ГЛАВА 23

— Ник. Мы уже, кажется, все места прошли… Куда ты нас ведешь? — Ива и девочки обернулись.

Ник прихрамывал, и они еще к этому не привыкли. Все время убегали вперед.

— Мы идем в «Зеленую мантию», — торжественно объявил он, — Вон она, за зданием лабораторий зельеваров.

Маленький зеленый домик, весь в сказочных башенках изумрудного стекла, был похож на волшебный сон ребенка.

— Подождите, подождите, — Ник торопился изо всех сил.

Наконец ему удалось обогнать девушек. Он взялся за массивную ручку в виде лягушки, и под звон дверного колокольчика объявил:

— Прошу.

Внутри было уютно. Огромные зеркала, мягкие глубокие кресла. На витрине выложено мороженое. И чего там только не было. Всех цветов. С джемом, ягодами, орехами…

— Даже не знаю, что выбрать, — Джен остановилась в нерешительности.

— А почему «Зеленая мантия»? — спросила Шарль.

— А ты в зеркало на себя посмотри, — подсказал Ник и добавил, — ничего не нужно выбирать. Мы будем фирменное, зеленое. Во-первых, сделаем приятное хозяину, а во-вторых — оно самое вкусное. Перед вами, девушки, великий сластена. Я тут уже все перепробовал…

Ник говорил, а девушки смотрели в зеркала, которых в зале было очень много. Большие и маленькие, они висели на стенах и стояли на столиках, но главное — в них отражались их ученические мантии… Ярко-зеленого цвета.

— О. У меня гости. Очень рад, очень рад… Ник.

Ник и хозяин явно знали друг друга. Это был невысокий полный человечек с ярко-зелеными волосами вокруг блестящей лысины. Он ловко соорудил маленький замок из шариков мороженого, и поставил ребятам на стол.

— И три горячих шоколада, — потребовал Ник.

— Мы не лопнем? — Ива улыбнулась.

— Кто это? — спросила Джен, когда хозяин лавки, понимающе подмигнув Нику, унесся выполнять заказ.

— Зиг. Он называет себя магистр Зиг дар Зеленый. В шутку, конечно. Зиг из семьи зажиточных крестьян. Кажется, из Липок. Поступил в Академию, но очень скоро был отчислен. У него есть магический дар — он меняет цвета в отражении зеркал. К сожалению, больше у него ничего не получается. Долго думал, как извлечь из этого своего дара выгоду — и вот открыл кафе на территории Академии. Такая история. Зиг вам понравится, он добрый. И… он здесь мой единственный друг… Был. До сегодняшнего дня.

— И за это надо выпить горячего шоколада, — Зиг стоял за спиной рассказчика с подносом.

Ник, поняв, что мороженщик все слышал, покраснел. И на время разговоры стихли. Потому что вкуснее зеленого мороженого может быть только зеленое мороженое с горячим шоколадом…

* * *

Больше всего Каре нравилось бродить по окрестностям возле лабораторий зельеваров. Здесь за каждым камнем прятались воспоминания.

Она вспомнила много. Очень много. От потока информации болела голова. От одной мысли, что у нее есть взрослая дочь, внутри бурлило счастье. Но следом тут же наступало осознание того, сколько же она упустила. И тогда сердце разрывалось на куски…

— Смотрите. Сирраква своих защитниц в кафе повел.

— Тааак — непорядок. Нам такой цветник тоже не помешает.

— А ну пошли, разбавим теплую компанию.

Мальчишки направились к зеленому игрушечному замку, в окнах которого были отчетливо видны мальчик и три девочки.

«Никто не должен им помешать.» — решила женщина в маске, и стала наводить чары. Демоны научили многому. Демоны были совсем… другими. Вот такой ситуации в ее родной Академии просто не могло бы произойти. Никто никому никогда не мешал. Это непозволительно. И все же демоны не умели ни так дружить, ни так… любить. И чем больше Кара вспоминала, тем больше понимала — она человек. Маг. Она Эмма. Она мать. Кстати, — надо защитить свою девочку. Отвлеклась…

Перед самой дверью в «Зеленую мантию» трое первокурсников замерли. На секунду, не больше. Затем развернулись и отправились в библиотеку. Писать доклад по политологии.

Маска улыбнулась. Женщина еще какое-то время смотрела на сидящих в кафе, но потом быстрым шагом направилась к корпусам, куда расселили демонов.

«Спать. Дойти до покоев, которые мне выделили в Академии — и спать».

Давно она так не выматывалась. Пожалуй, что… никогда. Такой сумасшедшей ночи с мужчиной у нее не было. Такого метания по незнакомо-знакомому городу в поисках себя. Такого всепоглощающего счастья, когда она увидела дочь и поняла, что с ней все в порядке.

