Глава 41

Кьяра

Я готова умереть или провалиться сквозь землю. Из-за своих мыслей и желаний. Между ног невероятно влажно и горячо. Хочется потереть одну о другую, чтобы немного ослабить это напряжение.

А еще мне так стыдно, что я зажмуриваюсь и пытаюсь притвориться, что меня здесь нет. Правда, и Аарон уже ушел, поэтому стыдиться некого. Но меня все равно засасывает в эту пучину.

Видимо, не зря пастор в коммуне рассказывал о том, что такие мысли грех. Ведь они побуждают мужчину испытывать низменные желания, потому что возбуждение женщины видно невооруженным глазом. И пусть пастор последняя сволочь, и все его речи паршивые, но тут он, наверное, оказался прав. Я видела, как дернулся член в штанах Аарона, когда он посмотрел на меня. И как натягивалась ткань, когда он развернулся, чтобы уйти.

Я падшая женщина. И меня, наверное, уже никак не починить.

Но не это открытие доставляет больше всего боли, а то, что, кажется, Аарон не испытывает ко мне влечения. Его твердость не аргумент для меня, потому что я знаю, это просто естественная реакция на женщину. Если бы Аарон хотел именно меня, то наверняка уже взял бы. Но он только психует каждый раз, когда возбуждается при взгляде на меня.

Встав с гамака, решаю пойти поговорить с ним. Надо извиниться за то, что подглядывала и никак не обозначила свое присутствие во дворе.

Сначала заглядываю в библиотеку, чтобы вернуть книгу на место, потом несу плед в гостиную. Как только я складываю его и кладу на подлокотник, в комнате появляется Аарон. Полностью одетый. В кожаных штанах, футболке и с курткой в руке.

— Я на работу, — произносит он сухо.

— Аарон, я…

— Опаздываю, — не глядя на меня, бросает он и уходит в гараж.

Слышу, как обувается возле двери, а потом довольно громко хлопает ею, оставляя меня в пустом доме. Затем до меня доносится рев работающего двигателя мотоцикла.

Я бреду к окну и наблюдаю, как Аарон выезжает из гаража и медленно выкатывается на дорогу. А там уже прибавляет газу и через пару секунд скрывается из виду.

Вернувшись к дивану, оседаю на него. Снедаемая чувством вины, тереблю край пледа. Безучастно смотрю на корзинку, стоящую возле дивана. Надо бы положить в нее плед, там его место. Но руки не поднимаются. Из меня как будто разом выкачали все силы.

К обеду я немного прихожу в себя, вдохновленная ожиданием Аарона. Кажется, он говорил, что у него сегодня выходной, так что я жду его к обеду. Но он не появляется, и мне приходится переложить остывшую еду, которую я приготовила, в холодильник.

За целый день я уже отчаялась его дождаться, так что всерьез задумываюсь, готовить ли ужин. Или, может, просто доесть то, что осталось с обеда.

Сердце в груди вздрагивает, как и я, когда слышу звук подъезжающего мотоцикла. Выглядываю в окно и вижу, как Аарон останавливается на подъездной дорожке. Хмурюсь, потому что он не загоняет мотоцикл в гараж, а глушит мотор. Встает с байка и направляется в дом, по дороге снимая шлем и привычным движением зачесывая назад челку.

Войдя, кладет шлем и ключи на комод, на напольную вешалку вешает куртку. Сбрасывает ботинки, потом только замечает меня. Мои руки невольно поднимаются, и я обнимаю себя за плечи. Тяну неловкую улыбку.

— Привет, — произношу тихо.

— Привет, — сухо отзывается Аарон и идет на кухню.

— Я не… — тороплюсь следом. — Я не приготовила ужин.

— За последние дни ты наготовила столько, что нам еще на неделю хватит, — хмыкает он, доставая из холодильника контейнер с паэльей.

— Мой руки, я разогрею, — подхожу ближе и забираю у него из рук посудину.

Пытаюсь поймать взгляд Аарона, но он на меня не смотрит. Это больно. Только коротко кивает и уходит в ванную.

Подогрев ужин, раскладываю его по тарелкам. У меня совсем нет аппетита, но я хочу сесть за стол с Аароном. Может, хотя бы в расслабленной обстановке за ужином нам удастся поговорить, и он немного оттает?

Рассаживаемся за столом и принимаемся за еду. Точнее, Аарон принимается, а я лениво ковыряюсь в своей тарелке и пью воду.

— Как прошел твой день?

— Нормально. Был на работе, — отвечает он, глядя в тарелку.

— Ты же вроде бы сегодня выходной.

— Вроде бы, — кивает он.

Я так не могу. Неужели он не видит, что я схожу с ума из-за этой отчужденности?!

— Аарон, — зову его, и наконец он поднимает взгляд. Я даже зависаю на секунду, задумавшись о том, насколько красивые у него глаза.

— Что? — спрашивает, когда я больше ничего не говорю.

— Ты злишься на меня, — произношу, а он молча слушает, не подтверждая и не опровергая. Дает мне высказаться. А я не знаю, что говорить! Внутри меня такое смешение эмоций и мыслей, и я в них уже запуталась! — Правда?

— Нет, — коротко отрезает он и возвращается к еде.

— Прости, если оскорбила тебя утром.

— Чем? — хмыкает он, продолжая есть.

— Тем, что подглядывала и тем, что… ну, спровоцировала.

— На что спровоцировала? — он прошивает меня взглядом, от которого холодеет внутри.

Как ему сказать о том, что я видела его возбуждение? Нет, произнести такое у меня язык не повернется.

— Просто… мне показалось…

— Тебе показалось. Все нормально. Спасибо за ужин.

Встав, он молча уходит в свою спальню, опять хлопнув дверью. Ну вот, я его снова разозлила. И даже не понимаю, чем именно. Так бы я хоть могла исправить свое поведение, но я не знаю, что именно надо исправлять.

Собрав всю посуду, ополаскиваю ее в раковине и загружаю в посудомойку. Потом протираю столешницы и включаю чайник, чтобы заварить ароматный чай с травами, который нашла в шкафчике.

Слышу, как открывается и закрывается дверь спальни Аарона, а потом он сам появляется в кухонной зоне. Одет так же, как был после работы, только теперь на нем не простая косуха, а куртка с нашивками байкерского клуба.

— Ты снова уезжаешь? — спрашиваю, понимая, что Аарон не задержится дома.

Делаю несколько шагов к нему. Чувствую аромат его парфюма, и во мне горячей волной поднимается ревность. Каким-то шестым чувством я знаю, что он едет к женщине. Конечно, это логично. Такой мужчина, как Аарон, не может долго блюсти целибат. Но зачем куда-то ехать, если у него есть я?! Ну да, собачка, помню…

— Да. Не жди меня, ложись спать.

— Ты на всю ночь? — севшим голосом спрашиваю я.

— Скорее всего, да.

Развернувшись, Аарон идет к двери. Я колеблюсь ровно секунду. Настигаю его уже у самого выхода и, дернув за плечо, заставляю развернуться. Пока он ошарашенно смотрит на меня, встаю на цыпочки и прижимаюсь своими губами к его. Сердце неровно, но ощутимо бьется о ребра, пока я жду, что Аарон ответит. А потом его пальцы впиваются в мои волосы на затылке, и Аарон рывком разворачивает меня, чтобы впечатать спиной в дверь.