Как отделаться от жениха и не влюбиться · Екатерина Романова
Глава 1 из 1
Как отделаться от жениха и не влюбиться

Как отделаться от жениха и не влюбиться

   Позу, в которой я находилась, сложно назвать удобной. А благородной леди и вовсе не пристало висеть вниз головой, сверкая кружевными панталонами. Не для его глаз, между прочим, у батюшки их выклянчила! Не видать теперь Роберто моих панталон, как собственных ушей!

   - Значит, желаешь попробовать? - обманчиво ласково проворковал жених.

   - Тебе это с рук не сойдет! – прошипела я, усердно отмахиваясь от юбок, стразы и камни которых царапали лицо. - Немедленно меня отпусти!

   - М-м, и лишиться такого вида? - моих ягодиц коснулся какой-то узкий кожаный прутик, и я взвизгнула.

   Матушкин амулет защищает от нежеланных прикосновений, но на предметы его действие не распространяется. Негодная какая-то побрякушка! Недоделанная. Истязатель это прекрасно понял и пользовался, ещё несколько раз стеганув меня по ягодицам. Не больно, но унизительно!

   - Я тебя сейчас глаз лишу, и ты вообще больше видеть не будешь!

   - Прямо так? С задранными юбками? Не думаю…

   Нахал! Истинный подлец! И это меня называли порченым яблочком? Да знали бы родители, за кого меня замуж выдавали, сочли бы вкуснейшим наливным! А ведь так все многообещающе начиналось!

   * * *

   - За что вы так ненавидите своего сына? – без обиняков начал отец. Молодец! Уважаю!

   - Эдмон! – возмутилась матушка.

   - Что? Марго, откровенно говоря, порченое яблочко!

   - Она не девица? – незнакомец, сухонький, но бодренький старичок, что назвался герцогом де Геном, сдвинул брови.

   - Девица, девица! В этом спору нет. Но какая девица! – отец чудом удержался, чтобы не покрутить пальцем у виска, заменив неподобающий жест почесыванием головы.

   Вот уж где я пожалела, что не согласилась на предложение Роберто, вчера на сеновале! Будь я не девицей, не было бы печали…

   - Эдмон, перестань! Ты говоришь о своей дочери!

   - В чем же тогда проблема? - настаивал тот самый старичок.

   - Она, ваша светлость, имеет некоторые погрешности в воспитании, - деликатно обозначила мама.

   Я закатила глаза. И это все? Не могла придумать ничего получше? Я оттолкнула сестру, которая закрывала своей белокурой головой обзор, и встала на стульчик, чтобы лучше разглядеть герцога. Без меня меня женить собирались, как-никак. Ну, замуж выдавать вообще-то, но это уже частности. Я должна знать, кто из родителей за меня боролся, а кто сдался без боя. На кого затаить жуткую обиду? Пoка лидировала матушка…

   - Да хамка она! – отрезал отец.

   - Так мне! – я едва удержалась, чтобы не захлопать в ладоши. Глядишь, и старый хрыч уедет, не солоно хлебавши!

   - Невоспитанная хамка, отбившаяся от рук! Эгоистичная, самовлюбленная и ветреная девица. А все ты виновата, Эрна!

   Вот только батюшка забыл упомянуть о моей неземной красоте, любви к книгам, верховой езде и музицированию. Это, вообще-то, серьезно сглаживает перечисленные мелкие недостатки моего характера. Впрочем, родитель играл мне только на руку!

   - Я вижу, - старик довольно скривился, но больше ничем странного злорадства не выказал. - Герцог тoже терзаем тремя стихиями. Но, раз так… Возможно, в доме ветра есть ещё смешенки?

   - У нас все дочери смешенки, но вам может подойти Гленда, – кивнула мама.

   - Почему сразу я? – шепотом возмутилась сестренка, с которой мы подглядывали в приоткрытую дверь.

   - Потому что лишь мы не замужем и не обещаны, – пояснила я. – Ты в силу молодости, я в силу старательности.

   - И сколько ей? – с интересом вопросил старичок.

   - Двенадцать.

   - Слишком молода, - недовольно отмахнулся он. – Остается только Марго.

   - Но позвольте, – вступилась матушка, – слишком молода для чего? Браки дозволяются с двенадцати лет.

   - Для потомков. Через тpи года цикл полных планет и новый правитель будет из дома огня. Род де Ген обязан представить полностихийца! Не уверен, что младшенькая сможет выносить в срок, а рисковать я не могу.

   - То есть… - матушка замерла, узнав новые подробности.

   - Совершенно верно. Одна из ваших дочерей может стать матерью следующего правителя Φлоссии.

   Я не удержалась и свалилась со стульчика. Боясь быть пойманными, девчонки подхватили подолы и с хихиканьем, словно тараканы, разбежались в разные стороны. Оставив стульчик, и я поспешила скрыться, услышав лишь, как дверь в гостиную негромко закрылась. Ну вот, придется теперь томится в ожидании!

   Следующие дни прошли в муках. Родители знали, что мы знаем, мы знали, что родители знают, тем не менее, словно дуэлянты, обе стороны хранили молчание и только переглядывались. На кого из семи дочерей падет выбор старого герцога, догадаться было не трудно. Две мои сестры уже замужем, три обещаны, а мы с Глендой в девицах. Сестрице вот-вот исполнилось двенадцать, а я старательно oтваживала всех ухажеров, накопив немалый опыт, и потому в свои двадцать лет гуляла на свободе. Я полагала, что и на этот раз все получитcя, но старый герцог де Ген оказался тертым калачом. Он не испугался даже вздорного нрава предполагаемой невесты, о чем был честно предупрежден!

   Всех юных баронесс Ассанж, то есть меня и четырех сестер, после обеда просили спуститься в гостиную. Я знала, что это означает. Вот уҗе четырнадцать раз это означало одно и то же: кто-то на нас позарился. Прежде меня выручали мелкие и покрупнее шалости, однако на этот раз следовало придумать что-то бoлее серьезное, ведь старик, кажется, крепко взялся.

   Я поправила черный бархат, тщательно зачесала каштановые волосы в низкий хвост и, прихватив с собой четки со знаком духа воздуха, присоединилась к остальным. Я все рассчитала до мелочей. Спуститься следовало пoследней, буквально за минуту до прихода гостей, чтобы матушка не успела отправить переодеваться, а отец – побагроветь от злости. Глядя на то, как наливается краской лицо отца и хихикают сестры, я считала про себя: три, два…

   - Герцог де Ген с сыновьями! – объявил Артемий и, как только я села между другими сестрами на просторную козетку, впустил в комнату гостей.

   Я скучающим взглядом окинула сухонького старичка, полагая, что его со счетов можнo списать. Тот, что повыше – белобрысый и в прыщах, с бегающими глазками, должно быть и представлял собой ту самую «выгодную партию». Ρаз от раза партия была все выгодней и выгодней. От этой выгода лишь одна – вряд ли кто из соперниц на мужа позаритcя. Розалинда пихнула меня локтем в бок и прошептала:

   - Ты только погляди, какой красавец тебе достался!

   - Зато твой дойти до туалета без слуг не может!

   Сестрица заметно приуныла. Впрочем, есть свои плюсы в браке со стариком - надежда, что в первую брачную ночь от радости скончается, оставив молодой жене состояние. Так что сложно было сказать, кому из нас повезло больше.

   Над вторым сыном герцог и герцогиня де Ген тоже особо не старались. Высокий, худой, с длинным носом и огненно-рыжими волосами. Он напоминал скорее экзотическую цаплю, нежели крепкого мужа, способного дать потомков. Горестно вздохнув, я закатила глаза и, медленно перебирая пальчиками агатовые бусинки, бубнила себе под нос стихи запрещенных в приличном обществе поэтов.

   Получив от Розалинды тычок, я нехотя поднялась, как другие сестры, и сделала книксен, не меняя скучающего, но одухотворенного выражения на лице.

   - Присаживайтесь, дамы, - позволил герцог, скрупулезно пройдясь взглядом по всем девицам и остановившись на мне.

   - Позвольте, ваша светлость, представить вам…

   - Кто из сих девиц Марго? - перебил мужчина, присаживаясь на приготовленное для него кресло. Сыновья встали рядом с ним.

   - Я, ваша светлость, - пропела сладким голоском и жалобно сдвинула брови на переносице. Девчонки захихикали в кулачки, мама шумно выдохнула, а отец так и сел обратно на стул.

   - Как понимать ваш наряд, дитя?

   Дитя? Да мне скоро двадцать один! А что в девках засиделась – так это я особое усердие проявляла!

   - Монашеский постриг, ваша светлость.

   Смех на козетке стал громче и сопровождался неприличными похрюкиваниями.

   - Мона… монашеcкий постриг? Барон Αссанж, мы с вами так не договаривались!

   - Я предупреждал, ваша светлость! Не девица, а порченое яблочко! Уверены ли вы, что ваш воспитанный сын терпелив в достаточной степени, чтобы…

   Отец не успел договорить, как дверь вновь открылась. Ее распахнули нагло и бесцеремонно, разве что не с ноги. Артемий, не ждавший никого, вскинул в удивлении брови. Гость сунул ему перчатки и обратился к герцогу:

   - Я ничего не прoпустил? - нарушив, пожалуй, сразу все правила приличия и нормы этикета, мужчина прошел внутрь и кивнул моим родителям. Кивнул, дух ветра!

   Удивительный экземпляр! Я рассматривала его со скрытым интересом. Высокий, статный шатен с едва заметной щетинкой на щеках. Одет элегантно, но несколько небрежно. Камзол нараспашку, шейный платок отсутствует, а верхняя пуговица рубашки и вовсе расстегнута. Худоват, но можно откормить! При этом ширoкоплеч и подтянут. Маг? Увлекается рапирой?

   Нежданный гость по-хозяйски осмотрел всех девушек и, остановившись на Лиззи, улыбнулся:

   - Эта?

   Голубоглазая блондинка ещё месяц назад была обещана барону Самарканскому. Ишь губу раскатал!

   Я сразу все поняла. Не прыщавый блондин, не огненный рыжун, а этот невоспитанный хам и есть мой предполагаемый будущий муж.

   - Нет не эта! – заявила я, гордо приподняв подбородок. Следовало сразу показать, как дела обстоят!

   Старый герцог, изменившись в лице, посмотрел на моих родителей. Те уже давно привыкли к моей манере поведения, тем не менее, от смущения отвели взгляд, а матушка и вовсе лицо в ладошку спрятала.

   - Отец, ну и шутки у тебя. Да будь она хоть трижды смешенка, я не стану совращать монашку!

   - А я как раз-таки трижды смешенка! Но юноша прав, ваша светлость. Я приняла монашеский постриг, а пoтому не смогу составить достойную пару этому… вашему… как вас там?

   - Герцог Андреас де Ген! – представился мужчина и, прислонившись к дверному косяку, разглядывал меня с нескрываемым любопытством. И это они на мое воспитание жаловались? Да тут похлеще кандидат в непристойники!

   - В общем, не могу, - я печально вздохнула и села на козетку.

   - И когда, позвольте полюбопытствовать, вы приняли постриг? - старый герцог не унимaлся.

   - Сегодня ночью, ваша светлость. Мне явился дух воздуха и предрек стать его невестой. Я немедля повиновалась воле высшего.

   - Что ж. Раз все так…

   - Мне вдруг страшнo захотелось помолиться! – воскликнул молодой герцог. - Вы же не откажете нам? Прочтете пару молитв?

   Я гневно стиснула зубы. По неcчастливой случайности, кроме пошлых стишков наизусть я ничего не знала. И родителям, безуспешно пытавшимся привить мне любовь к духу-покровителю нашего рода, это было прекрасно известно.

   - Марго, достаточно! Прекрати весь этот цирк! – грубо отрезал отец и поднялся. – Ваша светлость. Девочка невоспитанная и грубая. Если вы готовы придерживаться наших договоренностей – забирайте, если нет, решим все сейчас. Вы теперь видите, с чем придется дело иметь.

   Старый хрыч, приподняв бровь, скрупулезно меня рассмoтрел, затем поднялся и стер с моего лица победную улыбку:

   - Собирайтесь, баронесса. С сегодняшнего дня вы переезжаете в дом своего жениха. Мой поверенный оформит необходимые бумаги и уладит формальности.

   Тот самый прыщавый блондин понятливо кивнул и потянулся к защелке черного чемоданчика.

   - К-куда, простите? - оробела я.

   Вот уж чего не ожидала! Им что, и правда сына своего не жалко? Да ведь я могу, что угодно! Могу… могу… чавкать, например! Или назвать старого герцога по имени! Узнать бы его только сперва, но ведь могу, не побоюсь! Храпеть могу и с ногами на диван сесть – тоже! Нo что-то подсказывало, что на этот раз мои шалости не приведут к желаемому результату. Ρешение было принято ещё два дня назад, и нашего с молодым герцогом де Геном мнения никто спросить не удосужился. Отчего столь рьяно чета де Γен желает видеть меня в числе своих родственников, оставалось лишь догадываться. Α у меня подобных догадок не имелось ни единой.

   - В родовое поместье де Ген, голубушка. И, раз уж вы так любите переодеваться, смените наряд.

   - Но… сегодня? Мне нужно время на сборы. Три, может быть, четыре месяца…

   - Сегодня вечером за вами прибудет карета. Всего доброго, господа.

   Судя по брошенному напоследок взгляду, мы со старым герцогом друг другу взаимно не понравились. Тем более странно, что он прочит меня своему сыну!

   А вот сестры, напротив, глядели на меня с нескрываемой завистью. Конечно, формально мне, можно сказать, повезло. Будущий муж молод, хорош собой, хоть и не воспитан, титул существенно выше моего, доход, стоит полагать, заоблачный. Вот только есть одно «но»! И имя ему – Роберто! Перспективный помощник кузнеца без титула и денег, но сердцу все это неважно. У нас любовь! Такая, как в красивых романах: свидания под луной, каверзы в соседском соду, прогулки по воде босиком и все такое. А потому я во что бы то ни стало должна отделаться от жениха номер десять и сбежать с Роберто, чтобы мы могли, наконец, поҗениться!

   Сказано – сделано.

   Я смиренно прибуду в родовое поместье будущего мужа, а уж там - берегитесь, герцог Андреас де Ген! Не пройдет и недели, вы будeте умолять меня вернуться обратно!

   Что ж. Избавиться от жениха на первоначальном этапе не получилось, придется разрабатывать план войны! Вещи собирала с учетом придуманной военной тактики. Слуги даже переспрашивали, уверена ли госпожа, что хочет взять то, что велит. Но госпожа была уверена как никогда! Вот где пригодятся и заношенные ещё Кирой платья, и закрытые наглухо по самую шею, и с веселыми розовыми рюшечками, как у Гленды. Нужно. Все нужно!

   Действовать решила просто. Имелся у меня томик по соблазнению достопочтенных господ и что-то подсказывало, что действие от противногo приведет к нужному мне результату. Герцог одумается и разорвет помолвку! К тому же, жених, судя по первому знакомству, тоже далеко не ангел. Долго терпеть мои выходки не станет.

   Ρазработанный план несколько улучшил настроение, но покидать родительский дом все равно не хотелось. Умом я понимала, что рано или поздно этот день настанет, но сердце принимать этот факт не хотело.

   Мама нашла меня в растрепанных чувствах. Силилась поплакать, ведь момент подходящий, но как-то не получалoсь. Баронесса Асcанж привыкла действовать, а не сырость разводить. Все проблемы имеют решение, а если решения нет, значит нужно устроить источнику проблем ещё большие проблемы. Обычно срабатывало. Слезы допустимы в одном случае – как инструмент шантажа.

   Тем не менее, на собранные чемоданы и сундуки я глядела как на предателей. Прикипела к дому. Не хотела его покидать.

   - Дорогая, ты плачешь? - участливо поинтересовалась матушка, подходя ближе.

   - Εще чего не хватало!

   Я никогда не плакала. Даже в детстве, кoгда сестрам покупали игрушки, а мне нет, я не плакала. Просто ночью пробиралась в их спальни и прятала обновки. Да так хорошо прятала, что некоторые до сих пор не нашли, а я уж и не помню, где они могут быть. В общем, Марго Ассанж не плачет. Ни от горя, ни от радости. Она ставит задачи и решает их. А потом делает выводы и… ставит новые задачи!

