Глава 16

Объект Рита сдала на два дня раньше намеченного срока. Четвертого июня «поместье» Гарика приехали принимать сами хозяева – жена Гарика наконец-то тоже появилась на участке, а также директор креативного отдела Андрей в сопровождении Ратмира. Рита решила, что последний явился специально, чтобы найти, к чему придраться в ее работе. Но придираться было не к чему. Еще месяц назад большой участок вокруг дома представлял собой поле, поросшее молодой травой, да кое-где торчали старые дубы и березки. Деревья трогать не стали, Рита отлично вписала их в свой проект.

Теперь перед самым домом красовалась широкая площадка, мощеная светло-коричневым камнем. Ближе к центру, где возвышался фонтан, темно-коричневые камни чередовались со светлыми, образуя мозаичные спирали. В стороны от фонтана убегали тропинки – по две с каждой стороны.

Самым сложным во всем проекте оказалось вписать в ландшафт подъездную дорогу для автомобилей. По изначальному плану машины должны были подъезжать к парадному входу, а потом огибать дом и отправляться в гараж позади здания. Но когда уже приступили к работам, Гарик вдруг решил, что ему совершенно не нравится такая широкая подъездная дорога у самого фасада дома. Он попросил Риту придумать что-то такое, чтобы было больше зелени, меньше камня и асфальта. Рита придумала. Теперь все автомобили въезжали в большие кованные ворота и ехали еще сотню метров, пока не открывался вид на фонтан и собственно на дом. Отсюда подъездная дорога теперь уводила влево и бежала вокруг сада. Гости могли выйти из автомобиля здесь и пешком пересечь площадку перед центральным входом, а в случае дождя объехать весь парк и выйти уже в гараже. Сам гараж Гарику тоже перестал нравиться. Он считал, что тот портит весь вид, хотя если стоять перед домом, то не из какой точки увидеть его было невозможно, разве что с воздуха. Рита и здесь нашла решение. Стены гаража теперь полностью скрывали густо посаженные высокие туи. Их насадили так плотно, что за ними не проглядывались стены гаража, и казалось, что участок в этой части упирается в настоящий лес.

Если территория перед особняком представляла собой классический сад в английском стиле, где вдоль аккуратных тропинок в строгом порядке красовались цветы, кустистые розы, экспозиции из декоративных камней и крошечных фонтанчиков, то позади дома расположилось все то, что, по словам Гарика, резало ему глаз: бассейн, теннисный корт и детская площадка. Все это Рите удалось гармонично вписать в созданный ею ландшафт. Так у стены из туй, прятавших гараж, разместился лабиринт из невысоких, в половину человеческого роста, кустарников. Потеряться в нем было сложно, но побродить в поисках выхода придется, так что четверым отпрыскам Гарика будет где играть в прятки. Параллельно лабиринту разместилась игровая зона, а следом за ней, напротив заднего выхода из дома – большой бассейн.

– Маргарита, какая же вы молодец! – нахваливала девушку Алла, жена Гарика. – Я видела эскизы первоначального проекта, но одно дело картинки, а другое – видеть все это воплощенным в жизнь.

Алла взяла Риту под руку, и они вместе отправились рассматривать все закоулки простирающегося перед ними парка. Рита поймала одобрительный взгляд Ратмира, который вместе с хозяином и Андреем отправились в другую сторону.

– Гарик ведь хотел сделать мне сюрприз, ни в какую не разрешал приезжать сюда, – улыбнулась Алла.

Она была намного моложе мужа, и на первый взгляд, показалась Рите несколько высокомерной – холеная платиновая блондинка. Но первое впечатление не оправдалось, и Алла оказалась вполне себе приземленной и практичной женщиной.

– Как вам удалось убедить моего мужа сделать все именно так? – Алла обвела рукой вокруг.

– Что вы имеете в виду? – удивилась Рита.

– Я же его знаю. Я, если честно, ожидала увидеть кучу обнаженных статуй и все в таком роде.

Рита вспомнила пресловутый фонтан.

– Ну, временами приходилось поспорить, но все-таки на уступки он шел почти без проблем…

– Неужели? С трудом верится, – Алла приподняла бровь. – Когда я увидела, какой фонтан он хочет здесь водрузить, я готова была убить его.

– Так вы видели? – засмеялась Рита. И она рассказала Алле ту историю, когда им с Ратмиром пришлось применить всю свою изворотливость, чтобы «подсунуть» Гарику фонтан попроще и поприличнее.

