–5–

Теперь смотрю на папу, ожидая новой темы для разговора. У него их две. И какая станет основной, пока не ясно. Он всегда держит интригу. Это действует на нервы многим его партнерам. Они много раз ругались со мной из-за папы. – Так хорошо. Мы с Евой пойдем. Об этих двоих сообщу после. – Надеюсь, эта угроза ликвидирована. – Я сделаю так, чтобы их здесь не было. – Поверю. Кори пожимает папе руку и обнимает Еву. После чего они уходят. И папа закрывает дверь. Гастон смотрит на сестру и машет головой. Ему не нравится ее поведение. И то, что Рон ее поцеловал. Конечно, это было для пользы, но все равно никого не устроило. Не знаю, как реагировать. – Рональд! – близнецы сразу сильней ко мне жмутся. – Что это было? – Что? – Ари решает устроиться на коленях у Рона, чтобы показать свое мнение. – Я ничего не делал. – Зачем ты это устроил? Ариэль еще ребенок. – Но она способна принимать решения сама, – Гастона явно не устроило, как именно он ответил. – Ну, тогда ты веди себя как взрослый. Отстранись от нее, – Рон заглядывает ей в глаза и мягко улыбается, явно не собираясь поступать, как просили. – Рональд! – Не проси меня об этом. Ты знаешь, что я всегда делал то, что ты хотел. Но не сейчас. От нее я не откажусь. Я не знаю, как реагировать, ведь Гастон и папа могут запретит им видеться. Тогда не избежать беды. Может повториться история со мной и Гастоном. Рон просто увезет ее туда, где эти двое не найдут. И тогда у меня тоже не будет возможностей связаться с братом и этой красивой девочкой. Но в данной ситуации от меня ничего не зависит. Пусть я бы хотела как-нибудь помочь. Зато помогла малышка. Она привлекла к себе внимание, резко и неожиданно засмеявшись. Близнецы решили покривляться перед ней. И это выглядело довольно забавно. Жаль, что не для моей участи. Рон сразу несколько подозрительно посмотрел на Ари, но не выпустил из объятий. Она не знала, как теперь стоит поступить. Хорошо, он еще ничего не сказал. Одним неаккуратным словом он легко ее оттолкнет, как было недавно. – Малена? – поднимаю взгляд на папу. – Да. – Почему вы ничего не рассказали о ребенке? – Не знаю. Правда, не знаю. Когда мы узнали, то были в другом городе. Лететь обратно не захотел Гастон. Он сказал, это слишком опасно. Мы тогда остались там на какое-то время. – Вы звонили и просили забрать Ари, – киваю. – Но вас не было почти год. – И вернулись мы ночью. Чтобы вы ничего не заметили. – Прости, пап. Ей уже восемь месяцев. Мы как раз думали, как вам рассказать. Папа не знал, как быть. Я боялась, что он не захочет с ней знакомиться. Она все время была секретом. И знала только Ариэль. Но она знала из-за того, что живет с нами. Скрыть не вышло бы никак. Разве что только затыкать ей уши. Но ведь это глупо. – Хорошо ты не раскрылась перед матерью, – пожимаю плечами. – Надо придумать, как объяснить обеим, когда они приедут. – А если сказать, что все время вам угрожали. И только сейчас мы разобрались с этой проблемой, – все посмотрели на девушку. – Ари… – Хороший вариант. Но как ты это придумала? Рон не дает ей ответить и прижимает к себе еще сильней. Словно не хочет слушать ее ответ. Хотя, возможно, это так. Он слишком сильно переживает. Наконец, он понял то, что она пыталась быть с ним рядом. И очень надеюсь, что теперь он не оттолкнет от себя эту малышку. В прошлый раз она невероятно сильно переживала. А мой тупой братец этого даже не заметил. Невероятные. Оба. Ну да ладно. Я все еще не понимаю, почему Рон ее обидел. – Ну… – Ари! – Рональд бросил раздраженный взгляд на Гастона, но уже я стукнула его по руке. – Просто прочитала. В книге. Гастон, ты же знаешь, я люблю читать. Ничего такого. – Ладно. Хорошо. Извини, – Гастон переводит взгляд на мужчину. – Но я все равно не понимаю, что произошло в тот день, когда Ариэль вернулась от тебя в слезах. Если Гастон называет сестру полным именем, то он сильно недоволен. И это редко заканчивается спокойно. Она чаще всего в слезах. А Гастон очень зол. И мне приходится всех успокаивать. Но сейчас своего папу успокаивает наша малышка. Она буквально завораживает его, что он забывает о том, что злился на сестру. Но сейчас малышка и так атакована вниманием своей семьи. Поэтому сейчас я уже не знала, как мне быть. Да и обращался мой дорогой явно не к сестре, а к моему брату. Что