Глава 21

Наши тренировки с Рамиром принесли свои плоды. Я смогла покинуть медитативные залы и вернуться в общежитие. Чему, конечно же, обрадовались ребята. На самом деле я привыкла к тому, что они всегда были рядом. И скучала по ним. Даже по Глаше, которая в отличие от меня, делала значительные успехи со своим священным сосудом. Я не завидовала, я радовалась за нее, как и за Вадьку. Пусть порой соседка и задирала нос.

У Кристинки и Тани тоже выходило с магией получше меня, но иногда случались сбои. Однако все принималось с философским настроением — все можно исправить и улучшить.

Я не расслаблялась. В зале по медитации мы все равно проводили большую часть времени, приучая меня контролировать магию и постигать ее суть.

Получалось. Тяжело и не сразу, но принц оказался на удивление терпеливым и хорошим учителем. То, что не мог объяснить лорд Ташида, точнее это я не могла понять его, Рамир разжевывал и пошагово показывал на своем примере. И это я воспринимала куда легче, чем теорию. Практика и еще раз практика. Таков был мой девиз до экзаменов.

К сожалению, с однокурсниками общение стало меньше, я приходила на лекции, но старалась не задерживаться дольше необходимого, так как до полного контроля над священным сосудом было еще далеко. А вокруг ведь было множество ребят, которые, как и я лишь недавно начали взаимодействие со своими сосудами.

Посиделки в нашей гостиной с Арвисом, Тусей, Левиссой, Руми, Сойрой, стали редким явлением. Но тем не менее мы продолжали общаться. И в эти дни я могла расслабиться в кампании друзей, посмеяться над смешными эпизодами из жизни ребят. Рамира я в гости не звала, хотя Вадька периодически о нем спрашивал.

Я же не могла разобраться в себе и своих чувствах. С одной стороны мне нравилось, что Рамир сохранял дистанцию и никогда не переходил черту в наших отношениях, с другой стороны меня это почему-то бесило. Хотя никакого магического узора у меня не появилось. Да и волосы не окрасилась в цвет его магии — голубой. Я не хотела звать его еще потому, что мои симпатии к Арвису не прошли, и по мне, было бы не красиво выказывать свои чувства и показывать флирт человеку, который решил, что я его истинная пара. Правда, сам он мне об этом не напоминал. Впрочем, слова и не требовались. Я же видела его волосы с цветом моей магии!

С завтрашнего дня начиналась предэкзаменационная неделя. Это означало, что лекций больше не будет, а студентам дается неделя, чтобы подготовиться. И что немаловажно, сегодня был первый выходной, который я проведу с Рамиром. Точнее это он проведет для меня экскурсии по местному пантеону богов. Еще вчера нам выдали пропуск на перемещение в его мир, в частности в главный храм. И почему-то я волновалась.

Одно дело абстрактно воспринимать храмы и богов, другое столкнуться с ними лично. Вероятно, что самих богов я не увижу, но в их святыне побываю…

Кстати, остальных призванных ждет такая же программа, но экскурсоводами в их случае будут наставники — деканы факультетов. После того, как Рамир указала мне на мою проблему, администрация академии решила, что у всех призванных она в разной мере, но также присутствует. Нельзя сказать, что они были не правы. Все же мы из техногенного мира… Несмотря на то, что вера и религия на Земле есть, богов никто в глаза не видел, и глас божий не слышал.

— И чего ты нервничаешь? — Глаша схватила меня за руку. — Хватит уже круги наворачивать. В глазах рябит.

Только сейчас поняла, что не сижу, а хожу по комнате.

— А ты не волнуешься? Вам ведь тоже в храм идти предстоит.

— А, так ты из-за богов переживаешь?

— А из-за кого еще?

— Принца, конечно же. Все же целый день, наедине… — Глаша закатила глаза и сморщила носик. — Повезло тебе, Стаська, такой парень…

— Глаша, это не свидание, — я практически рыкнула. Что у нее за фантазии?

— По мне так самое настоящее свидание, — фыркнула она. — Но ты права, я тоже нервничаю о том, каким будет мой поход в храм с леди Ядвельгой Хронос.

— Знать бы чем он для нас обернется.

— Ничем плохим, будь уверена. Мы — призванные.

