Глава 5

САЛАТ "ПУСТЬ СВЕКЛА ЕЙ БУДЕТ ШУБОЙ": Берется сельдь, умерщвляется, лишается скелета и костей. (Как правило, после этого сельдь умирает) Далее она хоронится среди свеклы, картофеля и майонеза. По традиции, о салате гости должны говорить либо хорошо, либо ничего.

Из Интернета

— Что ты им насыпала?! — шепотом вызверилась на меня Ларуна, едва я появилась рядом с ней.

— Я не все цвета различаю, — покаялась я, внимательно следя за творившимся в зале безобразием. — Там, в ящичке, лежало два красных пакетика….

— Корица… — в отчаянии прошептала Ларуна. — Идиотка! Это был розовый пакетик! Понимаешь, розовый! Иди теперь, ищи стража правопорядка, чтобы он этих обормотов успокоил! Ну что стоишь?! Дверь там!

Плохо понимая, как поможет в такой ситуации один-единственный страж и почему Ларуна сама не хочет отправиться на его поиски, я все же осторожно открыла дверь на улицу. Там, в отличие от кафе, все было тихо, можно сказать, даже благостно: неспешно прогуливались прохожие, над их головами летали, издавая разные звуки, местные птицы, даже нечто похожее на солнце светило где-то высоко. Сюда не долетало ни малейшего звука из кафе. Словно внутри не громила зал толпа троллей. И что делать? Куда бежать? Кого искать? Я тяжело вздохнула и решительно влилась в поток нелюдей.

Как ни странно, нужный мне страж обнаружился минуты через три, на самом углу улицы. Высокий черный котелок, оранжевая форма с круглыми тяжелыми пуговицами, свисток, болтавшийся на веревке, и дубинка, прикрепленная к поясу.

— Извините, — как можно вежливо обратилась я к нему, подойдя со спины. — В кафе драка. Нужна ваша помощь.

Договаривала я, уже смотря в круглые желтые глаза. Шерсть на затылке и необычной формы уши. Это что же, передо мной оборотень? Впрочем, сейчас-то какая разница?

— Ты там работаешь? Новенькая? — уточнил мой собеседник и, не дожидаясь ответа, повернулся и размашистым шагом направился к кафе.

Я практически побежала за ним. Дошли до заветного помещения одновременно. Внутри все еще резвились тролли, то танцуя, то дерясь, то пытаясь проделать дырку в стенах и полу, и стояла, вжавшись в стенку, Ларуна. В общем, ничего не изменилось.

Страж окинул зал внимательным взглядом, взял в руки свисток, поднес его ко рту. В следующее мгновение нас всех оглушила какофония звуков, резких, жалобных, громких. Плакал ребенок, ревели животные, завывал в верхушках деревьев ветер… Тролли попадали на пол, как подкошенные. Ларуна последовала их примеру. Я… Я впала в этакую прострацию. Меня практически оглушили, мозг словно вытек из черепной коробки, а глаза вылезли из орбит.

У лица появилась широкая ладонь, неспешно провела вверх-вниз перед глазами.

— Пришла в себя? — уточнил страж. — Странная реакция у тебя. Все, тут спокойно. Дальше сами разбирайтесь.

Входная дверь закрылась с той стороны.

Я тряхнула головой. Вот же… Предупреждать надо!

Со стороны кухни послышались звуки. Похоже, кто-то из мужчин наконец-то проснулся. Ну да, тролли их не разбудили, а вот свисток…

— Что здесь… — в зале появился Ронтар, оглядел почти что кровавую сцену хозяйским взглядом, мученически закатил глаза к потолку. — Что ты им дала?

Правильно. Кто ж еще мог напортачить-то? Только я.

— Корицу, — не стала я скрывать.

— И давно?

— Минут десять-пятнадцать назад.

— Страж приходил?

Я кивнула.

— Что ж такого в том пойле было, что меня так вырубило?.. Ладно, иди буди Кариса — на подоконнике флакончик стоит с завинчивающейся крышкой. Открой его, сунь под нос этому лентяю. Скажи, я приказал.

