51. Операция
Среди моих однообразных дней с работой у местора Пильна и учебой с местором Альдером выделялись занятия с Саймоном. Не могу сказать, что они были яркими пятнами, скорее - темным. Рыжий некромант не претендовал на звание настоящего наставника, поэтому и не особо заморачивался с нашей программой. Он обучал меня всему подряд: работе с неживой материей, основам создания нежити, поддержания в ней жизни, плетению проклятий.
Практиковались мы на мышах и крысах, любезно предоставленных факультетом целительства. Я, конечно, грызунов не боялась, но живые грызуны - это одно, а зомбокрыс - совсем-совсем другое. Сначала животное надлежало умертвить, Саймон свои руки марать не хотел, так что сомнительная честь убийства мышек и крысок доставалась мне. Действовали мы максимально гуманно, но все равно жалко. Затем правильно подготовить, чтобы трупик не разлагался. Качественный зомби, по словам некроманта, мог существовать долгие годы, а то и десятилетия, если за ним хорошо следить и поддерживать. Потом мыша надлежало воскресить, а по-некромантски - поднять и взять под контроль.
С одним существом это было несложно, а вот одновременно контролировать двух и более - уже проблема. Саймон легко управлялся с десятком, и, по его собственному заверению, мог взять под контроль и больше, просто в нашем распоряжении всего имелось пять крыс и пять мышей, смотревших на меня пустым стеклянным взглядом.
- Саймон, пусть они отвернутся в другую сторону, - под прицелом двадцати маленьких глазок я чувствовала себя некомфортно.
Мыши и крысы синхронно развернулись ко мне хвостами. Стало не так, чтобы лучше.
- Вот будет тебе кто досаждать, натравишь на него такого - и все проблемы решены, - посоветовал страж.
- Жалко будет. Мышей, - хотя на факультете целительства им не сильно лучше. Я бы сказала, отмучились, бедолаги.
- Так можно насекомых. Представляешь, заползает сколопендра и прямиком на подушку…
- Фу! Да ну тебя! - я аж передернулась, представив себе картину. - Лично я бы убила за такие шутки.
- Скучные вы, целители, - вздохнул рыжий. - Мы в общаге кого только друг другу не запускали. У нас даже игра была: нужно было поймать засланного зомби, снять с него связующую нить и найти по ней создателя. А потом подослать кого-нибудь к нему. Знаешь, как забавно отправлять комара-диверсанта? И всю ночь какая-нибудь комната в общаге не спит и хлопает в ладоши.
- Кто на что горазд, - покачала я головой. - Кто холодильные лари поджигает, кто комаров-зомби запускает…
Сразу вспомнился тот паук, которого предлагал купить местор. Представляю, сколько бы шороха он навел. Ух, я бы его кому-то запустила! А потом снова получила бы отработку, потому что заметать следы и подчищать за собой магический хвост не умею и, судя по сложности этого процесса, в ближайшие месяцы не научусь.
С домом дело шло медленно. Хотелось бы поскорее привести его в порядок, но времени не было совсем. Так что, пока мыла полы у Пильна, я с сожалением думала, что следующий выходной придется потратить на капитальную уборку. Думала я про уборку усиленно, в красках представляя, как буду сметать паутину и протирать пыль, чтобы лучше абстрагироваться от лужи крови на полу.
Нам буквально полчаса назад принесли попавшего под повозку щенка крупной породы. Местор Пильн мог отказаться от него сразу - даже мне хватило одного взгляда, чтобы понять, что бедняга не жилец. Но целитель честно попытался, больше для того, чтобы облегчить последние минуты собаки и утешить не уберегших питомца хозяев. Я стояла неподалеку, чтобы при необходимости быстро выполнить любое поручение, и восхищалась мужеством наставника. Все же хирургия для людей с крепкими нервами и не менее крепкими желудками, особенно в таких страшных ситуациях.
И теперь нужно привести приемную в порядок, чтобы встретить следующего, ожидающего в коридоре пациента. Этот же остался у нас в стазисе для последующей кремации. В такие моменты, которых, к счастью, встречалось крайне мало, я иначе смотрела на ту же некромантию. Там ты своему “клиенту” уже ничем не навредишь и не станешь испытывать перед ним вину.