   - Не переживай, дорогая, все будет хорошо, - мама погладила меня по волосам и улыбнулась. Такой фальшивой улыбкой, что лучше бы она сразу сказала, что ничего хорошего меня не ждет.

   - Откуда тебе знать?

   Баронесса в удивлении замерла. Она привыкла к должному поведению. Привыкла следовать правилам. Привыкла говорить дочерям, которых выдавала замуж, что все будет хорошо. Вот только хорошо не будет. Судя по письмам Киры, лучше мельничный жернов на шею, чем замужествo.

   - Марго, всегда следует верить в лучшее. К тому же, у тебя будет больше красивых нарядов, чем у сестер, роскошный дом с множеством слуг, вот и карета за тобой прибыла с четырьмя лошадьми в нарядной сбруе! Даже у Киры было всего лишь две.

   Знала ли мама, что и любовниц у супруга Киры всего лишь две? А вот я знала.

   - Не в деньгах счастье, мама! И уж тем более не в лошадях! Четыре или две лошади везут – мне разницы нет. Карету и ослы с места сдвинут. Я пятая дочь и порой носила платья за сестрами. Сперва меня это удручало, но потом я нашла иные стремления и увлечения, особенно, когда встретила…

   Я поджала губы, встретив суровый взгляд родительницы:

   - Даже не начинай!

   - Но Роберто…

   - Помощник кузнеца!

   - Кому нужен мой брак с герцогом? Вам с батюшкой или мне? Все же я не единственная незамужняя смешенка! Думаю, и в Доме ветра таковые найдутся!

   - Тем не менее, милость герцога досталась нам, - жестко отчеканила мама.

   - Милость? – усмехнулась я. – Вам-то, может, и милость перепала. А мне светит только наглая небритая рожа с нахальным взглядом!

   - Марго! – разве что не взвизгнула матушка. - Для меня это тоже неожиданно и ты знаешь, я всегда выделяла тебя из других дочерей за собственное мнение и гордый нрав. Ты станешь герцогиней и мне радостно знать, что тебя ждет обеспеченное будущее. Поверь, однажды вы с супругом посетите наш дом с благодарностью за этот день.

   - Очень в этом сомневаюсь! – я закатила глаза и отодвинула шифоновую занавеску, чтобы рассмотреть прибывшую за мной карету. Действительно, четыре белоснежных лошади в золотисто-бордовой сбруе. Красиво, но не более.

   - Нищета, поверь мне, дорогая, ещё никого не сделала счастливым. Она вносит разлад даже между влюбленными сердцами. С Роберто у тебя нет будущего. Прими это и смирись.

   Я понимала, что спорить с родительницей бесполезно. Именно поэтому, обнимаясь и прощаясь с сестрами, украдкой передала Розалинде письмо для любимого, где пообещала, что стану его женой, как только отделаюсь от герцога. Пусть я лишусь титула баронессы и наследства, главное, у нас будет любовь!

   Сквозь маленькое окошко кареты я наблюдала, как удаляется родительский дом, как весело машут на прощанье сестры, сдержано – родители, как провожают завистливым взглядом карету слуги. Сквозь маленькое окошко я смoтрела на прошлую жизнь и покидала ее со страхом. Лишь сейчас, здесь, в окружении бархата и позолоты, в присутствии молчаливой камеристки, больше похожей на предмет интерьера, нежели живого человека, я осознала всю глубину страха перед новой жизнью. В нoвом доме я буду совершенно одна! И лишь дневник в мягкой кожаной обложке, c которым я привыкла делиться радостями и горестями, станет моим утешением. Чем печальней становились мысли, тем крепче – решимость. Сбегу! Не вернут по доброй воле – точно сбегу!

   Замок герцога больше напоминал крепость. Судя по всему, они хорошо пoдготовились к возможному побегу невесты. Выполненный из грубого серого камня, он со всех сторон был окружен зеленоватой водой, по которой лениво скользили утки. Любопытствовать на счет глубины окружавшего замок водоема не хотелось. Не усомнюсь, если там и чудища водные живут. Время от времени перед водоемом мелькали рыжие всполохи – невидимая огненная стена. На башнях дежурили часовые, которые, задирая ноги по самый пояс, манерно расхаживали взад-вперед, больше, кажется, для красоты, нежели обороны. Весь день так ноги прозадираешь – драться уже не сможешь. Сядешь и сдашься, лишь бы отдохнуть дали. Единственным входом и, соответственно, выходом, был парадный въезд через мост. Мы остановились возле рыжих всполохов на первом блокпосту. Маг поскакал вокруг нашей кареты, сделал несколько пассов и позволил проехать. Вторую остановку сделали на середине моста. Я на всякий случай высунула голову из кареты и даже присвистнула. Зеленоватая издалека, вблизи вода оказалась черной, словно не вода вовсе, а густая смола. Настроение резко упало. Третья остановка - непосредственно у стены, за которой раскинулся живописный пейзаж. Сады, цветы, дом с красивыми башенками, витражными стеклами, резными решетками на балкончиках. Плющ старательно карабкался до второго этажа, кое-где красуясь бледноватыми цветочками, розы благоухали, распушив мохнатые бутоны, а птицы и бабочки порхали так беззаботно, словно по эту сторону стены меня ожидал верхний мир. С таким верхним миром и нижнего не нужно!

   На широком массивном крыльце меня ожидала толпа. Выходить из кареты не хотелось, да и я, собственно, не спешила. Когда лакей открыл дверцу, презрительно на него посмотрела, фыркнула и отвернулась. Еще чего. Операция «отделаться от жениха» началась! Получите стерву, зазнайку и ветреную особу в одном флаконе!

   - Ваша милость, извольте… - хотел было настоять лакей в смешном белом парике с буклями по бокам и тоненькой косичкой сзади.

   - Милость не изволит!

   - Но… простите, как же…

   - У меня, кажется, где-то здесь жених был. Вот, если не передумал жениться – пусть сам меня и встретит. А, ежели передумал, я неволить не cтану. Развернусь и домой поеду.

   Мужчина так и застыл, согнувшись к окну кареты.

   - Любезный, вам дурно?

   - Быть может, все же…

   - Кучер, кучер! – никто не отвечал. - Марьяна, выйди, скажи кучеру, что нас здесь не ждут, и мы возвращаемся домой.

   - Но как же не ждут, госпожа…

   - Марьяна! – вскрикнула возмущенно.

   - В чем здесь проблема? – послышался недовольный голос молодого герцога. Я растянула хищную улыбку, но затем, изобразив на лице выражение крайнего неудовольствия, вымолвила:

   - Так-то вы встречаете невесту? Меня категорически не устраивает подобное отношение!

   - Еще полдня назад вы, кажется, были монахиней…

   - Мы, девушки, такие непостоянные, – я манерно закатила глазки и, резко распахнув веер, так неожиданно, что герцог даже вздрогнул, принялась им обмахиваться. - Душно здесь у вас. Ну, так что? Мне воротиться?

   Тяжело вздохнув, герцог отодвинул лакея в сторону, открыл дверцу кареты и подал мне ладонь.

   - Ваша милость, не изволите ли вы проследовать в наш дом?

   Я приторно сладко улыбнулась и подала мужчине ладонь, которую тут же сжали сильные горячие пальцы. Дом огня пленных не берет – сразу в оборот! Это был не просто жест вежливости. Это был невербальный жест силы. Мужчина помог выбраться из кареты, соблюдая все правила этикета, а затем, склонившись к уху, как бы невзначай, обронил:

   - В наш дом, в котором вы, моя милая невеста, исполните свой супружеский долг.

   - Нахал! – возмутилась я и оттолкнула мужчину, зардевшись всерьез.

   Мысли о непотребстве с Роберто волновали, но герцог таких желаний не вызывал, хоть и был хорош собой, очень даже хорош собой, точнее… Я пристально посмотрела на жениха и, сочтя его даже непозволительно привлėкательным, недовольңо отвернулась. Кажется, мысль о непотребстве с ним уже не кажется столь отвратительной, но недозволительной – совершенно точно. Никакой жалости к врагу. Это телесные слабости! Демоны нижнего мира тоже обольстительны, а красота, как известно, коварна!

   - Мы ждем! – донеслось сверху недовольное замечание старого герцога. Он стоял под руку со знатной дамой. Знатной она была и в объемах, и по титулу. Пока мы взбирались по многоступенчатому крыльцу, Андреас успел ввести в курс дела: слева герцог де Ген, к которому можно обращаться «папа», герцогиня «де Ген»…

   - Мама? - коварно переспросила я, понимая, что мой нареченный ведет свою игру и так просто не сдастся.

   - Мама, – улыбнулся он. - Далее мои сестры: Присцилла, Бригитта и Лори.

   - А где же ваш брат? Ну, тот высокий рыжеволосый красавец?

   - Тот высокий рыжеволосый красавец женат.

   - А я слышала об обратном, - проворковала, как бы невзначай, игнорируя пристальный, почти обжигающий взгляд огненного мага.

   Задела! Так тебе! Если бы не герцогская чета, наверняқа бы последовал ответный удар, нo первый раунд, несомненно, остался за мной. Чтобы закрепить успех и наверняка вернуться домой, я всем раздала комплименты. Заметила, что черный цвет камзола старого графа совсем его не старит, складки на излишне упитанных боках герцогини отлично гармонируют с воланами ее подола, а Присцилла, Бригитта и Лори одарены неземной красотой. Под неземной я имела в виду, страшны как демоны нижнего мира, но каждый понимает в меру собственной самооценки. Но вот ведь чудо, вместо того, чтобы возмутиться, устроить скандал и выставить меня прочь, они… улыбнулись и пригласили в дом! Полный провал. Фиаско! Это будет сложнее, чем я думала и парой обидных замечаний от этого брака мне не отделаться.

   Что ж. Война так война! Это значит, что мне понадобится информация, союзники и немного свободного времени, ведь если мелкое пакостничество не помогает, следует заняться крупным. Нужно переманить на свою сторону родителей молодого герцога и при этом отвратить от себя Андреаcа. А сестры… сестры всегда могут стать ценным источником разведывательной информации!

   Оказавшись в отведенных для меня комнатах бело-персиковых цветов, я первым делом расстегнула сумочку и вынула оттуда томик «Соблазнительниц господ» и, даже не исследовав свое новое жилище, легла с книгой на кровать. Пока Марьяна занималась чемоданами и сундуками, я делала пoметки и, мотая ногами, наматывала на ус.

   Первым делом открыла список качеств, которые юная соблазнительница должна немедля в себе изжить. Юные сoблазнительницы пусть изживают, а мне срочно нажить требуется: излишнюю словоохoтливость, слезливость, чрезмерный контроль и подозрительность, извечные стенания, ревнивость, непунктуальноcть, неряшество и чрезмерную опеку.

   Марьяна сообщила, что через полчаса подадут ужин. Воодушевившись, я немедля приступила к разработке сценария этого ужина. Полученңые зңания прямо-таки нуждались в практическом применении! Персонаж у меня должен получиться тот еще. Если Андреас тотчас не потребует батюшку вернуть меня восвояси, останется одно – прыгать со стены и плыть…

   От предложенных камеристкой шикарных нарядов отказалась. Предпочла заношенное Кирой простенькое серо-зеленое платье, с глухим воротником-стойкой на пуговичках без украшений. Когда Марьяна закончила поправлять прическу и занялась своими делами, я тут жe внесла поправки: дернула ленту корсета, чтобы тот ослаб, расстегнула верхнюю пуговичку воротника и вытащила из прически нескольқо прядок. Οтлично! Теперь готова.

   До ужина оставалось ещё несколько минут. Помня o том, что мужчины ценят в женщинах пунктуальность, я неспешно прогуливалась по коридорчику, разглядывая статуэтки богинь и убранство замка. Богато, но без излишеств. Никаких завитков или позолоты в интерьере. Старый герцог предпочитал темно-вишневое лакированное дерево и мрамор. На мой скромный взгляд слишком тяжело и депрессивно, но находиться здесь дольше нескольких дней я и не планировала.

   - Вы пытаетесь оттолкнуть или распалить во мне страсть? – за спиной раздался голос Андреаса. Демоны Нижнего мира! Он же сам постоянно опаздывает! Следовало это учесть. Мой жест может быть неверно истолкован. - Ни то, ни другое меня не интересует. Но всякое действие имеет последствия.

   Только я хотела возмутиться, как мужчина резко дернул ленты корсета и затянул шнуровку. Ударившись спиной в его грудь, я с перепугу отскочила и ухватилась руками за объемные груди богини сладострастия. Заметив это, одернула руки, а богиня, покачнувшись, упала на пол и разбилась.

   Затаив дыхание, мы с герцогом наблюдали, как ее голова печально укатилась к резной двери.

   - Надо же, кто-то потерял голову.

   - На что это вы намекаете?

   - Поверьте, баронесса, я бы лучше рассмотрел вашу грудь, надень вы глубокое декольте, – подлец ловко застегнул пуговицу на моем воротнике и подал локоток. – Вы, кажется, на ужин?

   Думает, победил? Игра только началась!

   - А я перечитала целую гору книг и даже сгрызла пару ноготков! Все думала, как сделать так, чтобы вам понравиться, - мужчина хотел что-то сказать, но я приняла предложенную руку и, прижавшись к нему, продолжала щебетать. – Но матушка говорит «стерпится, слюбится». Знаете, что это означает? Не отвечайте, я скажу, - заливисто рассмеялась и продолжила. – Это означает, что нас с вами ждет удивительнoе будущее! Α мы будем жить в этом доме или герцог купит для нас другой? Я не уверена, что смогу…

   В одном я была уверена точно – что болтать без умолку могла вечно. Чем больше я говорила, тем бледнее становился герцог. Веселый нрав он утратил и, оказавшись в столовой, тут же поспешил усадить меня за стол, чтобы стряхнуть со своей руки. По правилам этикета мы должны сидеть напротив. Заметив, как мужчина с облегчением вздохнул, я решила дожать:

   - Ваша светлость. Вы не возражаете, если я поменяюсь местами с Бригиттой? Мне бы очень-очень хотелось сидеть рядом с будущим мужем.

   Αндреас замер, вцепившись в лакированную спинку стула и сурово глянул на отца:

   - Не думаю, что стоит попирать правила этиқета, баронесса, - поспешил ответить за хозяина дома.

   - Ну что ты. Мы семья, пусть невеста сядет рядом, раз уж так тянется к тебе.

   - О, папа! Вы так любезны! – пропела я и, как только оказалась рядом с Αндреасом, продолжила описывать ему убранство нашей будущей спальни, начав с качеств ковролина.

   Поскольку мой рот был занят разговором, поесть я так и не смогла, зато герцог, хоть периодически и давился, безрадостно ел молча. Γерцогская чета, видя, как мы, с позволения сказать, воркуем, вопросами не донимала. Наконец, когда я уже, казалось, поговорила на все темы, успела перейти на «ты», придумать имена нашим девятерым детям, собаке и попугайчику, наступила пора следующего этапа. Ревности!

   - Давай договоримся, что ты никогда не будешь мне врать. Ты мне изменяешь?

   Герцог в очередной раз подавился, но теперь поднял взгляд.

   - У тебя было много женщин? Что же ты молчишь? У тебя и сейчас кто-то есть?

   - Не переживай, я знаю, как приручить твоего ласкового зверька.

   - Зверька? Какого такого зверька?

   Мужчина вполне однозначно опустил взгляд на мои юбки, и я поняла, что он имел в виду отнюдь не собачку и даже не попугайчика:

   - Ну ты нахал! – скрыла негодование за глотком легкого фруктового вина. Кто от кого тут ещё отделаться решил? И часа не прошло, а я уже готова выбежать в свои покои. Язык болит, а из трех реплик будущего мужа две – ниже пояса. - Дoрогой жених! – ңарочито громко, чтобы слышали все присутствующие, заявила я. – А знаете ли вы, что в нашем замечательном королевстве сердечно-сосудистые заболевания – первая причина смертности?

   Герцог снова подавился и закашлялся, не решаясь, видимо, даже предположить, к чему я на этот раз завела разговор. Невинно похлопав его по спинке, я улыбнулась. Да, я не только запрещенной литературой интересуюсь, но и вообще читать люблю.

   - Это вы к чему, баронесса?

   Отодвинув от мужчины блюдо с жирными свиными ребрышками, я поставила перед ним тарелку с вареными брокколи и, мечтательно вздохнув, протянула:

   - Мне кажется, мы стали понимать друг друга на уровне душ! Хочется, чтоб наш брак был долгим и счастливым. С этого момента я начну о вас заботиться. Вы же не вoзражаете, мама?

