Глава 30

Денис

Значит, не доставка, — думаю я, вглядываясь в радушное выражение лица неожиданной гостьи. Следом за этой мыслью приходят все сомнения и метания, что назойливо жужжали в моём мозгу, как грёбанный рой пчёл в улье, последние полторы недели.

До сих пор, не понимаю, как я сам мог позвать её в тот чёртов вечер, как мог позарится на её прелести тогда, когда кроме Мартышки мне нахуй никто нужен не был. Пиздец, я дебил. Грёбанный дебил, которому теперь придётся жить с последствиями своего бездумного поведения.

Блять.

— Привет, Денис, — тихо выдыхает Альбина, заламывая руки за спиной. — Можно войти?

— Да, — просыпаюсь я. — Да, заходи.

И я даже не удивлён, что она каким-то образом узнала наш новый адрес, учитывая, что кроме Сани в тот день на гонках, она обменялась номерами почти со всеми моими парнями. До чего упорной девчонкой она оказалась. Что настораживает, конечно же.

Быстро предупреждаю Мартышку о её визите и предлагаю гостье кофе. Отказывается, с улыбкой оглядывая обстановку, занимает место на диване:

— А Дарина где?

— Встречается с Олей.

— Ясно.

Сажусь в кресло сбоку от дивана и решаю сразу перейти к делу. Ну а сколько можно тянуть кота за… вы поняли.

— Я слушаю тебя, Альбин.

— Как у вас дела? С Дариной?

— Всё отлично, спасибо. Аль, я не имею намерений тебя обижать, но давай сразу перейдём к делу? Что не телефонного ты хотела мне сказать?

Чёрт, мне точно не мог показаться этот злой отблеск в тёмных глазах напротив, несмотря на то что она его быстро прячет за притворным добродушием:

— Тогда я в свою очередь, не имею намерений рушить ваше с Дариной отлично, — последнее слово явно заключено в кавычки и звучит насмешливо. Неожиданно. — Но наша с тобой ночь, Денис, не прошла бесследно.

"Наша с тобой ночь"… Блять!

— Ты беремена, — не спрашиваю я.

— Да. У меня больше не было ни с кем интимной связи, после тебя. И я не планирую делать аборт. Не буду скрывать, что ты мне нравишься, Денис. Безумно. И я считаю, что ребёнка нам даровали сами небеса.

Стоп. Небеса… Нам… Какого хрена?

— Аль, притормози. Я ничего не имею против ребёнка. Готов нести за него ответственность. Но я люблю Дарину, и никаких нас с тобой быть не может.

— Но…

— Давай я всё же налью тебе чаю, ладно?

Блять, мне нужна передышка. Её вид, неестественный блеск глаз — настораживают. Я не стану отказывается от ребёнка, но его будущая мать, очевидно, задумала совсем другое.

Забыла, что мы живём в современном мире? Где не обязательно жениться, если происходит подобная случайность между двумя взрослыми людьми? Она реально думает, что я могу вот так просто отказаться от Мартышки, чтобы быть с ней из-за ребёнка? Я же не совсем дебил, в конце концов.

Включаю чайник, опираюсь ладонями на столешницу, специально встав к Альбине спиной. Опускаю голову, делаю глубокий вдох. Я не изменяю своим принципам. Я готов признать ребёнка. Готов о нём заботится. Воспитывать. Готов стать ему хорошим отцом. Более того, я хочу стать ему хорошим отцом. Но сходиться с его матерью? Бредятина. Что нас с ней связывает? Одна грёбанная ночь? И потом, я не представляю своей жизни без Дарины. И это не обсуждается. Даже в моей собственной голове.

Я не тороплюсь, наливая чай, в том числе и себе, хотя с удовольствием выпил бы чего позабористее чайной заварки. Шутка ли? Я стану отцом. Пусть, пока не нашим с Мартышкой детям, но всё же. Я подготавливал себя к этой мысли, мусолил её, как грёбанный окурок сигареты, но узнать об этом точно… Не знаю о чём тут думать. Я, блять, стану отцом.