После неудачных приемов, как прошедший, местор Пильн становился особенно дотошен. Внимательно следил, чтобы я все идеально отмыла, и сам брался за стерилизацию, скорее для того, чтобы отвлечься и переключиться. Целитель тоже переживал, за столько лет работы не утратив душевные качества. В такие минуты наставник виделся мне почти человеком. Во многие другие он казался требовательным монстром, придирающимся по поводу и без. Но каждый раз я напоминала себе, что местор Альдер терпел его три года, и становилось легче.
- Местор, я закончила, - к полу было не придраться, пусть Пильн и старался, рассматривая его под разными углами.
- Хорошо, Элиза, тогда приглашайте следующих посетителей, - кажется, отличной работой местор тоже был недоволен. Зато я внутренне ликовала над маленькой победой.
- Здравствуйте, местор Пильн, - зашла пожилая пара, неся в руках котенка мантикоры, от силы месяца от роду, а уже большого и тяжелого. - Возможно, вы сможете помочь нашей Дине…
Дина перекочевала на смотровой стол и неуклюже села. Вот только неуклюжесть была не детская, а болезненная - задние лапки у мантикоры оказались недоразвитые, вдвое короче и без ступней.
- У нас десять лет жила ее мама, красавица была, вы не представляете, и такая умница, - начала пожилая женщина чуть срывающимся голосом. - Решили свести ее с самцом, и вот, что вышло. Джули умерла родами, два котенка не выжили, этот последний, оставшийся нам от нашей девочки…
Крылатый котенок, конечно, милый и забавный, но жить с такими ногами, особенно, когда он подрастет и станет неподъемным, ему будет сложно.
- К сожалению, я не один из ушедших, - покачал головой целитель. - И исправить такое уже никому не под силу.
- Местор Пильн, мы хорошо заплатим, - не сдавалась женщина. Ее муж стоял молча и нежно гладил котенка.
- Дело не в деньгах, новые ноги ему не сможет дать ни один целитель, - местор тоже с сожалением взглянул на мантикору. Он еще прошлую неудачу переживал и теперь снова оказался не в состоянии помочь животному.
- Местор, - подала голос я, озаренная внезапной идеей, - а можно вас на минуточку?
Леон Пильн удивленно поднял бровь, но отошел со мной к окну.
- Я тут подумала, а если ампутировать ему лапки и пришить лапы щенка? У него же грудная клетка была повреждена, а лапы целы.
Местору понадобилось секунд десять, чтобы справиться с эмоциями.
- Элиза, то, что вы предлагаете, лежит за гранью целительства, - раздраженно ответил Пильн. - Пришить - полдела, но они должны прижиться, а это, к вашему сведению, разные виды! К тому же предыдущий пациент полчаса как мертв.
- Он в стазисе, поэтому тело не начало разлагаться, - возразила я. - Я могу вернуть тканям подвижность и чувствительность, восстановить повреждения через некромантию. А для срастания и приживаемости мы используем проклятья, ими же подгоним пропорции тел. Среди проклятий есть не только плохие, но и хорошие, что-то вроде молочных бактерий, которые в закваске используются…
- Я знаю теорию проклятий, - перебил меня местор. - Вы одновременно должны будете проводить целительские и некромантские манипуляции, а потом использовать проклятийный раздел темной магии. Думаете, справитесь?
В любой другой ситуации я бы сказала “нет”, но для хозяев мантикоры это был единственный шанс. Они тоже понимали, что обрекать котенка на жалкое существование негуманно, но и расстаться с ним не могли. И, кажется, своих детей у них не было, вот они и нянчились с Диной, как с ребенком.
- Я готова попробовать, - собралась с духом я. - Если вы поможете!
Местор колебался еще минуту.
- Ну давайте попробуем.
Суть дела Пильн изложил хозяевам быстро и четко, обрисовав все риски и последствия. Рассказывал целитель в красках, будто нарочно стращая пожилых людей. Что там говорить, даже я начала сомневаться, не зря ли вылезла со своим предложением. Закралась малодушная мысль, вдруг хозяева откажутся, и мне не придется ничего делать?
- Поскольку метод экспериментальный, деньги за операцию мы не возьмем, но и за последствия не отвечаем, - предупредил местор. - И учтите, послеоперационный период будет сложный, а восстановление - тяжелым.
- Мы согласны, - переглянувшись, решились хозяева.
Я сглотнула, понимая, что назад дороги нет.