За разговором они медленно обогнули парк справа и вышли к бассейну. Мужчины уже были здесь. Гарик что-то рассказывал о торжестве, на которое было приглашено множество гостей. Пока хозяева болтали с Ратмиром, Андрей обратился к Рите:

– Рит, завтра будет совещание. Ратмир Валидович просил присутствовать всех дизайнеров из нашего отдела. Назревает новый, очень сложный и важный проект.

– Хорошо. Здесь все дела закончены, само собой, завтра я буду в офисе.

– Да-да. Посмотрим, что там с этим проектом. Если получится, то потом дадим тебе пару лишних выходных среди недели, а то здесь тебе пришлось впахивать без отдыха.

– Ничего. Это же мой первый проект… Главное, чтобы всем понравилось.

– У тебя все отлично получилось, – подбодрил ее Андрей. – Никто бы не справился лучше.

– Спасибо, – Рита радостно улыбнулась, довольная и словами Андрея, и самой собой.

– Подбросить тебя в город?

– Да, если можно.

– Тогда сейчас узнаю, – Андрей кивнул в сторону Ратмира, – если мы боссу больше не нужны, то сразу и поедем.

Боссу они нужны больше не были. Ратмир что-то сказал Андрею и согласно кивнул, разрешая тому отправляться назад в столицу. Риту он лишь проводил задумчивым взглядом.

Ее чувства были в смятении. Она откровенно призналась себе, что соскучилась по Ратмиру. Рите не хватало их перепалок, шуток и его стремления найти повод побыть с ней наедине. Поцелуев, черт возьми, ей тоже ох как не хватало! А теперь… А теперь все это куда-то испарилось. Плевать. Наверняка Ратмир уже нашел ей замену. Мало вокруг него, что ли, женщин?

Изначально Рита хотела поехать к себе на дачу, когда Гарик и начальство примут ее работу. Втайне она даже надеялась, что Ратмир предложит отвезти ее. Но он не предложил – остался на участке Гарика. А просить Андрея везти ее не в Москву, а в другую сторону, было как-то неловко. Да и устала она. Поэтому Рита решила сегодня как следует отдохнуть, а послезавтра сразу после работы отправиться на дачу. Хорошо, что до выходных осталось поработать всего два дня. В воскресенье у Лизы день рождения. Завтра после работы нужно будет заехать куда-нибудь за подарком для дочки. Некогда ей думать о Ратмире. Некогда грустить.

***

В метро неожиданно погас свет, и поезд, резко дернувшись, остановился посреди туннеля. Кругом царил беспроглядный мрак, но почти одновременно во всех концах вагона зажглись экраны мобильных телефонов, рассеивая тьму. Рита тоже достала мобильник. Связи не было. До начала совещания в «Валиде» оставалось еще сорок минут. Опаздывать не хотелось. Все-таки она уже месяц не появлялась в стенах компании. Ее и так там мало знали. Не успела прийти на работу – поползли слухи о ее романе с Ратмиром. Теперь вот больше месяца она проторчала на участке Гарика. Не хотелось начинать свой новый месяц на работе с опоздания на какое-то суперважное совещание.

Она слышала, как люди вокруг нее начали, волнуясь, переговариваться. Народу в вагоне было много – почти самый час пик перед работой. Рита подумала, что если свет не дадут в ближайшие минут десять, то начнется духота. Надолго ли им хватит кислорода при таком столпотворении? Она услышала, как кто-то вспомнил о терактах в московском метро десятилетней давности. Рита почувствовала, как у нее начало покалывать в пальцах рук, а потом и ног. Закололо в области сердца. Только не паниковать. Нужно успокоиться. Она начала считать от ста до единицы: обычно обратный счет помогал ей успокоиться.

Когда она досчитала до двадцати, то подумала, что и на этот раз панической атаки удалось избежать. Но время шло, а поезд все стоял. Темнота вокруг, где-то надрывно плачет ребенок, кто-то матерится. Рита почувствовала, что у нее по спине медленно стекла капелька пота, потом другая. Девушка нащупала у себя на запястье резинку и, сильно оттянув ее, отпустила. Резинка больно ударила по коже. Обычно это помогало переключить внимание и избавиться от бесконтрольного страха. Кажется, и сейчас сработало.

Свет в метро дали только через полчаса.