— Денис.

Это ещё что, блять, значит? Откуда в её голосе эти раздражённо-властные нотки?

Медленно разворачиваюсь к ней лицом и вздёргиваю бровь. Она стоит, строго скрестив руки на груди и смотрит на меня — охереть! — обвинительным взглядом. Словно мы ссорящаяся пара, которая вместе уже пару лет, по меньшей мере!

— Мне не нравится твоя реакция.

— То есть? — интересуюсь я.

— Я буду носить под сердцем твоего ребёнка, а ты при этом собираешься жить с другой женщиной? А когда он родится? Что он будет думать, пока будет расти? Что ни он, ни его мама не нужны собственному отцу? Такой судьбы ты хочешь своему сыну или дочери?

— Ты в своём уме, Альбин?

— В своём! — вдруг взвивается она. — В своём! Я в своём уме! А ты нет! Я готова на что угодно ради нашей крохи, — касается она ладошкой своего пока плоского живота, — а ты? Разве, родители не должны быть вместе, чтобы ребёнок рос здоровым и счастливым? Должны!

— Ты хоть понимаешь о чём говоришь? Ты сейчас всерьёз думаешь, что я брошу Дарину и сойдусь с тобой? Да мы друг друга едва знаем, Альбина.

— Значит, узнаем! Полюбим друг друга, и в этой любви будем растить нашего ребёнка! Я не согласна на меньшее!

— Хочешь узнать с чем не согласен я? — почти рычу я, чувствуя, как начинает кипеть мозг от абсурдности произнесённых ею слов. — С тем, что ты тут устраиваешь истерику. Подсказать направление, куда ты с ней можешь идти?

— Я никуда не уйду! Ты обязан на мне жениться! Я ношу твоего ребёнка! — гневно тычет она в меня указательным пальцем, походу, окончательно слетая с катушек.

Пиздец.

— Уверена, что носишь? — слышу холодный голос Дарины и с удивлением вижу позади неё Ольгу, Саню и ещё какую-то женщину.

Та-а-ак… Похоже, я чего-то не знаю.

Перевожу взгляд на Альбину и замечаю, как побледнело и вытянулось на мгновение её лицо от взгляда на женщину:

— Мама?

Мама? Какого?.. Что, вашу мать, происходит?

— Я. Задала. Тебе. Вопрос, — чеканит каждое слово Мартыха, словно замораживая Альбину своим полным льда взглядом. Ха, такой я ещё её не видел. И да — её вопрос. Есть основания сомневаться?

— Разумеется, уверена! — приходит в себя Альбина, вновь скрещивая руки на груди.

— Альбина, — подаёт голос женщина. — Немедленно прекрати этот фарс.

— Фарс?! Ты называешь фарсом собственного внука?! Лучше не вмешивайся в мои дела!

— Ты зашла слишком далеко, — шипит её мать. — Хочешь довести ситуацию до скандала?

— Я хочу, чтобы у моего ребёнка был отец! Вот чего я хочу! Ни больше, не меньше!

— А я хочу, чтобы ты нашла другого отца своему вымышленному ребёнку, — спокойно заявляет Рина. Вымышленному? — А от моего парня отстань.

— Твой парень! — презрительно фыркает та. — Ты столько лет пренебрегала его вниманием, а когда он обратил внимание на меня, сразу решила, что он тебе нужен! Ты его не достойна! Посмотри на себя и на него! Вы не пара друг другу. Я ему подхожу гораздо больше!

— Альбина, — предостерегающе рычу я.

— Денис мой, — вместе со мной произносит Мартышка. — Только мой. Ясно? И прекрати морочить ему голову. Признайся, что никакой беременности нет.

— Есть!

— Альбина, мы обе знаем, что это невозможно, — вновь подаёт голос её мама.

— Не лезь! — орёт та. — Не вмешивайся! Твои уколы могли дать сбой! Я беремена!