Операционный стол был готов, инструменты тоже. Нам придется заменить все четыре лапы, а не только две задние, чтобы восстановить пропорции. Я все губы искусала, пока местор готовил пациента. Саймон многому меня научил в работе с неживой тканью, завкафедрой гонял с анатомией. У местора Пильна я тоже уже чего только не насмотрелась. И сейчас мне предстояло прирастить четыре чужие лапы, оживить ткани, восстановить кровообращение, при этом убрав видовые различия, соединив два организма. У меня не то что руки тряслись, меня всю трясло, когда я сращивала золотистую мантикору с первой пришитой местором серой лапкой. Делали по одной, чтобы лучше справляться с кровотечением, сосуды подгоняли на месте, сужая более широкие у мантикоры и расширяя собачьи. Кровь необходимо постоянно медикаментозно разжижать первые пару недель, пока части тела не адаптируются друг к другу. Но это уже следующий этап.
Пильн то и дело обращал мое внимание на основные моменты, сам выполняя хирургическую часть операции. Особенно сложно дело обстояло с мышцами, хрящами, сухожилиями, суставами - всем, что обеспечивает подвижность конечностям. Тут уже без местора я бы не определила, куда лучше направить рост тканей.
Когда дошло до наложения проклятий, я вконец разнервничалась. Волнение, оказывается, выматывает похлеще любых манипуляций и занятий на полигоне.
- Соберитесь, Элиза, - строго и без капли жалости приказал местор. - Нам важно все сделать быстро, иначе лапы не приживутся и мы только зря угробим животное.
Я сильно-сильно зажмурилась, отгоняя посторонние мысли и сомнения, вырисовывая в голове векторы распределения темной магии. Лучше всего совместить силу с естественными процессами организма, подвести все под один ритм, например, ток крови и биение сердца. Два удара - ичужеродные секунду назад части схватываются, воспринимаясь организмом, как свои родные, два удара - передышка. Следующие два удара - другая лапа, и очередное воссоединение. И так четыре цикла. Проклятие слияния сверху на каждую.
Местор кольнул подушечку лапки - кровь пошла, но ранка мгновенно затянулась. Кровоснабжение работало, как и регенерация.
Через десять минут, когда мантикора вышла из наркоза, мы смогли проверить чувствительность лапок хотя бы на уровне рефлексов, об остальном пока говорить трудно и преждевременно.
Следующие полчаса местор передавал полусонного от наркоза котенка хозяевам и записывал все рекомендации, которых набралась целая страница. Местор Пильн объяснял все профессионально и четко. Операция по приживлению новых лап прошла успешно. Возможно, они будут слабоваты для крупной мантикоры, но животное адаптируется. К тому же организм сам подстроится, сделав тело чуть меньше, а лапы чуть мощнее, чем они были бы у собаки. Подведет под один знаменатель и немного все уравняет.
Теперь хозяевам необходимо первые десять дней приходить с питомцем на осмотр, показывать, как происходит срастание, обновлять поддерживающие заклинания после серьезной операции и подпитывать проклятье, чтобы оно не тянуло силы у не восстановившегося котенка. Потом явка каждые пять дней весь следующий месяц и контрольная - через полгода, посмотреть, как растет и развивается пациент, чтобы при необходимости немного скорректировать его пропорции.
Хозяева едва не плакали от счастья, что у питомца появился шанс. Оно были готовы к нам весь следующий год каждый день ходить, если потребуется. Местор Пильн только и успевал отмахиваться от благодарностей и возвращать пожилых людей в нужное русло. От них требовалось тщательно выполнять все целительские предписания.
Я же сидела в подсобке совершенно без сил, уронив голову на руки. Это было трудно и страшно, меня до сих потрясывало, мандраж не отпускал.
- Ну что, Элиза, поздравляю, вы справились, - зашел довольный местор. Я только едва кивнула. - Будете кофе?
- Да, сейчас сделаю, - я слабо пошевелилась, ища в себе скрытые резервы или пресловутое второе дыхание. Не находила.
- Сидите уже, я сварю, - ошарашил меня наставник и взял в руки турку. Я изумленно проводила его взглядом.
- Вы меня удивили, - продолжил от плиты целитель, - признаюсь, не ожидал от вас такой решительности.
- Боюсь, это был исключительный случай, - не спешила принимать похвалу я, хотя получить ее было очень приятно.
