Глава 21. Встреча

Лорд Бенеит Танатос, магистр некромантии

Рассказ Келлианы потряс меня. Открылся её ментальный дар — девочка слышит тварей. Не обычных животных, а монстров Брошенных земель. Мы долго молчали, не в силах осмыслить, что же делать дальше. И что нам это даст.

— Дед, а этот мой дар впервые проявился? До меня Слышащих не было? Судя по тому, что тварь знала о тех, кто их слышат, то встречала уже что-то подобное.

А внучка задает правильные вопросы! Я еще раз убедился, что она умна и сообразительна.

— Может, и были, но нам о них ничего не известно, — ответил ей. — Как могла понять, даже магистр Кромас воспринял твой дар, как нечто необычное. Не волнуйся, я не дам тебя в обиду, — добавил, так как в глазах Келли появился беспокойство.

— Мне не хочется, чтобы кто-то посторонний узнал о моем даре, и тем более, я не хочу, чтобы надо мной проводили опыты.

— Я же сказал, что не дам тебя в обиду, но пойми и ты, твой дар надо развивать, а как это сделать, не изучив его? Опыты над тобой никто проводить не будет, тем более без твоего согласия, но некоторые эксперименты провести нужно.

— Значит, мой дар похож на тот, когда менталисты слышат животных? Но ведь этот дар изучен?

— По сути, похож, но животные не говорят с магами, не передают человеческую речь. Маги только считывают эмоции и могут посылать зверью такие же ответные эманации. Могут мысленно направить на выполнение какого-нибудь простенького действия или успокоить взбунтовавшееся животное. Твоя особенность в том, что ты услышала тварь, поняла, что она говорит, и сама ответила ей. Это полноценный диалог. И это поражает даже меня.

Келли согласилась и успокоилась, а я еще раз подтвердил, что будут только дополнительные занятия по менталистике и те эксперименты, на которые она сама даст согласие.

А я раздумывал, докладывать ли об этом королю. Будь на месте Келлианы кто-то другой, я бы не сомневался. Девочка и так слишком многое пережила, а что будет дальше? Я боюсь за неё, ведь она только начала нормально жить, обретя семью, любовь и внимание близких. Жена души в ней не чает, готова баловать и исполнять любое желание Келли, вот только наша девочка неприхотлива и ничего сама не просит. Орния даже переживает, что Келли равнодушна к нарядам и украшениям, не хочет посещать модные салоны, и покупка каждого нового наряда стоит жене огромных нервов, чтобы уговорить купить. Я же только посмеивался, выслушивая жалобы жены, и советовал не давить на девочку, у неё и так уже шкафы от платьев ломятся. Новым книгам Келлиана радовалась значительно больше, чем новой шляпке.

Ночью мне приснился сын и строчки из найденной записки «… теперь все стало понятно. Мои исследования и поиски увенчались успехом. Это приведет к нашей победе над тварями. В роду моей жены …мен…упр…ми…». Последние словосочетания стали понятны «ментально управляли ими». А Келлиана могла перенять эту способность.

Утром послал своим людям в Консим вестник с приказом усилить поиски. Перерыть все, но найти родственников жены сына. Не могли же все они умереть за эти годы! Если сын нашел что-то важное, то это должно храниться у них. Но как быть с королем? Скрывать я не могу. Надо доложить, но только после того, как получу подтверждение из Консима.

Келлиана начала заниматься менталистикой по программе, составленной магистром Кромасом. Я беспокоился за неё, но она отлично справлялась и с нагрузкой, и с освоением новых знаний. Помог амулет-накопитель, предложенный магистром Кромасом. Он подзаряжался силой Келлианы, что позволяло раскачивать её потенциал, но и давал возможность дольше держать щиты. Хотя для первокурсников его не рекомендовали к использованию, но для обладателей двойного магического дара был в самый раз, ведь такой студент тратил и вдвое больше энергии.

Келли и тянуло к клеткам, но она и боялась этих голосов и не знала, что отвечать им. Ни «как» отвечать, а именно «что». Я посоветовал говорить, что она еще учится и пока ничего не знает, но если твари смогут ответить на её вопросы, уже будет хорошо. Может нам удастся что-то узнать о них самих и о том, что творится на Брошенных землях.

