Глава 13
Воспоминание о неприятной встрече с Борей улетучилось на следующее утро, когда Оксана села в электричку, направляющуюся в Пушкино. Сегодня ей предстояло посетить юбилей любимой бабушки. Оксана вздохнула, представив, сколько неприятных вопросов ей придётся выслушать от родственников. С тех пор как она начала встречаться с Борей и ездить с ним на семейные торжества, интерес к ней подзатух, а теперь, видимо, разгорится с новой силой. Диму она вчера не видела, он так и не появился в офисе, и по гуляющим слухам Оксана поняла, что её начальник весь день был занят на важных переговорах.
Электричка качнулась и остановилась. Нехотя Оксана вышла из вагона. Нет, её бабушка обычно не принимала участия в пересудах родни, но и рты им не затыкала, не было принято. Сев в маршрутку, Оксана доехала до нужного дома, поднялась на этаж и позвонила в дверь.
— Ксанчик! — радостно воскликнула появившаяся на пороге пожилая женщина, одетая в элегантное тёмно-зелёное платье.
— Татьяна Тимофеевна, с юбилеем! — торжественно произнесла Оксана, протягивая бабушке букет красных роз. — Отлично выглядишь, ба!
— Ой, спасибо! Ну что ты, не стоило, — смутившись улыбнулась та, пропуская внучку в квартиру и забирая из её рук цветы.
— Ты одна хлопочешь, что ли? — спросила Оксана, разуваясь и снимая плащ.
— Нет, твоя мама ещё вчера приехала, всё мне сделала, там она, в гостиной стол накрывает, осталось только гостей дождаться. Папа твой приехать не смог, снова на дежурстве, — ответила Татьяна Тимофеевна, лёгкими движениями поправив высокую причёску. — А где Боря? Занят, что ли?
Вопрос «Где Боря» за весь день был задан ещё не один раз, когда гости собрались за столом.
— Где Боря? — воспользовавшись тем, что мужчины вышли на балкон покурить, поинтересовалась двоюродная тётя Маша, которая видела-то этого самого Борю всего один раз.
— Да, где Боря? — подхватили остальные, разом отложив в сторону столовые приборы и уставившись на Оксану.
— Расстались, — нехотя буркнула она, так и застыв с вилкой в руке.
— Как расстались?! — ахнула тётя Вера, приложив ладони к груди. — Такой мужчина был! Что ты натворила? Я говорила тебе, язычок свой острый надо было придержать.
— А что сразу я?! — возмутилась Оксана. — Пока я была в командировке, он притащил в мою квартиру какую-то мымру и развлекался с ней! Я его прямо на ней и застукала!
— Как? — вздохнула Татьяна Тимофеевна.
— Ох, горе! — закатив глаза, воскликнула тётя Маша. — Совсем не умеешь с мужиком обращаться! Нельзя его одного надолго оставлять, а ты в командировку умотала!
— Надо было отказаться под любым предлогом! — вставила тётя Вера.
— Да вот ещё! — разозлилась Оксана. — Буду я работу на мужика менять! Работа меня, в отличие от него, кормит!
— Вот, все беды от эмансипации, — проворчала молчавшая до этого тётя Люда, которая приходилась Татьяне Тимофеевне троюродной племянницей. Насколько Оксана знала, та ни дня в жизни не проработала, родила четверых детей и с утра до вечера кормила, обстирывала и обглаживала всю семью. — Ну кому ты нужна с этой работой? Тебе уже двадцать восемь, через два года исполнится тридцать, и всё! Кто тебя такую старую замуж возьмёт? Мужикам же помоложе подавай. Будешь всю жизнь никому не нужной, как баба Зина!
— Ой, бедная Зинка, — прокатилось за столом. — Всю жизнь одна... Мается бедная...
Оксана пыталась вспомнить, кто такая баба Зина, и поняла, что очень давно её не видела, поскольку та почти не посещала семейные торжества.
— Да отстаньте вы от Оксаны, что других тем нет, что ли? — встряла в разговор её мама, Елена Григорьевна, но её голос потонул в звуке дверного звонка.
— А вот и Зиночка, — улыбнулась Татьяна Тимофеевна, поднимаясь из-за стола и встречая гостью. — Очень рада, что ты нашла время для меня.
