Глава 9

Катя

Лена выжидающе и нетерпеливо посмотрела на меня. Мне не хотелось идти в сад и обсуждать участие в афере против Царевых. Но послать соседку дремучим лесом, как бы это сделала Натали, я не могла. Сильной и смелой я была только рядом с новой подругой. Вдали от Натали снова превращалась в безответную рохлю. Спасение от неприятного разговора пришло неожиданно. Появилась Клавдия Ивановна и сказала:

– Катенька! Мы с Шуриком на рыбалку вечернюю отправляемся. Приглашаем тебя составить нам компанию. Ты новенькая, так что еще нашего озера не видела. Оно великолепно, да, Леночка?

– Ваша правда, Клавдия Ивановна! На озере замечательно. Но не вредно ли Кате туда на ночь глядя отправиться? Обследование она еще не проходила. Вдруг опасно…

Главная беременная прямо светилась добротой. Я даже засомневалась в словах Риммы. Но Клавдия Ивановна ответила:

– Судя по моему опыту гинеколога, а он у меня большой, Катерина так и пышет здоровьем. Немного времени на чистом воздухе ей точно не повредит. Одежду подходящую я сейчас подыщу…

Добрая женщина ушла, а лицо Лены исказила злобная гримаса:

– Вечно старуха свой нос везде сует! – пробурчала она. – Ненавижу Клавку!

Вот этого я понять не могла. Как и за что можно ненавидеть человека, который безвозмездно дает тебе кров, пищу и полностью заботится о тебе и твоем будущем ребенке. Отстаивать свою точку зрения не стала. Просто сделала вывод: Лена двулична, верить следует Римме. Сказала Лене, что поболтаем потом, и рванула вслед за Клавдией Ивановной. Найти хозяйку оказалось нетрудно, ее громкий голос доносился со второго этажа. Она разговаривала с горничной, которая доставала с антресолей вещи.

– Вот штормовку давай. Катенька худенькая, правда, повыше меня будет, но да ничего, сойдет.

– Спасибо, замечательная куртка, – улыбнулась я, входя в комнату.

– Это правильно, что ты сама явилась! – обрадовалась хозяйка. – Давай выбирай, что по душе да по размеру.

Вскоре я была полностью экипирована. Штормовка, утепленные джинсы. Мы отыскали симпатичные резиновые сапожки, что подошли мне по размеру.

– Ай да красавица! – всплеснула руками Клавдия Ивановна и потащила меня в комнату к сыну: – Шурик, оцени нашу новенькую.

Царь улыбнулся:

– Вот что значит настоящая красота! Более прекрасной рыбачки я не видел!

Я смутилась. Мельком взглянула на себя в зеркало и осталась довольна. Шурик собрал рыбацкие атрибуты. Горничная принесла съестные припасы. Мы сели в машину и отправились в путь. Клавдия Ивановна тоже оделась по-походному. И только сейчас, когда госпожа Царева предстала без делового костюма и строгой прически, я поняла, насколько она еще молода. Через две недели ей исполняется всего пятьдесят, а выглядит от силы на сорок. Молодая, красивая, успешная и богатая женщина. Такая легко может найти спутника и жить в свое удовольствие. Но Клавдия Ивановна всю себя посвящает девушкам, попавшим в беду. Вот за что ее ненавидит Лена и называет старухой? Это было несправедливо. Я, едва сдерживая слезы, повернула голову к Клавдии Ивановне и сказала:

– Спасибо вам большое. За все!

– Да что ты, Катенька, рано тебе меня еще благодарить.

Но я заметила, что женщине мой искренний порыв был приятен.

Озеро, на которое мы приехали, впечатляло. Еще не стемнело, и я наслаждалась чудесным видом. Тишина и тепло заходящего солнца умиротворяли душу. Синеватая гладь, зеркальное отражение радовали взгляд. Вода в озере чистая и прозрачная, у берега мелководье, и виднелись каждый камушек и каждая мелкая рыбешка. Ближе к берегу заросли камыша. Шурик дотянулся до кувшинки, сорвал ее и протянул мне. Спросил:

– Катя, не хотите покататься на лодке?

Я кивнула. Старенькая деревянная лодка была привязана на берегу.

– Конечно, езжайте, катайтесь, я тут без вас справлюсь! – отдала команду Клавдия Ивановна.

Плавали мы недолго, потому что стемнело. Во время водной прогулки больше молчали. Царь смущенно поглядывал на меня. Изредка задавал вопросы о моих любимых книга, фильмах, увлечениях. Я отвечала коротко. Нет, Шурик был прекрасным собеседником. Но, находясь во власти окружающего великолепия, хотелось больше молчать, чем говорить.

