Глава 21. Это даже важнее

Милана

Марго назначила встречу Денису на восемь вечера в том самом ресторане «Мята», куда он позвал меня пообедать и предложил повышение. Символично. С того дня, кажется, прошла целая вечность. Я тереблю пальцами туда-сюда собачку на молнии, чем, наверное, нервирую Алекса, но он сохраняет абсолютную невозмутимость и смотрит внимательно на свою жену. Мы сидим в его машине на парковке для посетителей, а Марго – за столиком у окна. Она со скучающим видом листает меню.

Лексус Дениса я замечаю в боковом зеркале ещё до того, как он сворачивает на парковку.

— Он тут, — выдыхаю я, хотя Алекс и без меня увидел.

Из машины Денис выходит с роскошным букетом красных голландских роз. Алекс издаёт глухой рычащий звук, но в лице не меняется. Только склоняет голову набок и провожает взглядом Дениса до дверей ресторана.

— Как ты согласился на это? — спрашиваю быстрее, чем успеваю подумать, что вопрос вряд ли прозвучит тактично. Алекс переводит глаза на меня, и я тушуюсь. — Прости. Не моё дело вообще-то. Спасибо, что помогаете.

Он ещё несколько секунд молчит, затем хмыкает и улыбается кончиками губ.

— Я сам иногда в шоке от того, на какие предложения Марго соглашаюсь. Но мы с ней слишком давно вместе, чтобы сомневаться друг в друге. Я видел не один букет в её руках от разных мужчин, а она видела не один букет, который я дарил другим женщинам. Партнёры менялись, цветы засыхали, а мы всегда были и есть рядом.

— А ты бы простил ей… ну… — я замялась.

— Измену? — договаривает Алекс, глядя на то, как в окне ресторана Денис дарит Марго букет.

— Да…

Наверное, этот вопрос совсем лишний. Но мне отчаянно хотелось услышать мужское мнение. У Руслана я такое боялась спрашивать, интуитивно чувствуя, что его ответ будет твёрдым «нет». Слишком его помотало до Стеф. А вот Алекс… Если он так любит свою жену, смог бы он простить?

Алекс задумывается, долго не отвечает. Я ещё усерднее дёргаю собачку на молнии.

— Не знаю, Милан, — он ведёт плечом. — Правда не знаю. Могу сказать только, что я бы очень постарался это сделать. А если бы не получилось, я бы всё равно остался в её жизни, как и она в моей.

— То есть вы бы просто общались? Что, как друзья? — недоверчиво уточняю я.

— Это странно, да?

— Да, есть такое.

Алекс, рассеянно посмеявшись, ерошит короткие волосы.

— На некоторые вещи мы не можем смотреть через призму здравого смысла. Любовь – одна из таких вещей. — На его телефон приходит сообщение, и он говорит мне короткое: — Идём.

Когда Денис видит меня, его лицо из довольного становится настороженным. Глаза сужаются, губы поджимаются. У него практически не осталось следов после драки с Максимом, только тонкая царапина поперёк переносицы.

Денис осматривает меня сверху донизу цепким взглядом, от которого хочется спрятаться. Но я усмиряю свой гнев и отвращение к бывшему шефу и заставляю себя сесть рядом с Марго. Алекс внаглую садится на диванчик к Денису и подмигивает.

— Та-а-ак, — протягивает Денис, откладывая меню. — В чём дело?

Алекс достаёт из внутреннего кармана кожанки свёрнутые пополам распечатки и кладёт поверх меню. Я знаю, что там переписки Дениса с даркнета, скриншоты порно-видео с разными девушками, а ещё… номер оффшорного счёта на Каймановых островах. Последний – исключительная заслуга Марго. Не подберись она к Денису так близко, эту информацию мы никогда бы не добыли.

Денис разворачивает бумаги, молча пялится в них несколько секунд и поднимает глаза на Алекса.

— Ты вообще кто?