Джен сидела с друзьями в маленьком кафе с башенками из зеленого стекла. Раньше его здесь не было. Или она не помнит? Видимо, обсуждали какие-то секреты, потому что вид у этой четверки был самый что ни на есть таинственный. И у ее золотоволосой принцессы, и у тоненькой светленькой девочки с веснушками, и у черноволосой красавицы, чем-то напоминающей демониц — только глаза не с вертикальным зрачком. С ними был мальчик. И у всех четверых силы… Ха-шии-рри. Да от них нельзя отходить ни на шаг. Такого натворить могут. И ведь обязательно куда-нибудь вляпаются. У них же кончики ушей трясутся, как хотят приключений. Когда-то и она была такой…

Кара не стала заходить. Просто навела чары на тех троих, что могли им помешать. Достаточно было и того, что дочь… Надо же — это ведь ее девочка. Такой странный подарок судьбы. За эти годы Кара несколько раз пыталась завести отношения. Она все всегда делала тщательно, но… Тут ее ждало разочарование. Ни один демон рядом просто не уживался. Да и с ребенком, которого она хотела, не получалось.

А в Ронне…

— Привет…

Кара уже зашла в дом, предназначенный для демонов, в котором были ее покои. Алан сидел на окне. Поджав ноги под себя, магистр раздумывал над тем, куда сунуть огромный букет полевых цветов, чтобы тот не мешал ему дремать. Было так странно видеть сурового боевика в такой ситуации. Как мальчишка-первокурсник, право слово…

Каре стало смешно.

— Что? — мужчина пригладил растрепавшиеся рыжие волосы и вдруг хрипло сказал. — Иди ко мне.

— Алан…

— Ну же… Поцелуй меня.

Шаг к нему. Еще один.

«Как заколдованная», — мелькнула мысль.

Поцелуй. Поцелуй разбудил спящий огонь. Он бежал по кровавым рекам силовых потоков, гудел счастливо — и… пел… Ему подпевал алый, нежный в своем желании огонь Алана, и Тьма, притаившись, слушала эту песню. Песня любви рождала новую вселенную, но для Тьмы эта мощь была сродни колыбельной. Тьма уснула. Во всяком случае, на время…

— Ох… — только и смогла выдохнуть дэми. Осознала, что его руки гладят ее обнаженную спину. А она сама… Вот маги бешеные…. Сама она уже целовала трогательные рыжие веснушки на плечах боевика.

Казалось бы, какое может быть смущение после той ночи, что они провели вместе… Но Кара вспыхнула так, что краска пробилась сквозь шрамы ожогов. И, наверное, даже через полотно маски.

Алан тихонько смеялся.

— Мы с тобой как два подростка, — довольно сказал он.

— И это? — с подозрением спросила Кара, судорожно приводя в порядок одежду.

— Это чудесно, разве нет?

— Не знаю.

— Кара…

— Прости, я устала. Слишком много всего…

— Я опять эгоистичен в своей любви?

— Нет. Просто… Мне надо подумать.

— Хорошо, — неожиданно легко согласился он. — Тебе и правда надо отдохнуть. Только… Ты ужинала?

— Нет.

— Я распоряжусь, чтобы тебе принесли в комнаты. Отдыхай.

Он ушел. А Кара стояла, замерев. И сама себе удивлялась. Ей безумно хотелось окликнуть Алана. Бежать за ним следом, догнать. Упасть в его объятия. И снова забыть в них… себя.

Несколько длинных-длинных вдохов-выдохов, и она поднялась по ступеням к себе. Холодные, неуютные комнаты…

Ей не хватало идеального мира, что окружал ее во дворце. Он был удобный. Четкий. Предсказуемый. Упорядоченный. Утонченный. Сможет ли она без него? Кто же она? Кто? И чего она хочет? Только фавны знают…

Стук в дверь сообщил о том, что принесли ужин. Мальчик сноровисто накрыл на стол, пожелал ей приятного аппетита — и исчез. Только теперь Кара поняла, насколько голодна.

Готовили в Академии замечательно. Может быть, демонам покажется, что простовато, но… картошка, пирожки, мясо, кисель из ярра. Все это такое… Знакомое. Эта еда наполняла энергией. Ей все больше казалось, что все это время она спала. И вот теперь проснулась. Проснулась, и заново познает звуки, запахи… прикосновения.

* * *

Все трое довольно и сыто откинулись на мягкие спинки кресел. Ник сосредоточенно рисовал Лорени. Шарль долго смущалась, но в конце концов выставила изящную щиколотку.

— Что-нибудь еще, мои новые друзья? — голос хозяина был тягучим, сладким и теплым. Как горячий шоколад.

Джен обернулась, и наткнулась на холодный взгляд, который никак не вязался с широкой доброй улыбкой. Лорени тревожно зазвенел крошечными колокольчиками. Ему тут же отозвался артефакт Шарль. Девочки переглянулись, а Ник нахмурился:

— Спасибо. Все очень вкусно, но нам больше ничего не нужно. Мы еще немного посидим тут, вы не против? — Ива, видя, что трое ее друзей просто оцепенели, взяла инициативу общения с хозяином на себя.