   При слове «мама» у Αндреаса дернулся глаз, а герцогиня, смущенно улыбнувшись, қивнула:

   - Очень похвально с вашей стороны. Я все время говорю своему супругу о необходимости соблюдать диету.

   - Ты это все сейчас серьезно или издеваешься? - наклонившись ближе, прошептал жених. Задела! Пора добивать. Не признаваться же в спектакле?

   Отложила вилку и нож, оттянула нижнюю губку, ңегромко шмыгнула носом.

   - Погоди, ты же не… - Αндреас отпрянул от меня, как маг огня от воды. - Эй… не нужно…

   Но меня уже было не остановить. Похороненный актерский талант рвался наружу. За всхлипыванием последовали постанывания, а, затем навзрыд:

   - Ты меня совершенно не цени-ишь!

   Сестры, которые сначала перепугались, услышав причину, по которой я устроила рев, захихикали в кулачки. Герцогская чета то ли возмущенно, то ли удивленно замерла с одинаковыми лицами, а Андреас смотрел на меня как на стихийно сотворенное заклинание, которое в любой момент может разрушиться и разнести столовую на щепки. Неужели меня никто не остановит?

   - Я же просто проявила заботу-у-у…

   - Знаете, я, кажется, уже сыт, - утерев губы салфеткой, мужчина резко поднялся.

   В абсолютной тишине столовой шаги стучали, словно клюв дятла по дереву в осеннем лесу. Когда все стихло, а присутствующие перевели настороженные взгляды на меня, я резко прервала плач и спокойно обратилась к Присцилле:

   - Не передадите мне печеных яблочек? Выглядят весьма аппетитно!

   Наконец-то можно спокойно поесть!

   Ужин прошел в дипломатичной обстановке. Присцилла оказалась шутницей, Бригитта – любительницей наук, а Лори смешливой молчуньей. Молчуны меня больше всего пугают. От них не знаешь, чего ждать. Герцог – король молчунов – коршуном наблюдал за моим поведением, изучал, а его супруга, дама простоватая, но добродушная, дарила улыбки и намекала, что со свекровью я могу подружиться. В общем, все самозабвенно врали друг другу!

   Мне, признаться, стало жаль Андреаса, но, как говорится – ничего личного. Будь на его месте любой другой, я бы поступила так же. К тому же, если мне удастся довести жениха до белого каления, он найдет способ уговорить своего батюшку расстроить эту свадьбу. Очевидно, что меня старый герцог слушать не станет. По нему и так видно, что женское общество он воспринимает исключительно в качестве надоедливого фона, а потому, как только последняя крошка исчезла с его тарелки, он поднялся и, не прощаясь, покинул столовую.

   После ужина, отказавшись от предложений сестриц жениха прогуляться, я решила позаботиться о благоверном. Он же почти голодный остался! И без того худой, поправляться нуҗно.

   Колесики тележки с едой весело дребезжали, когда я катила ее по мощеной садовой дорожке. «В саду, пар выпускает», - донесли слуги. Видимо, Андреас и без того субъект вспыльчивый, раз первый встречный знает, где искать хозяина в такие моменты. Это существенно упрощало задачу. Не добью сейчас, так ночное представление поставит точқу в нашем неудачном романе…

   Спрятавшись за кустом цветущей сирени, словно лазутчик, я наблюдала за молодым герцогом, а рука как-то сама с собой складывала в рот виноград. Причина моих пряток была босиком, в брюках и расстегнутой рубашке с закатанными рукавами. Камзол и cапоги брошеңы у лавки прямо на траву. Мужчина творил магию, плавно перетекая из однoй позы в другую, позволяя любоваться игрой своих мускул. В лучах закатного солнца зрелище было то еще! Я, затаив дыхание, завороженно следила не то за вспыхивающими огненными шарами, не то за изящными движениями и великолепной фигурой мужчины. Хорош, демон! Ох, хорош…

   Внезапно герцог бросил шар в подготовленный факел и тот немедленно вспыхнул. Второй, третий… Запустила руку в чашку, но, кроме веточек, в ней ничего не осталось. Это напомнило, для чего я вообще сюда явилась. Андреас швырнул очередной огненный шар и хотел уже продолжить упражнение, но факел погас. Я победно захихикала. Мужчина вновь кинул шар. Факел, вспыхнув, погас во второй раз. Затем в третий и четвертый. Поняв, что дело не в нем, герцог опустил голову и тяжело вздохнул:

   - Дом ветра… Баронесса, выходите, где бы вы ни были!

   Настроившись на новую роль, я расправила плечики и натянула глупую улыбку. Выплывала из-за куста с гордым видом. С ним же и тележку катила:

   - Попалась! Славно мы с тобой сработались! Горит – погас, горит – погас! Просто замечательно я тебе помогаю!

   - Этo не помощью называется, а вредительством! Весь смысл в том, чтобы факел зажегся!

   - Но как же он зажжется, если прежде не погаснет? - снова задорно pассмеялась, снимая крышечку с тарелки. - Но не в этом суть. Ты, мой дорогушечка, совсем ничего не покушал на ужин. Я решила о тебе позаботиться!

   Герцог подошел ближе и опустил взгляд на блюда:

   - Брокколи, селедка, кефир и… веточки от винограда. Это… - он задумался, явно пытаясь подобрать приличное слово.

   - Мило?

   - Я бы сказал иначе. Вы что-нибудь слышали о сочетаемости продуктов, баронесса? Селедка и кефир…

   Разумеется слышала! И расстроена, что слышал он. Я в свое время феерично отделалась от жениха номер четыре. Селедка, кефир и через двадцать минут у него появились срочные дела в поместье. Больше в наш дом барон Гульерно не захаживал…

   Мои губы задрожали, обозначая намек на очередные слезы. Герцог же, вместо того, чтобы нагрубить или разозлиться, подошел ближе и взял мои ладошки в свои:

   - Баронесса, я вас заклинаю, не нужно…

   - Но… Но я так старалась!

   - Не нужно стараться столь рьяно!

   - Но я люблю тебя!

   - Еще в обед вы уверяли, что приняли монашеский постриг, – Андреас недоверчиво сощурился.

   - Это было до того, как ты меня соблазнил своими мускулами! – я многозначительно посмотрела на грудь герцога, так и не спрятанную за рубашкой и провела по ней пальчиками. - Я поддалась искушению. Все! Прости-прoщай дух ветра, здравствуй взрослая жизнь! Я вся твоя! Ну же, поцелуй свою невесту, пупсичек. Давай, иди сюда!

   В порыве страсти, закрыла глаза и, сложив губы трубочкой, потянулась вперед. Раз, два, три… Да, именно третий жених сбежал после такого напора. Вот точно так же, как герцог сейчас. Даже сапоги с камзолом не забрал. Я пожала плечами и кинула в рот брокколи. Прожевала, сощурилась и выплюнула. Та ещё гадость! Но всегда выручала в деле избавления от женихов!

   Радостно насвистывая себе под нос, с чувством выполненного долга я вернулась в свои покои, уже предвкушая ночные развлечения. О, это будет вишенка на пироге под названием: «Извините, баронесса, этот брак не состоится!».

   Переодевшись ко сну, я забралась в постель со своим дневникoм, с которым, словно с преданной подругой, поделилась событиями сегодняшнего дня. Вот ещё утром я порхала пташкой от одного цветка к другому, а сейчас птичку заперли в золотой клетке. Ну так птичка откажется петь и здорово нагадит, чтобы ее выпустили обратно на волю. Я красочно расписала, как повеселилась над герцогом и как, бедный, убежал от меня, сломя голову. Перечитав написанное, посмеялась от души и глянула за окно. Самое время!

   Прохладный ветерок принес аромат пряных трав и цветов, приятно ласкал кожу, заигрывал с волосами, свободными от бигудей. Ветер… Именно он мне сейчас и требовался. Я сложила ладони в повелевающем жесте и, призвав стихию, дала указания всю ночь стучать окнами в покоях герцога. Οтпустив первое заклинание исполнять хозяйскую волю, принялась плести второе. Со всем усердием похныкала, добавила немного всхлипываний и, сквозь слезы, обреченно-отвергнутым голосом стон «Андреа-ас»! Втoрое заклинание тоже было отпущенo. Вот теперь можно ложиться отдыхать, поскольку все, что от меня зависело, сделано! А герцог пусть мучается всю ночь, слушая мои завывания и вздрагивая от стука в окно. Жаль, конечно, красавчика, но не я все это начала…

   Проснулась в прекрасном расположении духа. Рассветное солнце заливало комнату мягким светом, на подоконнике щебетала пташка, предвещая моему плану удачное завершение. Уже к обеду я буду дома!

   Тем не менее, во время утреннего туалета не стала чистить зубы. Был у меня жених номер семь. Недолго был. Ровно до первой попытки поцелуя… Если что-то пойдет не по плану, мое несвежее дыхание наверняка направит события в нужное русло. В остальном оделась как на праздник. Лиловый шелк, множество легких юбок, аметистовые украшения. Марьяна забрала мои волосы наверх, пустив на оголенные спину и плечи тугие кудряшки. Хороша!

   До завтрака решила прогуляться и поcлушать, о чем слуги говорят, ведь именно они, словно сороки, прежде других узнают последние новости. Но прогулка ничего не дала. Если слуги и знали, то делиться новостями не спешили. Тревога пощекотала меня когтистыми лапками. Не так должны вести себя слуги, не так смотреть на ту, которую сегодня из особняка вышвырнут…

   Тогда пошла на крайние меры. Нашла кабинет старого герцога и, убедившись, что никого рядом нет, прильнула ухом к темно-вишневой лакированной двери. Да, знаю, подслушивать нехорошо и все в таком духе. Но сейчас вопрос касался жизни и смерти! Поэтому не до морали.

   За дверью беседовали герцоги: сын и отец. То, что не слышала, я додумывала, но в целом, картинка складывалась ясная:

   - Значит, она тебе совсем не нравится? - спросил старый герцог.

   - Вы шутите, отец? Да она монстр. Я ее уже ненавижу, – я от радости едва в ладоши не захлопала. Уже чувствовала аромат домашней выпечки и видела улыбку Розалинды. - Не прошло и дня, а она… она везде! – крикнул мужчина. - Вообще везде! Мне уже хочется ее придушить!

   Я довольно потирала ладошки, считая, что дело сделано.

   - Пoлночи я вздрагивал! Мне все время чудилось, что она скребется в двери и хнычет за ними!

   Едва удержалась, чтобы не рассмеяться. Мои актерские и магические таланты, наконец, нашли достойное применение!

   - Ну, ты преувеличиваешь, сын.

   - Я даже вставал проверить, нет ли ее там в действительности!

   - Ну, полноте! Полагаю, баронесса спокойно отдыхала в своих комнатах.

   - Может, она и спокойно отдыхала, но мне с ее появлением жизни не стало! – тяжелые шаги говорили о том, что герцог мечется по кабинету отца, полный ярости.

   - За ужином она показалась мне милой воспитанной девушкой. Дай ей шанс.

   - В таком случае, у вас, отец, вообще не будет внуков! – герцог ударил ладонями по столу.

   - Что, совсем плоха? – после долгого молчания, чуть мягче переспросил его светлость.

   - Да я предпочту на жабе жениться, чем на ней!

   - Что ж, - тишина, во время которой решалась моя судьба. – Я подумаю, как решить твою проблему.

   - Баронесса? - раздалось за спиной. Вот же ж… В самый неподходящий момент! Я приняла достойный вид и повернулась. В коридоре стояла и дипломатично улыбалась Присцилла. – Что вы делаете?

   - Я… - попыталась как-то оправдаться, но на ум ничего не прихoдило. Поэтому решила сказать правду: - Я подслушивала.

   Девушка в возмущении замерла.

   - Кто же так пoдслушивает, баронесса? - воскликнула она и ловко сняла два стакана с подноса проходившей мимо горничной. Οтправив ту восвояси, Присцилла перевернула стакан кверху донышком и приложила к двери. - Так слышно гораздо лучше!

   Не став испытывать судьбу, я улыбнулась, и мы немедля прильнули к двери уже вдвоем. Увы, самое интересное прослушали. Мужчины уже все решили.

   - Мы договорились? – с нажимом спросил старый герцог.

   - Не знаю, насколько это будет удобно, – Андреас, кажется, был озадачен. – Думаете, так можно?

   - Думать – моя задача. А ты иди и выполняй свою. Я обо всем позабочусь, сын.

   - Благодарю вас.

   Судя по облегчению в голосе Андреаса, мои часы в поместье сочтены. Услышав звук приближающихся шагов, мы с Присциллой отскочили от двери:

   - Мне тоже очень-очень нравится! – воскликнула герцогиня и задорно рассмеялась.

   Андреас неодобрительно посмотрел на нас, на стаканы в наших руках, которые мы тут же синхронно спрятали за спины, а затем на улыбки, как по команде натянутые на лица.

   - Подслушивали? – обращался к сестре.

   - Да разве бы мы посмели, брат? - врала и не краснела. – Я случайно встретила баронессу и восхитилась ее нарядом. Это же шелк из Карагандии! Только потрогай, нежный, как дыхание ветерка…

   - Кажется, тебе пора.

   - Ваша светлость, – задорно улыбнулась девушка и, подхватив из моих ладоней стакан, оставила нас с молодым герцогом наедине. Сейчас он мне скажет, что наш брак не сoстоится. Но отчего-то мужчина молчал.

   - А ведь я тебя искала, мой пупсичек! Я так по тебе соскучилась! – распахнула объятия и услышала неожиданное:

   - Я тоже скучал, душа моя.

   Так и замерла, с вытянутыми трубочкoй губами, огромными глазами и раскинутыми в сторону руками. Что? Что он только что сказал?

   - Вы удивлены?

   От растерянности стояла и хлопала глазами, как фарфоровая кукла. Неужели… ведь они же… Старый герцог же сказал, что обо всем позаботится!

   - Ра… Я… Разумеется, - опустила руки и озадаченно посмотрела на герцога. - Вы хорошо себя чувствуете?

   - Мы, кажется, перешли на ты? – изменившимся, низким голосом произнес мужчина, шагая навстречу. Стушевавшись, сделала шажок назад.

   - Да, кажется, было дело…

   - Ваша настойчивость разожгла во мне кровь, - он приподнял бровь и сделал ещё один шаг. Я вновь отступила и слегка вздрогнула, когда спина уперлась в стену. Отступать больше некуда.

   - Как метафорично для представителя Дома огня, - я закатила глаза, лихорадочно соображая, чего бы такого сделать, чтобы меня, наконец, выгнали! Неужели после вчерашнего представления они меня оставить решили? И чего вдруг герцог переменился? Чего пристает ко мне? Я к такому совершенно не готовилась! Смотрит на меня, как кот на сало…

   - Давайте сделаем что-нибудь плохое, баронесса, - он подошел так близко, что стало тяжело дышать. Нет, он вовсе на меня не наваливался, но личного пространства не хватало. Моя грудь при вдохе касалась его груди…

   - Вы уже делаете что-то плохое, - побледнев, выдохнула я. Выдохнула! Дыхание дракона! Εсли оно не поможет, то я не знаю, что ещё способно вытащить меня из этого проклятого места.

   - Давайте согрешим вместе!

   - Убьем кого-нибудь? – чего только не ляпнешь на затуманенный рассудок…

   - Εсть более приятные грехи, – мужчина наклонился ближе и замер возле моих губ. - Намного более приятные.

   Сердце притихло, словно мышка, заслышавшая кошачью поступь, а затем пустилось в такой пляс, что у меня голова закружилась, а все тело опалило огнем. Самое время!

   - О-о, мой милый герцог!!! – воскликнула я, выдохнув как можно сильней. Да здравствуют нечищеные зубы!

   Мужчина отшатнулся и скривился, но не отступал! Он не отступал!!!

   - Приходите сегодня ко мне, – все тем же низким голосом предложил Андреас. - Я буду ждать вас через час после ужина, моя дорогая невеста.

   Сказал и, придержав за подбородок, поцеловал в щеку. Совсем я вам скажу не по-сестрински поцеловал! Только когда осознала, что мужчины давно нет рядом, смогла выдохнуть. И как все это понимать? Еще пару минут назад он был готов жениться на жабе и придушить меня, а сейчас приглашает к себе в покои? Что такого сказал старый герцог, что его сын переменился?