- Не бойтесь, - местор медленно помешивал кофе. - Знаете, нам авантюризм присущ ничуть не меньше, чем боевикам или некромантам. Возможно, даже больше. Они чаще всего рискуют только своей жизнью, а мы берем в руки чужую. И для таких поступков требуется недюжинная смелость.
Запах кофе наполнил подсобку, возвращая меня в реальность, которая распадалась на глазах. Леон Пильн не скупится на похвалы. Это точно не сон?
- Держите, осторожно, горячее, - предупредил местор.
Правда, о кое-чем другом предупредить забыл.
Я сделала глоток и подняла округлившиеся глаза на наставника.
- Это не просто кофе, - осторожно заметила я.
- Там пара ложек коньяка, - с улыбкой пояснил местор. - Вам сейчас не помешает.
- Спасибо, - я осторожно отпила горячий напиток, оказавшийся крепче обычного.
- Пожалуйста, - улыбнулся целитель. - И лучше скажите мне вот что. Вы же занимаетесь сегодня с Саидом Альдером, так? - я кивнула. - Тогда вечером пойдем на ваши занятия вместе. Думаю, мне есть о чем побеседовать с вашим куратором и основным наставником.
52. Выбор
Мы сидели в библиотеке втроем, больше в огромном зале никого не было. Время от времени заходили смотрители со стопками книг в руках, продолжающие наводить порядок после учебного года. На нас они внимания не обращали, стремясь разобраться со своими делами.
Я сидела молча и чувствовала себя рядом с двумя месторами странно. Еще удивительнее было слышать рассказ про сегодняшнюю операцию, во время которой я, пусть и при помощи Леона Пильна, создала химеру…
- Мне кажется, глупо растрачивать такой потенциал в темной магии, - закончил речь Пильн. - Но если Элиза не хочет уходить в некромантию или проклятья, она вполне может совместить знания и способности в целительстве с темным искусством.
- Но создатели химер традиционно темные маги, - завкафедрой смотрел на меня, задумчиво подперев рукой подбородок.
- В этом и проблема, - согласился Пильн. - Они, конечно, для своих зомби тоже проходят анатомию и курс целительства и хирургии. Но примерно так же, как у нас на факультете в общих чертах изучается темная магия. Местор Альдер, - такое обращение к бывшему ученику звучало несколько насмешливо. - Вы же сами не раз видели химер. На большинство из них без слез не взглянешь. Они преподносятся как совершенные и неповторимые животные, а на деле жалкие несбалансированные существа со множеством отклонений.
- Я понимаю, к чему вы ведете, - довольным и счастливым местор не выглядел. Скорее наоборот. Мои успехи его не радовали, понять бы почему. - Но для создателя химер первоочередными навыками все равно будут разделы темной магии. А из целительства нужны знания анатомии, основы лечения. И хирургия, конечно.
Теперь понятно…
- Да, Элизе придется начать заниматься индивидуально на темном факультете. Ее друг не сможет ее полноценно подготовить, тогда как у темных есть целое направление - мастера химер, наравне с мастерами иллюзий. Да и вы, будем честны, отличный исследователь и специалист в общей практике. Но не хирург, - Пильн выразительно посмотрел на местора Альдера.
- С обучением на темном факультете возникнут проблемы, - поморщился завкафедрой. Да, похоже, и он сам с некоторых пор имеет некоторые сложности со своим соотечественником и деканом темных по совместительству.
- Я в курсе ситуации. Но отправлять Элизу переводом учиться к темным не имеет смысла. По сути, года на освоение темного искусства ей будет достаточно. Сколько уйдет на целительство - покажет время, но упор следует сделать на анатомию и хирургию, а не на лечение и алхимию. Создание химер во многом - это постоянная практика и набивание руки.
- И что вы предлагаете? Без перевода темные тем более откажутся заниматься с Элизой, - не оставлял скепсиса местор Альдер. - К тому же не каждый хирург согласится ее обучать, понимая, что в дальнейшем переданные знания будут использоваться не по прямому назначению.
Я перевела взгляд на Леона Пильна, который выглядел совершенно спокойным и даже довольным. Он перекинул ногу на ногу и сложил руки на груди, кажется, уже все для себя решив.
- Хирургии могу обучать я, в этом у меня имеется достаточный опыт. И с темными договорюсь, уверен, они не откажут мне в небольшой услуге.