Тварь, к клетке которой мы подошли, повела себя так же, как рассказывала внучка о первом контакте. Зверь подошел близко к решетке и низко склонил голову, а потом Келлиана и зверь долго стояли друг напротив друга и смотрели в глаза. Вскоре ей стало дурно, пришлось уйти. При общении с тварями Келлиана истратила свой резерв и начала использовать уже свои личные физические силы, ведь ментальная магия требует большой концентрации, а значит и сил. Вот и стало ей опять плохо. То, что она рассказала мне, когда ей стало лучше, окунуло в полный шок. Такого я не ожидал! Да и никто раньше даже не мог предположить! Слышащая — проводник между тварями и людьми. Так было раньше в их старом мире, из которого они пришли. Эта новость уже требовала доклада королю, как бы мне этого не хотелось, но я продолжал тянуть. Вот приедем с практики, тогда все и доложим.

Мой человек из Консима приехал во время летних экзаменов, и не просто доставил хроники семьи Дэлманов, к которой принадлежала мать Келлианы, но и привез наших новых родственников — родителей Оллин. Узнав, что нашлась их внучка, они тут же собрались в дорогу.

Прежде чем представить их Келлиане, я сначала решил расспросить их сам. Чета Дэлманов оказалась пожилой парой без доли магии. Это были поседевшие люди с лицами, прорезанными морщинами, что часто бывает у людей, живущих на юге под лучами жаркого солнца, не жалеющего кожу.

— Нас трудно было найти, — сказал после взаимного приветствия и представления Ивар Дэлман, отец Оллин и дед Келлианы. — Мы много раз переезжали, и последние десять лет жили на побережье в небольшом рыбацком селении.

— Как жаль, что наша дочь Оллин не дожила до этого дня, — заговорила Ивела Дэлман. — Ведь она осталась жива после нападения, но тяжело ранена. Её подобрал на дороге проезжающий консимский курьер, который возвращался домой, и полуживую привез к нам. Она была уверена, что её муж и дочка погибли. Мы еле выходили её, но она…

Леди Ивела не договорила, ей мешали слезы. Продолжил её муж:

— Тяжело об этом говорить. Проведя на снегу несколько часов, Оллин простыла. А еще получила проникающее ранение легких и оставшиеся годы страдала от проблем с дыханием, но это было еще не все. От пережитого начались проблемы с психикой. Она не могла смириться со смертью тех, кого любила. Из-за этого мы переезжали с места на место. Новое окружение на время отвлекало её, делало почти прежней, но когда чувство новизны проходило, начиналась депрессия. Врачи советовали ей теплый климат и морской воздух, вот мы и предпочли юг Консима, там много курортных городков. Из-за проблем с легкими началась сердечная недостаточность. Пять лет назад она умерла, тихо, во сне.

Мы некоторое время молчали. Я их отлично понимал. Все эти годы я искал сына, а они боролись за жизнь дочери. Келли стала отдушиной нашей израненной семье, соединила вновь любовью, дала новые силы к жизни. Также она поможет и этим страдающим людям, возродит их надежды. Вот только известие о смерти матери опять заставит её страдать. Но внучка получит вдвойне больше любви и заботы. Уже сейчас чувствую, что леди Ивела будет не менее баловать Келли, чем Орния.

— Нам не терпится встретиться с внучкой, — прервал молчание Ивар Дэлман. — Какая она?

— Очень красивая и умная девушка. Она стала смыслом нашей жизни. Келлиана унаследовала дар отца и сейчас учится на первом курсе факультета некромантии, которым я заведую.

— Дианта. Они назвали её Диантой, — грустно сказала леди Ивела. — Оллин говорила, что вы не одобряли её кандидатуру на роль жены вашего сына, — с обидой и обвинением в голосе продолжила она.

— Да, такое было. В нашей семье всегда женились на одаренных магией, и Файон это знал. Я был не доволен ни конкретно Оллин, а выбором сына вообще. Я не желал их отъезда в Консим, но и удерживать не мог. И это останется моей не проходящей болью, — не стал я скрывать и искать оправдания, поэтому продолжил. — Прежде, чем отвести вас к внучке, я хотел бы подробнее узнать о том ментальном даре, что передается в вашей семье.

— Значит, не просто так вы искали нас, — сделал вывод господин Ивар. — Внучке передался не только дар отца, но и матери?

— Я начал поиски еще до того, как обнаружилась её способность слышать тварей, но несколько строк из письма сына подтолкнули усилить поиски. Келли, как некромант, изучает твареведение, а на практике у клеток с ними произошел первый контакт. Но мы ничего не знаем о Слышащих, поэтому сейчас надежда только на вас. Только ваши рассказы и хроники рода помогут Келли. Владеете ли вы сами этим даром?

— Этот дар всегда передается от матери к дочери. Оллин говорила, что впервые услышала тварей, когда Файон привел её к зверинцу, показывая академию. До этого она и не подозревала, что владеет этой способностью. А когда они приехали в Консим, Файон занялся поисками сведений о Слышащих. В хрониках нашей семьи описан ритуал ментального единения человека и зверя, но его уже не проводили несколько столетий, многое утрачено, — рассказывала леди Ивела.