— Я вообще старший следователь МВД, майор Сваровский, — Алекс показывает документы.

Денис вздрагивает, косится на Марго. Та очаровательно улыбается и поднимает ладонь с обручальным кольцом.

— Ой, неловко получилось, — она поджимает губы в мнимой досаде. — А я на собеседовании не сказала, что замужем?

— Та-а-ак, — вновь тянет Денис и тыкает пальцами в бумаги. — Во-первых, вот это мои юристы разнесут в два счёта. Во-вторых, я не торгуюсь, в-третьих…

— Рот закрой и слушай сюда, — лениво перебивает Алекс. — Пока всё находится перед тобой в виде распечаток, но мне ни хрена не стоит дать этому делу толчок. Вот и прикинь, сколько времени и бабок ты потеряешь, доказывая, что оффшорный счёт – это не попытка укрыться от налогов.

Алекс блефовал. Толкнуть дело на Дениса будет не так-то просто, учитывая его связи. Но, судя по напряжённому лицу Дениса, Алексу удалось посеять зерно сомнения. Мы застали ублюдка врасплох.

— А вот тут самое интересное, — продолжает Алекс, открывая что-то на телефоне. Мне самой становится интересно, потому что я больше ни о каких других доказательствах не знала. Он показывает экран Денису. — Узнаёшь?

Денис вглядывается в телефон, и чем дольше смотрит, тем мрачнее становится.

— Тянет на уголовку, да? — Алекс убирает телефон в нагрудный карман куртки.

— Я сам засужу вас за незаконную съёмку и слежку, — огрызается Денис и собирается встать, однако Алекс придерживает его за плечо.

— Всё бы ничего, гражданин Исаев, только видео передано лично гражданином Третьяковым, владельцем той самой частной усадьбы, где не так давно вы развлекались в очередной раз. И заявление гражданки Литвиновой, — Алекс хлопает себя по карману, — той самой, которой вы сломали четыре ребра во время секса – или изнасилования? – тоже имеется.

Ну нифига себе! Вот же… блин! Мой шеф просто какое-то животное. Меня на миг бросает в холодный пот при мысли, чем могла закончиться та моя поездка с Денисом. Как хорошо, что я сбежала! Он же грёбаный извращенец-садист.

— Что вы хотите от меня? — Денис ещё пытается держать лицо, однако всё его напускное пренебрежение пошло трещинами после слов Алекса.

— Что мы хотим? — спрашивает у меня Алекс.

— Чтобы он не подавал заявление на Максима, — выпаливаю я. Марго предупредила, что Денис с юристами готовит документы для суда. — И чтобы заплатил мне то, что должен за работу в его фирме.

— Мелко берёшь, заюш, — внезапно вмешивается Марго, которая до этого расслабленно попивала вино с видом зрительницы, пришедшей на первоклассное шоу. Денис кривит губы в ядовитой ухмылке, и она отвечает ему не менее едкой улыбкой. — Меня ты, разумеется, не помнишь, Денис Александрович, но, может, вспомнишь три складских помещения, которые ты выкупил в нечестной сделке у фирмы «Рассветы Кубани»? Ага, вижу, помнишь, — она делает глоток из бокала и кивает на меня. — Как думаешь, реальная стоимость этих помещений покроет долги моей подруги?

Я бросаю недоумевающий взгляд на Марго. Мы? Подруги? Ладно, не время цепляться к формулировкам. Но, стоп, что? Что она несёт?

— Не понял, — вторит моим мыслям Денис.

— Всё ты понял, урод. Ты забываешь про драку, а ещё погашаешь кредиты Миланы и оплачиваешь её мужу реабилитацию в московской клинике. Так яснее выразилась?

Нет. Нет-нет-нет! Максим взбесится, если узнает, что деньги от Дениса! Не просто взбесится, а придёт в ярость.

— Марго… — начинаю я, но та фыркает:

— Тихо, заюш. Потом обсудим твои вопросы.