— Конечно-конечно. Я так рад, что у Ника появились новые друзья. Отдыхайте, и помните — в «Зеленой мантии» вас всегда ждут.

— Спасибо, Зиг. — Ник заставил себя улыбнуться, но, когда мужчина ушел, заговорил, — Странно… Лорени чувствует опасность. И… кажется, ему не нравится Зиг. С чего бы это?

— Как? Как ты прочитал Лорени? — Миндалевидные глаза Шарль стали огромными — в пол-лица. Девушка была поражена. Лорени — родовой артефакт ее рода. То, что он принял Джен, было удивительно, но девушка смирилась и была даже рада. В Джен течет королевская кровь, и вообще она… удивительная. Очень сильный маг. И… чистая сердцем. Родовой артефакт не мог не подсказать ей настоящего друга. Это еще куда ни шло. Но этот мальчишка, магический потенциал которого отшвыривает Ярборро на два метра, но при этом он уверяет, что ничего не может, теперь читает Лорени как открытую книгу? Странно. Холодный страх сомнения обжег ногу, зазвенел рассерженными колокольчиками.

— Я люблю рисовать артефакты. А потом… Потом они со мной говорят. Или… или мне так кажется. Шарль, не смотри на меня так.

— Прости, Ник. Но… Пойми — я не могу рисковать своими друзьями, — и девушка сняла с ноги браслет. — Надень его. Я должна проверить…

Ник не возражал. Серебряные колокольчики не шелохнулись, лишь на мгновение вспыхнув голубыми искорками. Значит, Ник — друг, и ему можно доверять. Все молчали. Зеленые мантии в зеркалах шипели ядовитой зеленью. Всем вдруг стало не по себе.

— Ник — у тебя должен быть какой-нибудь дар. В тебе слишком сильный потенциал, — Джен посмотрела мальчику в глаза. — Может, ты станешь артефактором?

— Я думал об этом… Но для создания артефактов нужна сила стихий, а мне пока что ни одна не подчиняется. Я лишь разговариваю с ними. И то, только когда нарисую. Здесь ничего об этом не написано, кстати. Все медитативные техники общения с магическими предметами описаны с применением магии стихий, — и Ник стал рыться в своей сумке.

Сумка мальчика была огромной, но он, не смотря на маленький рост и сильную хромоту, всюду таскал ее с собой. Наконец он извлек внушительный потрепанный талмуд: «Артефактика. Учебное пособие. Практика. Рекомендовано аспирантам».

— Где ты это взял? — Джен взвизгнула от восторга, нетерпеливо зазвенели серебряные колокольчики, — кто тебе ее дал? Да еще на вынос?

— Это тетя Василена, — смущенно улыбнулся мальчик, — почти родственные связи.

— Родственные связи, — задумчиво повторила Джен, поглаживая корешок книги, — ну конечно. Вспомнила. Лирр Сирраква — призрак Лирр-и-Лей. Ты…

— Лирр — мой двоюродный брат. Он… не всегда был призраком. Он погиб. Его убили демоны. И Лей тоже. В нашем роду родственник получает второе имя, если кто-то умирает. Теперь я — Николас-Лирр. Брат был гордостью и надеждой рода. Сильный магический потенциал, блестящие успехи в Академии. Он готовился поступить на кафедру Звездочетства и Предсказаний. Они с Лей думали, что у них нет шансов. Но на самом деле это было не так. Лей была сирота, но из знатного, хоть и обедневшего несколько поколений назад рода. Отец Лирра, дядя Грегори, вместе с Василеной Лендиш, единственной родственницей и опекуном Лей, собирали данные о ее родословной. Лирру готовили сюрприз — разрешение жениться на Лей. Не успели…

— Как… грустно, — выдохнула Ива, вытирая слезы.

— А мне казалось, она такая злая и вредная, эта Василена Лендиш, — прошептала Джен.

— Нет. Просто она… никак не отойдет. А меня любит. Я ведь единственный, о ком она теперь может заботиться. Так что у меня блат не только в сладком королевстве, но и в библиотеке. Со мной не пропадете, — и все облегченно рассмеялись.

Они уже прощались, когда Джен попросила:

— Ник… можешь дать мне учебник на пару дней?

— Конечно. О чем разговор.

— Спасибо, — принцесса схватила пособие по артефактике и прижала к себе. Ива с Шарль тревожно переглянулись, но ничего не сказали.

* * *

Аль никогда не думала, что уходить будет так тяжело. Она ведь готовилась к этому. Она знала, что рано или поздно это произойдет… А вот теперь… Шаг. Шаг… Еще один. Прочь от любимого. Прочь из счастья.

Вытереть слезы — они застят глаза и мешают колдовать.