Убирали мы зал долго, чуть ли не до половины ночи. Тролли, чуть придя в себя, смылись доигрывать свадьбу в доме молодых, а мы… Мы остались работать…

Как оказалось, магия в этом мире есть не у всех. Никто из работников кафе ею не владел, а потому, чтобы все исправно работало, покупали специальные амулеты. Каждый такой амулет стоил целое состояние. Ронтар слыл мужчиной жадным, амулет для починки мебели никогда не брал, потому и трудились мы сами, ручками, так сказать, разбирая завалы и ремонтируя «на коленке» все, что могли.

— Завтра закроемся, — мрачно сообщил Ронтар, когда мы, умотавшись, с трудом доползли до стульев в кухне, — мы с Карисом — за новой мебелью. Вы пока останетесь на хозяйстве. Да, Лика, весь ущерб вычту из твоей будущей зарплаты.

Я мысленно прикинула, сколько что здесь может стоить, и поняла, что до своего возвращения на Землю буду работать бесплатно…

Следующее утро мы встретили сонными мухами. Вряд ли каждый из нас провел в постели больше четырех часов, а потому зевали в открытую все четверо.

Ели и пили все, что попадалось под руку: старый хлеб, остатки мясной нарезки с тролльего стола, трехдневные пирожки с непонятной начинкой, какой-то безвкусный чай. Главное было поскорей набить живот и попытаться проснуться до обеда, чтобы приготовить хоть что-нибудь съедобное.

Я плохо запомнила день: вроде что-то делала, куда-то ходила, то и дело выполняя указания Ларуны, потом помогла Ронтару и Карису устанавливать мебель… Очнулась я в своей постели поздно вечером. Тело болело, кости ломило, туман в голове сменился жутким желанием спать, желудок мрачно напоминал, что его изредка следует наполнять. Возможно, я послушалась бы его и под трели спустилась бы в кухню, но в данную секунду не могла двинуть ни рукой, ни ногой. Так что пришлось лечь голодной, в рабочей форме, даже не переодеваясь. Заснула я на удивление быстро, несмотря на желание есть. Видимо, сказалось переутомление.

Утро принесло серость за окном и раздражение в душе. Никакого выходного в ближайшее время не предвиделось. Ронтар вчера объяснил мне, что у работников график ненормированный, а потому свободный день может появиться и через семь, и через четырнадцать дней. Зависит о наполняемости кафе. Я столько трудиться откровенно не желала. На вопрос о профсоюзах или других организациях, отвечающих за права граждан, Ронтар ухмыльнулся и покрутил пальцем у виска.

— Это вы, люди, чтобы меньше работать, такую чушь придумали, — заявил он немного снисходительно, — здесь об этом не думают. Пашут, пока не упадут. Так что готовься, Лика.

К чему готовиться, он не уточнил, да и так все было понятно: пашите, негры, солнце еще высоко. Нет, надо будет обязательно что-то придумать с планированием отдыха и четким рабочим графиком…

Народ уже сидел в кухне, в форме кафе: юбка или брюки желтого цвета и красная кофта или блуза. Этакий светофор на ножках.

— Открываемся через час, работаем по обычному графику. Лику к плите не подпускать, — скомандовало недовольное тратами начальство.

«Пить надо меньше», — огрызнулась мысленно я.

Наевшись блинчиков со сметаной, в этом мире густой и чересчур, на мой вкус, жирной, и запив их ягодным морсом, стали ждать клиентов.

— Ронтар, там к тебе Роршах пожаловал, — заглянула в кухню Ларуна, вышедшая обслуживать первого клиента.

Тролль кивнул. Он каким-то волшебным способом умел на расстоянии определять, какая раса появилась в стенах кафе и в каком количестве. И вот сейчас, оторвавшись от плиты, он поставил вместо себя Ларуну, а сам вышел в зал. Вернулся примерно через полчаса, обескураженный.

— Лика, к плите. Готовить будешь.