— Вот только не начинай о своей уникальности…

— Да причем тут это. — Махнула рукой соседка. — Призванные появляются раз в пятьсот лет, боги наделяют их магией, ты же не думаешь, что они уничтожат нас, в обход собственным правилам? Наше время на поиск артефакта-источника магии еще не вышло. Поэтому чтобы не произошло в храме, нас явно убивать не станут.

— Вот спасибо, утешила!

— Обращайся, — пожала плечами Глаша. — И пошли уже на завтрак, ребята ждут нас в гостиной.

— Пошли, — вздохнула я и первой вышла из комнаты.

Глафира оказалась права, девочки с Вадькой уже ждали нас, приветливо улыбнувшись нашему появлению. Я тоже улыбнулась, глядя на нежный букетик в руках Тани.

Вадька ухаживал за девушкой красиво и никогда не вел себя нахраписто. Баловал ее маленькими подарочками каждое утро, а бывало, что подруга находила разные приятные мелочи в кармане своей сумки, на столе или прямо на подушке. Он встречал ее с занятий и провожал в медитативные залы, потом вел на ужин и в общежитие, все же в последнее время мы только завтракать вместе могли, отличались расписания индивидуальных занятий. Иногда они могли подолгу бродить по парку и аллеям вдвоем, и что-то мне подсказывало, что все у них будет хорошо. И сомнения Тани скоро разрешатся. Явно у нее узора нет только из-за артефакта, что в наших телах.

О себе в таком ключе мне думать не хотелось. Я про узор, конечно же.

Пока я размышляла, в нашей гостиной прибавилось народа. Пришел Арвис, Туся и Левисса. Иногда они ждали нас не на улице, а заходили за нами.

— Привет, ребята! — я улыбнулась друзьям. — Мы опять припозднились?

— Есть немного, — согласилась Левисса.

— Нет, просто мы раньше вышли, — не согласился с ней Арвис. — Стася тебе очень идет этот цвет.

Вадька повернулся ко мне, оглядел с ног до головы и громко заявил:

— Позавчера она была в блузке такого же цвета, что и эта водолазка.

Таня пихнула парня в бок и закатила глаза. Ребята неуверенно рассмеялись, а Арвис покраснел. Блин, что на Вадьку нашло?

— Позавчера он просто не рассмотрел, — хмыкнула я. — Пойдемте уже.

И прежде, чем я двинулась к двери, меня перехватила Левисса, давая понять, что пойдет рядом со мной. Мое желание поболтать с Арвисом явно исполнится позже. Я вздохнула и не стала капризничать.

Мало ли, может Леви хочет о чем-то важном поговорить? Потому мы сейчас от всех отстали немного и плетемся позади.

— Что-то случилось? — первой не выдержала я.

— Случилось, — не стала подруга ходить вокруг да около. — Я кое-что узнала, и мне это не нравится. Но…

— Но?

— Я не знаю, как быть с этой информацией, Стася. Расскажу, ты можешь решить, что я лезу не в свое дело, не расскажу, можешь обидеться на то, что промолчала.

— Думаю, ты уже достаточно узнала меня, чтобы сделать правильный выбор.

— И все же я в сомнениях.

— Давай так, ты рассказываешь, а я даю обещание, что не стану обвинять тебя в том, что ты лезешь в не свое дело.

— Благодарю, — Леви выдохнула. — Я вижу, что у тебя есть определённая симпатия к Арвису. Понимаю, что до полного сближения вам далеко, и возможно, он не утаивал эту информацию, а не имел возможности сказать, но… У него была невеста, с которой он расстался при поступлении в академию. Отменил помолвку.

— Что меня абсолютно не удивляет. Тут половина так сделала, причем не только парни.

— Ты не права, наши ситуации иные. Никто из тех, кто учатся с призванными в одной группе, да даже на одном курсе — не заключали помолвок. Так как знали, что нам предстоит учиться с призванными, а значит есть большой шанс не только привлечь к себе внимание избранного, но и стать его второй половиной. Не вини нас за это.

— Вас так воспитали, — я пожала плечами. Но мысль о том, что у Арвиса была не просто девушка, а невеста неприятно удивила.

— Исключение составляют несколько студентов на каждом из факультетов первого курса.

— И таким исключением является Арвис?

— Да, к тому же Хлоя тоже поступила в академию. Но не попала в группу с призванным, потому что не хотела разрыва помолвки.

— То есть она не предполагала для себя новых отношений, даже с призванным. Ты хочешь сказать, что я должна быть осторожна? Ведь у этой Хлои есть все основания ненавидеть меня, Таню, Глафиру и Кристину.