— Альбина, — вдруг меняет свой тон Дарина, словно жалеет о чём-то. Или кого-то? — Ты же хороший человек. Мы столько месяцев близко общались. Почему ты так жаждешь разбить нашу пару? Почему так жаждешь заполучить парня, которому ты не нужна? Я знаю, что ты солгала ему о том, что в тот день он сам тебя позвал. Неужели, ты вынашивала этот план заранее? А как ты будешь выкручиваться, когда живот так и не начнёт расти? Денис был слишком пьян в ту ночь, чтобы с тобой переспать. Пожалуйста, признай свою ложь.

— О-о-о, он ещё как со мной перепал! Мы занимались любовью! Такой, какой у тебя с ним ни разу не было!

— Прекрати! — теряет самообладания женщина. — Между вами ничего не было в ту ночь!

— Откуда тебе знать? Вас с отцом не было дома!

— Да, но в твоей комнате установлена видеокамера. Молодой человек был ужасно пьян и просто спал в твоей кровати.

— Что?!

Что?.. Я с ней не… Блять, меня, словно окатывает лавиной облегчения. Я не изменял своей Мартышке. Не изменял.

— Надеюсь, на этом ты прекратишь сходить с ума, и мы вернёмся домой!

— Вы… уста… — теряется Альбина, — камеру… как вы… пос… посмели?

А я стою и просто офигеваю. Блять. Нахера? Нахера так заморачиваться? Она не в себе? Больна? Лгать о беременности? Она, блять, помешана на мне, что ли?.. А казалась такой разумной, пока не начала нести всю эту чушь о женитьбе. И Дарина тут же подтверждает мои мысли:

— Альбина, не игнорируй лечение. Найди того, кто ответит тебе взаимностью, и будь счастлива. А сейчас я вынуждена тебя попросить, чтобы ты покинула наш дом и нашу жизнь, заодно.

— Я должна быть с Денисом! — не сдаётся эта психичка, и у меня лопается терпение.

— Пошла вон.

— Денис… Ты пожалеешь, если выберешь её! Пожалеешь!

Твою мать, на неё жалко смотреть. Заламывает руки, лицо искривляет злоба, в глазах высокомерное презрение. А под всем этим скрыто сумасшествие.

— Я прослежу, чтобы этого не случилось, — обещает ей Дарина и указывает на дверь.

Девчонка не шевелится, пока к ней не подходит мать. И вот тут до неё доходит, что концерт одного актёра закончен. Или нервы сдают, не знаю. Она бросается ей на грудь и начинает реветь. Женщина приобнимает её за плечи и начинает вести на выход.

Все дружно выдыхают, когда дверь за их спинами закрывается. И наступает абсолютное молчание. А до меня потихоньку начинает доходить то, что здесь только что случилось.

Меня пытались наебать. Вот так на пустом месте. И я запросто поверил, сомневался, да, но поверил.

Смотрю на Дарину и начинаю лучше понимать почему тогда поверила она. А ей даже доказательства предоставили, пусть и липовые.

— Прости, — произносит она, вырывая меня из размышлений.

— Выходи за меня? — не отрываю я глаз от её.

— Динь… ты…

Отталкиваюсь от столешницы, к которой, словно был приклеен последние несколько минут и иду к ней, обхватываю скулы, касаюсь губами щек, глаз, лба, вновь напряжённо заглядываю в любимую зелень глаз:

— К чёрту всё и всех. Выходи за меня, Мартышка. Стань моей женой.

Она долго смотрит на меня, словно не может наглядеться, словно я самое дорогое в её жизни. Не словно. Так и есть. А затем моя девочка выдыхает:

— Женой, любовницей, матерью твоих детей, лучшим другом, — шёпотом перечисляет она со слезами в глазах. — Я стану для тебя всем, Денис. Потому что очень этого хочу…

— Одна на двоих жизнь. Навсегда.

— Навсегда.