Глава 5

Ника встречала меня с улыбкой. Ну конечно, ей-то нечего скрывать.

— Кир сдался без боя?

— Чтобы Кир и без боя? — усмехнулась в ответ. — Но дело обошлось малой кровью.

— Теперь он временно исполняет обязанности цветочной феи?

— Ага, сейчас как втянется, как прочувствует, потом не оттащим от гербер и хризантемок.

— Я бы многое отдала за то, чтобы посмотреть на Кира, который вдохновенно порхает по магазину Марты и, прикусив губу, думает, какой лучше составить букет.

Наверное, я могла бы продолжать шутливый разговор до бесконечности, однако у Ники, кажется, были другие планы. Ну, это я смогла предположить, когда, устроившись на диване в гостиной, ощутила на себе пытливый взгляд сестры.

— Что? — поинтересовалась как ни в чем не бывало. А вдруг…

— Рассказывай, что. — Нет, не вдруг.

— Ник, если ты сейчас решила поиграть в полицейских, то тебе больше пойдет роль хорошего.

— Что ты там уже начудила? — сестру, видимо, мой призыв не пронял.

— Да ничего я не начудила. — Насупилась, как будто только что меня обвинили в том, чего я не совершала, Ника же в ответ лишь сильнее нахмурилась.

— Лель, может, я параноик, но у меня такое ощущение, что ты во что-то вляпалась, — сестра вздохнула и продолжила: — Ты только не злись сейчас и не психуй. Дело не в том, что я тебя недооцениваю или что меня родственники покусали, нет. Ты отлично знаешь, что я уверена в твоих силах и совершенно не сомневаюсь в том, что ты достойна гораздо большего, чем работа в цветочном, с которой ты, кстати, отлично справлялась, просто… Просто в этот раз у меня предчувствие какое-то дурацкое… — Ника коротко хихикнула. — Может, это переезд на меня так влияет? Уже надышалась свежим воздухом и теперь мучаюсь от передоза? Тебе достаточно сказать о том, что я просто себя накручиваю, и мы тут же перейдем к вину.

Я заглянула сестре в глаза и поняла, что просто не смогу соврать. Или, по крайней мере, соврать в той степени, в какой планировала изначально. Нельзя всю жизнь быть честной с ней и вдруг в один миг научиться виртуозно обманывать, не испытывая угрызений совести.

— Никакой новой классной квартиры не существует, — начала с самого простого, на всякий случай зажмурившись.

Мы, конечно, обычно обходились без рукоприкладства, однако я не исключала вариант, что рано или поздно наступит момент, когда сестра просто-напросто не выдержит моих выходок и хорошенько треснет.

Однако удара не последовало, Ника даже не расщедрилась на скромный подзатыльник, поэтому я продолжила, жалобно так продолжила:

— Меня хозяйка выселила, она, оказывается, уже давно квартиру на продажу выставила.

Сестра подсела ближе и с сочувствием посмотрела на меня.

— Вот только не надо этих взглядов тоскующей собаки! Правда! Я в петлю лезть не собираюсь, да и помирать тоже.

— Прости. — Ника моментально выпрямилась, натянула на лицо безумную улыбку, чем, конечно, рассмешила.

— Теперь выглядит так, как будто ты чертовски рада тому, что твоя, между прочим, единственная и горячо любимая сестра оказалась бездомной.

— Окей… — на смену безумной улыбке пришло более-менее осмысленное выражение лица. — Так лучше?

— Сойдет.

— И что думаешь, Лель?

— Без понятия… Найду что-нибудь простое, наплету родителям какой-нибудь фигни. Как обычно, короче.

— Знаешь, мне кажется, тебе не надо ничего искать, — загадочно протянула сестра.

— Не-не-не! Я маму с папой, конечно, люблю, но жить с ними уже морально не готова!

— Да нет, ты не поняла. На самом деле я хотела тебя попросить присмотреть за нашей квартирой, пока мы будем боевое крещение деревней проходить, но потом передумала, когда узнала, что ты переезжаешь. А сейчас…

— Подожди-подожди, ты предлагаешь мне пожить у вас?

— Ну да, пару месяцев. Этого времени должно с головой хватить для того, чтобы ты нашла себе что-нибудь стоящее. А родителям… — Ника широко улыбнулась. — Ой, разве не придумаем, что им сказать? У тебя там, например, золотой унитаз поставить не успели.