Когда причалили к берегу, я не поверила своим глазам. Палатка уже была поставлена, костер разведен, удочки приготовлены. Правда, поймать в эту ночь нам не удалось ни одной рыбешки. Но это никого не расстроило. Мы с Клавдией Ивановной приготовили похлебку из консервов, напекли картошки. После ужина Клавдия Ивановна затянула песню. Голос у Царевой был великолепен. Мы с Шуриком не удержались и стали подпевать. В моей душе тоже все пело. Никогда не думала, что так уютно, комфортно и здорово может быть рядом с малознакомыми людьми. Днем стояла жара, о спальных мешках мы не позаботились. Ночью неожиданно подул сильный ветер, резко похолодало. Клавдия Ивановна крепко спала, подложив под голову единственное одеяло. Шурик укрыл маму своей курткой, сам остался в одной майке. Я тоже дрожала от холода.

– Катя, давай маму разбудим и домой поедем, – предложил Царь.

Но мне было жаль будить славную женщину и не хотелось раньше времени покидать чудесное место. Я просто подсела поближе к Шурику. Тот намек понял. Обхватил меня за плечи. Спросил шутливо:

– Тепло ли тебе, девица?

Я и в самом деле согрелась. Теплую отдачу от моего тела получал и Шурик. Вскоре ветер утих. Но Шурик не спешил выпускать меня из объятий. Тихонько воскликнул:

– Катя, смотри, звезда падает…

Я загадала совсем простое желание – стать счастливой. Когда яркая звездочка исчезла, спросила у Шурика:

– А что вы загадали, Александр? Если не хотите, можете не говорить.

Царь немного смутился, потом решительно ответил:

– Я загадал, Катя, чтобы вот так, как сегодня, быть рядом с вами всегда… Простите, если обидел. Но это всего лишь желание. И думаю, его не в силах исполнить все волшебники разом взятые.

Я ничего не ответила Царю, потому что сладко заснула, уронив голову ему на плечо. Утром открыла глаза. Ярко светило солнце. Потеплело. Я заметила, что по-прежнему сплю на Шурике, но моя голова уже у него на коленях. А заботливые руки Клавдии Ивановны накинули на меня одеяло. Царева уже была на ногах, вскипятила чай. Улыбнулась мне:

– Катенька проснулась. Доброе утро. Шурик, отомри! Он, Катюша, как истукан всю ночь в одной позе просидел, боялся тебя разбудить. Ох, теперь хондроз его помучает.

Я подскочила:

– Извините меня, пожалуйста. А раз плечи затекли, я сейчас массаж сделаю. Уникальная методика моего папы! Очень хорошо в таких случаях помогает.

Велела Шурику снять рубашку и начала делать массирующие движения. С удивлением заметила, что тело Царя сильное, рельефное и мускулистое.

Клавдия Ивановна рассмеялась:

– Удивлена, что Шурка мой на культуриста похож? Это мало кто сразу замечает, потому что он обожает ужасные костюмы-мешки. Если бы хоть разок в майке-борцовке прогулялся, стрижку стильную сделал, очки модные купил, девки бы штабелями попадали. Специально чудиком прикидывается, нравится ему бобылем жить. Никогда я, Катюшенька, бабушкой не стану. Долгие годы мечтала, что они с Наташей поженятся. Она мне как дочка. И человек очень хороший. Еще в школе с Шуриком друг за друга горой. В передрягу как встрянут, так спина к спине встанут и любому отпор давали. Всегда вместе. Но… как брат и сестра. Потом Шурик на вертихвостке этой Вике женился. Натали угораздило за Толика замуж выскочить, эх!

Женщина махнула рукой, стала собирать вещи. Я ринулась помогать.

Скоро мы вернулись домой. Приняли душ. Сели завтракать. Сырники издавали умопомрачительный аромат. Но насладиться блюдом я так и не смогла. Смущала Лена, которая не спускала с меня глаз и посылала многозначительные взгляды. Я поняла, что она по-прежнему намерена со мной поговорить. Вот только с каждым часом, проведенным в семье Царевых, я все больше приходила к выводу, что обо всем нужно рассказать. Для начала – Натали, с которой я собиралась встретиться.