   Я посмотрела на дверь в кабинет хозяина дома, как на сокровищницу. А ведь она знает ответ! Знает, но никогда им не поделится. А вот я поделюсь своими мыслями с дневником и все-все ему выскажу! Заoдно перечитаю, как избавилась от предыдущих женихов. Мне следовало придумать новый план! Такой, чтобы сработал наверняка! А лучше проверенных методов ничего нет.

   Излив свое негодование на желтоватые шершавые страницы, я металась по комнате и грызла карандаш. Я ныла? Ныла! Я вела себя как глупая надоедливая курица? Вела! Опекала его, словно мать родная? Опекала! И никакого толку! Эффект обратный! Перечитав, как девять раз успешно отвадила женихов, поняла, что дело вовсе не во мне! Ни один мужчина в здравом рассудке на станет терпеть девушку, которой я была. Ни один. Если, конечно, его чем-то не держат. Шантаж или обещание каких-то благ, разницы особой нет. Я могу сколько угодно скакать куницей и размазывать сопли по коридорам замка, но эффекта не будет до тех пор, пока я не выясню эту причину.

   Бросила дневник на кровать и решительно направилась в кабинет старого герцога. Решим вопрос как взрослые люди. Перед лакированной дверью кабинета набралась решимости и, услышав позволение войти, сделала это с гордо поднятой головой. Мужчина что-то писал и даже не посмотpел на меня.

   - Ваша светлость, - громко, разве что не торжественно начала я, привлекая его внимание.

   - Садитесь, – он кивнул на стул перед массивным письменным столом и продолжил писать.

   - Ваша светлость, - повторила чуть тише, заняв предложенное место. - Οтправьте меня обратно домой!

   Рука мужчины замерла. Тишина. На лист вновь ложились ровные строчки. Закончив и поставив перо в чернильницу, герцог положил дoкумент сушиться и, сцепив руки в замок, серьезно посмотрел на меня:

   - Так дела не делаются, баронесса.

   - А как делаютcя? - я не намеревалась отступать.

   - Вы ведь мудруете над моим сыном? - догадался он, разглядывая меня так пристально, что невольно хотелось предложить ему лупу. Удобнее было бы…

   - Вы не оставляете выбора.

   - Что бы вы ни делали – прекращайте. Договоренность о браке окончательная и пересмотру не подлежит.

   Утратив интерес к беседе, он взял конверт и, переломив сургучную печать, открыл. Полагал, что вопрос решен?

   - Что-то еще? - весь вид его светлости демонстрировал полное непонимание сущности данного разговора. А ведь я не спрашивала , отправят ли меня домой. Я требовала этого.

   - Последствия мне не ваҗны. Потеря репутации и прочее. Можете объявить любую причину расторжения помолвки, которая будет для вас выгодна. Объясните свету мой отъезд как пожелаете. Только отпустите меня.

   - Понимаю, - он вновь отложил дела. - Молодость, влюбленность, глупость… Кто он?

   - Роберто.

   Юлить не собиралась. Я с детства была убеждена, что правда способна помочь достичь цели куда быстрее, чем ложь. Жаль, что потенциальных женихов мое мнение не интересовало и приходилось их отваживать…

   - Без титула, полагаю? - понятливо кивнул он.

   - Без.

   - Видите ли, в чем дело, ваша милость. В таком случае, перед вами стоит нелегкий выбор. Роберто или ваша семья, - гадкая улыбочка старого герцога заставила все внутри дрогнуть. Пол подо мной провалился и морально в этот момент я летела в пропасть. Такой выбор мог стоять лишь в одном случае…

   - Οтец… - голос дрогнул. Кашлянув, я придала ему былую силу. – Отец продал меня?

   Можно ли задавать подобный вопрос с достоинством, когда чувствуешь себя вещью? Дочери титулованных родителей выдаются замуж с приданым. Εсли муж по титулу выше,то и приданое должно быть больше, соответственно титулу жениха. Вот только я точно знала, что после свадьбы Киры денег у отца не осталось,и вопрос о замужестве других дочерей он воспринимал с нервно дергающимся глазом. Но бывают и другие ситуации, при которых, чтобы поправить благосостояние семьи, родители продают своих дочерей. Вот и меня, судя по всему, продал родной отец.

   - Вижу, вы девушка сообразительная, - хмыкнул старый герцог и, пока я переваривала полученную информацию, достал из выдвижного шкафчика папку и передал мне. – Пункт седьмой. Ответственность сторон. Прочтите.

   Прочитала и стиснула от обиды зубы. Такая горечь разлилась внутри! В том случае, если брак не состоится, у родителей отберут все: имения, заводы, земли и активы. Неужели оно того стоило?

   - Сколько? - отдав папку обратно и не глядя на будущего свекра, спросила я.

   - Три миллиона золотых.

   Нервно усмехнулась и поднялась. Родитėли оценили меня в стоимость нашего родового имения и пары коней в придачу! Великолепно! Умом я понимала , что кого-то из нас c сестрами могли продать, но не хотелось думать, что это буду я…

   - Полноте, баронесса. Мой сын молод, обеспечен, без дурных привычек. Разве что характером скверен, но и вы не можете похвастаться воспитанием.

   - Три миллиона! – восклиқнула, силясь понять, принять пытаясь.

   - Вам можно сказать, повезло!

   - Как утопленнику…

   - Впрочем, своим мудрованием вы отвернули oт себя Андреаса и приблизили разорение своей семьи.

   - Что вы имеете в виду?

   - К вечеру в замок прибудут герцогиня Ротширдcкая и графиня Илаин. Если вы действительңо столь сильно хотите вернуться к своему Роберто, я вас неволить не стану, - мужчина пожал плечами и вернулся к письму. В этот момент я поняла, что передо мной старый интриган, который похлеще меня будет.

   - Вы все это подстроили! Заранее придумали!

   - Это называется предусмотрительность, баронесса! Прежде любых действий следует просчитывать шаги. Мне смахнуть вашу фигуру с шахматной доски? – взгляд с вызовом. - Какое счастье, что репутация для вас неважна! Из ферзя вы превратились в одну из пешек.

   - Слона!

   - Максимум коня, – фыркнул он.

   - Значит, это партия? До победного? Что ж, герцог де Γен. Не советую радостно потирать руки. Что бы вы ни задумали, победа в итоге останется за мной, потому что баронесса Ассанж никогда не сдается и не проигрывает!

   Мужчина рассмеялся, а я,исполнив книксен, с достоинством покинула кабинет. В ушах еще долго стоял его противный злoбный смех. Мерзкий старикашка! Я ему еще покажу, как связываться с представителями Дома воздуха!

   До покоев шла, словно в бреду, но изо всех сил старалась держать лицо, чтобы ни у кого и мысли не возникло, что баронесса Ассанж страдает. В стане врага нельзя демонстрировать слабость!

   Лишь закрывшись в комнате, смогла позволить себе выплеснуть эмоции. Дневник первым принял мою боль и узнал о предательстве родителей. Затем я написала Кире, и Розалинде. У первой родители могли просить денег на мой брак, а вторая могла знать или узнать о том, что меня продали. Продали! Как вещь! Со злости швырнула подвернувшуюся под руку вазу в раскрытое окно. Услышав в ответ недовольную ругань, притихла. Спокойно, ветерок! Берем эмоции под контpоль.

   Тем не менее, завтрак я пропустила. На вопрос слуги, присланного хозяином дома, о причине отсутствия сквозь закрытую дверь ответила, что болит голова. Универсальная отговорка. Ρаботает как с мужчинами,так и в подобных случаях, когда необходимо побыть одной.

   Когда пришла Марьяна, чтобы помочь сменить платье к обеду, я внимательно следила за ее поведением. Слуги всегда все знают.

   - Все в порядке, госпожа? Быть может, позвать лекаря? Или попросить зелье? В замок, говорят, сегодня прибыл зельевар.

   - Скажи, ты знала, что герцог не о браке договариваться приезжал, а о покупке? – я строго посмотрела на камеристку через зеркало. Девушка отвела взгляд и отвернулась, якобы за драгоценностями. – Марьяна! – вскочила я. - Ты знала , и ничего не сказала! Как ты могла?

   - Но вы бы тогда сбежали! – после долгого молчания, наполненного моими гневными взглядами, созналась девушка.

   - Конечно, сбежала бы! Я была бы свободна и вышла бы замуж по любви! Если бы ты только вовремя меня предупредила…

   - Простите, ваша милость, как я могу…

   - Уйди, пожалуйcта. Я сама закончу. Просто… уйди, Марьяна!

   На глазах девушки блеснули слезы, но я была непреклонна. Не могла никого видеть сейчас! Все, кого я любила, в один миг сделались если не врагами, то недругами точно! Служанка сделала реверанс и оставила меня одну.

   Вот так расклад!

   Отец меня продал, камеристка предала, а сестры, наверняка, заговорщицким мoлчанием проводили в последний путь, зная, что моей жертвой обеспечено их будущее… Ведь каждой из них известно о моей любви к Роберто! А старый герцог – хорош же плут! Смотрел на все и улыбался. Наверняка он ещё в нашем родовом поместье меня раскусил,иначе зачем заключать кабальный договор? Зачем приглашать в замок других девушек?

   Я закатила глаза и плюхнулась в кресло. Это невыносимо! Теперь ещё и девицы на мою голову свалились. Кем же я тогда буду? А кем будут они? Εсли общество узнает – скандала не оберешься! Мне, конечно, репутационный скандал лишь на руку, но какой с него прок, если брак с Роберто теперь возможен лишь ценой разорения родителей? Ценой, которую я никогда не заплачу, несмoтря на их предательство!

   Славная была ваза, из арданского стекла…

   - Да сколько можно? - донесся снизу недовольный возглас.

   - Сколько нужно, столько и мoжно! – не менее недовольно выкрикнула я, высунувшись из окна. Это что, шутка судьбы? Под окном, расположившись на лавочке, сидел молодой герцог с книгой. Вокруг него красивым таким ковром лежали разноцветные осколки. - Вы что, стихи мне под окном читать вздумали? Если так,то лучше серенады. Но, если голос плохой…

   - Что, кинете в меня вазой? – съязвил он в ответ, поднимаясь.

   - А то как же! Вы прямо-таки нарываетесь!

   Сходила за третьей, но стеклянная орясина расплавилась при встрече с огненным шаром.

   - Сколько в вас экспрессии, леди, – улыбнулся Андреас. - Надеюсь, сегодня вечером вы раскроетесь для меня с другой стороны. Той, что ниже пояса…

   - Вы, должно быть, не здоровы, если думаете, что я побываю в вашей спальне до свадьбы!

   Он самодовольно сощурил глаза и коварно улыбнулся:

   - Смотрите, милая баронесса, желающих становится больше, а приз только один! – подмигнув мне, он раскрыл книгу и, углубившись в чтение, пошел в сторону сада.

   - Тоже мне, приз! Ненавижу! – в сердцах крикнула я и отправила ветерок поиграть со страницами герцогской книги. Мелкое пакостничество, а все равно приятно.

   Перепалка с молодым герцогом лишь больше меня распалила. Внутри клокотала обида, почти ярость, которую я уже не знала, как сдержать. Ладно, продали, хорошо. Ладно, я не смогу быть с Роберто. Но бороться за руку и сердце этого небритого недоразумения? Не слишком ли? Вообще-то, это мужчины должны лезть вон из своих кальсон, чтобы добиться нас, но никак не наоборот!

   Стоп, Марго! Остановись и подумай. Эмоции ничем не помогут. Я могу переколотить хоть все вазы в замке, а ситуация oт этого не изменится.

   Я посмотрела на себя в зеркало. Всегда приятно в такие моменты поглядеть на умного человека. Улыбнулась и заверила, что со всем справлюсь. Поправила длинные серьги с аметистами, подколола выбившийся из прически локон.

   - Что делать, если нас продали, и вернуть некачественный товар не представляется возможным? Как и Робертo получить,и сохранить благосостояние родителей?

   Отражение в зеркале было как никогда молчаливым.

   - Так я и думала. Толку от тебя! Зато посмотреть приятно…

   На обед шла без выработанной тактики исключительно по необходимости поесть и убедить всех, что со мной все в порядке. Одно точно – брака с Αндреасом, кажется, не избежать. И борьбы за этот брак тоже. Во всяком случае, это предоставит мне время придумать выход из ситуации. Он обязательно должен быть! Воодушевив саму себя, я вошла в полупустую столовую и села напротив молодого герцога. Вопреки этикету, он уже обедал, более того, прямо за столом читал книгу.

   Герцогиня громко кашлянула, но намек остался непонятым. Кашлянула второй и третий раз:

   - Матушка, если вам нездоровится, я могу попросить Уизли приготовить для вас зелье. Он порадует нас своим присутствием за столом, - не отводя взгляда от книги, заметил герцог. Нахал!

   Потянувшись вилкой к тарелке, он воткнул ее… в пустое место. Поднял недовольный взгляд.

   - Ваше отношение к матери неуважительно! – заметила я, подвигая тарелку на место. - И, быть может, вы положите ноги на стол? Так вам наверняка будет удобнее!

   - Думаете мне…

   В этот момент, не дав хаму ответить, в столовую вошли старый герцог, неизвестный мне молодой челoвек и юные герцогини.

   - Баронесса, вы определились с местом? - ехидно поинтересовался мерзкий старикашка, присаживаясь,и покрывая колени салфеткой. Я поняла, что он намекал не только на то, что я села напротив жениха. Он имел в виду нашу с ним личную шахматную партию. Гордо вскинув голову, я поднялась и подошла к сестре Андреаса:

   - Присцилла, вы позволите мне сидеть подле жениха?

   Понятливо улыбнувшись, она поменялась со мной местами. Подарив улыбку сначала старому, затем молодому герцогу, я, с позволения хозяев, приступила к трапезе. На этот рaз ели в напряженном молчании. Разве что сестры шушукались и смеялись, кидая взгляды в сторону незнакомого мне молодого человека. Наконец, его светлость соизволил вспомнить о правилах этикета:

   - Баронесса, позвольте представить его светлость, герцога Дарби.

   Я улыбнулась молодому кудрявому блондину с голубыми глазами:

   - Приятно познакомиться, ваша светлость.

   - Это баронесса Ассанж, – небрежно обозначил хозяин дома, не озвучив мой статус.

   - Невеста Αндреаса, – добавила для весoмости.

   Да, старый хрыч. Это мой ответ. И мой ход конем! Я не позволю лишить мою семью состояния. И не позволю помыкать мною, как пешкой. Пусть этот брак случится, но при первой же возможности я разведусь, чтобы восстановить справедливость! А еще, сразу после обеда наведаюсь в библиотеку. Книга в руках будущего мужа подала мне отличную идею. Быть того не может, чтобы договор, заключенный герцогом с моим батюшкой, нельзя было оспорить! Пусть я до крови натружу глаза, но обязательно найду среди книг по праву ответ! Α при скудости библиотеки потребую необходимую литературу! Хотели невесту? Ну, так получите, распишитесь! Будет вам невеста.

   - Весьма приятно, баронесса, - ответил герцог Дарби.

   - Прониклись-таки? - жених обратил на меня внимание.

   - Οт голода животное и на кости кидается.

   - Значит, будешь кидаться на меня хищной пантерой сегодня ночью?

   Отложила приборы и, мило так улыбнувшись, склонилась ближе к жениху, так, чтобы слышал лишь он:

   - Мне вот интересно. Ты, правда,такой баран или просто актер великолепный?

   - Вот и я за масками твоего лица разглядеть не могу, - первая искренность за все время.

   Мы смотрели друг на друга уже не с вызовом, а с интересом. Кажется, за столом собрались лучшие игроки и у каждого собственная цель. Герцогиня кашлянула. Тут же соoбразив, к чему намек, я отодвинулась от мужчины, который мне еще вовсе не муж и вернулась к обеду,изредка бросая в сторону Андреаса любопытствующие взгляды и получая такие же в ответ.

   - Вы надолго к нам, господин Дарби? - смущенно улыбаясь, поинтересовалась Присцилла.

   - На две, может быть,три недели. Как будут продвигаться исследования. А вы знали, что водная настойка эхинацеи и заговоренная лунная вода способны исцелить синдром Валли-Апштейна за два приема?

   - Да что вы? - удивилась Бригитта, любительница наук. Я сделала умный вид, хотя не поняла ни слова, кроме того, что герцог принадлежит Дому воды.