В гостиной появилась моложавая женщина, выглядящая не старше пятидесяти лет, но Оксана знала, что баба Зина была всего лишь на пару лет младше её бабушки, а той сегодня стукнуло семьдесят пять. Баба Зина, или Зинаида Михайловна, приходилась двоюродной сестрой Григорию Геннадьевичу, мужу Татьяны Тимофеевны и деду Оксаны. Одетая в модный тёмно-синий брючный костюм, женщина прошла к свободному месту за столом. Она передала имениннице огромную празднично упакованную коробку. При её появлении все перешёптывания стихли. С любопытством рассматривая эту модницу, Оксана при всём желании не могла назвать её «бабой». Заметив на себе её взгляд, Зинаида Михайловна подмигнула.
— Как дела, тётя Зина? — поинтересовалась тётя Маша. — Что-то давно тебя не было видно, у мужа моего недавно день рождения был, а ты не приехала.
— Да когда мне с вами собираться? — отмахнулась Зинаида Михайловна. — Вот на той неделе только с Кубы вернулась. Как же хорошо я отдохнула! Утром зарядка, бассейн, завтрак, затем прогулка по пляжу. Ах, — мечтательно закатила она глаза, — какой же там океан! А какие там горячие мужчины, всё пытались со мной познакомиться!
— Ну и нашли бы себе какого-нибудь кубинца, — рассмеялась Оксана, которой очень понравился боевой настрой бабы Зины.
— Тю! — отмахнулась та. — Они все альфонсы, думаешь, я не понимаю, зачем они ко мне лезли? А оно мне надо, тратить на них свои драгоценные минуты!
— И на моём юбилее в прошлом году ты тоже не была, — заметила тётя Вера, подкладывая в тарелку вернувшегося с балкона мужа ещё салат.
— А в прошлом году я ездила в Мексику, — бодро ответила баба Зина. — Ох, какая же там острая пища! Зато пирамиды майя посмотрела, с маракасами потанцевала! Тщ-щ-щ, тщ-щ-щ, — сжав кулаки, она потрясла ими, раскачиваясь из стороны в сторону под неведомую мелодию и изображая звук этих музыкальных инструментов. — А ещё на мне было такое пончо, эх, как мы тогда зажгли с этими музыкантами в ресторане!
— Понятно, — кисло улыбнулась тётя Вера. — А моя Шурочка на прошлой неделе третьего родила.
— Ой, какая молодец! — всплеснула руками тётя Люда. — Дети — это же счастье!
— И куда? — оживилась баба Зина. — В вашу двухкомнатную хрущёвку? Как вы там все умещаетесь только?
— Не в квартирах счастье! — насупилась тётя Вера. — Зато моя дочка точно знает, что в этой жизни важно, а что нет.
— Не, я не спорю, дети нужны, — пожала плечами баба Зина. — Но и образование тоже нужно, а то так и будут жить на пособие. А у тебя, Оксаночка, как дела? — переключилась она на двоюродную внучку. — Знаешь, я всем про тебя рассказываю, какая ты молодец! Образование получила в одном из лучших столичных вузов, начальница отдела, скоро ещё повышение заработаешь! Я же тоже всю жизнь в начальниках проходила. Где я только ни побывала — весь мир посмотрела!
С бабой Зиной, у которой оказалось отличное чувство юмора, Оксана проговорила до самого вечера, не обращая внимания на косые, а скорее завистливые, взгляды остальных гостей. Она рассказала родственнице об ипотеке, о том, что выгнала неверного любовника, за что получила одобрительный кивок. Тётя Вера же поджимала губы и раздражённо цокала, слушая их разговор, а особенно, когда баба Зина принялась рассказывать о своих поездках и увлечениях.
— Ладно, засиделась я с вами, а мне ещё домой ехать, — произнесла Зинаида Михайловна, поднимаясь из-за стола. — Татьянчик, ещё раз с юбилеем, всех благ тебе! А мне ещё сегодня на фотосессию для журнала. Представляете, у меня берут интервью! Буду рассказывать журналистам, как живут московские пенсионеры!
— Спасибо, что заглянула, дорогая, — в один голос произнесли Татьяна Тимофеевна и Григорий Геннадьевич. — Были рады тебя видеть!
— Иди-иди, — недобро буркнула тётя Вера.
— А потом у меня ещё сальса! — Напевая мелодию и двигаясь в ритме зажигательного танца, баба Зина покинула гостиную. Оглянувшись в дверях на прощание, она подмигнула Оксане и сказала: — Ты заглядывай ко мне!
— Бедная, — покачала головой тётя Вера, когда за бабой Зиной закрылась входная дверь. — Всю жизнь одна, не о ком ей позаботится, вот и приходится всякой ерундой маяться, чтобы заполнить внутреннюю пустоту.