— Пожалуйста, успокойся, — попросила она дочь. Ребенок бушевал в животе как самое настоящее торнадо, явно наказывая маму за то, что та осмелилась заколдовать отца. И решилась на бегство.

— Прости, солнышко… Так надо. — Прошептала демоница.

Аль склонилась над водой. Долго не могла поймать своего отражения. И вода была против нее — пошла рябью.

— Я все равно сделаю это, — закричала демоница, обращаясь сразу ко всем: к Тому, что изо всех сил сопротивлялся ее чарам, дочери, которая не желала понимать, что и ее, и отца надо спасать… Реке, охранявшей ее дом. Деревьям, сочувственно шелестящим осенними листьями.

Наконец вода успокоилась, словно смирилась. И демоница увидела в воде себя. Флейту пришлось оставить — она не может играть, слишком рискованно. Песня росла внутри, и ее, беззвучную, услышали деревья, и, подчиняясь грустной мелодии, ответила на просьбу река.

Исчезли рожки — не вспоминать, как Том любит их гладить. Не надо. Спрятался хвост. Вертикальные зрачки стали круглыми. Живот исчез — почти незаметно. Длинные черные блестящие ногти с золотым ободком стали короткими и розовыми. «Фу. Уродство какое…» — пронеслось в голове. Кожа посветлела. Теперь она — человеческая женщина. Маг. Только… очень красивая. Даже чары не могли это скрыть…

Песня усыпила дочку. Вода, смилостивившись над ней, смыла слезы. Забрала тоску, разрывавшую сердце. Убаюкивая и успокаивая, река несла Аль через земли Ронна, прочь из города магов, чтобы к утру вынести в окрестности небольшого городка Тины уже в СинЭе.

Королевство на юге материка было пронизано реками. Аль решила обосноваться именно здесь. И от города магов достаточно далеко, и — если что — легко убежать. Главное, чтобы вода была рядом. Она будет лечить местных женщин. На это, сил и знаний должно хватить. Не зря же она, пока сидела в четырех стенах, перечитала все книги по травничеству и зельеварению, которые приносил домой Том, чтобы она не скучала.

Том… Сердце опять пропустило удар. Не плакать. Нельзя… Сквозь слезу демоницы можно увидеть истину. Это значит, что если она будет плакать, зрачок опять станет вертикальным.

Она дошла до небольшого, чистого и аккуратного городка ближе к полудню. Уже на подходе к воротам почувствовала, что-том скинул ее колдовство. Ощутила его боль, бросилась к небольшому фонтанчику, увидела в отражении, как маг кидается в зачарованную реку…

— Не надо, — простонала демоница.

— Цель прибытия в славный город Тины? — спросил у нее стражник.

Женщина вздрогнула. Обернулась, невесело усмехнувшись. Цель прибытия…

— Ну же, — поторопил ее парень.

— Работу ищу.

Сказала она, видимо, что-то не то, потому что и молодой стражник, до этого выглядевший вполне нормальным, и его более пожилой напарник, глумливо заржали. А потом пожилой сказал:

— Не в службу, а в дружбу, малышка. Как определишься, где продаваться будешь — прибеги к нам, скажи. Или мальчишку с сообщением отправь. И будут у такой курочки хорошенькой первые клиенты.

— Нежные и щедрые, ага, — добавил молодой. И решил, от щедрости, наверное, шлепнуть по заду.

И тут же взвыл, потому что руки скрутили огненные жгуты.

— Госпожа маг, — закричал старший стражник. — Простите дураков, не опознали.

— Я собиралась людей лечить, — Аль с презрением посмотрела на всхлипывающего парня. — Но можно и так.

— Снимите заклятие, ваше магичество, — стал просить старший стражник. — Мы же ничего плохого не хотели. Просто на посту заскучали.

Аль покачала головой, подошла к валяющемуся на земле парню — и излечила его запястья.

— Где нормальная гостиница в вашей Тине?

— Так неподалеку от ворот, Ваше магичество. Как есть… Идите пряменько по улице. Никуда не сворачиваете. И шагов через пятьсот все будет. «Сухопутная рыба» называется.

— Хорошо, — Аль кивнула стражникам — и пошла.

— Может, не стоило? — спросил молодой, потирая запястья.

— Наше дело маленькое. Приказали всех, кто явится с магическими способностями отправлять в «Сухопутную рыбу». Даже амулет дали распознающий. А тут им и пользоваться не пришлось.

— Ну да… А что там с магиней случится — то уже не наше дело.

— Странная она, — прищурился старший. — Ну, подумай сам. Одета демон знает как, кулон не показала. Слов правильных представления не знает…

— Но силищиии.

— Это точно.

Аль не заметила, как и когда ее опоили. Может быть, и сразу, во время обеда. После всех ее странствий и колдовства есть хотелось неимоверно. А еще спать. Вот она и поела. Заняла комнатку — и потребовала, чтобы ее не беспокоили.