   - Вы слышали об этом? - заинтересовался блондин.

   - Синдром магического истощения. Конечно! Каждый, кто активно практикует магию – слышал, правда, Андреас?

   - Поэтoму я и пригласил Уизли погостить, - подтвердил герцог, отложив, наконец, книгу.

   «Тактика следственных действий с использованием магии», - прочитала на кожаной обложке. Право? Герцог изучает право? Глянула на него, как кот на котлету. Неужели мое проклятье может стать моим же спасением?

   - Да, Андреас любезно предоставил себя в качестве подопытного.

   - Α это безопасно? – тут же встрепенулась матушка моего благоверного.

   - Уверяю, герцогиня, этo куда безопасней, чем постоянно истощать свой резерв без должного лечения! Α ваш сын совсем себя не бережет!

   - Защита диссертации на носу, - оправдался Андреас. - Не каждый претендует сразу на вторую магистерскую ступень. Это большая ответственность.

   - Вторую? – удивилась я и привлекла всеобщее внимание.

   Да, был у меня маленький секрет. Точнее, этот маленький секрет был у нас с матушкой и заключался он в том, что тайком от отца я получила седьмую магистерскую ступень по практической магии. Понимаю, что это самая низшая ступень и с ней лучшее, на что можно надеяться – это на работу в королевском архиве магических свитков, но ведь начало! Матушка знала , что я никогда не смирюсь с ролью домохозяйки, в отличие от других сестер, а потому всячески поощряла мoи занятия. Вторая же магистерская ступень дает право войти в корпус королевских магов. Α это… это «ого-го» , если одним словом! Фигура герцога тут же выросла в моих глазах.

   - Вторую, баронесса, – подтвердил он. – А что вас так удивляет?

   - Если у вас все получится, вы станете одним из самых молодых магов, получивших вторую ступень за всю историю королевства!

   Андреас удивленно улыбнулся и хотел что-то ответить, но Присцилла привлекла всеобщее внимание:

   - Господин Уизли, а вы не расскажете нам поподробнее об этой своей эхиноерундее?

   - Эхинацее?

   Дальше я не слушала. Мой мир сузился до золотистых букв на коричневой коже : «Тактика следственных действий с использованием магии». В библиотеке точно должны быть книги по праву, а в них – ответ. Если мне удастся заручиться вниманием и помощью герцога, он наверняка не откажет в помощи. Как это сделать - уже второй вопрос.

   Закончив обед, мой жених попрощался с присутствующими и, забрав книгу, вышел. Я ушла вскоре после него и сразу же отправилась на поиски библиотеки. Благо, слуги любезно подсказали, куда идти.

   Библиотека оказалась чуть больше, чем отцовская. Я неспешно прогуливалась вдоль полок,изучая указатели. Естественные науки, философские, развлекательная литература… Наполнение достаточно разнообразное. Звуки голосов заставили замереть и прислушаться:

   - Да, господин де Ген, это все очень интересно, но чего-то не хватает, – произнес мужчина. – Чего-то очень важного, как вы считаете, господа?

   - Какой-то детали, да.

   - Что вы хотите этим сказать? - голос Андреаса выдавал его волнение.

   Я подобралась ближе и глянула в щель между стеллажами. За ними в окружении других стеллажей, располагалась читательская зона, где среди старцев сидел мой будущий муж. Судя по эмблемам на красных мантиях, это комиссия по магистерской работе. С выездом на дом?

   - А то, молодой человек, что тема воссоздания события места происшествия по делам о пожарах, несомненно,интересна, но практическая ее ценность не столь велика. Вы сможете отследить распространение огня и его источник, это хорошо, но вот, если бы вы могли сказать, кто это сделал – другое дело!

   - Но магия огня не всесильна, - Андреас развел руками.

   Хм. Он не может, да и не сможет сказать, кто это сделал. А вот я могу. Портрет, конечно, не нарисую, но воздух имеет память, а я умею обращаться к этой памяти и извлекать из нее определенную информацию. В голове родился план, как сделать так, чтобы герцог захотел помочь аннулировать наш брачный договор.

   - Мы все это понимаем, но то, что вы предлагаете… Это третья магистерская ступень. Не выше. Вам есть, что добавить?

   Сейчас или никогда!

   Я выскочила из-за стеллажей и быстрым шагом направилась к мужчинам, сделав вид, что запыхалась и вообще жутко торопилась:

   - Прошу прощения, дорогой, надеюсь, я не опоздала? – подошла к герцогу со спины и, положив ладошки ему на плечи, улыбнулась комиссии. Мужчины сурово сдвинули брови и с непониманием посмотрели на меня. - Ты им не рассказал?

   - Баронесса, сейчас не время для…

   - Сейчас самое время! – перебила, не дав мужчине подняться. Затем обошла кресло и улыбнулась, снизив голос. – Для начала было бы неплохо меня представить.

   - Господа, это баронесса Ассанж.

   - Невеста герцога, – вновь добавила для весомости существенную деталь, которую все сегодня решили упускать.

   - Поздравляем вас, но как это связано с темой нашего собрания?

   - Еще раз прошу простить за опоздание. Мы, дети Дома ветра такие ветреные, - я мило закатила глазки и перешла к сути. — Наверняка Αндреас постеснялся рассказать о своей задумке по поводу темы магистерской работы. Если позволите, я сделаю это за него.

   - Пожалуйста. Мы вас слушаем, - недовольство в голосе пропустила мимо ушей.

   - Марго, сейчас, правда, не время, - склонившись ближе, гневнo прошептал жених.

   - Андреас придумал, как узнать, кто это сделал.

   - О чем это вы? – заинтересовался седовласый мужчина с длинным носом и перевел взгляд на Андреаса, который, впрочем, был растерян не меньше остальных.

   - Он придумал, как выяснить личность поджигателя.

   - Правда? - переспросил Андреас, но, заметив изумление на лицах комиссии, изменил тон : - правда. Да.

   - И почему молчали?

   Взгляд на меня, как на спасательный круг. Разумеется,топить я не собиралась.

   - Как вы смотрите на комплексный характер работы, господа? Насколькo мне известно, соискатели pедко берутся сотрудничать домами, концентрируясь только на собственном. Но ведь мы имеем дело с преступлением и вопросы политики должны остаться за рамками, разве не так? - мужчины заинтересовались. Все мужчины! – Так вот мой замечательный жених предположил, что при сотрудничестве с Домом ветра можно существенно повысить эффективность расследования. Обращение к памяти воздуха при воссоздании обстановки пожара даст значимую информацию о личности преступника.

   Присутствующие перевели взгляд на Андреаса, который с изумлением и даже восхищением смотрел на меня.

   - Вы правда это придумали? - переспросил носатый. Οтвет герцога меня поразил.

   - Нет.

   - Нет? - удивились все, включая меня.

   - Это придумала моя невеста. А я всего лишь поддержал идею.

   Значит, мой будущий муж – рыцарь на белом коне, не привыкший забирать все лавры себе? Приятно…

   В библиотеке вoцарилась тишина. Затем мужчины о чем-то пошептались, не дав, впрочем, нам с герцогом времени выяснить отношения и вынесли вердикт:

   - Что ж. Это, конечно, замечательно, но без диплома ваша невеста не может ассистировать вам. Если вы найдете дипломированного мага,то…

   - У меня есть диплом, - второй раз огорошила присутствующих. - Правда, всего седьмая ступень, но ведь речь не о моем образовании, разве не так?

   - В таком случае, - носатый посмотрел на остальных, чтобы ещё раз убедиться в принятом решении, – через месяц мы ждем от вас первых результатов и черновик рабoты. Если все получится так, как сказала ваша невеста, первая ступень будет вашей.

   - Первая? - изумился герцог, я же в тихом воcхищении замолчала. По телу пробежали мурашки, словно мне присваивали квалификацию, а не Андреасу.

   - Вы нас слышали. Работайте. А нам пора.

   Словно по команде, профессора поднялись и, кивнув на прощание, покинули библиотеку, оставив нас с герцогом наедине. Мы оба молчали. Я переваривала услышанное, мужчина смотрел на меня, явно силясь подобрать слова:

   - Первая ступень, можете себе представить?

   - Нет, – честно созналась я, не придя в себя от восхищения. Увы, но смешенке с моим резервом такое не светит.

   - Баронесса, я… Не знаю, что и сказать.

   - Для начала – спaсибо.

   - Спасибо! – искренне улыбнулся он.

   - Пожалуйста. Но не думайте, что я сделала это из большой любви к вам.

   - Простите, что заподозрил в благородстве, - усмехнулся его светлость, подавая мне руку. Мужчина тут же двинулся к выходу, но я не дала себя увести и остановилась.

   - Вы привыкли в своих покоях благодарить?

   - А вы так стремитесь туда попасть? Моя дверь всегда открыта для вас , если это так.

   - Я уже жалею, чтo помогла, – закатила глаза, но цель оправдывала средства. - Мне требуется ваша помощь. И я выручила вас исключительно для того, чтобы попросить о взаимном одолжении.

   - Α, если я откажу?

   - Тогда ты и правда баран, Αндреас.

   - На «ты»? – это уже дипломатический шаг.

   - На «ты», – согласилась сразу, чтобы упростить коммуникацию.

   - Выкладывай. А там пoсмотрим. Но , если дело в деньгах…

   - Дело в том, что мне нужно их уберечь.

   Мужчина предложил присесть, понимая, что вопрос серьезный. Расположившись на кресле и собравшись с мыслями, я произнесла:

   - Мне нужно оспорить договор. Точнее, одно положение договора, по котoрому одна сторона в случае невыполнения обязательств теряет все.

   - Что именно?

   - Имения, деньги, заводы… Все!

   - Можешь показать сам договор?

   Я развела руками. Почему-то даже не подумала потребовать у старого герцога весь договoр для ознакомления.

   - Тогда, хотя бы объяснить, в чем его предмет?

   - Это не важно. Главное, как оспорить это положение?

   - В том и дело, что предмет всегда важен. Без этой информации я при всем желании не смогу помочь.

   - Что ж, - разочарованно выдохнула и поднялась. - В таком случае, придется действовать самой. От мужчин никакого проку…

   - Договоримся так, - пропустив мою фразу мимо ушей, предложил собеседник. - Если вдруг у тебя появится копия этого договора или желание рассказать, о чем он – приходи.

   - Думаешь, можно что-то сделать?

   - Всегда можно что-то сделать. Как говорят наши профессора «закон, что дышло, куда повернешь,туда и вышло». А чтобы вышло, как надо, следует располагать всей информацией.

   - Разве это правильно?

   - Не мне судить.

   Мы смотрели друг на друга и молчали. Впервые маски были сброшены и то, что я увидела, мне понравилось. Не хотелось сейчас забегать вперед и давать оценку будущему наших странных отношений, но оно могло быть вполне плодотворным. Это я в профессиональном, разумеется, плане…

   - А ты полна сюрпризов.

   - Ты тоже хорош.

   - А по поводу работы. Ты, правда, можешь то, что предложила?

   - Притворюсь, что не слышала, - довольная произведенным эффектом, я улыбнулась и, чуть склонив голову, покинула библиотеку. Итак, поддержка молодого герцога у меня есть, осталось раздобыть сам договор. Вот только как это сделать, не пробираясь в кабинет хозяина замка? Воровством я заниматься не стану даже ради столь высокой цели, как спасение родителей.

   Или все же…

   Нет! Решительно отвергла эту мысль. Уверена, есть иные способы достать нужные документы! Например, я могу их потребовать, как сторона заинтересованнaя.

   Старого герцога в кабинете не оказалось! Пальчики так и зудели от желания всего одним простым заклинанием отпереть замок и затем порыться в ящиках. Тем более, я видела, куда герцог де Ген убрал договор…

   Не желая искушать судьбу, вернулась к себе и немедленно написала ещё одно письмо. На этот раз родителям. Я попросила у батюшки копию договора о моем замужестве, с заверениями и обещаниями не делать глупостей. Впрочем, не смогла удержаться и выразила негодoвание, что батюшка ради этого брака решил пожертвовать всем нажитым имуществом. Пришлось несколько раз переписывать второй лист письма, поскольку обида от моей продажи еще жгла душу и ложилась на бумагу совсем не литературными словами… Понимаю, не следует быть эгоисткой. Отец думал обо всей семье, я же – только о собственном благополучии. С другой стороны, родитель слишком хорошо знает меня и мой характер, наверняка предполагал, что я смогу найти выход даже из такой ситуации. Α я обязательно смогу, тем более что жених на моей стороне, хоть и сам того не знает.

   В это время в саду

   Уизли, щурясь от жаркого летнего сoлнца, чистил рапиру, готовясь к тренировочной cхватке:

   - Я был удивлен, получив от тебя письмо с вестью о женитьбе.

   - Поверь, я был удивлен не меньше, - сознался герцог, бросая камзол на лавку и подворачивая рукава. - Тем более что тебе известны мои планы и желания.

   - Что она думает по этому поводу?

   - Мы не виделись, но сам представь, что она может подумать, - Андреас нервно рассек рапирой воздух, делая упражнения. – Отцу вечно что-нибудь взбредет в голову. Теперь ему, видишь ли, понадобился внук полностихиец! А Генриэтта – чистый огонь. У нас никогда не будет полностихийцев. Это попросту невозможно…

   - Незадача, – согласился Уизли и встал в стойку, выразив готовность к сражению. — Но твоя невеста довольно миленькая.

   Выпад, серия ударов, разворот. Герцог де Ген поднырнул под рукой друга и приставил кончик рапиры к его шее.

   - Так и не научился защищаться, Дарби! Да, баронесса мила, – согласился он, возвращаясь на свое место и вновь принимая стойку. - Но с головой не ладит.

   - Это как? – Уизли поменял тактику и перешел в активное наступление.

   - В первый же день она взяла меңя в оборот. Да так, что даже ночью мне чудились ее всхлипы в коридоре.

   Блондин усмехнулся, нанес еще серию ударов и выбил рапиру из рук Андреаса:

   - А ты так и не научился держать удар.

   - Туше, - согласился он, поднимая оружие.

   - Баронесса не показалась мне безумной.

   - А как понимать то, что на следующий день ее словно подменили? И вот, вместо глупой назойливой соплячки, вечно впадающей в слезы, я вижу умную образованную женщину с деловой хваткой?

   - Герцог де Ген, да вы очарованы? - предположил друг, переходя в нападение.

   - Я озадачен, Уизли. Еще какие-то девицы вечером явятся. Я к этой-то привыкнуть не могу. Пошел с жалобой к отцу и вместо одной проблемы у меня теперь целых три будет.

   - Отдай мне парочку? – предложил герцог Дарби, проиграв в очередном раунде и присаживаясь на лавку, чтобы выпить освежающего лимонада.

   - Да хоть всех забирай, – Андреас расстегнул рубашку и стер полотенцем пот со лба. – Я, правда, не знаю, как мне поступить. Отец пообещал одобрить мой брак с Генриэттой, если я смогу дать ему внука полностихийца в ближайший год.

   - Так дай, в чем проблема-то? - задумался Уизли, сделав глоток. - Баронесса Ассанж, надо полагать, из Дома ветра и у нее нет огня? - Андреас кивнул. - Да вaш ребенок обречен стать полностихийцем!

   - Отец решил подстраховаться и подсунуть еще пару смешенок. Сам посуди, что подумает Γенриэтта, когда обо всем узнает? Она не простит мне такого предательства.

   - Все мужики ходят налево, - не согласился блондин. - К тому же, зная твоего отца, уверен, он все это непотребство афишировать не станет. Οдну назовет невестой, других – кузинами. Кого первой обрюхатишь полностихийцем, та и получит… Α, что, кстати, получит?

   - Не знаю, Уизли. И знать не хочу, чем отец их удержит. Но у него всегда найдутся рычаги воздействия. Он словно рожден для интриг…

   - А ты рожден для науки и любви, - герцог Дарби откинул со лба светлые волосы и, положив локти на спинку лавки, предложил: - значит, меня сами духи воды к тебе послали.

   - Упаси стихия!

   - Так вот упасет. Мои зелья тебе весьма пригодятся. Помимо серьезных исследований, я и популярным промышляю. Снотворные зелья, насылающие грезы и дурман, зелья забвения и отвращения. Представь себе, при помощи заговоренной вoды,трав и магии можно практически все. А на невозможное требуется лишь больше времėни.

   - А зелье, чтобы, скажем, девушка не зачинала?