— Только тебя, — поправила Левисса, — мы не слепые. Особое расположение к Арвису только ты выказываешь, да и он не стремится понравиться остальным девочкам.

— Как же это гадко, — я скривилась. — Спасибо, Леви. Я приму к сведению твои слова. Ты права в том, что Арвис мне нравится, но я не загадываю далеко. Это симпатия, приятное общение, которое может перерасти в более глубокое чувство, а может и не перерасти.

— И все же, будь, пожалуйста, осторожнее. Я попросила своих присмотреть за Хлоей. На всякий случай, не осуждай меня.

— Почему я должна осуждать твою заботу обо мне? Ты ведь не угрожала этой девочке, а лишь присматриваешь, чтобы она не совершила глупый поступок. Так ведь?

— Да. И мне жаль ее, Стася. Она и правда очень любит Арвиса.

Я вздохнула и постаралась выкинуть из головы мрачные мысли. Не выходило. Конечно, у их расставания может быть множество причин. Леви не может знать, что там между помолвленными случилось, она предполагает самую простую причину — учеба вместе с призванным. И вполне вероятно, что Арвис, как настоящий рыцарь и джентльмен для всех озвучил именно эту версию событий. Чтобы не подставлять девушку и выглядеть в глазах общества козлом, в то время как Хлою стали бы все жалеть и поддерживать.

А на самом деле все могло быть совсем иначе. Знала я таких девушек, которые всем и каждому говорили, что безумно любят своего избранника, а сами изменяли им, причем с завидным постоянством, позже объясняя свой поступок тем, что это физиология, а любит она только мужа. Да, и среди женщин есть такие же бессовестные и бесчестные, как и среди мужчин.

Не зря же появилась поговорка: «Здоровый левак, укрепляет брак».

К тому же у магов, чья жизнь куда длиннее обычного человека, даже среди аристократии нет повального осуждения потери невинности.

Насколько я помню, даже принцесса может позволить себе близость со своим женихом до брака, а ведь брачной церемонии может не состояться. К тому же, в некоторых мирах довольно свободные нравы. На том же Вердехейле блуд — это часть натуры подавляющего числа населения. Это у них в крови, как потребность, как способ выживания и получения дополнительной энергии.

А может так быть, что Арвис ее просто разлюбил. Без всяких измен и подлостей. Так ведь тоже бывает.

Как бы там ни было, но слова Левиссы заставили меня крепко задуматься. И на завтрак я шла мрачнее тучи. Вот неприятно, я уже как-то привыкла к мысли о том, что аристократы, которые обучаются с нами не имели помолвок и отношений до поступления в академию.

Подумала об этом, и сама же усмехнулась. Ну да, не имели… прямо там, просто не позволяли себе ничего серьезного. А тут целая помолвка… Почему же так сложилось?

За столом я помалкивала, хотя Арвис делал отчаянные попытки меня разговорить и смотрел обеспокоенно. Я отмалчивалась. Ну вот ничего с собой поделать не могу, мне нужна правда! Я можно сказать, почти влюбилась, а тут такой некрасивый поступок… Может и вправду, ему шанс учиться с призванным выпал, так он сломя голову и помчался, разорвав прежние договоренности. Никакого человека подобный поступок не украсит.

— Арвис, можно тебя на пару слов? — Я первой закончила трапезу и медленно поднялась из-за стола.

— Конечно, — парень просиял солнышком и поднялся следом.

— Стась, а так не честно, нам ведь тоже интересно, — Вадька широко улыбнулся. — Чего это вы секретничаете?

— Почему сразу секретничаете? Может я его целоваться позвала. — Огрызнулась я.

— Тогда тем более должно быть наблюдатели! — уверенно заявил Вадька. — вдруг он тебя сожрет?

— Дурак, — фыркнула я, а Таня придержала парня за локоть.

Больше нам никто не мешал уйти из столовой.

Разве Леви головой покачала и одними губами прошептала: «Удачи».

А на улице мы немного прошли вдоль аллеи и нашли свободную скамейку. Я оглянулась, убедилась, что за нами никто не наблюдает и только после этого присела.

Если честно, то мне было некомфортно. Как я должна начать разговор? Что мои друзья беспокоятся о моральном облике парня, которому я симпатизирую? Я же не в любви признаться хочу. Я просто пытаюсь понять мотивы Арвиса в отношении его бывшей невесты. Мало ли, есть же такие, кто теряет голову от любви. И там уже неважно будет, призванная я или не призванная.