Хозяин трактира низко кланялся, был до приторности угодлив, называл ее «ваше магичество». Она так обрадовалась, что все получается, что расслабилась. Позволила усталости взять вверх…

— Подействовало? — раздался над ней голос.

— Да эта гадость и на демонов действует, — рассмеялся кто-то. — Что там до мага-недоучки.

Аль изо всех сил пыталась скинуть оцепенение, взмахнуть руками, сформулировать приказ… Ничего не получалось.

«Держать морок.» — тело вспыхнуло болью от панической мысли, что те, кто ее захватил, узнают… И то, что она — демоница. И то, что она ждет ребенка…

— Смотри, — довольно проговорил над ней тот же омерзительно-веселый голос, — трепыхается. Сильная.

— Хозяйка будет довольна.

«Том, — мысленно закричала демоница, — Том. Помоги…»

На призыв о помощи ушли все силы — сознание рухнуло во тьму.

* * *

— Как так получилось? — спросила Кара у Тома.

Женщина сидела у воды, прикрыв глаза и абсолютно расслабившись. Ее рука — а с нее она сняла перчатку — то погружалась в воду, закручивая маленькие водоворотики, то выныривала, поглаживая речную рябь.

Маг застыл рядом. Он собрал всю свою силу воли, чтобы не метаться по берегу, не сыпать заклинаниями, уничтожая все живое и неживое в пределах видимости. Ему нужно было не сорваться. Не потерять контроль. Но тишину в себе, как его учили с первого курса, он найти не мог. Клубилось в нем что-то черное, тяжелое, беспросветное…

«Так вот как тьма одолевает Ярборро», — мелькнула у него мысль. А потом он расслышал вопрос Кары. Тьма рванула вперед, чтобы выплеснуться. Ударить по этой пособнице демонов, которая еще ничего не сделала, а уже глумиться над его горем, его потерей…

«Стоп, — приказал он сам себе. — Она — единственная, кто может помочь.»

— Мы полюбили друг друга, — стал он отвечать — и с каждым произнесенным звуком становилось все легче. — Потому что… наверное, по-другому было нельзя. Невозможно. Она — моя. А я — ее. Это больше, чем любовь, больше, чем судьба…

— Верю. Демон видит свою судьбу в первые несколько секунд. Знаешь, — у них все просто. Гораздо проще, чем у… — она хотела сказать «у нас», но запнулась. — Чем у магов или людей. Они просто предназначены друг для друга — и все. У них даже тени ходят за любимыми, если не выносят разлуки… Давно вы вместе?

— Шесть лет.

— Я думала, что вы все это время были вместе.

Теперь в голосе Эммы было изумление.

— Если бы… Я вытащил ее из подземелий Ифа дар Гарддина. Меня привел зверек, похожий на того, что я видел у владычицы. И с этого момента мы не расставались. До этого утра.

— И где он? Ушел с ней?

— Кто?

— Зверек.

— Он умер. Там. Привел — и умер.

— Шахирр отдал свою жизнь… Значит, она была на грани. На грани жизни и смерти. В ней не осталось магии наследницы рода. Не удивительно, что она решила не появляться…

Кара молчала. Долго. Том чувствовал, как она отдает все свои силы. Ее магия потоками лилась в воду. Стихия запросила много. Очень много. Но и просьба у них была не маленькая. Он хотел ей помочь, но понимал, что сейчас этого делать не стоит. Стихии не любят эмоции. Они глухи к ним.

— И ты ее полюбил? Смог? Она же демоница. Враг, — маска повернула к нему.

— Я ничего не делал. Любить Аль — как дышать…

Эмма замолчала, потом устало обмякла. И тихо сказала:

— Вода услышала тебя. Она поможет. Пойдем.

Женщина аккуратно взяла его руку, переплела пальцы и плавно опустила в реку. У Тома на мгновение зашумело в ушах — и они оказались… непонятно где. Да, впрочем, это было не важно. Что-то, похожее на таверну.

— Что изволят господа маги? — угодливо поклонился мужик за стойкой. Его прищуренные глазки бегали, как крысы в западне. Они смотрели на женщину в маске с нескрываемым любопытством и удивлением.

Томас прислушался к окружающему миру. Обнаружил, что над его демоницей склонились двое. И рванул на второй этаж.

— Уносим? — спросил один.

— Зачищаем, чтобы следов не было. Внизу — маги.

В руке одного из них появился нож.

Больше они сделать ничего не успели. Потому что превращенные в камень руками не машут. Один из них, тот, что предлагал вынести Аль, еще пытался поставить какой-то щит. Значит, был наделен магическими способностями…

— Живыми, — услышал он приказ Эммы. Надо же, а командуют они с Аланом с одинаковыми интонациями. Вот только было уже поздно…

Одним взмахом боевик превратил каменные глыбы в пыль, и ветер вынес мусор в окно.