Лично у меня голова шла кругом от этого разговора, а завкафедрой напрягся еще сильнее.
- Небольшой услуге для вашей ученицы, так? - поднял бровь куратор.
- Именно, - подтвердил Пильн. - Мне интересно было бы поработать с подобным магом и вырастить из него настоящего специалиста в такой спорной области. А еще это отличная возможность утереть нос Шаграну: целительница может создавать химер лучше его учеников, - злорадно улыбнулся местор, видимо, тоже недолюбливавший темного декана.
- Я не собираюсь ни с кем сводить счеты, тем более через учеников, - холодно отрезал завкафедрой.
- Как знаете, - пожал плечами целитель. - Обычно люди с сильным темным потенциалом не идут на наш факультет, но именно мы могли бы сделать из них настоящих специалистов, - заметил местор. - Соответственно, я жду полного контроля над обучением Элизы, индивидуальной программы и на целительском факультете тоже. И себя как основного наставника, конечно. Если вы, местор Альдер, готовы отпустить свою ученицу, - поддел бывшего ученика Пильн.
- Никто не станет никого удерживать силой. Это обучение, а рабство в Авардоне отменили еще до драконьей чумы, - напомнил местор Альдер. - Выбор за Элизой.
Мужчины посмотрели на меня, видимо, наконец, вспомнив о моем присутствии. До этого диалог велся, будто здесь никого, кроме них, нет.
- Не торопитесь, Элиза, подумайте, - поднял руку Леон Пильн. - Я жду ваш ответ завтра утром.
И, пожав руку местору Альдеру и улыбнувшись на прощание мне, Пильн покинул библиотеку, оставив нас с завкафедрой в одиночестве.
Молчание повисло какое-то неловкое. Получается, что местор Альдер столько для меня сделал, а теперь я должна его бросить и уйти к другому. “Миаситы не любят упускать своего”, - прозвучали в голове как-то раз сказанные слова...
- Итак, Элиза, что думаете по поводу предложения Леона Пильна? - буднично спросил куратор. Но ответа он ждал внимательно и несколько напряженно.
- Простите, местор, - я потупилась, не решаясь посмотреть преподавателю в глаза. - Но не думаю, что разумно отказываться от такого предложения. К тому же мне самой интересно попробовать.
И лично я бы не отказалась утереть нос Али Шаграну! Но этого местору лучше не озвучивать.
- Это очень правильное решение. И никто лучше Пильна вас подготовить не сможет. Он не подарок, конечно, но профессионал своего дела и великолепный наставник, - по лицу местора скользнуло сразу несколько эмоций.
Трудно сказать, было ли среди них облегчение или разочарование. Эмпатические щиты мужчина, кажется, усилил до предела. Я быстро прекратила попытки пробраться, чтобы не раскрыть свой нездоровый интерес.
- Вы не обижаетесь? - признаться, мне бы очень хотелось, чтобы завкафедрой как-то отреагировал на мой уход.
- Да ну, бросьте, - отмахнулся местор. - К тому же вы не перестаете быть моей ученицей. Просто теперь будете подчиняться другому человеку, который и станет определять ваши направления в учебе.
Вот этот момент меня настораживал. С другой стороны, что я теряю? С моими оценками и способностями это наилучший вариант и реальный шанс, за который надо хвататься.
- Интересно, мытье полов он с меня снимет? - вот было бы здорово!
- На это я бы на вашем месте не надеялся, - засмеялся завкафедрой. - Зная Пильна, полы вам драить все обучение. Без этого никак.
- Первоочередной навык для целителя, - улыбнулась я. - А с вами мы заниматься продолжим? - терять наши вечерние занятия мне бы не хотелось.
- Разумеется. Леон Пильн не станет объяснять вам азы, а самостоятельно нагнать программу вам будет сложно. Да и экзамен в конце лета никто не отменял, - после этого местор будто невзначай придвинул ко мне учебник, напоминая, что мы в библиотеке не просто так собираемся.
И это успокоило и приободрило лучше всяких слов, так что я спешно полезла за конспектом и грифелем.
А еще теперь я точно уверена, из-за чего так не хотела переводиться на темный факультет. Вернее, из-за кого.
- Ну и денек, - сказала я вылезшей из воды саламандре, когда вернулась в комнату. - Ты не представляешь, что сегодня было.