— Угу… Лак на паркете высох не успел.

Конечно, я обрадовалась, услышав такое предложение. Вот оно — решение всех нынешних проблем, да и мама с папой поверят, а если Ника подтвердит, то мне еще и посочувствуют из-за того, что с доставкой золотых унитазов в наш город возникают такие трудности.

Только вот одновременно с радостью я испытала еще и что-то другое. Чувство, которое я пока никак не могла охарактеризовать. Гаденькое, едкое.

Настроение после этого внезапного приступа опустилось еще ниже, ушло в минус, я бы даже сказала. И когда Ника задала следующий вопрос, я поняла, что не смогу признаться.

Просто не хватит смелости рассказать правду.

— А работа-то хоть существует?

— Существует, Ник. Только… — поморщившись от ощущения собственной никчемности, продолжила: — Я немного приукрасила свою должность.

— Немного?

— Ладно, сильно… И мне вновь нужна твоя помощь.

— Надеюсь, все в рамках закона?

— Не сомневайся, — ответила, доставая из сумки папку. — Это не входит в сферу моих обязанностей, просто не хочу чувствовать дурой…

Сестра с удивлением посмотрела на бумаги, после чего, вскинув бровь, уточнила:

— Ты что, сперла документы?

Черт, о том, откуда эта папка может взяться у мелкой помощницы, которой пришлось прикинуться, я как-то не подумала. В этом случае хорошо даже, что Ника была обо мне не самого лучшего мнения. Достаточно было пожать плечами, чтобы сестра перестала задавать ненужные вопросы.

— Ладно. Пресс-релиз?

— Да.

— И что ты хочешь? Чтобы я его составила? Показала пример?

В ответ качнула головой.

— Нет, Ник, я хочу, чтобы ты мне объяснила. Объяснила все, что необходимо знать.

Взгляд сестры был сосредоточенным, как будто она сомневалась, стоит ли еще что-то уточнять или нет, однако буквально через пару секунд Ника кивнула и улыбнулась.

— Ладно. Но тут без «Просекко» точно не обойтись.

— Намек понят, я за бокалами!

Я оказалась старательной ученицей. Очень старательной и чертовски талантливой. Ника за последнюю бутылку вина сказала об этом аж трижды, прямо гордость за себя берет, не зря до четырех ночи просидели.

Даже с утра энтузиазма не убавилось. И это несмотря на то, что я спала на самом ужасном во вселенной диване в гостиной сестры, чудом услышала будильник и сорок минут тряслась в набитом до предела автобусе.

В общем, то ли мной до сих пор руководили отголоски «Просекко», то ли я где-то ударилась головой, при этом совершенно об этом забыв, то ли пресс-релиз действительно был не самым страшным, что могло приключиться со мной в жизни, а сестра на самом деле оказалась хорошим учителем.

Так или иначе, потратив еще день на доработку, предварительно договорившись с Викторией о встрече с боссом, в среду утром я положила на стол Владислава Александровича готовый предмет своей гордости.

И вот именно в этот момент стало как-то страшно. Возможно, от удивленного взгляда владельца «Перфект Фуд», возможно, от того, что я внезапно решила, что могу сделать что-либо стоящее, а возможно, еще по какой-нибудь другой причине.

Да я этих причин могу сейчас с миллион придумать, вот именно в это мгновение, когда Владислав Александрович невыносимо медленно перелистывает страницы в переданном мной файлике.

Блин, а вдруг Ника решила мне отомстить? Помнится, когда нам было лет по шесть, я подстригла ее любимую куклу. Чисто случайно подстригла… Практически. В общем, сестра тогда пообещала обязательно мне отомстить, а мы же прекрасно знаем, что месть — это то блюдо, которое подают холодным.

Вот черт!

Если сейчас шеф читает лютейший бред в своей жизни, стоит, наверное, уже потихоньку пятиться к выходу. Лоб-то как наморщил…

Владислав Александрович заговорил, когда я сделала первый нерешительный шаг назад в сторону двери:

— Неплохо…

Не веря собственным ушам, переспросила эхом:

— Неплохо?

Мужчина оторвал взгляд от бумаг и посмотрел мне в глаза.

— Да, вполне неплохо. Думаю, у Карины не будет замечаний.