Но парень избавил меня от предисловий, самостоятельно перейдя к сути.

— Стася, тебя беспокоят слухи, так ведь? — заглядывая мне в глаза, спросил он. — Я говорю о моей помолвке, которая была разорвана перед поступлением в академию.

— Да, ты прав. Меня беспокоят эти слухи, а также мотивы, которыми вами двигали: тобой и леди Хлоей.

Не стала юлить и сказала прямо.

— Наша помолвка состоялась в детстве. Думаю, ты знаешь, что из аристократических семей выбирали тех, кто станет учиться вместе с призванными, а королевские семьи, почти все, бросали жребий. Я не был тем счастливчиком, который должен был учиться с призванными. А потому меня и леди Хлою обручили в детстве.

— То есть это было не вашим решением, а родителей?

— Верно, — согласно кивнул Арвис. — Я мог бы сказать, что привязался к леди Хлое, но как к другу. К сожалению, полюбить ее как девушку, я не смог, но смирился, ведь чувства порой оборачиваются крахом и не приводят к стабильности и уважению в браке. Мне, как наследному принцу, выбирать не позволено. Я знал, что леди Хлоя будет достойной матерью и королевой, этого было достаточно.

— И как же так вышло, что вы оба здесь?

— Хлоя — дочь герцога, с которым дружна моя семья. — Парень вздохнул и присел рядом. — В их семье случилась трагедия, погиб наследник, который и должен был занять место Хлои в академии. Герцог был обязан расторгнуть помолвку и сделал это, так как представлять их семью в академии, кроме Хлои оказалось некому. Никого подходящего возраста не нашлось.

— Мне жаль…

— Но Хлоя не желала смириться с отцовской волей, — Арвис замолчал, видимо, подбирая слова. — Вам призванным, выросшим в ином обществе, вероятно сложно понять, какой трагедией может обернуться непослушание главе рода. Но в нашем мире, впрочем, как и во всем альянсе, поддержка семьи — самое важное, что есть у человека. Герцог собирался отречься от дочери. Стася, она стала бы не просто изгоем высшего света, ее бы не приняли нигде.

— Это же глупо… У нее ведь тоже есть чувства…

— И долг, Станислава. Перед родом, перед богами. Наши семьи были выбраны богами, и только потом главы родов выбирают тех, кто в итоге будет учиться с призванным. Королевская семья же бросает жребий. — Арвис смотрел прямо, не отводя взгляда. — Я не стану лгать, говоря, что поступал сюда с целью быть ближе к призванному. Мной управляло желание помочь леди, которая без оглядки влюблена в меня. Я уговорил ее повиниться перед отцом и принять его волю, пообещав, что поступлю в академию вместе с ней.

— А как же жребий? — напомнила я.

— Арван уступил мне свое место. Арван — мой младший брат. И семья одобрила это решение. Как и то, что о разрыве помолвки сообщили мы.

— То есть вы о ней только сообщили, и все решили, что инициатором выступает королевская семья?

— Мы позволили так думать. Как я уже говорил, герцог — лучший друг моего отца. Да и я желал помочь леди Хлое, поддержать ее…. Однако… На распределении нас зачислили в разные группы, причем с пояснением почему так вышло, что я оказался с призванным в группе, а она нет.

— И почему же?

— Потому что я не испытывал таких же сильных чувств к невесте, потому что я готов к новым привязанностям, как дружественным, так и романтичным. Леди Хлоя же не мыслит своей жизни вне нашего мира и страны.

— Мне говорили, что студент имеет право выбрать и обозначить свою позицию касательно этого вопроса. Леди Хлоя сама отказалась от любых притязаний к призванным, ведь не желала расторжения вашей помолвки.

— Я принц, Станислава. Наследник, ограниченный в выборе. Я не мог подвести свою семью в угоду собственным чувствам. И как я уже сказал, к леди Хлое я не испытывал ничего, что можно было назвать любовью мужчины к женщине. Детская привязанность, дружба и покровительство, но, к сожалению, не любовь.

— Тогда почему вы не общаетесь? Если вы росли вместе, если вы были дружны, тогда почему сейчас вы не проводите время вместе?

— Потому что так пожелала леди Хлоя. Перед тем, как мы въехали в общежития академии. Леди была расстроена и результатом нашего поступления, и моим откровенным ответом.