Ящерица как-то сразу признала меня хозяйкой. Пока я работала и занималась, она ждала в аквариуме, но стоило мне вернуться - тут же вылезала встречать. Нужно только руку ей подставить, и та быстренько карабкалась на плечо. А еще кормить не только одними водорослями, но и обычной земной зеленью, лучше цветами. Выяснила я это быстро, буквально на следующий день нашего соседства, когда вернулась с занятий и увидела обгрызанный пустынный мак. Судя по всему, его лепестки саламандре очень понравились. Как и банка, в которой показалось интереснее, чем в надоевшем аквариуме. Так я и не увидела полностью распустившийся цветок.
- Держи, надеюсь, пионы тоже вкусные, - я положила перед ящеркой сорванный с клумбы белый цветок.
Завкафедрой не преминул возмутиться такому хулиганству. Пришлось напомнить ему, что саламандру нужно кормить, и ест она не абы что, привередничает. Обычную траву вон что-то не очень оценила.
- Вы просто ее балуете, - недовольно прокомментировал местор. - В дикой природе они едят все.
- Моя достойна лучшего, - уверенно заявила я, неся в комнату пион. Ничего, от академии не убудет, а саламандра порадуется.
Поев, маленькая проныра устроилась у меня на плече, лениво помахивая хвостом. Я же честно штудировала учебники, прикидывая, сколько всего мне предстоит учить в будущем.
Утром Леон Пильн ждал меня в кабинете, попивая свой неизменный черный кофе.
- Итак, Элиза, что вы решили? - с улыбкой спросил целитель.
И могу поклясться, что он ни секунды не сомневался, что я приму его предложение.
- Я хочу быть вашей ученицей и обучаться на мастера химер, - глядя в глаза, я ответила наставнику. С этого момента моему основному и главному наставнику.
- Отлично, - кивнул Пильн, - я подготовил для вас программу обучения, - на стол легли исписанные листы. - В том числе и того, что требуется изучить вместе с Саидом Альдером. А вот это, - другая стопка, чуть поменьше. - Для вашего друга-некроманта, - вот Саймон-то обрадуется, что за него кто-то написал учебную программу. - Мне нужно, чтобы к началу учебного года у вас имелись базовые знания, и на темном факультете не начинали подготовку с нуля.
Прости, Элис, похоже, твои задания я не сделаю. Тут бы все остальное успеть.
- Пейте кофе, печенье в верхнем ящике, и выходим, - с удивлением я заметила в наставнике нетерпение и азарт.
- А как же пол перед приемом помыть? - неужели завкафедрой ошибся, и эту повинность с меня сняли?
- Мытье полов будет позже, - убил во мне надежду Пильн. - А сейчас мы идем в морг. Тренироваться.
- Пожалуй, кофе с печеньем я тоже потом попью, - сглотнула я. Никогда не любила морги.
Занятия с Пильном, настоящие занятия - а все предыдущее оказалось легкой разминкой - были форменной пыткой. Если до этого местор не воспринимал меня всерьез, то теперь взялся конкретно. Я до потери сознания отрабатывала все упражнения, и пока в ушах не начало звенеть от надвигающегося магического истощения, Пильн от меня не отстал. Из морга мы вернулись только в конце дня. И да, мытье полов никто не отменял, как и прием местором пациентов, после которых надо убирать и стерилизовать.
Вечером меня ждал Саймон. Получив перечень того, что мне с его помощью предстоит изучить, рыжий присвистнул.
- Прости, Элиза, ты ведь знаешь, что я хорошо к тебе отношусь. А вот наставник тебя, похоже, ненавидит, - некромант, не переставая удивляться, перебирал листы. - Да тут есть моменты, которым мне самому сначала придется научиться, чтобы научить им тебя, - и это при том, что Саймона было сложно чем-либо удивить.
- Пильн сказал, что это “базовые знания”, - вздохнула я.
Страж так выразительно на меня посмотрел, что комментарии о его мнении на этот счет были излишни.
- Скажи, что ты опять натворила? За что Леон Пильн так на тебя взъелся?
- Теперь он мой основной наставник, - обрадовала друга я. - И будет готовить из меня создателя химер.
- Вот это новость… - Саймон еще раз пробежался взглядом по бумагам. - Да, логика во всем этом есть. Целитель не сможет соединять два вида без некромантии и проклятий. Ну что ж, будущий мастер химер, пойдем за новой порцией мышей и крыс. Заодно расскажешь, как ты докатилась до такой жизни.