Мысли о мести и потенциальной подставе со стороны сестры быстро испарились из головы. Их место заняли другие.

Что же там за горгона, если даже босс голос понизил к концу предложения?!

Хотя, буду откровенной, Карина Медузовна быстро покинула мою голову. Искренне стараясь не выглядеть так, как будто у меня защемило пару нервов на лице, улыбнулась Владиславу Александровичу и уточнила:

— Вы на самом деле считаете, что пресс-релиз неплохой?

Ну ведь не будет ничего противозаконного и странного, если я спрошу об этом во второй раз?

— На самом деле, — улыбнулся в ответ мужчина.

Главное не прыгать, главное не прыгать!

— И я могу быть свободна?

Не прыгать! Не прыгать!

— Можете. — Все та же добрая улыбка.

Я не сдержалась на выходе из приемной, воспользовалась тем, что Виктории не было на месте. С победоносным «Е-е-е-е-ес!» станцевала ритуальный танец, затем, как и положено серьезной сотруднице, поправила пиджак, одернула юбку, помолилась, чтобы камера, которую я не приметила сперва, оказалась отключена, после чего вышла в коридор.

Остаток дня пролетел незаметно. Даже занятие нашлось само собой. Оказывается, в интернете есть целая куча книг в духе «PR для начинающих» и прочего в такой опере.

Все же осознание того, что ты не безнадежна, серьезно бодрит, силы появляются, легкость какая-то, желание что-нибудь делать. Серьезно, даже из офиса уходить не хотелось вечером.

— На вокзал? — в этот раз голосу на парковке я не удивилась.

Улыбнулась и повернулась, чтобы посмотреть на босса.

— Кажется, я готова уступить свое спальное место кому-нибудь из цыган.

— Звучит так, как будто вы об этом сожалеете.

— М-м-м… Слышали бы вы, какие песни они поют… — протянула мечтательно, глядя на то, как мужчина снимает машину с сигнализации.

— Подвезти?

Я размышляла несколько секунд, но в итоге отрицательно качнула головой. Пожалуй, эксплуатация шефа в строительном магазине, где я планировала купить коробки и пакеты, вряд ли бы пришлась ему по душе, а в том, что он бы вызвался добровольцем, я практически не сомневалась.

Странный все-таки тип. Но милый, ладно. Весьма милый.

— Нет, спасибо.

— Как хотите, — Владислав Александрович настаивать не стал. — До завтра, Вероника Олеговна.

— До завтра.

Погода сегодня радовала. Дожди, которые в последние недели прописались в нашем городе, вдруг решили прекратиться, поэтому прогулка по центру даже доставляла удовольствие.

Я заметила его сразу, просто не могла не остановить на нем взгляд, такие люди всегда привлекают внимание. Он меня… Он меня тоже заметил.

— Ни… — Витя замялся. — Оля? Ничего себе!

— Привет. — Чертово стеснение, уж за столько лет-то оно могло куда-нибудь испариться?! — Рада тебя видеть.

Одногруппник сестры улыбнулся:

— Выглядишь потрясающе!

Вот только покраснеть еще не хватало!

— Да ладно…

— Блин, такая встреча! Столько времени не виделись! Есть полчасика, может, заскочим куда-нибудь перекусить?

Одного его взгляда хватило, чтобы я расплылась сладкой лужицей, Вот только…

Если бы тогда я знала, чем впоследствии обернется наша встреча, я бы, не задумываясь, прошла мимо, наверное, даже ускорилась. И, конечно, не подумала бы улыбнуться.

Но сейчас я стояла и, дай бог, чтобы не с обожанием, пялилась на молодого мужчину, не видя ни единой причины для того, чтобы ответить на его предложение отказом.

— Обалдеть, ты так изменилась! — тепло проговорил Витя, едва только официантка отошла от нашего столика.

— Ты тоже, — улыбнулась в ответ.

И я даже не врала, с момента нашей последней встречи прошла, кажется, пара лет, если не больше. За это время Витя вырос, у меня теперь даже язык не поворачивался назвать его парнем. Молодой мужчина, солидный, серьезный.

— Надеюсь, в лучшую сторону? — а вот манера общения осталась прежней. Я на мгновение даже почувствовала себя в прошлом.

Да что там на мгновение… Ладно, буду честной.