***

Рита опоздала-таки на совещание, хотя, как только ее телефон поймал сеть, она написала Кате из креативного отдела и сообщила, что из-за неполадок в метро она сильно опаздывает. Однако ответа от коллеги она так и не получила.

Рита вошла в большой конференц-зал, когда совещание уже шло полным ходом. Здесь присутствовали не только все сотрудники креативного отдела, но и все трое братьев Закаевых и еще какие-то, незнакомые Рите люди. Рита не знала, что на совещании будут представители московской администрации, а потому без единой задней мысли, постучавшись, попыталась извиниться и прошмыгнуть на единственный пустующий стул – ее стул.

– Извините, – прошептала Рита.

Она надеялась, что на нее никто не обратит внимание. Когда она влетела на этаж, где проходило совещание, одна из секретарш, кажется, Русланова, шепотом болтавшая о чем-то с секретарем Ратмира Ириной, кивнула Рите на дверь в нужный конференц-зал.

Рита попыталась незаметно пройти на свое место, которое, к слову, было с самого края. Может быть, на нее действительно никто бы и не обратил внимания, но когда она вошла в зал, речь держал Ратмир. И он, увидев Риту, прервался на полуслове. Рита видела, что он зол и раздражен. В его взгляде так и читалось: «Ты слишком много себе позволяешь!»

– Какого черта? – рявкнул он на весь конференц-зал. Присутствующие замерли.

– Извините, – снова попыталась исправить ситуацию Рита. – Я не нарочно.

– Какого черта ты опаздываешь, когда тебе велено было быть здесь еще час назад? – Ратмир не сдерживал раздражения, говорил не просто громко, а орал.

Рита не выносила крика. Панические атаки накрывали ее в стрессовых ситуациях, и она научилась с ними бороться. Почти всегда Рите удавалось избегать сильных приступов, но не когда на нее орали. Крик будто переключал в ее голове какой-то тумблер, и она уже не могла совладать с накрывающим ее страхом, не понимая ни что делает сама, ни что происходит вокруг.

– Не ори на меня, – свой голос Рита слышала будто из-под воды.

– Не орать на тебя? Да какого хрена ты себе позволяешь?

В ушах звенело. Ратмир что-то продолжал говорить, отчитывая Риту, но она уже ничего не слышала. Сердце не билось, а будто дергалось, как старая дрезина на проржавевшей колее. Рита сделала один вдох, второй, третий, и ничего не почувствовала. Она не могла дышать. Она не могла дышать! Сквозь пелену прорвался голос Ратмира:

– Если вы уж позволяете себе опаздывать, Маргарита, то будьте так любезны – дождитесь в холле, пока вам не будет позволено войти!

Рита уже ускользающим сознанием поняла, что если она сейчас что-нибудь не сделает, то паника поглотит ее окончательно. Был только один способ избавиться от страха – отвлечься на что-то другое. Обычно помогал сильный шум. Шум, который бы перекрыл звук строгого адресованного ей голоса. Шум, который бы избавил ее от этого жуткого звона в ушах. Шум, который мог бы вырвать ее из костлявых когтей страха, которые уже сомкнулись вокруг шеи и не давали сделать и вдоха.

Рита не понимала, что делает. Ее зрачок уловил какой-то яркий отблеск, она взмахнула почти уже онемевшей рукой и схватила первое, на что наткнулась: на край стеклянной витрины, что стояла справа от двери. На этой витрине были выставлены фотографии и грамоты компании за различные достижения. Солнечные блики играли на стекле, преломляясь и разбиваясь на сотни радужных цветов. Рита, насколько хватало угасающих сил, толкнула витрину – та оказалась, на удивление, легкой. Грохот падающих предметов и звук битого стекла наконец-то вывели Риту из полукоматозного состояния. Звон в ушах начал стихать, и она смогла сделать судорожный вдох – будто вынырнула на поверхность из морской пучины.

– Никогда не ори на меня, – прошептала Рита и на ватных ногах вышла из конференц-зала. И снова она почувствовала, что тонет, захлебывается в лапах страха. «Я, кажется, сейчас умру», – пронеслось у нее в голове.

***

– Какого хрена только что произошло? – Ратмир по-прежнему стоял и смотрел на дверь, в которую вышла Рита. По полу у входа разметались тысячи осколков. Все присутствующие на совещании притихли, будто они только что стали свидетелями, как минимум, вторжения инопланетян.