— Аль, — закричал он, хватая свою невозможную демоницу на руки. — Аль.

Следом за ним вбежала Эмма.

— Дай посмотрю, — прохрипела она.

Томас повернулся к ней. Аль он из рук так и не выпустил.

Эмма покачала головой, положила ладонь на солнечное сплетение безжизненного тела.

— В порядке. Все пройдет само по себе и без последствий. Только после зелья голова болеть будет, — прохрипела она. — А это… что?

Маска уставилась на Томаса.

— Мы ждем ребенка, — прорычал маг, прижимая любимую к себе.

— Маги бешеные… — Кара присела на постель. — Томас… Томас, — это… это девочка. Мало того, она демоница. Хотя могла быть и человеком… Наверное…

— Том, — прошептала демоница, не приходя в себя. — Ты пришел за мной…

— Конечно…

— Так, надо подготовить маму… — бормотала Кара. — Легко сказать — маму… Нет, надо начать с папы. Он тактик. Он придумает… Что-нибудь придумает. Руфаль будет… О нет. Ха-ши-рри.

— То есть… Ей действительно может что-то грозить? — боевик прижимал к себе Аль, и недоверчиво косился на Кару.

— А ты как думал? По-твоему, беременная демоница пустилась бежать, рискуя жизнью собственного ребенка просто так? Женская истерика? Нет, — это потрясающе. Вы, маги… Особенно боевики. Это… Это что-то.

— И чем это мы вам, интересно знать, не угодили, Эмма? — Том аккуратно положил беременную жену на кровать, и, развернувшись к бесчувственной, холодной маске, которая уже начинала раздражать, продолжил, — мы вас любим, оберегаем, готовы все отдать, а вы? Эта убегает, а ты? Ты, Эмма? Ты тоже… бежишь? От Дженни, у которой никогда не было мамы, от Алана, который за эти почти двадцать лет ни к одной женщине не подошел? Чего ты боишься? Боли? Или может… У тебя там кто-то есть?

— Забирай Аль — и уходи. Я вызову Лорри и его сотрудников. Надо разобраться, что в этом городке творится. И заодно, подумаем с ним, как грамотнее поступить, — Кара решила пропустить все сказанное мимо ушей. Пока. Не время сейчас…

— Нет, — покачал головой маг. — Демоны хозяйничать в моем мире не будут. Не обижайся, Эм… Дэми Кара. Ты и Аль отправляетесь в Академию. Приютишь Аль у себя — там безопасно. Никуда не выходить. Ждать меня, ничего не предпринимая. А я вызываю Рийса. Мы поставим всех здесь на уши.

— Но…

— Пожалуйста, — Кавендиш положил руки ей на плечи и посмотрел в прорези маски. Зеленые глаза Эммы Гриффс были полны боли. Как он мог накричать на нее? Ведь она помогла, ничего не спрашивая, ничего не требуя взамен. Он вообще подумал, а сколько она вынесла? Он ведь ничего толком о ней не знает… Идиот. — Эм… Эм, ну прости ты меня. Уходите.

— Кавендиш, маг уровня Рийса сразу поймет, что в таверне был демон.

— И то, что здесь была ты — он тоже учует, — не стал с ней спорить Том.

— И…

— Ты знаешь… Друзьям врать жутко. И… пусть будет, как будет. Давно пора было открыться.

Кара только покачала головой. Обняла бесчувственное тело Аль — и исчезла.

* * *

— Демоны, — взвизгнули девчонки.

— Демоны в Академии? — загомонили остальные первокурсники.

— Ах, — Рина в очередной раз попыталась демонстративно потерять сознание. Но в этот раз на это никто не обратил внимание — слишком важны были новости, которые сообщил первому курсу куратор.

«Занятно среда начинается» — сонно подумала Джен. Всю ночь она просидела над книгой, которую выпросила у Ника, и сейчас ей было все равно, кого там собираются встречать. Ну демонов — и демонов. С чего крик поднимать…

— А почему нас предупредили только сегодня? — продолжали возмущаться остальные.

— Потому что необходимости не было, — спокойно ответил Корвин дар Албертон. — После того, как вы поприветствуете студентов по обмену, вы — первый курс — в принципе с демонами общаться не будете. Вы же не боевики с пятого.

— Вы не находите, — холодно проговорила Кларисса, — что появление этих тварей недопустимо. Я вынуждена заявить протест. И поставить своего отца в известность. Можете мне поверить, он будет в гневе.

— Это ваше право, — спокойно отозвался Корри. — Только не переоцените влияние вашего батюшки на Ронн.

Студенты замолчали.

— Это предательство, — раздался тихий голос. — Подумайте, сколько убитых в наших семьях. А мы… Демонов приветствовать будем.

Джен резко обернулась — говорил кто-то с задней парты. Кто она не увидела, зато поймала лицо Ника. Оно было бледным, как никогда.