— Дедушка! — в кабинет стремительно вошла Келли со счастливой улыбкой на лице. — Я сдала экзамен на отлично!

Но увидев, что я не один, смутилась, присела в реверансе, здороваясь с моими собеседниками, и произнесла извинения за своё неподобающее поведение.

— Келли, — остановил я её. — Позволь представить тебе супругов Дэлманов — леди Ивелу и лорда Ивара. Они прибыли из Консима…. Они твои бабушка и дедушка, так как твоя мама Оллин — их дочь.

Дэлманы смотрели на Келли завороженно, даже не моргая.

— Как она похожа на Оллин, — выдохнула леди Ивела.

Келли тоже всматривалась в их лица, и, похоже, не знала, что говорить и как себя вести. Перед ней были совсем незнакомые ей люди, но в то же время — очень близкие по родству. В смятении она посмотрела на меня, прося поддержки и подсказки.

— Келли, — поспешил я на помощь. — Вам надо поговорить о многом, но ты устала после экзамена, а наши гости еще не отдохнули после долгой дороги. Нам всем надо успокоиться. До ужина есть время на отдых, а после вы побеседуете, расскажите друг другу о себе, познакомитесь ближе.

Когда горничная увела Дэлманов в их комнаты, внучка спросила:

— Они приехали одни?

Я сразу понял, о ком она спросила — о матери, поэтому ответил:

— Одни. Твоя мама умерла, Келли.

Подошел, крепко обнял, поглаживая её хрупкие плечи, а она уткнулась в мой сюртук, всхлипнула, а потом сказала:

— Я чувствовала, что никогда её не увижу, но в душе тлела капля надежды. Сейчас исчезла и она.

— Это горько — потерять надежду…

— Не переживай за меня. Мне легче, потому что я никогда не знала мамы. Я счастлива уже тем, что у меня есть ты и бабушка Орния. Если новые родственники хоть немного будут такими, как вы, моему счастью не будет предела.

— Вот вы где! — в кабинет зашла упомянутая только что леди Орния. — В доме гости, а я узнаю об этом только сейчас от горничной! Нельзя же так! Почему меня не предупредили? И кто они? И почему Келли плакала? Что случилось?

Жена просто закидала нас вопросами, пришлось все рассказать. Орния подошла к внучке, поцеловала, успокаивающе поглаживая по волосам:

— Милая, я рада, что у тебя будет вдвое больше людей, которые тебя любят.

За ужином вновь прошло знакомство. Ели быстро, всем не терпелось перейти к общению, что мы и сделали, переместившись в гостиную, где горничная накрыла стол с чаем, вином и фруктами.

Дэлманы повторили для Келли и Орнии то, что случилось с Оллин на тракте, как она умерла. Внучка и жена опять не смогли сдержать слез. А в глазах гостей читалось беспокойство, они боялись того, как может отнестись к ним Келлиана, признает ли в них родных, ведь ко мне и Орнии она привыкала постепенно. Но внучка добра и умна. Она все поймет.

Разговаривали долго. Были взаимные расспросы о годах, прошедших до этой встречи.

— Мы решили остаться здесь, в столице, — озвучил свои планы Ивар Дэлман. — Снимем дом где-нибудь поблизости, лучше конечно, в пригороде. Мы привыкли жить в тишине, на природе. Сейчас, когда мы обрели внучку, расставаться с ней мы не сможем.

— Замечательно, — поддержала их решение Келли. — Вы сможете часто приезжать к нам, а я буду гостить у вас в выходные дни.

После этих слов Дэлманы заметно расслабились. Леди Ивела счастливо улыбалась.

Поговорить о способности Слышащих и изучить хроники рода Дэлманов решили после того, как кончатся летние экзамены, и будет свободная неделя до отъезда на практику. Это устроило всех, так как новые родственники хотели узнать поближе внучку, больше времени проводя с ней. Вот только самой Келли в период летних экзаменов надо было больше заниматься, поэтому Дэлманам пришлось довольствоваться тем, что они просто сидели рядом с ней в библиотеке. Я поразился, какими влюбленными взглядами смотрят они на неё, видя во внучке черты своей дочери.

Пора экзаменов пролетела быстро. Вся четверка некромантов и Мики сдали все на самые высокие оценки и получили возможность выбрать себе место прохождения практики. Так как я брал Келли с собой на Рубеж, то и её друзья выразили ту же решимость поехать с нами. Даже Мики, как ни странно, выпросила в деканате своего факультета направление в школу в приграничье.