Я кисло улыбнулась и начала рассказ.
И вот время понеслось со скоростью дракона в полете. Весь день я проводила с местором Пильном, который не знал ни пощады, ни жалости. Я подтягивала хирургию, с которой раньше не дружила совсем и никогда не думала, что придется подружиться. Теперь я часами отрабатывала все надрезы, изучала, как и что сшивается. Плюс все сопутствующие перевязки, заживления, поддерживающие заклинания, наркоз (сейчас бы я не растерялась, попадись мне животное с открытым переломом) и многое-многое другое. Вечерами меня гонял местор Альдер, понимавший, сколько всего мне нужно догнать по целительству, и Саймон, решивший, что, как друг, он обязан мне помочь в достижении цели.
Порой я ненавидела их всех. Местора Альдера за то, что он нравился мне все больше. Но преподаватель упорно держал дистанцию, изредка забываясь, но сразу же беря себя в руки. Местор был традиционно требователен, пусть иногда я ловила его пристальные взгляды и отголоски эмоций, но так и не могла понять, кажется мне или все-таки нет. Ничего лишнего завкафедрой себе, к моему огромному разочарованию, не позволял. Саймона за то, что не проявлял ни капли сострадания, видя, как мне тяжело и плохо. Леона Пильна вообще за все. Но больше всего себя, за то, что бестолочь, немощь и бездарность. Просто приходила, падала на кровать и лежала, тупо пялясь в потолок. В такие минуты хотелось послать все и сказать, что я не могу, у меня не получается, я не справлюсь. И пусть головой я понимала, что мои эмоции абсолютно иррациональны и вызваны больше накопившейся усталостью и нервами, но поделать ничего не могла. Оживляла меня только саламандра, выбиравшаяся из аквариума и заползающая ко мне на грудь.
- Привет, Цветочек, - имя придумалось и прижилось как-то само. Потому что каждый вечер у нас начинался с красивого и вкусного угощения. Эту традицию я не нарушала, даже если возвращалась смертельно уставшая. Саламандру, в отличие от остальных, я нежно любила.
По-прежнему ненавидя всех, я садилась за книги и конспекты. Поскорей бы началась учеба, на парах будет намного легче.
Во всей этой истории по-настоящему радовало только одно: моя первая и пока последняя созданная химера.
Спустя каких-то две недели после операции Дина пришла к нам сама, на своих новых лапах. И это было невероятно!
Лапы прижились, ускоренная регенерация магических существ сыграла нам на руку. Собственно, именно поэтому за основу всегда бралось магическое животное, которое потом и преобразовывалось мастером. И теперь я знала, как, например, изменить шерсть на перья. Сначала животное должно облысеть - тут, конечно, только проклятье. Потом “подсаживались” перья и опять же с помощью проклятья разрастались по телу. В теории это звучало отлично. До практики я пока не дошла, но уже предчувствовала уйму проблем. Шерсть и перья по-разному влияют на терморегуляцию, следовательно, нормальная температура тела животного поменяется, или надо думать, каким образом поддерживать ее у оперившегося на должном уровне.
К моему удивлению, пособия по созданию химер, которыми снабдил меня местор Пильн, не давали ответы на эти вопросы, они даже не затрагивались. Как видоизмененное животное будет жить дальше? Темные маги просто создавали химер и отпускали их в жизнь. А там уж приспособятся они сами, или хозяева найдут им хорошего целителя, способного подобрать питание и убрать недоделки. И теперь я поняла, почему Леон Пильн так мечтал о квалифицированных специалистах в данной области, понимающих, что, как и для чего они делают. И почему он так загорелся вырастить его из меня. Ведь местор Пильн и был тем целителем, который исправлял недоработки создателей химер. А теперь и я вместе с ним.
Поскольку местор имел право выбирать, кого брать на лечение, а кого нет, то попросил записывать к нему преимущественно химер. Теперь в день к нам приносили по несколько измененных особей. Моей задачей было найти все слабые места и предложить варианты их исправления. Дальше мы старались исправить все, что накрутили в бедном животном темные маги. То есть исправлял пока, по большей части, Пильн. Я же стояла рядом и наблюдала за быстрыми и ловкими руками целителя. Но чем дальше, тем чаще местор привлекал меня к работе.