Денис оглядывает каждого из нас по очереди с чистейшим презрением в глазах.

— Допустим. Заявление Литвиновой уничтожьте при мне. Эта сука вообще-то не за бесплатно оказывала услугу. Она своё получила сполна.

— С заявлением разберёмся по факту выполнения условий, — отрезает Алекс. — И не пытайся искать девушку. Она сейчас под защитой следствия. Сунешься к ней сам или подошлёшь кого-то, и сделке конец. Ещё и за угрозы натяну. Я доступно объяснил?

Денис хмыкает, хрустит пальцами, явно сгорая от желания ударить Алекса, но всё же сохраняет спокойствие и осведомляется холодно, обращаясь ко мне:

— Какой долг?

Мешкаю, неуверенная, как объясню всё это Максиму, но Марго больно сжимает моё колено под столом. Я шёпотом называю сумму. Денис лезет в свой телефон, и через несколько секунд мне приходит на карту чуть больше половины суммы.

— Остальное завтра. Отправьте мне реквизиты клиники, Милана Алексеевна. А теперь, если позволите, я бы всё-таки хотел поужинать. В одиночестве, — последние слова он произносит с нажимом.

— Приятного аппетита, — радостно желает Марго и подталкивает меня.

Мы в тишине покидаем ресторан. Стоит нам оказаться на морозном воздухе, как Марго тут же закуривает и с наслаждением делает глубокую затяжку, потом передаёт сигарету Алексу.

— Только попробуй сказать, что деньги от него тебе не нужны, — говорит она строго, запрокинув голову и рассматривая серые облака, подсвеченные огнями ночного города.

— Может, и нужны… Но что я скажу мужу?

— А зачем ему вообще что-то знать, заюш? Понятно, что твой супруг в жизни этих денег не принял бы, и я по-своему это уважаю. Но прежде, чем он встанет и со всем разгребётся, вам ещё надо как-то жить.

— А, по-твоему, он не поймёт, что долги чудесным образом закрылись? Что лечение оплачено? Что я скажу ему? — я перехватываю у Алекса сигарету, которую он возвращал Марго.

Марго, всплеснув руками, достаёт другую из пачки, подкуривает и нацеливает на меня красный кончик.

— Слушай, угомонись. Скажешь, бабушка наследство оставила.

— Я серьёзно.

— И я серьёзно, котик. Подними его на ноги, а уж потом подумаешь, как объяснить, — Марго беспечно передёргивает плечами. — Да и так ли это важно?

— Для него важно…

Но я больше не развиваю тему. Что сделано, то сделано. В конце концов Денис должен поплатиться за всё, что натворил. И не только со мной.

Алекс с Марго подвозят меня до дома. Поблагодарив их, я нетвёрдой походкой направляюсь к подъезду, ощущая закручивающуюся пружину в животе. Меня страшно мутит. Этот ужин с Денисом вымотал мне всю душу.

Перед сном меня всё-таки вырвало. Обессиленная, я плетусь в кровать и набираю номер мужа. Он отвечает почти сразу, голос взволнованный. Ещё бы, почти двенадцать.

— Привет. Всё в порядке?

— Да, просто хотела тебя услышать. Не разбудила?

— Нет, я на работе.

— Чего? — привстаю на локтях. — Думала, у тебя больничный.

В голове тут же забились вопросы. Кто отвёз? А как назад?

— Был, пока обследование проводилось. Теперь закрыт. — Из динамика доносится звук, похожий на стук по клавиатуре компьютера, и ещё монотонное пищание прибора. Максим отвлекается на кого-то, давая указания, потом говорит мне: — Нужно привести дела в порядок, передать их заместителю, и затем уже договариваться на отпуск. Думаю, что возьму билеты в Москву на апрель или май.

— Так поздно? Максим, чем быстрее начнёшь, тем…

— Да, я понимаю. Но расходы на поездку немаленькие, плюс сиделка, и мне нужно как-то совместить это ещё с уплатой наших долгов.