Витя был единственным человеком, который мог вызвать мое смущение. Да у меня все умные мысли из головы вылетали, стоило ему сказать несколько слов или прямо задать мне вопрос (причем смысл вопроса был совершенно неважен. Хоть о погоде спроси, хоть рецепт какой-нибудь попробуй узнать — без разницы, в мозгах вакуум, а на лице беспробудная тупость).

В принципе, время прошло, а ничего практически не изменилось. Я снова сидела и тупила, не в силах связно изложить свои мысли.

Да, Витя мне нравился. Еще тогда нравился, очень. Возможно, я даже была в него влюблена. Только вот на меня он не обращал ровно никакого внимания.

Нет, бесспорно, он был вежлив, приветлив, только вот общался со мной исключительно из-за того, что я была сестрой Ники.

Стоит ли пояснять, что, в свою очередь, Витя был влюблен в Нику, которая оставалась к нему совершенно равнодушной.

Вот такая вот неправильная любовная фигура, даже треугольником не обзовешь.

Так, Оля, соберись!

— Сложно прямо сразу сказать.

Черт, конечно, в лучшую!

— Мне вот просто — однозначно в лучшую.

— Ой, Вить, хватит, — улыбнулась в очередной раз.

— Нет, я серьезно. Такая серьезная стала, ты работаешь где-то в центре?

Да, вот лучше про работу, так шансы покраснеть значительно уменьшаются.

— Угу.

— Даже не верится, что ты джинсы и толстовки на деловые костюмы променять решила. Представить Нику в таком образе я легко могу, а ты… — мужчина сделал паузу, еще раз окинул меня взглядом и добавил: — Вау!

И вновь эта фраза задевает. Вновь, возможно, зря, глупо, напрасно, но я отвечаю:

— А что в этом такого? Все меняются.

— И где ты работаешь, если не секрет? — И опять этот тон, в вопросе Вити прямо слышу насмешку и надменность папиной тетки.

— «Перфект Фуд», — отвечаю быстро, после чего сразу же притягиваю чашку и делаю глоток обжигающего кофе, чтобы хоть как-то себя занять и скрыть эмоции.

— Да ладно… К ним же пробиться нереально! — мне кажется или я слышу искреннее удивление в Витином голосе?

— Ну, не знаю… — отвечаю неопределенно и пожимаю плечами.

— Я один раз попытался к ним в пиар пробраться, — одногруппник Ники кривится. — Но собеседования у них — сущая жуть. Куча вопросов, я даже потерялся как-то.

Мне же вновь остается лишь пожать плечами, чтобы в следующую секунду услышать очередной вопрос:

— А ты у них где числишься? Секретарем работаешь?

И вновь голос папиной тетки…

— Нет, Витя. Я в пиаре.

Кажется, мужчина вновь хочет сказать что-то типа «Да ладно», но сдерживается в последний момент. Теперь уже он делает глоток кофе и с удивлением смотрит на меня.

— Вот, значит, как.

— Ну, типа того, — улыбаюсь, доставая из сумки надрывающийся мобильник. — Вот черт! Прости!

Грузчики, и как я умудрилась про них забыть!

Витя показывает, что все окей, и я отвечаю на звонок:

— Я буду через пятнадцать минут! Уже забираю мешки с коробками на кассе! — быстро тараторю в трубку, машу Никиному одногруппнику, параллельно доставая деньги из сумки. Многозадачность в действии.

— Не надо, Оль, — прерывая мой порыв вложить пару купюр в папочку с чеком, проговаривает Витя.

— Блин, я переезжаю, совсем забыла про грузчиков… — слава богу, что в порыве откровений удерживаюсь добавить: «из-за встречи с тобой».

— Подбросить?

— Мне проще пешком. — Забрасываю сумку на плечо и улыбаюсь. — Была рада повидаться.

— Я тоже… — Кажется, это первый раз в жизни, когда мне удалось удивить Витю. — Ну, пока?

— Пока.

Он умудрился догнать меня, когда я уже взялась за ручку входной двери.

— Оль, а что ты делаешь в субботу?

— В субботу? — стараясь спрятать волнение за дублированием вопроса, повторила я.

— Ага.

— А есть предложения?

— Поужинать.

— Поужинать?

— Именно.

— Ладно… — Кто-нибудь, верните мне уверенность в себе!

— Тогда, может, номер свой оставишь?

— А, номер… Точно!