Даже всегда насмешливый Руслан в этот раз не нашел что сказать.

– Вот это дисциплинка у вас, – наконец нарушила тишину представительница администрации города.

За дверью послышался какой-то шум и топот, взволнованные голоса. В конференц-зал вошла секретарша Ратмира Ирина. Этой-то что здесь надо? Ратмир не просто кипел от гнева, он готов был вот-вот взорваться. Его взбесило опоздание Риты, и он сам не понимал, почему разозлился до такой степени. Но ее выходка… Она ни с того ни с сего взяла и опрокинула витрину. Что это был за жест? Что она хотела им показать? Эта девочка решила, что если он проявлял к ней симпатию, значит, ей все сойдет с рук? После Ритиного представления выгодный контракт с московской администрацией, контракт, за которым «Валид» в его лице охотился больше года, скорее всего, будет аннулирован. Кто захочет работать с людьми, которые позволяют своим подчиненным устраивать подобное? Даже Руслан, вон, до сих пор в шоке смотрит на осколки витрины. Что уж говорить о присутствующих здесь начальниках от главы города?

– Ратмир Валидович, – пробормотала сильно взволнованная и очень бледная Ирина, распахнувшая дверь. – Там Рита…

– Ну что еще? – рявкнул Ратмир.

– Там Рита, кажется, не дышит…

– Что? – это, казалось, произнесли все присутствующие хором.

Ратмир одним махом перепрыгнул через стол, отделявший его от двери, и вылетел в холл. Конференц-зал наполнился гулом. Все толпой выбежали вслед за Ратмиром.

Рита лежала на полу всего в нескольких метрах от двери в конференц-зал. Над ней склонились секретарши Руслана и Саида. Ратмир растолкал девушек. Рита была бледна, словно на нее высыпали пакет муки, и никак не реагировала на попытки одной из секретарш растормошить ее.

– Что с ней?

– Не знаем. Мы услышали звон бьющегося стекла у вас там, – Ирина кивнула на конференц-зал, – а потом выбежала Рита. Она как-то странно посмотрела на нас, сказала, что не может дышать, а потом упала.

– Скорую вызывайте, – рявкнул Ратмир.

– Уже вызвали.

– Она что, умерла? – пробормотал кто-то из дизайнеров.

Ратмир пощупал Ритино запястье: пульс был, сердце тоже вроде бьется. Рядом с Ратмиром на корточки присел Сергей Васильевич из московской администрации.

– Никто не умер, – спокойным голосом проговорил он. – У вашей сотрудницы, скорее всего, произошла сильная паническая атака, а на ее фоне либо что-то с давлением, либо что-то с сердцем.

Ратмир вопросительно взглянул на мужчину.

– Я не врач, но моя жена такие фортели частенько выкидывает.

– Что еще за паническая атака? – не понимал Ратмир.

– От сильного стресса или страха некоторых людей накрывает приступ паники. В такие моменты, если не отвлечься, они перестают контролировать себя. Им кажется, что у них инфаркт, они задыхаются и умирают.

– С чего вы решили, что все дело в панике? – в голосе Ратмира прозвучали нотки надежды.

– Я не уверен, – Сергей Васильевич пожал плечами, – но моя жена в такие моменты обычно что-нибудь бьет или ломает. Посторонний сильный звук или боль отвлекает человека от его состояния, и паника проходит. По тому, как девушка себя вела, я увидел, что это именно панический приступ.

Ратмир недоуменно уставился на Риту. Он что, своим криком так напугал ее, что у нее случился приступ паники? Такое вообще возможно? И почему она не приходит в себя?

Послышался звук остановившегося на этаже лифта, и к собравшейся в холле толпе заспешили люди в белом. Скорая приехала очень быстро. Не успели врачи склониться над Ритой, как она наконец-то очнулась, но тут же застонала. Кажется, ей было очень больно. Таким беспомощным, как сейчас, Ратмир не чувствовал себя еще никогда. Доктор задавал Рите какие-то вопросы, но она, кажется, еще не пришла полностью в себя и не понимала, что происходит. Только судорожно хватала ртом воздух. Ей сделали укол, и почти сразу же она отключилась.

– Что с ней? – спросил Ратмир, поднявшегося с пола врача. Два санитара тем временем укладывали Риту на носилки.