Долги, которых завтра-послезавтра уже, вероятно, не будет… Только я не знаю, как сообщить об этом мужу. А, может, Марго права? Сейчас у Максима есть цель, к которой он идёт, и это подкрепляет его уверенность. Может, если он поработает пару месяцев, вольётся в колею окончательно, это пойдёт ему даже на пользу? А пока продолжим занятия, массажи, терапию… В апреле или мае я, возможно, и сама смогу взять отпуск, поэтому никакой сиделки новой нанимать не придётся.

— Слушай, а если… — я прикусываю губу, набираясь смелости. — Максим, а если я поеду с тобой? Не нужно будет платить никому, искать кого-то… Наверное, мне смогут дать отпуск на две недели, а ещё две возьму за свой счёт. Ёлку к Стефе отвезу, она присмотрит… Что думаешь?

Максим молчит. Писк прибора действует на нервы, делая ожидание невыносимым. Я, как ребёнок, скрещиваю пальцы, и прикрываю глаза.

— Хорошая идея. Если у тебя получится, я буду рад.

— Максим…

— М-м?

— Хочешь завтра я приеду к тебе и приготовлю что-нибудь?

Знаю, что муж доставки не очень любит, а мне так хочется сделать ему приятно. Да и просто увидеть его, поговорить. Убедиться, что всё хорошо.

— Приезжай, конечно, — говорит Максим, и мне мерещится, что на этих словах он улыбается.

Ещё немного поговорив с мужем, я откладываю телефон на его подушку и засыпаю, представляя перед сном, как обнимаюсь с Максимом. Переношусь в мир грёз, где мы гуляем по парку, счастливые и беззаботные, и за руки нас держит маленькая девочка, похожая на Максима как две капли воды.

Утром меня снова стошнило. Я глянула в приложение для отслеживания цикла. Задержка. Как я упустила?! Заподозрив «то самое», я сделала тест на работе. Две полоски проявились почти сразу. Как и на втором тесте, и на третьем. Руки непроизвольно легли на живот.

По срокам выходило так, что беременность совпадала с близостью с мужем перед поездкой в Москву. Но и с Денисом мы были близки практически в этот же период…

Твою мать!

Сползаю по кафельной стене аптечного туалета и обхватываю голову руками. Пытаюсь восстановить в деталях секс с Денисом в ту злополучную ночь. Ну, нет. Не может быть он отцом. Во-первых, Денис в меня не кончал, а, во-вторых, такой человек, как он, уж точно не допустит того, чтобы любовница от него забеременела. Если я не соображала, то он наверняка держал ситуацию под контролем.

Но всё это только мои предположения.

И самое ужасное, что с Максимом у меня не получалось забеременеть. Что, если отец Денис? Тогда этот ребёнок окончательно сломает мой брак. Я не рассчитываю, что Максим примет чужого ребёнка. Это, наверное, станет поводом для развода…

Однако в сердце у меня искрится тёплая, всеобъемлющая радость. У меня будет ребёнок! Я о нём мечтала! Хорошенько поразмыслив, понимаю, что ни за что не смогу сделать аборт. От кого бы ни был малыш, я буду любить его.

Внезапно до меня доходят слова Максима: «Нам нужно пожить раздельно». Это разделение как нельзя кстати помогает мне определиться. Я люблю своего мужа. Я ошиблась, изменив ему. И я, как бы ни складывались отношения с Максимом, стану мамой… Пожалуй, это даже важнее, чем наш брак.

Осознав это, мне проще смириться с решением мужа быть на расстоянии. Решаю не говорить Максиму о беременности. Ни к чему ему сейчас лишние волнения. Да и я не хочу, чтобы ребёнок был для Максима поводом цепляться за меня. Пусть его решение о судьбе нашего брака будет принято на холодную голову. А потом всё расскажу.

Погладив себя по животу, я улыбаюсь.