Челюсти дружно упали на пол.

— Что? Что вы так смотрите? Лика, драконы — древние существа, практические бессмертные. Роршах мог мою прабабку в колыбели застать, а тролли по триста лет живут.

— И? — не поняла я смысла сказанного.

— И. Скучно ему. Услышал, как ты тут всех походя травишь, развлечься таким странным способом захотел.

— Ты хочешь сказать, отправиться на тот свет? — уточнила язвительно Ларуна.

— Умная, да? — недовольно повернулся к ней Ронтар. — Тогда вперед, в зал, сама дракону все объяснять будешь. На пальцах, чтобы дошло. Лика, что стоишь?! К плите!

— Снова мебель придется менять, — мрачно проворчала я, проходя на место Ларуны.

— Не придется, — довольно ухмыльнулся Ронтар, — Роршах — сильный маг, он амулет дорогой мне вручил. Давно обещал, и наконец-то вышел случай.

Класс. Трави, Лика, высокого гостя, он сам разрешение на это дал.

— Готовить что?

— Блинчики и компот. Сама. Ларуна и Карис идут в зал. Ну?!

Я мысленно перекрестилась и уточнила:

— Он будет ждать? На приготовление и того, и другого нужно как минимум двадцать минут.

— Ничего, подождет, — отрезал Ронтар и добавил, ухмыльнувшись. — Сказал магию ускорения не использовать. Он все еще хочет жить.

Что такое магия ускорения, я не поняла, но стремление дракона обязательно выжить после моей стряпни оценила.

Блинчики… Один раз в своей жизни я готовила блинчики. Родные, наверное, до сих пор этот кулинарный опыт вспоминают с содроганием. Сначала я пересмотрела несколько роликов в Интернете, причем насладилась и профессиональным приготовлением других блюд. Там, на камеру, все выглядело легко и просто, а потому я искренне верила, что и в реальности получится точно так же. Затем я начала ныть в течение нескольких дней, упорно выпрашивая у непреклонной мамы разрешение встать к плите. Мне тогда едва исполнилось пятнадцать, мы только что сделали ремонт, обставили кухню так, как хотела мама, даже посуду новую купили. В общем, пустили меня в мамину вотчину с огромным скрипом. Я с удовольствием разложила и расставила на столе все необходимые ингредиенты и посуду и вдохновенно принялась творить. Смесь на блинчики получилась слишком густой. Я подумала и добавила туда муки и сахара. Потом — еще яйцо. Потом еще муки и немного сахара. Плюс щепотку соли. В общем, колдовала я у плиты достаточно долго. В итоге то, что получилось, есть было невозможно: большие куски плохо прожаренного теста, сладкие и комковатые. Что сказала мама, когда увидела заляпанные стены и грязную плитку вкупе с горой посуды в раковине, я, конечно, запомнила, но ни в одной компании так никогда и не решилась воспроизвести.

И вот сейчас мне предстояло еще раз попробовать себя в кулинарном искусстве и попытаться не наступить на те же грабли.

Когда я начала готовить смесь для сковородки, Ронтар поморщился и демонстративно отвернулся. Правильно, нечего нервы портить, и себе, и другим. И вообще, если уж практически бессмертное существо в меня верит… В общем, на этот раз блинчики оказались прожаренными, правильной формы и почти без комков. Но я, конечно же, была свято уверена, что все дело вовсе не в моих умениях, а в посуде и магии этого мира.

Параллельно с блинчиками я варила компот из найденных в корзине у окна ягод. Разного цвета, квадратной формы, они как будто были предназначены для того, чтобы пощекотать нервы скучавшему древнему дракону. Тут, конечно, было все намного проще: закипятил воду, насыпал ягод, добавил сахар, проварил несколько минут, и все, продукт готов к употреблению. Хотя я не верила, что так легко отделаюсь.

— Готово, — сообщила я, отойдя от плиты. — Нести это все в зал?

— Ларуна отнесет, — последовал ответ. — Сиди здесь. На всякий случай.