В медицинском центре Клавдия Ивановна передала меня в руки своих медиков. Я прошла все необходимые осмотры, сдала анализы. Вердикт порадовал и меня, и Цареву – мама совершенно здорова, ребенок развивается замечательно. У Клавдии Ивановны были еще дела в городе, она собиралась пробыть здесь до вечера. Мы попрощались, договорились встретиться вечером. Я же намеревалась увидеться с Натали, а затем решить вопрос о съемной квартире. И немного пройтись по магазинам. Да, у меня были деньги. Царева дала мне карточку, пояснила:

– Катюша, здесь немного. Но у нас так заведено, чтобы у каждой девушки наличные имелись. Мало ли что может понадобиться. Большую покупку не совершить, но какие-то мелочи подкупить можно.

Я еще раз поразилась, насколько добрыми бывают люди. Первым делом позвонила Натали. Но та не отвечала. И я отправилась на съемную квартиру. Не торопясь, собирала вещи и переживала те счастливые моменты, что пережила здесь с Толиком. Когда-то он казался самым лучшим, невероятным, ласковым, нежным. Но почему он так со мной поступил? За что? Внезапно почувствовала, что чувства к моему первому мужчине не прошли. При воспоминании о нем тревожно бьется сердечко. Звонок раздался внезапно. Я посмотрела на дисплей и не поверила своим глазам. Толик! Дрожащей рукой нажала "принять вызов".

– Катенька, милая, как я рад, что ты взяла трубку. Прости меня, идиота. Прости за все! Нам нужно поговорить срочно!

– О чем нам с тобой разговаривать, Толик?

– Как о чем? У нас же ребеночек будет, любимая! Ну, кошечка моя, умоляю, одна встреча.

– Хорошо. Я как раз сейчас на нашей съемной квартире. Приезжай.

Толик не заставил себя ждать. Ввалился с огромным букетом роз. Упал на колени, схватил меня за ноги и шептал одну фразу:

– Прости, прости, любимая! Не отпущу, пока не скажешь, что больше не злишься на меня.

– Да я тебя… ненавижу. Толик!

– Неправда, счастье мое! Это Натали, стерва проклятая, тебя так настроила. Послушай свое сердце, не иди на поводу у мегеры. Дай мне шанс. Как назовем маленького?

Дивные слова моего любовника, его близость, страсть с которой он меня обнимал и молил о прощении, сделали свое дело. Пропала та Катя, что мечтала быть похожей на Натали. Вместо нее появилась та, что открывает йогурты в магазине. Я ласково провела по волосам Толика, сказала:

– Поднимись уже с колен. Я тебя прощаю. Но учти, между нами ничего не будет!

– Конечно, конечно, девочка моя. Даже не мечтаю о таком счастье. Может, просто сходим куда?

Толик действительно раскаивается и хочет меня пригласить в общественное место? Я не верила своим ушам. Толик продолжал:

– О! А давай я тебя своим друзьям представлю. Как раз сегодня в гости приглашен. Пусть все увидят, как молодая и красивая моя будущая жена и мать моего ребенка. И завидуют!

После этих слов я… окончательно превратилась в клиническую идиотку. Потому что обрадовалась и ринулась к шкафу, приводить в порядок единственное платье для выхода. Толик вел себя хорошо, лишних движений не делал. Только один раз поцеловал меня в шейку, отчего по всему моему телу разлились приятные волны. Зато много говорил, мечтал о нашем будущем, придумывал имена для девочек и мальчиков. Я смеялась и была почти счастлива. Беспокоило лишь одно: как отреагирует Натали на то, что мы с Толиком снова вместе.

Любимый ненадолго отлучился, что меня только порадовало. Наводить макияж и приводить в порядок свои мысли я предпочитала в одиночестве.

Вернулся Анатолий при полном параде – в дорогом костюме, в галстуке. Взял меня за руку, галантно распахнул дверцу своего автомобиля, чего ранее никогда не делал. Мы сели и поехали. Я, глупая, не задала вопрос, что за друзья, где живут. Очень удивилась, когда подъехали к старому зданию без вывесок, на отшибе города. Но внутри все было красиво и богато. Я увидела несколько столов. За ними мужчины играли в карты. Мы подошли к одной компании. Толик представил меня:

– Это Катя. Я вам о ней рассказывал. Ну как, подойдет?

Игроки с интересом уставились на меня. В их глазах явно читалось одобрение. Потом один из них сказал:

– Принимается. Отличная ставка!

До меня медленно, но верно, стало доходить происходящее. Я ахнула:

– Толик, ты что, поставил меня вместо денег?!

– Ну… не капризничай, малыш. Натка, тварь, карты заблокировала. А мне отыграться срочно нужно.