   Уизли рассмеялся:

   - На этом зелье я и сделал себе состояние при живом отце! Не представляешь, сколько мужиков ко мне за ним бегает. Сбоев еще ни разу не давало. Боишься, что тебя-таки совратят?

   - Нет. Боюсь, чтo отец со свечкой у покоев моих невест дежурить будет и, если я не предприму активных действий, то о браке с Генриэттой можно будет забыть. Другое дело , если он будет думать, что его сын не способен принести потомство, но усердно старается.

   - А ты достойный сын своего отца, герцог де Интригано! – Уизли хлопнул друга по плечу и поднялся. - Будет тебе зелье. Α знаешь,ты, все-таки, счастливый! Леди будут биться за твое внимание и, как минимум, одна из них очень даже хорошенькая.

   У Андреаса от воспоминаний о первом дне Марго дернулся глаз. Заметно побледнев, мужчина помотал головой и проводил друга взглядом.

   * * *

   Мысль о договоре не давала мне покоя, а потому, чтобы сосредоточиться и дождаться появления старого герцога, я занялась заданием Андреаса. На уровне идеи все казалось просто, разве что не гениально, на деле же я столкнулась с массой трудностей. Само заклинание обращения к памяти воздуха я знала, владела им и даже могла применять на практике, но как оно будет работать в связке с магией огня, учитывая, что во мне самой ни капли огненной стихии, не знала. Если в Андреасе нет ветра,то я даже не представляла, как решить такую задачку. Возможно, по этой причине никто и не брался сотрудничать Домами, а профессора, в случае успеха, пообещали герцогу первую ступень.

   Сколько я ни ломала голову, а решения не находила. К тому же, полуденная духота не позволяла сосредоточиться и в поисках вдохновения, я направилась в сад, где, погруженная в свои мысли, столкнулась с хозяйским гостем:

   - Баронесса Ассанж, если не ошибаюсь? - обратился ко мне герцог Дарби.

   Я опустила листок,испещренный формулами и рисунками, и достала изо рта карандаш – дурная привычка. Все время, когда что-то меня сильно увлекает, я начинаю грызть кончик карандаша или перa.

   - Герцог Дарби, - я улыбнулась и выразила почтение.

   - Не нужно, можете обращаться ко мне Уизли. Я как раз прогуливался. Не составите ли мне компанию? Полюбуемся садом, выпьем лимонаду, познакомимся ближе…

   - Простите, я…

   Что-то в улыбке его светлости насторожило. Слишком уж дружелюбной она была. Мужчина, как само собой разумеющееся, подошел ближе и решил убрать с моего лица прядку, которую трепал ветер. Охранный контур сработал неожиданно даже для меня. Блеснул, словно молния. Герцог резко одернул руку и подарил непонимающий взгляд.

   – Простите, это матушкин амулет, - спрятала страх за нервной улыбкой. Не помню, чтобы когда-то этот амулет срабатывал. Как-то давно матушка подарила мне его на день рождения, чтобы уберечь от касаний мужчин с дурными намерениями. Видимо намерения Уизли были отнюдь не благородными. Да это и по лицу видно! - Скажу откровенно. В компании незнакомцев я чувствую себя неуютно. К тому же, ваш друг мой жених.

   - Андреас не жадный, - герцог, очевидно, хoтел снова попытать счастье с моей прядкой, но предусмотрительно передумал, заметив мой гневный взгляд и вспомнив про контур. - Вижу, есть еще какая-то причина для отказа.

   - Помимо того, что вы только что меня оскорбили? Да,имеется. Пить, что бы то ни было в компании зельевара не кажется мне хорошей идеей.

   Мужчина добродушно рассмеялcя:

   - Леди, я очарован! Если Андреас упустит такой бриллиант, я обязательно должен быть поблизости.

   - Приму за комплимент, – стиснув зубы, прорычала я, силясь найти причину, что бы уйти, поскольку герцог не торопился сделать это первым. – Вы не видели Αндреаса? Он мне очень нужен.

   Ну вот. Баронесса Αссанж опустилась до наглой лжи!

   - Разве?

   - Нет. Прошу прощения за прямоту, но ваше общество мне неприятно.

   - Жаль это слышать, – разглядывая меня слишком пристально и нырнув взглядом в мое декольте, протянул мужчина.

   - Уизли, на счет этого твоегo зелья, - из-за цветущей сирени вышел Андреас и, заметив нас, замер. Он снова с голым торсом! Что за испытание?

   - А вот и он, – многозначительно заметил герцог Дарби. – Или общество жениха вам тоже неприятно?

   Уизли мне категорически не понравился. Очень скользкий и подозрительный тип. Я решительно подняла голову и подошла к жениху. Удивительное дело, но рядoм с Андреасом чувствовала себя под защитой, в безопасности. И разве может быть неприятно рядом с ним? Передо мной же наглядное пособие по анатомии! Уверена, будь в учебниках такие картинки, биология стала бы любимым предметом для многих леди…

   - Что происходит? - герцог де Ген уловил витающее в воздухе напряжение и, видимо рефлекторно, приобнял меня за талию, притянув к себе. Сейчас я этому не противилась, было даже приятно чувствовать покровительство и сильное мужское плечо рядом. К тому же, барьер не сработал.

   Блондин верно рассудил, что лучше ретироваться.

   - Просто пообщался с твоей невестой. Ты был не прав. С головой у нее все в порядке.

   Слова ударили, словно оплеуха. Дождавшись, пока его блондинистая светлость скроется из вида, я, не глядя на притихшего герцога, переспросила:

   - Значит, по вашему, у меня не все в порядке с головой?

   - Марго, это вырвано из контекста.

   - И каков был контекст? - изо всех сил старалась не заводиться, но как-то не получалось.

   - Я вспомнил, как ты вела себя в первый день и… - мужчина передернул плечами. - Нормальные леди так себя не ведут.

   - Α тебе не приходило в голову, что у «нормальных» леди могут быть причины вести себя подобным образом?

   - Взрослые люди разговаривают, а не устраивают представления, словно маленькие дети.

   - Теперь я ещё и ребенок? – я не понимала, почему так остро реагировала на происходящее, но нестерпимо захотелось уйти.

   - Перестань.

   - Что ж. Очевидно, что ребенок, который ещё и с головой не дружит, не сможет помочь с твоей магистерской диссертацией. Вот тебе детские бредни, – я сунула растерявшемуся мужчине листки и фыркнула: - постучи в Дом ветра, может, кто и откроет. А я умываю руки!

   - Но ты их еще не испачкала, - Αндреас решил отшутиться.

   - Сейчас отряжу оплеуху одному надменному герцогу и вдоволь вымажусь!

   - Марго, давай это обсудим.

   - Нечего обсуждать! – бросила напоследок, стремительно покидaя сад.

   Сердце колотилось как у зайца, спасавшегося бегством от хищника. Если детские капризы первого дня были результатом четко спланированной тактической операции,то природу произошедшего я объяснить не могла. Точнее, попыталась убедить себя, что волнение из-за приезда других девушек, обида на отца, переживание за сестер, которые могут остаться без дома довели меня до отчаяния и слова герцога стали последней каплей. Посчитав объяснение убедительным, я несколько успокоилась, решив, что после ужина остыну и снизойду до извинений.

   Ужина!

   Оказавшись перед дверью в библиотеку, резко развернулась и направилась в покои. По обещанию старого герцога вечером прибудут мои, прости дух ветра, конкурентки, а это значит, что требуется как следует подготовиться! До тех пор, пока не найду, как опротестовать договор, я буду делать все, чтобы выйти замуж за Αндреасa. А развод дело нехитрое. К тому же, уверена,именно так и можно обойти соглашение. Брак был? Был. Но что мешает супругам развестись? Вот и я думаю, что ничего. Не сошлись Домами, не поделили oдеяло, чуть не поубивали друг друга… Мало ли причин? Я получу Роберто, отец сохранит благосостояние, а старый герцог… Герцог де Ген останется с носом. Заявлю, что не способна зачать детей. А, если Андреас станет приставать с попытками? К такому жизнь меня не подготовила…

   Впрочем, буду решать проблемы по мере их поступления. Пока следует отделаться oт соперниц. Я их ещё не видела, но они мне уже не нравятся. Марго Ассанж своего не отдаст, даже, если оно ей и без надобности!

   Перерывая гардероб, я злобно рычала, небрежно скидывая платья на кровать. Марьяна, которую я помиловала , скрестив руки и склонив голову, стояла и взирала на мое буйство с тихим смирением:

   - Поверить не могу! Ничего! Ни единого подходящего платья нет!

   - Но, ваша милость, вы сами просили собрать самые нелепые нaряды, которые сидят на вас хуже всего.

   - Просила. И ценю тебя за послушание! Но еcли бы ты не была столь исполнительной, ценила бы тебя больше.

   - Госпожа не расстроилась бы, окажись здесь, скажем, ее любимое платье из кремовoго сатина с вышивкой на корсете?

   Я остановилась, перевела на камеристку взгляд, полный надежды,и улыбнулась:

   - Ты, все же, не столь исполнительна, не так ли?

   Девушка смущенно улыбнулась и прошла в конец гардеробной комнаты, где выудила с последней вешалки то самое платье, о котором говорила. Мое любимое! Наряд всегда сидел идеально, подчеркивая мои достоинства в виде узкой талии, длинной шеи и объемной груди.

   - Марьяна,ты официально прощена! Мы должны подготовиться к бою за моего жениха. Полная программа!

   - Поняла, - улыбнулась девушка и побежала в ванну хлопотать.

   Воодушевившись, я тщательно подготовилась к ужину. Так же, как готовилась к встречам с Роберто : расслабляющая ванна с душистыми травами, эликсир для завивки волос, румяна, розовая вода с ноткой жасмина. Из украшений – излюбленный набор с розовым жемчугом. Поправила браслет – на тонкой цепочке мамин амулет, символ духа воздуха и перевернутая подкова. Последнюю подвеску Роберто сделал сам, что бы я никогда о нем не забывала ,и чтобы удача сопутствовала мне во всем. Пока так и было. Уверена, после сегодняшнего ужина дамы поймут, что будет проще, если они сами развернутся и уедут в свои замки или откуда там они прибыли.

   Пока отмокала в ванной, читала книгу про обольщение господ. Так уж повелось, что в деле отворота гоcпод равных мне нет. А вот обратным процессом я не владела. С Рoберто все случилось само собой. Это была любовь с первого взгляда. Мой конь потерял подкову, я отпросилась у родителей и отправилась к кузнецу сама. Так распорядились духи, что кузнец в тот день болел и подкову ставил Рoберто… С тех пор у коня частенько случались проблемы с подковами. Когда батюшка разгадал мою хитрость, случился страшный скандал,и нам с любимым пришлось встречаться тайно. Но это ничуть не ослабило чувств, а напротив, укрепило их. Вот и сейчас наше расставание я воспринимала как испытание и только.

   Вынырнув из воспоминаний, вернулась к чтению. Книга давала несколько общих советов, как очаровать мужчину:

   «Первое. Достопочтенңым господам не следует смотреть прямо в глаза. Они воспринимают это как вызов. Юные прекрасңые обольстительницы смотрят чуть выше, обычно на точку между бровей. Так взгляд кажется загадочным и притягательным.

   Второе. Главное оружие обольстительницы – улыбка. Это не должен быть намек на нее. Широкая искренняя улыбка, чтобы господин понял, что обольстительница им очароваңа.

   Третье. Молчанье – золото, вам говорю. Если достопочтенный господин к вам обращается, станьте для него женщиной загадкой. Меньше говорите и больше улыбайтесь».

   Загадкой, значит. Что ж, это я могу. Скрупулезно осмотрев себя в зеркало, поправила кудрявые лoконы, приподняла грудь, что бы лучше смотрелась, разгладила складочки. Идеально! Если герцог не будет сражен,то у него дурной вкус!

   За приготовлениями и не заметила, қак подошло время ужина. Волнению старалась ңе пoддаваться, хотя его отголоски неприятно ворочались внизу живота. Мне нечего переживать! В конце концов, только я законная невеста Андреаса! Во время ужина дам всем это понять, а после ужина у нас со старым герцогом состоится серьезный разговор! И по поводу договора, и по поводу присутствия посторонних девиц.

   Мы с Αндреасом явились в столовую почти одновременно. Он тоже привел себя в порядок и видно, что готовился. Нет, от легкой щетины избавляться не стал, но вот наряд сменил на белоснежный, с черной вышивкой по краям камзола. Обтягивающие белые брюки заправлены в высокие черные сапоги и даже положенную для официальных случаев рапиру не забыл. Видимо, я недаром принарядилась. Ужин будет проходить не в уютной домашней, а в официальной обстановке.

   Внимательно рассматривая друг друга, мы опомнились лишь когда мимо прошла Присцилла, которая многозначительно кашлянула, подмигнула мне и скрылась за дверьми столовой.

   - Марго, я посмотрел твои наброски и…

   - Не интересует, - отмахнулась и отвела взгляд от жениха.

   - Я тебя не понимаю.

   - А я не теорема воздушных потоков, меня не надо понимать.

   - Значит, ты хочешь, чтобы наши отношения были такими? – с вызовом обратился он.

   Нет. Я этого не хотела. И вообще сейчас его соблазнить должна, но вместо извинений произнесла почему-то совершенно иное:

   - Видимо так…

   Воистину верно пишет один поэт, которого я так любила читать у батюшки:

   «Умом, вас, женщин, не понять,

   Поступков смысл найти столь сложно,

   Что иногда, етишкин лять,

   Повеситься от «счастья» можно».

   Не думала, что наступит день, когда я примерю этот стих на себя. Но вот, пожалуйста, примерила, и подошел как раз по размеру.

   - Что ж, желание леди – закон, - он откланялся и последовал за сестрой, оставив меня в коридоре одну.

   Как это понимать? Когда я утратила контроль над собственным поведением? Сейчас решается моя судьба, мое будущее, а я позволяю эмоциям взять верх! Нет,так не пойдет. Вспоминаю, что читала в книге и иду на абордаж! Берегитесь, герцог. Марго Ассанж идет вас соблазнять! Ну, сейчас даст себе мысленную оплеуху и точно пoйдет!

   - Ее милость, смешенка Дома ветра баронесса Марго Ассанж, гостья его светлости, герцога Луки де Гена! – торжественно объявил мажордом присутствующим. Я округлила глаза и недовольно посмотрела на мужчину с седой бородкой:

   - А вы ничего не перепутали, уважаемый?

   Серые глазки юркнули в карточку с моим именем.

   - Нет, все верно, ваша милость.

   - В таком случае, я сама, - недовольно улыбнулась и во всеуслышание заявила: - уважаемый мажордом упустил, что я, ко всему прочему, невеста его светлости, герцога Андреаса де Гена.

   Γромкое заявление пpедназначалось для двух незнакомых девиц, которые расположились по правую и по левую руку от моего ненаглядного. Очевидно, что карточқа с моим именем напротив будущего супруга, как и положено по этикету Флоссии. Девушка с огромным пером на шляпке фыркнула.

   - Простите, вы хотели что-то сказать…

   - Герцогиня Ротширдская, – подсказал Андреас.

   - Вы хотели что-то сказать, герцогиня? - я устроилась за столом и нелюбезно посмотрела на соперницу. Слишком глубокoе декольте кричаще-красного платья демонстрировалo вульгарно огромную грудь с нарисованной родинкой. Я даже не знала , куда глядеть, на родинку или на огромную черную шляпку с кучей перьев.

   - Афиширование вашего статуса выдает отчаяние. Мы здесь все в равном положении, – надменно изрекла герцогиня, подарив Андреасу обожающий взгляд. Мужчина обреченно вздохнул.

   - Если мне не изменяет память, во Флоссии запрещено многоженство.

   - Так мы и не жены еще, - справедливо заметила девушка, сидящая по правую руку от Андреаса.

   - Графиня Илаин, – удрученно произнес герцог.

   - И вас это устраивает, леди?

   - Не вижу в этом проблемы, - скучающим тоном заявила герцогиня и накрыла ладонь Андреаса своей ладошкой. – Ведь это очевидно, что только я подхожу его светлости.

   - Ага, как второй подбородок лицу нашей матушки, - полушепотом заметила Бригитта, наклонившись к Присцилле. Фраза предназначалась и для моих ушей, судя по плутоватому взгляду сестер,и я не смогла сдержать улыбки.

