35 глава

Марк

Меня отпустили домой без лишних вопросов, после осмотра доктора. Конечно же, мне дали кучу рекомендаций. Маргарита следовала по пятам за доктором и скрупулезно записывала все детали, задавала свои вопросы, вызывая улыбку у Петра Алексеевича. Мне кажется, доктор был предельно рад, когда за нами приехало такси, и мы покинули пределы больницы.

— Сильно ноет?

И как у неё получается так чётко считывать мои эмоции? Я ведь стоически переношу ту боль, которая периодически дает о себе знать, когда я неправильно поверну ногу. И вот те несколько ступеней в моём подъезде к лифту вызывают во мне неприятные ощущения.

— Терпимо.

— Может таблетку?

Мы поднимаемся на мой этаж, Марго ловко спешит вперед, открывает ключом квартиру и ждёт у порога, пока я прохромаю в прихожую.

— Док сказал меньше напрягать ногу, поэтому сразу на кровать, где у тебя спальня?

— Мне бы в душ.

— Такое скажешь, вначале полежишь, а потом подумаем, как тебя искупать.

Она слишком шустрая, я только успеваю головой крутить, пока она бегает по квартире. Ей не нужны мои указания, подсказки, сама уже всё рассмотрела и теперь ждёт, пока я сниму обувь.

— Тебе помочь?

Я таращусь на неё, когда Марго приседает и помогает снять с пострадавшей ноги удобные мокасины, да это единственная обувь, в которой мне комфортно и ничего не жмет.

— Я не беспомощный, — хмурюсь, почему-то этот поступок никак мне не льстит, не совсем же я изувеченный.

— Ой, пустяк, только не говори, что я ущемила твою гордость, и твоя самооценка пострадала, — смотрит снизу вверх, а в моём мозгу, как вспышка: новогодний корпоратив, и она под своим столом, а потом так же смотрит мне в глаза снизу вверх.

Я злюсь, потому что чувствую, как по телу катится волна возбуждения. Этого только мне не хватало. Отворачиваюсь, роюсь в небольшом пакете, где сложены мои вещи, а что ищу — толком не знаю. За спиной стоит Маргарита, и, досадно, никуда не ушла, а ждёт меня.

— Я сам дойду к кровати.

— Хорошо, тогда я на кухню? Ты же не откажешься пообедать свежим супчиком, надеюсь, у тебя все продукты смогу отыскать?

— Наверное.

Насколько позволяет мне моя нога, «мчусь» к себе. Мне нужно перевести дыхание и собрать мысли кучу. Это испытание «близостью» желанной девушки не для меня. Если я буду двадцать четыре часа на семь видеть её рядом, то сойду с ума окончательно. Уваров поди потешается, представляя меня в роли мужа. Он умный парень, понимает, что Лисицу голыми руками не возьмешь. Волшебник, хренов. И бесит одновременно этот делок, и заставляет удивляться его смелости.

Даже из своей комнаты слышу, как на кухне что-то гремит, стучит, потом заиграла музыка, думал, что слушает радио, но, оказалось, кто-то позвонил Марго, и она долго болтала, смеялась. А этот смех меня просто выбешивал. Настроение у отметки ноль, ни слышать, ни говорить с кем-то не было желания. Сам поставил себя в такую ситуацию, теперь не рад. Несколько раз звонил мой мобильный, родители пытались меня достать, но я тупо игнорировал. Лежал и просто протирал дыру в потолке. Моя временная нетрудоспособность угнетала, я ведь не привык так праздно проводить время.

Неожиданно в прихожей раздался мелодичный дверной звонок. Я, было, резко сел, чтобы спрыгнуть с кровати и отправиться открывать. В голове немного затуманилось, виски прострелила боль. Забыл-таки о том, что не нужно так резко двигаться.

— Здравствуйте, проходите, Марк отдыхает, возможно, даже спит, я давно не проверяла.

— Вы, Маргарита, всё-таки настырная.

Голос мамы дерзкий и воинственный, видимо, она сегодня категорически настроена против невестки. Хмыкаю, потому что не понимаю, что собственно моих родителей не устраивает. Мне кажется, я не в том возрасте, чтобы мной можно было так просто помыкать. Да и сами последние лет пять причитали, что я стопроцентный эгоист и трудоголик. Тогда в чем сбой программы? Или моя мама надеялась, что невестка будет беспрекословно подчиняться и смиренно смотреть в рот свекрови? Что ж, родители, принимайте в семью невестку, любите и лелейте, таков выбор вашего сына.

— И я рада вас видеть. Чай или кофе? Хотя… судя по вашим расширенным зрачкам — кофе вам не помощник, тогда я приготовлю вам вкуснейший зелёный чай, в такую жару он то, что надо для организма.

— Я не пью чай в такое время года, — не унимается мама, кстати, а почему не слышно отца, или он решил не участвовать в баталиях жены и невестки. — Можете не утруждать себя, я пришла к сыну.

Ну вот, и как поступить? Притвориться спящим? Но мне кажется, этим мою мать не проведёшь, она, в лучшем случает, уперто сядет рядом и будет неотрывно смотреть на меня.

— Я проверю Марка, и если он спит, тогда вам придётся некоторое время подождать. Вы проходите на кухню, не стесняйтесь.

О небеса, какие же вы жестокие, да она — мечта, а не девушка! Я прикрываю глаза, мне действительно не стыдно делать то, что я делаю. Мама не уйдет просто так, но у меня есть возможность собраться с мыслями, а для этого нужно выпить таблетку, чтобы голова не пыталась взорваться.

— Вижу, что притворяешься, Черкасов, — слышу насмешку в голосе Марго, открываю глаз, а она заглядывает в спальню, но всё равно оглядывается, контролируя обстановку, — решил бросить меня под танки?

Пожимаю плечами, но взглядом указываю на таблетки, лежащие рядом со мной и бутылкой минералки.

— Окей, будешь должен, маменькин сынок, — и смеется, сучка, а я ей показываю жестом большой палец, мол, замётано.

— Наталья Григорьевна, он, к сожалению, спит, пришлось выпить таблетки, его вновь мучила головная боль.

— Георгиевна, сложно запомнить?

— Не важно, так чем вам вкусным угостить?

— Я неплохо позавтракала.

— Но уже час дня, обед у приличных людей давно в разгаре.

— Вот только не нужно мне зубы заговаривать. Я ещё вчера поняла, что вы — девица не робкого десятка. Тогда я предлагаю нам поговорить, очень серьёзно.

И тут печаль подкралась незаметно: дверь в кухню захлопывается, а я хмурюсь, да уж, а думал, что смогу и дальше наслаждаться тем, как Маргарита приручает мою мать. Что-то мне подсказывает, что эти две женщины или придут к мирному соглашению, либо же будут как кошка с собакой.

Черкасов, не дело это отлёживать бока, пока на твою жену налетают со всех сторон. Это ещё повезло, что отец сегодня не в общей с мамой упряжке, с двумя справиться — нужно иметь огромную силу воли. Ещё минут десять валяюсь на кровати, пока медленно, но уверенно моя головная боль не отступает. Прислушиваюсь: посуда на кухне, вроде бы, не бьется. Это уже радует… а впрочем, надеюсь, что к ножам дело не дойдёт.