- Смотрите, Дина станет вашим экзаменационным проектом, - сказал наставник, когда спустя месяц мы убедились, что наш эксперимент удался. - Я поговорил с ректором и попросил предупредить комиссию, что вы не готовитесь на целителя и лечение в таком объеме вам не нужно.
- А если начнут настаивать, что тогда? - я волновалась, конечно, но лето все равно подходило к концу, а мои занятия слабо соответствовали программе обучения целителя. Изменить уже ничего нельзя, как и выучить.
- Тогда я скажу всем умникам, чтобы не лезли не в свое дело, - просто и честно ответил Пильн.
- Местор, вот скажите, почему вы не работаете со студентами как преподаватель? И почему не возглавляете целительский факультет? Местор Альдер говорил, что вам предлагали, - влияние моего наставника было сложно переоценить. Мой учебный план на темном факультете был уже не просто составлен, а даже утвержден. Лично деканом факультета Али Шаграном, к слову.
- Потому что терпеть не могу студентов, - поморщился Пильн. - Был бы деканом - разогнал бы большую часть.
- Понятно, - повезло студентам, что Леон Пильн не декан.
Сегодня вечером у нас по плану стояло занятие с Саймоном, но рыжего почему-то нигде не было. Может, по работе вызвали?
Я вернулась в общежитие, привычно вставила ключ в замок и не смогла провернуть - дверь оказалась открыта.
А дальше все произошло так стремительно, что я бы при всем желании не смогла изменить неизбежное.
Створка отворилась, и на меня буквально налетел рыжий вихрь. Да какой там вихрь - настоящий ураган!
- Элиза! Привет! - бесстыжая сидела на мне сверху, загорелая, отдохнувшая, с сильнее обычного усыпанным веснушками довольным лицом.
- Элис! - больше я радовалась только родителям на последней встрече. - А почему ты не предупредила, что вернешься раньше?
- Так ты же мне не писала и задания, я так понимаю, не делала, - попеняла подруга.
- Мне было немного не до этого, - хотя найти время черкануть несколько строк могла бы, просто как-то не подумала…
- Ладно, на первый раз прощаю. К тому же мне писал Саймон и держал в курсе твоей истории, - некромант выглянул из-за двери и помахал рукой. - Кстати, с саламандрой мы познакомились, просто прелесть! Как ты ее назвала?
- Цветочек, - сказала и сама поняла, как глупо звучит.
- Нда… с фантазией у тебя негусто, - признала рыжая нахалка. Никогда не промолчит! - Твой Цветочек очень любит яблоки и груши. Так что мы с ней уже подружились.
- Я тоже люблю груши с яблоками. Давай ты и со мной подружишься?
Элис привезла огромное количество урожая и могла подружиться с половиной общаги. С нашим этажом так точно. Мама не могла отпустить единственную дочурку голодать в академии. Так что Саймону пришлось опять тащить на себе на этот раз не книги, а фрукты и овощи. Хорошо иметь сильного парня.
- Ну что, значит, ты у нас будешь мастером химер, - хрустя яблоком, подвела итог моему короткому рассказу подруга. - Да еще со своим домом, - на этом подруга перевела взгляд на свои стопки книг, кажется, прикидывая открывшиеся перспективы.
- Да, только сначала надо экзамен сдать, купировав хвост по целительству, а потом еще и аттестацию пройти, - прожевав, ответила я. - Яблоки очень вкусные, передай маме спасибо. И дома хотя бы убраться нормально. Я только паутину успела смести.
- Передам, - заверила Элис. - Обязательно передам. А уборка вообще не проблема, - отмахнулась соседка. - Значит, экзамены и аттестация… Сай, у вас же с Элизой сегодня занятие? Так вот, я вас больше не отвлекаю, пока вещи распакую. А вечером мы с Элизой прогоним анатомию и хирургию, в теории, конечно. Будем тебя ждать с Цветочком с огромным нетерпением.
Я застонала и стянула еще одно яблоко. Я и забыла, каково это, жить в одной комнате с заучкой-отличницей. Страж уже ждал у двери с самым решительным видом.
- Элис, - уходя, обернулась к подруге я. - Как же я по тебе скучала!
Рыжая отсалютовала мне яблоком и беззастенчиво взяла мои конспекты, изучать, что мы прошли за лето. Цветочек бегала вокруг, клянча еще чего-нибудь вкусного.
Кажется, все возвращается в привычное русло.