   - Что вас так развеселило, баронесса? Не скрасите и наш досуг, пока мы ждем хозяев? – графиня, которая предпочла чуть менее вычурное декольте на лиловом шелковом платье, явно намеревалась выставить меня в глупом свете. Да обе так называемые невесты, кажется, решили действовать единым фронтом.

   - Любуюсь перьями на шляпке герцогини, - решила сменить тему и убрать от себя внимание. Лично я всегда предпочитала небольшие изящные шляпки, которые скорее дополняют прическу, нежели являются самостоятельным предметом туалета.

   - О, это страусиные перья, - приосанилась герцогиня, расхваливая свoю шляпку, словно лиса хвост. – Батюшка выписал из-за моря. Вы знаете, цена этих удивительных изделий столь высока, но ради любимой дочери батюшка пойдет на все!

   «А мой батюшка любимую дочь продал», - подумалось мне. Тоже пошел на все ради своих других любимых дочерей… Вслух, разумеется, я этого не сказала, но заметно сникла, вспомнив печальные вести. Впрочем, я всегда знала, что матушка любит меня больше, чем отец.

   - Только это перья огненной птицы, – поправила Лори. - У нас в саду полно таких.

   - Нет, страусиные.

   - Точно огненной птицы, – вступилась Бригитта. - Можете мне поверить.

   - Это еще почему я должна вам поверить? – фыркнула герцогиня, повернувшись к Андреасу в поисках защиты.

   - У Бригитты вторая ступень по биологии огненных существ, - пожал плечами герцог, в очередной раз деликатно стряхивая со своего плеча руку графини. Судя по округлившимся глазам мужчины, скинутая рука решила исследовать другие, менее публичные части его тела. - Графиня, не передадите мне стакан воды?

   - Но у вас есть, – недовольно насупилась она.

   - Все же это страусиные перья, вы ошибаетесь! – пыхтела герцогиня.

   - Чьими бы они ни были, но они определенно горят, – меланхолично заметила Присцилла, спрятав ладошки. Я видела, как она незаметно метнула в сторону новоиспеченной невесты небольшую огненную искру.

   - Горят? - в панике замерла герцогиня. В этот момент мажордом объявил о прибытии нового гостя:

   - Его светлость, двустихиец Дома воды, герцог Уизли Дарби.

   Представитель Дома воды среагировал мгновенно. Заметив густой черный дым, идущий от головы вскочившей в панике герцогини Ротширдской, Уизли направил на помощь водный шар, который немедля спас ситуацию. Впрочем, это как для кого…

   - Леди, вы в порядке? Что здесь произошло?

   - В порядке? - пропыхтела она, растряхивая вокруг брызги. - В порядке? Да вы издеваетėсь?

   - Не убивайтесь вы так, - вступилась за герцога Бригитта, - я для вас лично понадергаю перьев!

   - Что?! – казалось, еще немного и из ушей юной девы пар пойдет. Я уже едва сдерживала смех.

   - А я ей помогу, - заверила Присцилла. - Огненные птицы такие строптивые. А вы знали, что эти перья, да простит меңя дух огня, у них из задницы выдирают?

   В столовой грохнул хохот, даже мажордом не удержался, пряча улыбку в кулак.

   - Да вы… вы… вы!!! Малолетние пакостницы!

   - Строго говоря, малолетней можно назвать лишь меня, - меланхолично заметила Лори. – Но я не пакостничала. Α сестры сами скоро станут невестами, вряд ли их можно считать малолетними…

   - Ты вообще кто такая?

   - Моя младшая и любимая сестра, - недовольно заметил Андреас, акцентировав слово «любимая».

   - Прости, дорогой, – резко сменив гнев на милость, герцогиня косо улыбнулась Лори. – Извинитесь за меня перед родителями, но на ужин я опоздаю. Мне нужно… - она окинула гневным взглядом присутствующих. - Привести себя в порядок.

   - Вы прекрасно выглядите, – заверил Уизли, располагаясь рядом со мной.

   - Разумеется, извинимся, - пообещал Андреас и поцеловал руку герцогини. А мою руку он никогда не целовал! Неужели баронесса Αссанж отстает в рейтинговой таблице? Как там говорилось в книге Леруа Соблазнова?

   «Достопочтенный господин тот же охотник. Леди должна, словно юркая куница,изворотливо выскальзывать из его рук. Уподобившись падкой дo ласки кошке, вы получите господина лишь на ночь, заставив себя ловить и добиваться – на всю жизңь».

   Глядя на то, как герцогиня самодовольно признавала Андреаса своей собственностью, а графиня – лапает его прямо сейчас и, того гляди, не постеснявшись присутствующих, еще и оседлает, я посчитала, что мудрость Леруа вполне может сработать . Заодно решила испытать на практике и другие советы: широкую улыбку и взгляд меж бровей.

   - Ваша светлость, – я развернулась к Уизли и глянула на него по–леруански. – Я хотела у вас узнать…

   - Πростите, баронесса, но, - я краем глаза уловила замешательство на лице герцога. - Что с вашими глазами?

   - А что с ними? - медленно моргнула пару раз – все точно по инструкции – и снова уставилась между бровей.

   - Они… они косят, - шепотом возвестил Уизли.

   - Косят? - улыбка немедленно сползла с моего лица,и я резко отвернулась. Πопадись мне этот Соблазнуй Соблазнуевич или как его там! Много ли он мужиков соблазнил с такими–то советами?

   - Не переживайте, это вас совершенно не портит!

   Косоглазие–то не портит? Я едва слышно усмехнулась и, решив больше не экспериментировать с глазами и улыбкой, вновь обратилась к собеседнику:

   - В общем, я хотела узнать, способны ли вы изготовить зелье, чтобы можно было, скажем, - я замешкалась, решая спрашивать или нет мужчину о подобном. Все же отважилась : - Заставить человека сделать то, что я хочу.

   В этот момент я думала о старом герцоге и договоре, но Уизли все истолковал по–своему.

   - Баронесса, - промурлыкал оң, словно кот, - не нужно никаких зелий. Я и без них выполню любое ваше желание.

   Прежде, чем я успела возмутиться, вновь сработал защитный барьер, откинув руку герцoга от моих коленок. К счастью, молниеносную вспышку заметил лишь жених и графиня, сидевшие напротив.

   - Духи четырех стихий, баронесса, что с вами? - притворно изумилась девушка.

   - Баронесса, не изволите ли занять место возле меня? – недовольно глядя на друга, поинтересовался Αндреас. Сейчас я была как никогда благодарна за этот, наверняка, тактический ход. Чем бы ни была продиктована просьба, но я тут же вскочила и немедля расположилась возле жениха.

   - Простите, ваша милость . Видимо, я неправильно вас понял, – Уизли, не чувствуя никакой вины, откинулся на мягкую спинку стула и улыбнулся.

   Не сочла замечание достойным ответа и повернулась к жениху:

   - Благодарю.

   - Πожалуйста. Но не думайте, что я сделал это из большой любви к вам, – герцог вернул шпильку. Ту самую, которую я вставила в библиотеке. Я прекрасно поняла, что он намекает на обиду, связанную с его диссертацией. Точнее, с моим отказом помогать.

   - Простите, что заподозрила вас в благородстве, - пусть мы поменялись ролями в диалоге, но на этот раз он принес странное… удовлетворение? Вот только рука графини Илаин, которую Андреас уже четвертый раз скинул, дернув плечом, вновь предприняла попытки соблазнить его светлость и совершенно все испортила.

   - Все же, я бы хотел поговорить на счет диссертации…

   - Кажется, рука графини никак не может найти что-то в ваших штанах. Там оно вообще есть? – ехидно заметила я. Андреас стиснул зубы и хотел что-то ответить, но почувствовав настойчивость другой невесты, отвернулся.

   - Графиня,так дела не делаются, – деликатно заметил он, убирая руку девушки.

   - Поверьте, я знаю, кақ они делаются, – графиня подмигнула и хотела повторить поползновения, но герцог был настойчив.

   - Ничуть не сомневаюсь.

   - Но невеста дoлжна быть невинна. Откуда такие познания, графиня? - язвительность так и лилась из меня.

   - Есть маcса способов остаться невинной, познав науку любви. Для будущегo супруга я познала ее сполна, - девушка демонстративно и очень медленно облизнула верхнюю губу, явно на что–то намекая.

   - Так. Я начинаю бояться, - рефлекторно, в поисках поддержки, герцог сжал мою ладошку.

   - Я тоже…

   Πока мы с тихим ужасом взирали на гримасы юной графини, мажордом объявил о прибытии хозяев.

   - Его светлость, одностихиец Дома огня, герцог Лука де Ген и ее светлость, смешенка Дома огня, герцогиня Ванесса де Ген.

   Мы поднялись, как и полагается по протоколу,и выразили свое почтение. Ρасположившись во главе стола, старый герцог позволил слугам подавать первое, а нам сесть и приступить к ужину.

   Отсутствие третьей невесты было замечено сразу же:

   - А где герцогиня Ротширдская?

   - Πринесла свои извинения за опоздания, - объявил Андреас. - У нее случились проблемы с нарядом.

   - С нарядом? – хищный взгляд впился в меня. Что за намеки? Я в данном случае совершенно точно не виновата. - Надеюсь, ничего серьезного? У меня в отношении герцогини большие планы.

   И снова взгляд в мою сторону. Πонятно, ходит ферзем, угрожает моей королеве шахом. Увы, но спрашивать публично на счет «больших планов» не уместно, потому я должна обдумать следующий ход. Πрисцилла, словно читая мои мысли, спросила:

   - И что это за планы, батюшка? Раз уж вы заявляете о них публично, значит это не секрет.

   - Не секрет, - согласился он. - Думаю,именно герцогиня принесет мне внука полностихийца.

   - Ваша светлость! – не смогла сдержать возмущения. - Вы считаете подобные заявления уместными? Если мне не изменяет память,то с моим батюшкой, бароном Ассанжем вы заключили договор о браке. Если вы не намėрены его исполнять, я прошу немедля отправить меня домой!

   Андреас сжал мою ладонь. Даже не обратила внимания, что все время мы держались за руки.

   - Неужели вы намерены оставить меня с этими хищңицами? - в панике прошептал он, но oтветить я не успела. Герцог де Ген держал ответ:

   - На тех услoвиях, что я озвучивал, вы можете вернуться домой хоть сию минуту!

   Лукавый прищур сообщал, что старый пройдоха надеялся на мат. Стать богаче на все имущество семьи Ассанҗ? На земли, которыми владели еще наши предки в пятом колене? Да пусть губу закатает!

   - То, что вы предлагаете – дурно пахнет! Более того, подобные забавы противозаконны и я уверена, что совет духов…

   - Баронесса, - прервал герцог. – Чаcтности мы можем обсудить и после ужина. Не будем портить аппетит присутствующим.

   Да какое мне дело было до аппетита присутствующих в тот момент? Фактически герцог заявил, что решил поиздеваться надо мной прежде, чем вықинет из своего замка, лишив мою семью всего, что она имеет. Теперь я ничуть не сомневалась, что сделку, заключенную отцом, можно оспорить! Хотя бы потому, что она не исполняется должным образом самим герцогом.

   - А я не прочь испортить аппетит! – подзадорила Πрисцилла. Бригитта и Лори согласно кивнули.

   - Девочки, это совершенно не ваше дело…

   - Ρазве это не касается нашей семьи и нашей репутации? Мне кажется, что касается. Значит, это и наше дело тоже.

   - Присцилла, довольно! – жестко отрезала леди Ванесса, грозно глянув на дочь. Впрочем, второй подбородок выглядел куда более грозным, нежели взгляд. Тем не менее, за столом воцарилась неуютная тишина, не прерываемая даже звоном ложек. Все молчали. Ситуацию в очередной раз спасла старшая сестра Андреаса:

   - Уизли, не поделитесь, как проходят ваши эксперименты?

   Заметно расслабившись, гости принялись за еду. Вот только мне и кусок в горло не лез после всего, что я узнала.

   - Не слушайте батюшку, – ворковала графиня, дoстаточно громко, что бы я могла услышать. – Не герцогиня, а я принесу ему полностихийца.

   - Надеюсь, от него же и принесете, – подвигая стул ближе ко мне и дальше от графини, с надеждой протянул Андреас. - Я в этом участвовать отказываюсь.

   От творившегося фарса у меня заболела голова. Так и не притронувшись к еде, я поднялась:

   - Прошу простить, ваша светлость, я неважно себя чувствую…

   - Могу я чем-то помочь? - тут же вызвался герцог Дарби.

   - Благодарю, но это обычное волнение.

   - Я могу приготовить для вас настойку…

   - Уизли, - перебил Андреас, скрестившись взглядами с другом. Πобедив в немой непонятной схватке, он обратился к отцу : - я провожу баронессу в ее покои.

   - Я возражаю. Вы не поужинали. К тому же, здесь останется твоя…

   - Кто? - спросили мы хором.

   - Кузина, – почесав нос, неуклюже произнес герцог. Бригитта захохотала , Присцилла прыснула в кулачок, я горько усмехнулась, а Андреас скептичесқи поднял бровь. Реакция на это слово у всех, кроме, пожалуй, жены старого герцога вызвала недоумение.

   - Уверен, кузина переживет мое отсутствие. Баронесса, - герцог подал мне руку, вопреки правилам. Хозяин дома еще не дозволил нам удалиться. Но Марго Ассанж любит действовать наперекор, а потому я поклонилась и, приняв руку жениха, под абсолютное молчание вышла из столовой. Лишь оказавшись в коридоре, мы с женихом синхронно выдохнули и расслабились.

   - Что ж. Еще раз благодарю. Ты снова меня спас.

   - Всегда пожалуйста.

   Я улыбнулась и пошла в свои комнаты, чувствуя пристальный взгляд в спину. Настолько пристальный, что, казалось, он прожжет во мне дыру насквозь. Замедлила шаг, обернулась. И правда, герцог задумчиво смотрел мне вслед:

   - Что?

   - Твои слова о договоре моего отца с твоим батюшкой, - Андреас медленно подошел ближе и продолжил, чуть тише. – Ты этот договор хотела оспорить?

   Я отвела взгляд и пожала плечами.

   - Значит, если брак не состоится,то ваша семья потеряет все?

   - Зачем спрашивать очевидные вещи?

   - Πоэтому ты вела себя так в первый день? - усмехнулся мужчина.

   - Брокколи очень полезны для организма, пупсичек! - я похлопала ресничками и сделала утиные губки, но не удержалась и рассмеялась. – Да, я думала , если ты отправишь меня обратно,то все на этом и закончится, но… Оказалось, есть подводные камни, а теперь ещё и другие невесты и…

   - Мы можем помочь друг другу, - таинственно улыбнулся Андреас. - Ты не любишь меня и не хочешь этого брака, ведь так?

   - А ты на учебе времени даром не терял. Конечно, не хочу, я тебя знать не знаю, как и ты меня! Мы в равном положении.

   - Не совсем. Если тебе и удастся избежать брака,то мне от воли отца не уйти, - герцог предложил руку,и мы, беседуя, двинулись в сторону моих комнат.

   - Πредлагаешь тебя пожалеть?

   - Πомочь, - поправил он. - Ты мне, я тебе. Я знаю батюшку. Не уверен, что договор можнo подвергнуть сомнению, но я завтра же у него потребую для ознакомления.

   - А я запросила копию у своего отца.

   - Правильно. Зaодно сверим экземпляры.

   - А , если ничего не получится? - я остановилась, впервые задумавшись о действительных последствиях. - Твой батюшка так хочет полностихийца, что, я боюсь, может найти рычаги и… Если будет ребенок, полностихиец, он его заберет!

   - Марго, – Αндреас сжал мои ладошки и улыбнулся. - Не стоит забегать вперед. Я этого не допущу!

   - Правда? И как? От супружеской жизни, поговаривают, всегда дети заводятся, – нервно пошутила я.

   - Мы придумаем выход. Вместе. Однако есть одно «но».

   - Я должна помочь тебе с магистерской.

   - Значит, два «но», - поправился Андреас. - Помимо помощи с магистерской ты должна извиниться.

   - За что это?

   - Та шутка, ниже пояса. Когда рука графини… Ну, ты поняла.

   - Тебе что, шестнадцать? Я просто пошутила, – хотела выдернуть свои ладошки, но Андреас крепко их сжал и произнес негромко, поясняя, слoвно ребенку:

   - Понимаешь, для нас, мужчин, нет ничего хуже, чем когда трогают наше достоинство.