– Судя по всему, от стресса или переутомления резко упало давление. Мы заберем ее в больницу, сделаем анализы. Сейчас сложно сказать что-то более конкретное.

– Она вроде бы задыхалась, даже не дышала.

Доктор только усмехнулся, пожав плечами.

– Это паника. Она думала, что задыхалась. А на самом деле – нет.

– Как это?

– Вот так это. Долго объяснять, – врач только махнул рукой и направился к выходу.

Врач Ратмиру не понравился. Что значит «долго объяснять»? Он вроде бы не имбецил и способен понять, что произошло с Ритой.

Ратмир поймал взгляд Руслана.

– Я в больницу поеду. Закончите тут без меня.

– Не боись, брат. Поезжай с Маргариткой.

Сергей Васильевич положил Ратмиру руку на плечо:

– Не переживайте. Все с вашей девушкой хорошо будет. Моя жена такое часто выкидывает, и ничего – обходится, – он ободряюще улыбнулся. – Мы сейчас быстренько с Русланом и Саидов Валидовичами назначим день новых переговоров, а уж в следующий раз обсудим все детали с вами лично.

– Спасибо, – благодарно пожал ему руку Ратмир и поспешил вслед за врачами, еле успев в лифт, который вот-вот собирался захлопнуть перед ним двери.

– Куда вы ее везти собрались? – Ратмир смерил взглядом врача, который всем своим видом показывал, как он устал и насколько ему безразлично все происходящее.

Доктор назвал адрес больницы.

– Нет, отвезете девушку туда, куда я скажу.

Врач попытался что-то возразить, но спорить с кем-то из Закаевых, особенно когда он на взводе, было глупой затеей. Риту отвезли в одну из лучших частных клиник столицы, где у Ратмира был знакомый врач.

Чуть позже в больнице подтвердили предположение Сергея Васильевича: у Риты действительно произошел сильнейший панический приступ, а к нему присовокупились усталость и истощение, приведшие к резкому падению давления и, как следствие, к обмороку.

– С ней точно ничего серьезного? – спросил Ратмир, выйдя вслед за доктором в больничный коридор.

– Ну как вам сказать. Пока ничего серьезного, но девушка явно переутомилась. Мало отдыха, плохое питание, отсутствие сна, а еще и стресс. Видимо, она уже сильно нервничала, когда попалась вам на глаза…

– А я добавил, – перебил доктора Ратмир, запуская руки в волосы. Ранее он рассказал все, что произошло этим утром в конференц-зале. Любая деталь была важна для постановки верного диагноза.

– Ну да. Видимо, ваш выговор, мягко сказать, стал последней каплей, и нервная система не выдержала.

– То есть это нервный срыв?

– Да нет. Это паника. Человека охватывает сильный страх, а результат вот такой, – доктор кивнул в сторону Ритиной палаты. – Когда она очнется, узнаем, бывало ли с ней такое раньше.

Ратмир вспомнил тот день, когда Рита влетела в президентский лифт. Тогда она тоже вела себя несколько странно: девушка была бледна, прерывисто дышала и почти не понимала, что ей говорят, а вышла из этого состояния только в его кабинете.

– Бывало, – уверенно сказал Ратмир. – Точно бывало.

– Вот видите. Обычно люди, с которыми частенько случаются панические атаки, умеют с ними бороться. Есть определенные признаки, по которым можно понять, что человека вот-вот накроет приступ. И часто такой человек знает, что его из состояния страха может вывести: кто-то тут же включает любимую музыку, кто-то начинает глубоко дышать, кто-то считает до ста – способов много. Зачастую они вполне эффективны.

– Но не в этот раз.

– Но не в этот раз, – доктор вежливо улыбнулся. – Не переживайте. Доктор из скорой вкатил девушке, конечно, мощную дозу успокоительного, но через часа три-четыре она проснется и будет как новенькая, вот увидите.

– Спасибо, доктор. Я останусь с ней.

– Оставайтесь. Проснется, наверняка будет голодная, так что позовете потом медсестру, она принесет обед.

Врач ушел, а Ратмир вернулся в палату Риты. Она, казалось, безмятежно спала, но красок в лице совсем не было, даже губы стали совсем бледными. Ратмир сел на краешек кровати и взял Риту за руку, нежно поцеловав кончики ее пальцев, он прошептал:

– Прости, Маргаритка. Я больше никогда не позволю себе на тебя орать, только прости меня…