словно понимали, что лучше сейчас к нам не соваться.

– Ты когда-нибудь перестанешь меня удивлять? – спросил у нее, вылупившись, как баран на новые ворота. – Или у тебя еще целый шкаф сюрпризов?

– Парочка еще точно есть, – как-то грустно сказала она, перебирая ногами под водой. Я был намного выше нее и спокойно стоял на своих двух, ей же было не достать до дна, поэтому вообще не думая о последствиях и абсолютно не контролируя себя, потянул к ней руки.

Святые небеса, спаси и сохрани…

Вцепился как коршун в это тоненькое, но сука, очень спортивное и натренированное тело, почувствовав, как она обвивает меня своими ногами и прижимается промежностью к животу.

Меня сейчас инфаркт хватит!

Я обхватил ее бедра обеими руками и зафиксировал на себе так, что бы ее задница не дотрагивалась до моего стоящего колом члена. Сейчас, когда мы были почти абсолютно голые, меня затрясло с такой силой, что помутнело в глазах. Так хуево мне было только один раз в жизни, когда я схлопотал травму голени на одной из тренировок. Тогда в глазах все заискрило от боли и меня повело. Сейчас мое состояние было очень похожим, только адские страдания мне причиняло мое перевозбуждение. И это было нихера не смешно. Это было больно. Больно в яйцах.

– Ты готовишься к фитнесс-бикини?– хрипло спросил у нее после того, как она опустила свои ладони мне на плечи. От моей нервной лихорадки даже вибрация по воде пошла.

– Нет, конечно.

– Тогда я даже не знаю, каким спортом можно заниматься, что бы иметь такое тело, – сейчас, стоя с ней в этой позе, я хотел нажать на стоп и зависнуть в этом моменте. Навсегда.

Даже не смотря на адскую боль в яйцах, я все же рискнул и чуть опустил ее ниже, стояком упираясь ей между ног. Хер непроизвольно дернулся, и она расширила свои глаза от изумления.

Знала бы ты, маленькая, как мне сейчас хуево от того, что очень хорошо.

Я держался из последних сил.

– Четырнадцать лет я занималась спортивной гимнастикой, так что с детства поддерживать спортивную форму не составляет труда.

– Занималась? – уточнил я. – А сейчас нет?

– Я бросила почти сразу после школы, – этот новый виток откровений помогал мне концентрироваться на ее лице, а не на том, что мой член упирался ей в киску, а руки сжимали ее шикарный зад.

– Почему?

– Перегорела, – пожала она плечами. – Поняла, что не хочу двигаться в этом направлении. И как бы смешно не звучало, но восемнадцать лет – уже приговор для такого вида спорта, – согласиться с ней не мог. Наслышан, что туда приводят чуть ли не в три, а карьеру многие к двадцати уже заканчивают.

– Какой твой основной снаряд был?

– Брусья.

– Тогда понятно, откуда у тебя такие сильные и красивые руки, – в воде она была совсем невесомой, и я оторвал одну руку от ее упругого орешка и повел вдоль плеча, по ключице, при этом жадно пялясь на ее грудь, а потом и на шею. Ладонь непроизвольно обхватила ее за затылок, вынуждая смотреть на меня. И она смотрела. Не отводя глаз.

И нас разделяли чертовы сантиметры. Я тяжело дышал ей в губы и безумно хотел поцеловать.

– Ты когда-нибудь расскажешь, чем сейчас занимаешься?

– Невозможно скрываться вечно, рано или поздно ты все равно узнаешь, – ушла от прямого ответа. Снова.

Конечно, узнаю.

Девочка-загадка. Как же это бесило.

– Как думаешь, продается детская паранджа? – спросил у нее, а она недоуменно ответила:

– Конечно, в некоторых мусульманских странах девочки носят ее с детства, а в других – когда начинается цикл.

– А на eBay ее купить можно?

– На eBay можно купить все, а тебе зачем?

– Это не для меня, – не выдержал я, прижимая ее к себе еще ближе, чувствуя, как сердце готово разорваться в хлам, – а тебе. Бэмби, я даже не знаю, что было контрольным в голову – твое тело или татуировка. Ты смерти моей хочешь? – прошептал, притягивая ее ладонью за затылок.

Я знаю, сейчас не время и не место, но я больше не могу. Не могу и не хочу скрывать, как сильно ее хочу.

– Стас… – жалобно проскулила она, почти касаясь моих губ.

Боже… это пытка.

– Ты права, это была плохая идея, – коснулся я носом ее щеки и медленно повел вверх, прикрыв глаза от наслаждения. Чистейший кайф, смешанный с адреналином, болью и страхом все испортить. – Пожа-а-алуйста, иди оденься, – прошептал ей, убирая руки.

Еще секунда, и ее не спасет ничего.

Как только она скрылась из вида, отправившись на второй этаж переодеваться, я тоже вышел из бассейна.

– Ни слова! – проворчал, заметив, как парни хотели постебаться, увидев мой разрывной стояк в мокрых плавках. Но глядя на мое состояние в итоге никто и слова не сказал, и я отправился в туалет в абсолютной тишине.

Похрен! Все итак знают, как сильно я ее хочу.

И сейчас я целенаправленно шел дрочить.

Поплавали, блять!