Вот так вот.

Что еще тут можно добавить?

— Я полагал, что ей потребуется время, чтобы успокоиться. Казалось, что позже я смогу убедить Хлою в том, что академия — замечательный шанс на новых друзей, установлении прочных связей с представителями других миров и стран, а также свободу, которой ни у нее, ни у меня не было. Академия предоставляет столько возможностей, преподаватели дают уникальные знания… Когда мы вернемся в Рефрию, этой легкости уже не будет.

Я хмыкнула, только сейчас сообразив, что принцы и принцессы действительно не свободны ни в выборе, ни в собственной жизни. На ум пришли испанские инфанты. Хотели они, не хотели, и замуж выдавали, и в девах всю жизнь ходили, если принца подходящего не находилось…

— И вот состоялось знакомство с призванным. Владимир оказался дружелюбным и прямолинейным, человеком легким на подъем, с которым рядом было не просто интересно и увлекательно, но и не предсказуемо. Я не мог постичь его мыслей, а однажды он пригласил меня к вам в общежитие. И там я познакомился с тобой. И может, эти слова не достойны ни принца, ни мужчины, но я напрочь забыл о той, что сама меня прогнала и не желала видеть.

— Помолчи, пожалуйста, — тихо попросила я.

Мне требовалась минутка, чтобы уложить мысли по полчкам моего сознания. Что выходило? По сути, большой вины Арвиса в расставании не было. Было только одно — отсутствие преданности. Если вы уж с детства знали, что будете вместе и Арвис знал, что невеста влюблена в тебя без памяти, зачем давать какие-то обещания, а в итоге в легкую от них отказываться? Мне аргументом факт, что от девушки откажется отец и род не казался. Однако и судить я права не имела. К тому же, леди Хлоя была обижена на бывшего жениха, и сама упустила время, чтобы привлечь его по-настоящему. Кто ей мешал скрыть свою обиду, раз она все равно его простила и продолжает любить? Сохранив дружбу, девушка могла многого добиться. К примеру, если бы я увидела его с ней, то вряд ли бы не обратила внимания на влюбленность леди Хлои и точно не позволила бы своему сердцу очароваться золотоволосым парнем. А сейчас…

И я понимала Арвиса. Если у него и правда не было глубоких чувств к навязанной невесте, то требовать от него послушания и верности старым клятвам, когда его руки развязаны, все же он оказался в академии — глупо. Я ничего не знала о том, как проводят время принцы. Тем более наследные. Между Рамиром и Арвисом была пропасть. Если по Рамиру невооружённым глазом было видно, что он наследник и будущий король, то Арвис на него совершенно не походил. Ни капли. Я бы сказала, что он был своим в доску парнем. Дружелюбным, открытым и умеющим развлекаться.

Я вздохнула и посмотрела на собеседника.

— Мне жаль, что ваша история закончилась так печально. Правда, я все равно считаю, что и доля твоей вины в разрыве дружественных отношений с леди Хлоей есть. И вместе с тем, я восхищена твоей откровенностью. Ты прав, ни мужчину, ни принца такой поступок не красит, однако, сердцу ведь не прикажешь?

— Не прикажешь, — эхом повторил Арвис и робко улыбнулся.

— Вот и леди Хлоя не может приказать, — припечатала я. — Она ведь не старше тебя?

— Ей двадцать лет, и она получила блестящее воспитание.

— И вместе с тем, пошла наперекор всему: традициям, воле главы рода, желая быть рядом с тобой. С блестящим воспитанием не вяжется. — Я поднялась со скамейки. — Я не могу вмешиваться в ваши отношения, как и судить. Но участвовать в любовном треугольнике отказываюсь.

— Любовном треугольнике? — Переспросил Арвис, а я прикусила язык. Ляпнула ведь.

Хотя, все правильно сказала!

— Леди Станислава, вот вы где, — мою попытку объяснить сказанное, бесцеремонно прервали. Смерив холодным взглядом меня и моего спутника, Рамир вежливо поздоровался. — Доброго утра, лорд Арвис, леди Станислава. Прошу прощения за вмешательство, наш портал откроют через пять минут.

— Через пять минут? — Охнула я. — Прости, Арвис, мне надо бежать.

Я ухватила Рамира за руку и потащила прочь по аллее к зданию со стационарными порталами. Именно таким образом из академии перемещались студенты в свои миры.