Куратор молчал. Он и сам мог подписаться под каждым произнесенным словом. И теперь… Теперь ему нужно найти правильные слова. Правильные слова для целого класса будущих магов, почти в каждой семье которых погибли близкие. Вот как… Как это сделать? Ха-ши-рри…

— А кто вообще виноват в том, что так вышло? — спросил вдруг Петр.

Корвин взглянул на деревенского богатыря — не самого дурного, между прочим, студента, по результатам первой недели. И ответил:

— Их было пятеро магов-отступников во главе с бывшим Верховным магом и директором Академии Идо Гарддином, имя которого скоро выведут кровью в ваших учебниках. Запрещенные ритуалы. Ритуалы, позволившие пробиться в иной мир. Мы с вами все знаем о существовании других миров. Но мы не знаем их магии, законов. Кто живет по ту сторону нашего с вами пространства и времени? Существуют ли там порядок, закон, любовь? Мы не знаем. И права не имеем ставить подобные эксперименты. Ни в поисках дополнительных магических ресурсов, ни ради каких-либо иных целей. Подобными поступками можно подвергнуть опасности близких. Я хочу, чтобы вы это уяснили. Так вот. В пентаграммы, с которыми работали черные магистры в подвалах Академии, попадали демонята. Дети. Одному из них удалось сбежать, и демоны поняли, что происходит. Они напали. Да, они напали на ни в чем не повинных студентов и преподавателей. Да, пролилась невинная кровь. Но стоит ли питать ненависть к ним? Или, может быть, направить свой гнев на тех, кто действительно был причиной войны?

Корри словно очнулся. Первокурсники смотрели на него… просто зачаровано. Он заставил себя сделать несколько глубоких вдохов и выдохов. Выдержал паузу. Заметил, как побледнела Джен. И наконец продолжил:

— А теперь подумайте. Если мы не сможем жить в мире… Сколько это все будет длиться? И к чему приведет? Сколько еще магов и демонов погибнут? Скольким из вас предстоит отправиться на войну? Ради чего?

Тишина в аудитории стала мертвой.

* * *

— Ух… — потер красные глаза Рийс. — Давно я так не резвился.

Томас кивнул, устало улыбнувшись всеми шрамами сразу:

— Недели, должно быть, две. Аж заскучал в Академии.

И оба рассмеялись, довольные друг другом.

Диггори дар Рийс прибыл в городок Тины часов в десять вечера накануне. Расположился в гостинице «Сухопутная рыба». С исследовательским интересом выпил горького, как местное гостеприимство, эля. Пришлось самостоятельно лезть в подвал, потому что обслужить его было некому. Рийс с кружкой, где пенился янтарный напиток, не торопясь обошел таверну. Осмотрелся. Поцокал языком, рассматривая трактирщика, прислугу и постояльцев в стазисе. Пожалел о том, что Кавендиш превратил в прах похитителей и развеял по ветру. Наконец он обернулся и спросил:

— С твоей демоницей все в порядке?

— Да, спасибо, — улыбнулся Томас. И вскочил, уронив стул, осознав, что-только что сказал.

— Ты нервный какой-то, — сочувственно вздохнул Диггори. — Нет, столько со студентами и преподавателями общаться нельзя. Как тебя верховный своим замом по учебной части уговорил стать? Я б уже убивать начал.

— Ты… знал?

— К стыду своему, только последнюю неделю.

— И?

— Ты открылся мне с новой стороны.

Томас беспомощно уронил голову на руки.

— Ты был в своем праве. Я бы поступил точно так же.

— Но я предал…

— И врал, да.

Диггори дар Рийс внимательно посмотрел на друга. И тихо проговорил:

— Том… Ты защищал свою женщину. Не знаю, как к этому отнесутся Алан и Корри. Но я… я не осуждаю.

— Надо доложить Верховному.

— Томас, — поморщился Рийс. — Брось.

— Он знает?

— Знаю я — знает и Верлих.

— И что меня ждет?

— Ты не действовал во вред Ронну. Следовательно, кроме моральных угрызений и ругани с Аланом и Корри — а я просто уверен, что они оскорбятся — ничего. Вот когда твоей демонице и, как вариант, тебе, будем побег устраивать… И на конфликт с владычицей демонов идти. Но тоже, думаю, что-нибудь придумаем. А теперь — хватит сантиментов. Давай работать.

И понеслось. За эту ночь сотрудники отвечающего за безопасность Ронна успели многое. По-тихому обложили городок с четырех сторон артефактами и подняли купол. Теперь любой мог заехать в Тины, но никто не мог отсюда убраться без разрешения магов. Допросили стражников, что стояли на воротах. Навестили градоначальника и начальника полиции. В результате оба находились под арестом. Допросили хозяина таверны и его сотрудников. С трудом удержались от того, чтобы не уничтожить их вместе с проклятой таверной. Через это место прошли только за прошлый месяц двадцать восемь захваченных магов и детей, что должны были поступать в Академию.

