34
34
Пять лет спустя
— Олюшка, перестань баловаться и трогать губную помаду, и вообще, тебе давно пора спать! — Марина погрозила пальцем дочери, крутившейся у зеркала.
Девочка недовольно сморщила носик.
— Ну, мама, еще только восемь!
— Уже восемь, — поправила её Марина. — Помнишь, что ты вчера обещала папе? Ложиться спать без скандалов.
— А почему папа сегодня так поздно?
— У него деловая встреча… — Из видеофона раздалась знакомая мелодия. — А вот и он!
Обрадованная Марина подскочила к окну, ожидая мужа, но вместо черного «Порше» у крыльца стоял серебристый.
«Опять Тимур, черт бы его побрал», — подумала молодая женщина.
Вернувшись из длительной командировки, он зачастил в гости. Приезжал каждый день, пока Олег был на работе. Приносил Оле подарки, несмотря на то, что комната девочки и без того была завалена игрушками.
Марина подошла к панели и с раздражением ткнула в кнопку видеофона.
— Кто там приехал? — дочь подбежала к окну и воскликнула: — Дядя Тимур!
— Марш чистить зубы и спать, — отрезала Шубарева, но девочка не унималась:
— А как же мой подарок?
Марина была непреклонна:
— Подарок увидишь завтра утром, как только проснешься.
Подождав, пока дочка уляжется, молодая женщина вышла в коридор и столкнулась со стоявшим у двери Тимуром. Взгляд мужчины скользнул по ее лицу и спустился ниже.
— Уже уложила?
Марина почувствовала, как в ней закипает раздражение, и поправила обтягивающее платье.
— Да. Пойдем в гостиную.
Тимур пропустил ее вперед.
Они спустились по устланной ковром лестнице на первый этаж.
— Олег что-то задерживается, — Марина подошла к панорамному окну и взглянула на затянувшееся небо. — Кажется, будет гроза.
— Буря пронесется и стихнет, жара спадет и сменится освежающей прохладой ночи…
Шубаревой почудился в его словах некий намек, и она нахмурилась.
— …Не волнуйся, Олег договаривается с китайцами. Приедет, может, через час.
Ей стало не по себе, молодая женщина повернулась к Тимуру и встретила его настороженный взгляд.
— Это на него не похоже. Он всегда звонит нам перед встречами.
— Мне кажется, или ты еще чем-то недовольна?
— Да. Я вчера разговаривала с Анной… — Марина набралась храбрости и выпалила: — Она обеспокоена.
И, видя, как Тимур поднял бровь, добавила:
— Ей позвонила Вера, твоя девушка, она плакала. Что между вами происходит?
Мужчина засунул руки в карманы брюк, и на лице его появилось знакомое упрямое выражение.
— Ничего. Пусть Анна не лезет не в свое дело.
— Нет, происходит! Ты появляешься здесь каждый день, причем пока отсутствует Олег. Может, объяснишь, чего добиваешься?
— Хочу проводить время с дочерью. Она же даже не знает, кто ее отец!
Марина пожала плечами.
— Ты сам не захотел, чтобы она знала.
Тимур подскочил к ней и, схватив за плечи, уставился в глаза пронзительным взглядом.
— Это наш ребенок, Марина. Я хочу, чтобы ты об этом помнила. И не дам забыть, пока жив. Все хорошее было перечеркнуто в один день, пять лет назад…
— По-моему ты заблудился во времени, это случилось шесть лет назад…
Синие глаза мужчины потемнели, напоминая грозовые тучи.
— В тот самый день, когда ты решила, что у нас нет будущего!
Марина навсегда запомнила жесткость в голосе любимого, когда он выносил ей приговор. И содрогнулась, когда снова прозвучали те самые нотки. Тимур умел быть жестоким. Это обратная сторона его любви. Шесть лет назад эта жестокость едва ее не уничтожила…
Шубарева вырвалась из захвата сильных рук. Сейчас она скажет все, что думает! Давно пора расставить все точки. Господи, какая же она дурочка. Думала, что Тимур появляется здесь только из-за Оли…
— Потому что этого будущего нет и не было. Я люблю своего мужа! — выкрикнула, едва удерживаясь, чтобы не залепить Тимуру пощечину.
— Да… у тебя все есть — счастливая жизнь… Муж… Дочь… А у меня ничего. Почему, черт побери, я просыпаюсь каждый день, думая о ней… и о тебе?! Я все время жалею о том, как поступил. Вспоминаю наши дни на острове, твои поцелуи, запах кожи, вкус тела… То как ты отдавалась мне, принадлежала без остатка…