«Ага. Если вдруг клиент начнет разрушать кафе, меня завалит сразу же кухонным оборудованием», — сыронизировала я про себя, наблюдая, как морщится Ларуна, наливая в высокий граненый стакан компот и раскладывая специальной ложкой блинчики на блюде.

Ронтар проводил тоскливым взглядом мой кулинарный опыт и тяжело вздохнул.

— Одно радует, — пробормотал он, — я догадался с Роршаха бумагу взять, мол, что бы ни случилось, претензии не принимаются ни от него, ни от его родичей.

Я гулко сглотнула. По коже промаршировали мурашки. Спасибо, добрый нелюдь. Умеешь ты утешить.

Несколько секунд из зала не доносилось ни звука. Я уж было порадовалась, что мое невезение в кои-то веки взяло отпуск, когда послышалось пение. Густой сочный бас на непонятном мне языке громко выводил рулады. Ронтар охнул, побледнел, кинул на меня грозный взгляд и выскочил из кухни. Я сняла с себя передник, удостоверилась, что выгляжу опрятно, и направилась следом: надо было понять, в чем я снова успела провиниться.

Дракон оказался настоящим великаном. По крайней мере, я ему доставала до середины груди. Ларуна — тоже. Она, словно приклеенная, сидела на его коленях с убитым выражением на лице. Рядом суетились Ронтар и Карис. Они старались не притрагиваться к дракону, но при этом пытались освободить Ларуну.

Раньше, дома, читая разные фэнтезийные книги, я всегда удивлялась глупым, на мой взгляд, поступкам попаданок, не боявшимся ни богов, ни демонов, хамящим всем подряд и выказывавшим свою неимоверную крутость по поводу и без. Такие произведения казались мне совершенно неправдоподобными. Теперь же я готова была пополнить ряды этих хамоватых попаданок. В самом деле, здесь, в новом мире, меня практически никто не знает, мне не нужно заботиться о реакции на мои поступки родных, думать о том, что скажут в вузе. А раз так, то почему бы не повести себя не совсем адекватно, по крайней мере, для меня?

— Что здесь происходит? — спросила чрезмерно храбрая я.

Пение замолкло. В мою сторону повернулись все действующие лица этого фарса.

— А, повариха, — явно заплетающимся языком произнес дракон, пытаясь сфокусировать на мне свой взгляд. — Спасибо, девочка, уважила. Давно мне так хорошо не было.

— Пожалуйста, — воспитанно ответила я. — А Ларуна у вас на коленях зачем? Тоже чтобы хорошо было?

Ронтар с Карисом картинно схватились за головы, Ларуна закатила глаза. Да, понимаю, мисс адекватность я вряд ли когда-то смогу быть. Но интересно же, зачем этот важный клиент заграбастал к себе поближе подавальщицу.

Дракон расхохотался. Мне показалось, что от его громкого смеха вылетят стекла в кафе. Ну да, тролли не выбили, так почти бессмертное существо поспособствует.

— Ты смелая, — сообщил он мне, на этот раз глядя в упор своими ярко-синими глазами, в которых не было ни грамма опьянения. Это что, он такой хороший притворщик, что ли? Или больше ягод надо было в компот класть? — Я скоро снова приду к тебе, Ронтар. И заплати девочке за месяц вперед. Знаю я твою сквалыжью натуру.

Миг — и на стуле оказывается только Ларуна. Сам же дракон испаряется, как дым.

— Это что было? — уточнила я у народа.

— Лика, — простонал Ронтар, — ты меня доведешь до больницы. Кто тебя просил выходить из кухни?!

— Так все же в порядке, — пожала я плечами и добавила, желая его подколоть. — Или тебе денег жалко?

Ларуна расхохоталась, всхлипнула и сползла на пол, сотрясаясь то ли в рыданиях, то ли в смехе. Карис бросился ее поднимать, зачем-то закусив губу. Ронтар в открытую покрутил пальцем у виска.

— Твое счастье, Лика, что ты не знаешь местных обычаев. Дурная, но везучая.