делает ситуацию еще сложней. – В тот день я осознал, что Ари для меня значит. Но понимал, как именно ко всему отнесутся остальные. И мне пришлось отвергнуть ее чувства, чтобы защитить ее от этого, – перевожу взгляд на папу. – И не смотри так. Я знаю, что ты и Гастон любого уничтожите, если он притронется к Ариэль. – Но ты мог просто поговорить с ней, а не делать больно. И сейчас не заставлять сомневаться. – Хорошо. Я не держу ее. Если твоя сестра не считает, что я достоин еще одного шанса, то может встать, – Рон, правда, ослабил объятия. И я видела, как тяжело ему это далось. – Ариэль? Девушка смотрела то на одного, то на второго. Но не предпринимала попыток подняться. Она боялась рассердить брата, только одну руку держала на груди Рона. Он явно все еще ей дорог. И даже больше. Ариэль сама целует Рона, показывая всем, что готова дать ему шанс. Он ведь присутствовал в ее жизни практически с самого рождения. И давно ее часть. И Рона сразу усиливает хватку и прижимает девочку к себе. Теперь он точно ее не отпустит. Она сама от него не отстанет. А двум ее сторожам придется к этому привыкнуть. Девочка выросла. И она же лишила меня звания принцессы в глазах папы. Но теперь принцесса появилась у меня. – Все. Хватит, – Гастон отбирает свою сестру. – Вы помирились. Замечательно. Но я все равно сначала с тобой поговорю, – Рон поднимает руки. – Хорошо. Без проблем. Но пусть Ари сядет. И Гастон сажает сестру. Но не на то место, откуда взял, а на кресло. Явно очерчивая какие-то границы. Возможно, до того момента, как поговорит с Роном. И то, что она босиком не играет ей на руку. Гастон не убедился, что на полу не осталось мелких осколков. Ари подобное совершенно не устроило. Но пока что спорить она не решалась. Он и без того был не в настроении. Попытки меня у него забрать всегда заставляют моего любимого злиться. И мало кто может его успокоить. Даже я не всегда. Хорошо еще к бутылке больше не прикладывается. Наша малышка этого не вынесла бы. – Гастон, если хочешь со мной поговорить, идем. Не надо сверлить меня взглядом, – улыбаюсь супругу и киваю, пусть идет. Им это нужно. И когда они отходят, папа занимает место Рона, устраиваясь рядом со мной. Он внимательно смотрит на малышку. А потом на меня. И его явно что-то волнует. Но что именно? И почему? – Она ведь родилась здоровой? – киваю. – А ты? Не было никаких осложнений? – С нами обеими все было хорошо, – машу близнецам, чтобы пока отошли. – Почему ты так переживаешь? Мне нужно это знать? – Еще в молодости мне сказали, что если у меня появятся дети, то у них может возникнуть проблема с продолжением рода, – и я, и Ари внимательно смотрели на мужчину. – Я всю жизнь из-за этого боялся. – Может, тебе так сказали для того, чтоб ты не спешил с детьми. Или это были врачи? – Нет, твои бабушка и дедушка, – улыбаюсь и передаю ему его внучку. – Надеюсь, они обманули. И Рон тоже подарит мне внуков. – Все будет, папуль. Ариэль перебирается к нам. Она снова устраивается у меня на коленях. Тогда же папа понимает, что озвучил в конце, и виновато смотрит на свою крестницу. Только она просто ему улыбается. Его опасения оправданны. Но, как по мне, есть немаловажный фактор. Правильный человек рядом. И для меня это Гастон. Для Рона таким человеком может стать Ари. Она чуть ли не с рождения была для него. Но папа пытался его отвадить, женив в первый раз. А во второй он сам отдалился. Словно чего-то боялся. – Как вы ее назвали? – Эмили, – папа удивленно на меня посмотрел. – Ты раньше много рассказывал о своей бабушке. Рон ее хотя бы знал. А у меня теперь есть своя малышка. – Удивлен, что ты это помнишь. – Над именем я долго думала. Плюс, мы с Гастоном выяснили, что с его стороны тоже есть человек с таким именем, – папа смотрит на Ари. – Их мама. Да, – киваю. – Теперь ему будет еще трудней. Он никому не доверит ее, когда та вырастет. – Да, он так и сказал. И Гастон с Роном возвращаются в гостиную в этот самый момент. Рон извиняется и уходит, обещая заглянуть завтра, оставляя поцелуй на виске Ари. Папа улыбается и передает Гастону дочь, чтобы тот хоть немного успокоился. Это работает. Поэтому мужчина забирает Робина и Руби, предлагая отвезти обратно домой. Сегодня они явно никуда уже не поедут. – Мы еще приедем. – Хорошо. Малышка точно будет ждать. – Отлично.