— Магистр Рийс, — в таверну вошел один из безопасников.

— Слушаю.

— Прибыли боевые тройки гильдии боевиков.

— Начинайте прочесывать город. Зелья правды ни на кого не жалеть.

— Разрешите выполнять?

— Разрешаю.

— Неприятности с властями СинЭя будут? — спросил у него Томас.

— Неприятности будут у властей СинЭя, — холодно ответил Рийс. — Если я прав в своих подозрениях, и все происходящее делалось с ведома короля, то… надо будет хорошо подумать. Может, СинЭю понадобится другой король.

* * *

Аль молчала. Она очнулась под утро на кровати в комнате Кары. Тихонько встала, села в кресло и замерла. Кара подняла голову, посмотрела на прекрасную демоницу, хрипло поинтересовалась:

— Попытки сбежать или покалечить меня будут?

Дождалась, пока Аль отрицательно покачала головой. Повернулась на другой бок. И заснула. А что — день тяжелый. Надо что-то решать с принцессой демонов и Томом. Ближе к обеду появятся Лорри и его подчиненные, которым поручено найти Аль. Будет какое-нибудь парадное мероприятие… А пока… Еще часа четыре можно смело спать. Устала она что-то в городе магов. У демонов было гораздо спокойнее.

Потом уже, во время позднего завтрака, Кара проговорила:

— Вернусь — и мы что-нибудь придумаем. Обещала Тому, обещаю и тебе. Я помогу.

Аль только усмехнулась.

— Руфаль… Мама плачет, — еле слышно прохрипела Кара уже возле выхода из комнаты.

— Она не умеет.

Это были первые слова, которые Кара услышала от… От своей сестры. Она долго всматривалась в красивое лицо демоницы. Еще красивее, чем у Руфаль. И наконец, ответила:

— Значит, научилась.

* * *

Этих демонов не встречали в Академии ни заградительным магическим огнем, ни парадным визгом дулынд. Когда верховный маг объявил о прибытии студентов по обмену, в зале наступила оглушительная тишина. В нее уверено, но абсолютно бесшумно вступили Лорри с четырьмя товарищами.

Алан Ярборро смотрел на Кару. Женщина была бледна и измучена. Что у нее могло произойти? Хотелось подойти открыто, обнять на виду у всех… Поцеловать… Так, вот об этом не надо… К сожалению, его уже ждали в СинЭе. Том с Рийсом каким-то непонятным образом добились прорыва в деле о похищенных студентах. Они обнаружили перевалочную базу магов-отступников в городке с говорящим названием «Тина». Боевые тройки уже были на месте, прочесывали окрестности. Осталось пережить эту никому не нужную церемонию.

Картер, как и остальные боевики, уже получили приказ позаботиться о гостях, в числе которых были оба принца собственной персоной.

Алан Ярборро тяжело вздохнул.

Джен во все глаза смотрела на «студентов»-демонов. Особенно на одного. На принца Лорриана, старшего сына владычицы. Который демоническую академию закончил пять лет назад. Лжецы.

Она уже дернулась, чтобы заступить дорогу демонам. И, глядя в глаза Лорри, сказать ему все, что она думает о его обмане. Разоблачить его перед всеми. Дернулась… И замерла. Потому что они и так перед этим поругались. Она была виновата перед ним. Обвиняла, не желая ничего слушать. А он… сказал ей правду.

— Лорри, — побежала она за студентами по обмену, как только церемония закончилась. Девушка не обращала внимания ни на изумленные взгляды Шарль и Ивы, ни на злобно-завистливое шушуканье Рины, Клариссы и сотоварищей.

— Лорри…

Демоны разом обернулись. Выглядели они при этом крайне изумленно. Только у старшего принца демонов в глазах было что-то еще. Но Джен было страшно всматриваться в попытке понять — что это…

— Простите, ваше высочество. Мы можем поговорить?

Лорри молчал.

Джен поняла, каким невоспитанным посмешищем она выставила себя перед всей Академией. Перед мамой и папой. Принцесса Ярборро вскинула подбородок и холодно проговорила:

— Прошу прощение за бестактность и беспокойство. Не смею задерживать.

Девушка развернулась, чтобы уйти. И тут Лорриан отмер.

— Погоди… те, ваше высочество. С превеликой радостью, это честь для меня. Могу я вас проводить?

Надменно и обреченно вздернутые плечики на мгновение расслабились.

— Прошу вас, ваше высочество, — не поворачиваясь проговорила принцесса Ярборро.

Перед венценосными особами обоих миров появился портал.

— Ваше высочество, — нервно сказал один из сопровождающих его «студентов». — Мы не имеем права отпустить вас одного. Мы…

Лорри схватил Джен за руку и быстро шагнул в портал.