Я ринулась к выходу, но меня не выпустил охранник. Громила преградил путь и посоветовал "не рыпаться", если хочу вообще отсюда выйти. Так и сказал:

– Не кипятись, красотка. Не ты первая. Если твой выиграет, оба в шоколаде домой поедете.

Но Толик проигрался в первой же партии в пух и прах. И… не было в его глазах ни страха, ни раскаяния. Только радость. Он спрашивал у лысого носатого товарища по игре:

– Ну что, Кабан, забираешь мою бабу? И… я больше ничего не должен?

– Нет, в расчете, – ответил Кабан, не отрывая от меня похотливого взгляда. – А она согласна долг отработать?

– Ты че, девок не знаешь! Для виду кочевряжиться начнет. Врежешь ей как следует, упокоится, – заливался соловьем Толик.

– Не похожа твоя Катька на тех, что на все согласны.

Толик хмыкнул:

– Так это – первое впечатление. Катька еще та шалава. Даже к Наташке моей в койку залезла.

– Ничего себе, какая девочка! – обрадовался Кабан. – Тогда заметано. Бабосы можешь не отдавать.

Мужчины пожали друг другу руки, прощаясь и закрепляя сделку. И Толик.. ушел. Я стояла и не могла двинутся с места. Пол плыл под ногами, голова кружилась, слезы застилали глаза. Он меня обманул, предал, продал за долги!!

– Эй! Чего скуксилась? – рассмеялся Кабан. – Не боись, девочка, не обижу. Пойдем!

Он схватил меня за руку потащил к выходу. Я пыталась кричать, но всем игрокам было все равно. Игорный дом располагался на отшибе. На улице было пусто. Кабан ловко прервал мои попытки оказать сопротивление и запихал в джип. В эту минуту мне стало страшно. Очень страшно. Не будь я беременна, рискнула бы драться, боролась бы до последнего. Но сейчас это опасно.

– Отпустите меня, пожалуйста, – всхлипнула я. – У меня ребеночек будет. Я беременна.

– Не гони пургу! – зло ответил Кабан. – Не ври про святое. Толян так никогда бы не поступил. Ребенок – это самое большое счастье в жизни. Вот у нас с Зойкой, как ни стараемся, никак не выходит.

Живота у меня совсем еще нет, доказать своему похитителю я ничего не смогла. Утешала лишь одна мысль: пускай Кабан сумочку у меня отобрал, но мобильник – в кармане платья. Я очень надеялась, что смогу и успею воспользоваться телефоном. Вскоре мы оказались у богатого коттеджа. Кабан впихнул меня внутрь. Велел:

– Давай, в душ топай. Не терпится мне долг получить.

Но планы мерзкого мужика не успели претвориться в жизнь. Входная дверь распахнулась, и на пороге появилась крупная женщина с чемоданами, который держал в руках крепкий парень. Я догадалась, что это супруга Кабана и ее личный водитель. При виде меня дама широко раскрыла рот, сделала несколько вдохов и заорала погромче пожарной сирены:

– Федька, кобель проклятый! Пока я бабло зарабатываю, ты вон чего учудил! Мало того, что на моей шее сидишь, так еще и потаскух домой водишь!

– Что ты, Зоенька! – испугался Кабан. – Ошибаешься, милая. Это… Это уборщица! Сама просила Стешке замену найти.

– Уборщица, значит? В платьице вечернем и на шпильках махать шваброй пришла? Зоя прищурила глаза, уставилась на меня с усмешкой. Ну так убирайся давай! Я тебя, шваль подзаборную, месяц из дома не выпущу! Пока ты мне весь коттедж не вылижешь. Федя, Лева! Следить за девицей, чтобы все, что требуется, делала. Я в душ!

Зоя ушла, не дав мне вымолвить и слова. Было ясно, женщина прекрасно осознает, что я не уборщица, вот и решила проучить девицу, которая развлекается с чужими мужьями. Неплохое решение, если бы все на самом деле было так. Но я ведь ни в чем не виновата. С чего должна уборку гигантских масштабов производить? Но всем было наплевать на бедную Катеньку. Кабан сунул мне атрибуты для уборки, прошипел: "Давай, делай, че говорят. Я из-за тебя не хочу проблем в семейной жизни!" Лева встал у двери. Я сделала вид, что смирилась. Стала усиленно делать испуганный вид и махать тряпкой. Спустя несколько минут попросилась в туалет. Закрылась и позвонила Натали. Правда, сказать толком ничего не успела. Кабан догадался осмотреть мою сумку, увидел, что нет телефона, и все понял. В следующую минуту он вышиб дверь и телефон из моих рук…