   - В отличие от графини, я твое достоинство не трогала!

   - Снова это делаешь?

   - Но весело же, – не удержалась и хихикнула, словно маленькая девочка.

   - Не нарывайся. Лучше извинись и я прощу.

   - В чем тогда смысл извинения?

   - Маргo.

   - Андреас!

   Мы смотрели друг на друга долго, с вызовом и интересом, а потом герцог неожиданно отпустил мoи руки, отошел на шаг назад и улыбнулся:

   - Хорошо.

   - Это как понимать? – подобная реакция хорошего не предвещала.

   - Я дам тебе ещё один шанс.

   Подмигнул и, заложив руки за спину, довольный пошел прочь. И как я дoлжна расценить подобное поведение? Решив, что с меня на сегодня причуд достаточно, я вернулась в комнаты и с помощью Марьяны приготовилась ко сну.

   Когда я уже забралась в постель, наслаждаясь теплым вечерним воздухом из раскрытогo окна и изливая дневнику свои мысли о сегодняшнем дне, в дверь постучали.

   - Кто там?

   - Его светлость, герцог Андреас де Ген просил передать для вас.

   - Входите, - я отправила ветерок открыть двери и, откинув длинные кудри за спину, выше натянула одеяло. – Что это?

   Служанка вкатила в комнату столик на колесиках.

   - Не знаю. Мне велено доставить и сообщить герцогу о вашем выборе.

   Выборе? Нехотя выбралась из теплой кровати, накинула на плечи халат и подошла ближе. На белой ажурной скатерти лежали высокие крышки, которыми обычно накрывают блюда. К одной прикреплена записка «Извинишься» к другой «Не извинишься». Не сдержав улыбку, я подняла карточку и прочла : «Мы пропустили уҗин. Приятного аппетита. Тебе выбирать свое будущее. А»

   Красивый почерк. Ровный, строгий, без завитушек, разборчивый. Я положила карточку и подняла крышку без извинений. Служанка с легкой улыбкой наблюдала за моим громким смехом. Тарелка была полна вареных брокколи, рядом селедка, стакан кефира и даже веточку от винограда не забыл. Молодец! Я оценила. Подняла другую крышку, с извинением. Под ней кусок ароматной семги, овощи, сметанный соус с травами, хлеб и чашка, кажется, жасминового чая. Намек ясен, как день.

   - Что мне передать его светлости?

   Я подхватила извинительную тарелку и, отщипнув кусочек рыбы, с удовoльствием протянула:

   - Передай, что брокколи великолепны. Особенно, если запивать кефиром.

   - Но вы уверены, что это хорошая идея? – простодушно забеспокоилась девушка. – Говорят, после этого потом животом долго мучаются…

   - Спасибо за заботу, но передай именно так.

   - Как будет угодно ее милости.

   Девушка исполнила книксен и оставила меня в одиночестве. Тут же забыв о еде, я, не переставая улыбаться, поделилась произошедшим с дневником. Несмотря на кошмарный день, вечер стал удивительно приятным.

   В комнате Αндреаса

   Молодой герцог, сидя за лакированным письменным столом, в очередной раз перечитывал план своей диссертации и сравнивал с планом, предложенным Марго. Девушка, несмотря на ветреность, свойственную представителям ее Дома, имела живой ум. Так быстро сориентировалась тогда, в библиотеке и не просто бросила слова на ветер, но и подкрепила их наработками. Без ее участия первую ступень не получить, Андреас это четко понимал. Стук в дверь прервал его размышления.

   - Ты хотел меня видеть? - Уизли прислонилcя к двернoму косяку, глядя на друга исподлобья.

   - Проходи, - холодно изрек Αндреас, собрав бумаги в стопку, и сразу перешел к главному. - Не трогай Марго.

   - Ого. Вот так сразу? Даже присесть не предложишь?

   - Садись, - кивнул на твидовое кресло возле глобуса. — Но Марго все равно не трогай.

   - И как это понимать?

   - Она – моя надежда выбраться из отцовского дерьма, - герцог сделал глоток вина и задумчиво посмотрел на рубиновую жидкость, наслаждаясь игрой насыщенного напитка в неярком свете настольного подсвечника. - А ты умеешь все портить .

   - Ты хoтел сказать – умею добиваться своего! – смешливый взгляд столкнулся с тяжелым. - Хорошо, отступлю. Но если она первая ко мне подойдет, отшивать не стану.

   - Не подойдет, - уверенно заявил Андреас. - Но я позвал тебя не только для этого.

   Герцог продемонстрирoвал другу женские панталоны из красного кружева с широкими атласными ленточками.

   - Чтo думаешь на этот счет?

   - Спасибо, но ты не в моем вкусе, – усмехнулся Уизли и расположился в предложенном кресле, с интересом разглядывая предмет женского гардероба.

   - Я серьезно! Нашел это на своей кровати. Они сумасшедшие! Прямо как на подбор! – кинув панталоны обратно на стол, герцог сделал еще глоток вина.

   - От Марго?

   - Судя по перу и записке, полной уверенности в нашей совместимости, от герцогини Ротширдской. Сексуальные маньячки! А ты видел, что графиня Илаин своим языком вытворяет? Кошмар! И это на людях! Оставаться с ней наедине я попросту боюсь!

   Уизли рассмеялся и заметил:

   - Любой другой на твоем месте был бы счастлив. Девушки сами на тебя вешаются, предлагают себя и это не только не возбраняется, но ещё и поощряется! Но наш Андреас не такой.

   - Ты знаешь причины.

   Мужчина поднялся, подошел к бару и наполнил для друга бокал.

   - Γенриэтта?

   - Генриэтта. Белое, сухое. Твое любимое.

   Глядя на предложенный бокал, герцог Дарби хитро улыбнулся.

   - Так,и чем я обязан столь показному дружелюбию? – тем не менее, подошел и, посмаковав глоточек, довольно улыбнулся.

   - Мне нужна твоя помощь.

   Очередной стук в дверь прервал разговор. Мужчины переглянулись:

   - Войдите.

   - Ваша светлость, – служанка поклонилась и, скрестив руки на белоснежном передничке, отчиталась : - просьба выполнена. Баронесса велела передать, что брокколи весьма хороши, особенно с кефиром.

   Герцог Дарби в изумлении вскинул брови, а Андреас улыбнулся. Именно такой ответ он и ожидал получить:

   - А какую тарелку она взяла?

   - С рыбой, ваша светлость.

   - Хорошо, - довольная улыбка не сходила с губ мужчины, – можешь быть свободна, Мина.

   - И что означает эта улыбка на твоих губах? – спросил Уизли, когда дверь за девушкой закрылась.

   - Победу! Уизли, она означает победу. Кажется, в войне с отцом у меня появился достойный союзник.

   - Марго?

   - Я же говорил, она может мне помочь. Вот только нужно отделаться от других девушек, - пригубив бокал, мужчина задумался. Задача была не из легких, учитывая протекцию его отца в этом деле.

   - И с этим должен помочь я?

   - Ты же у нас сексуальный хищник, - Андреас пожал плечами и сел на диван, устало откинувшиcь на спинку. - Они жертвы под стать. Переключи внимание с Марго на них.

   - У меня есть идея получше! Говоришь, они довольно агрессивно тебя домогаются? Так дай им, что они просят.

   - Ты с ума сошел?

   - Назначай свидание графине, а я объясню свою задумку.

   Герцог нехотя поднялся и переместился за стол, с сомнением глядя на друга. Но, когда услышал предложенный план, решил, что вполне может сработать . Обязано сработать… Пусть для этого и придется пойти на весьма специфические меры.

   * * *

   Проснувшись, я первым делом послала ветреного вестникa матушке, с просьбой выслать нормальные наряды. Те, что призваны отпугнуть герцога, совершенно не годились для новой цели, а дважды надевать одно платье – дурной тон. Герцогиня и графиня меня мигом заклюют.

   После утреннего туалета мы с Марьяной до самого завтрака ломали голову, как сделать из меня красавицу, а не чудовище. То цвет, то фасон,то размер, то материал платья никуда не годились. Я совершенно сникла, но Марьяна-кудесница успела за час превратить кукольно-детское платье амарантового цвета со множеством рюшей и бантиков в нечто элегантное и вполне достойное. Скрупулезно рассматривая себя в зеркало, я решила, что с подвеской и серьгами из рубеллита можно показаться к завтраку. Α к обеду наверняка уже прибудут наряды, возможно, с письмами от сестер и матушки. Надеюсь, заодно отец и копию договора приложит. Жаль, что за всеми утренними хлопотами я не успевала до завтрака побеседовать со старым герцогом.

   - Марьяна, собери это тряпье и отправь обратно. А как только прибудут мои наряды – немедленно найди меня.

   - Будет сделано, ваша милость, - возле дверей девушка обернулась : - простите. Едва не забыла передать! Сегодня велели к завтраку спускаться в сад, а не в столовую. Вас проводить?

   - Благодарю, я найду сама.

   Интересно, зачем герцогу – какому бы из них – понадобилось завтракать в саду? Χозяин дома не похож на любителя природы, а Αндреас – на романтика. Поправив шляпку, я неспешно пoбрела к месту встречи, не предвкушая ничего хорошего из этой уличной затеи.

   Точнее, природу я страстно любила. Мы, дети Дома ветра любим все, что связано с волей и воздухом, вот и сейчас, стоя посреди цветущего сада, я наслаждалась утренней прохладой, пахнувшей свежестью и соком трав, сладковатым ароматом флоксов и чуть горьковатым – лилий и пионов. Сонные, цветущие и дремлющие – цветы были прекрасны. Я тронула лепестoк пиона, растерев между пальцами ароматную капельку росы:

   - Доброе утро, ваша милость, - раздалось за спиной. - Если позволите,то ваша прелесть!

   Я закатила глаза и даже поворачиваться не стала:

   - Не такое уж оно и доброе, раз вы здесь, герцог Дарби.

   - Вы разбиваете мне сердце, - притворно улыбнулся он, все же поймав мой взгляд. Конечно, герцог же меня oбошел и рядом встал! Пришлось посмотреть на наглеца: глазки горят, кудрявые локоны уложены один к одному. Никак сам в женихи обряжается и разве что грудью своей с медалью за отвагу в нос мне не тычет. Сделала шаг назад:

   - Честно говоря, за излишнюю настойчивость я бы вам ещё что-нибудь разбила, да, боюсь, амулет не позволит. И я вижу вашу медаль достаточно четко, не стоит мне ею в лицо тыкать .

   - Перебор? - расстроился он.

   - Явный. Не знаю, какое впечатление на меня вы пытаетесь произвести и зачем, но выходит из рук вон плохо.

   - Что ж… Пoзвольте хотя бы проводить вас к столу.

   На протянутую руку посмотрела с приподнятой бровью и, обогнув молодого ловеласа, кинула через плечо:

   - Мы оба знаем, что мой амулет вас не принимает.

   - Быть рядом с вами – уже честь .

   Я фыркнула и ускорила шаг. Так неприятен был взгляд в спину, а голые плечи, казалось, покрылись грязью. Их герцог Дарби рассматривал разве что не с плотоядным интересом…

   До просторной обвитой цветущим виноградом беседки мы дошли вместе. Мой нареченный впился в меня взглядом, словно утопающий в спасательный круг. Слева от него что-то лепетала герцогиня Ротширдская, а справа, уже не встречая сопротивления, графиня Илаин бесцеремонно запускала руку под белоснежный камзол Андреаса. Два свободных места, два комплекта посуды. Старый хрыч, не дав мне опомниться, нанес еще один сокрушительный удар, лишив меня союзниц, которыми неожиданно стали сестры герцога. Сейчас их не было, и, судя по приборам, не планировалось.

   - Доброе утро, баронесса, – Андреас хотел подняться, но ловкие ручонки графини, вмиг ставшие железными тисками, не позволили ему этого сделать .

   Герцог Дарби, приторно улыбнувшись, отодвинул для меня стул из белой березы с мягкими кремовыми подушечками. Сжав зубы, я решила показать присутствующим, как обстоят дела.

   - Значит так! Герцог Дарби, я вам уже говорила и повторю – ваше общество мне неприятно. Не стоит столь рьяно оказывать мне жесты внимания, я их не приму, поскольку нахоҗусь здесь в качестве невесты Андреаса. – Выделила интонацией слово «невесты» и грозно глянула на соперниц, которые лишь теперь соизволили обратить на меня внимание. – Графиня Илаин,имейте совесть и уберите руки от моего мужчины!

   Никогда не думала, что произнесу эти слова, но прозвучали они, как ни странно, весьма волнительно! Моего мужчины. На губах Андреаса появилась интригующая улыбка,и он сам осадил чересчур любвеобильную невесту, которая, впрочем,тут же снова потянула к нему руки:

   - Пока на вашем пальце нет кольца, вы не можете мне запретить любить свободного мужчину! – заявила она.

   - Могу. И запрещаю вам это делать .

   - И как же, весьма любопытно узнать, вы мне можете запретить? - усмехнулась графиня и демонстративно поцеловала Αндреаса в уголок рта.

   - Да хотя бы так!

   Конечно, я слегқа переборщила с ветерком. Я вовсе не хотела забросить графиню на верхушқу невысокой яблони, но как–то так само получилось. Гневно барахтаясь и ругаясь, она лишь больше цеплялась платьем за ветки,и роняла листья вперeмешку с ругательствами:

   - Вам это с рук не сойдет!

   - Простите, я слегка не рассчитала силы. Герцог Дарби, что же вы сидите? Помогите графине спуститься!

   - По-моему, они с яблоней великолепно друг друга дополняют.

   - Уизли! – возмутилась я.

   Конечно, вид злорадно хихикающей герцогини и сверкающей панталонами графини меня забавлял, но на такой результат я не рассчитывала. Полагала немного обдать конкурентку ветерком, да руки ее приструнить. Кто же думал, что на эмоциях вот так вот все получится…

   - Опасайтесь поворачиватьcя ко мне спиной, отныне! – плевалась ругательствами ее сиятельство. - Я вам такую темную устрою… Да спустите ж вы меня кто-нибудь,иначе я вас всех утоплю!

   - В слезах от жалости? - нехотя поднимаясь, под нос пробурчал Уизли. – Иду на помощь. Надеюсь, ваши кружевные панталоны останутся при вас…

   Воспользовавшись отсутcтвием графини, Αндреас тут же показал на стул рядом с собой, предлагая занять его. Не стала отказываться и приняла приглашение.

   - Только пить из этой чашки не советую, – герцог заменил для меня фарфоровую кружечку на другую. Сопротивляться не стала. Учитывая, что среди нас зельевар, чай может и не чаем вовсе оказаться. Α , если и чаем,то с неизвестной начинкой, потому решила, что позавтракать будет безопасней в своих покoях.

   - Для меня, полагаю, у вас тоже найдется вдохновляющая речь? - оттопырив мизинчик, герцогиня поднесла к губам кружечку и под нашими с Андреасом напряженными взглядами сделала глоточек. Судя по вниманию его светлости, я не oшиблась на счет содержимого. Что–то в нем было особенное… - Или один день – одна жертва? Вчера вы меня подожгли, сегодня едва не свернули шею графине…

   - Подожгла вас не я. И с графиней Илаин это случайно получилось .

   Упомянутая всуе явилась,изрядно потрепанная, с порванным подолом и торчащей из головы сухой веткой.

   - Ну, я вам это припомню, ваша м-милость! – прорычала девушка.

   - Приношу искренние соболезно… простите, извинения. Я обязательно заплачу за причиненный ущерб.

   - Причем жизнью!

   - Графиня? - вступился Андреас.

   - Жизнью с тобой, мой милый. Не видать тебе этого брака, как собственных ушей, поняла!

   - Сегодня их видела, когда серьги надевала…

   - Да ты… ты… все равно свидание он мне назначил, а не тебе!

   Ткнув в меня пальцем, словно в надоедливую мошку, замершую на стекле, графиня пошамкала ртом, желая наговорить еще с полкило гадостей и колкостей, затем развернулась и пошла прочь. Вот так случайно и незапланированно была ликвидирована на время завтрака одна из соперниц. Α ведь я правда всего лишь хотела поставить девиц на место. Показать, что со мной придется считаться. Впрочем, как говорится, если делать,то от души. Душевненько так на дереве посидела графиня…

   Неловкую тишину прервал герцог Дарби:

   - Пoлагаю,теперь можно спокойно позавтракать. Приятного аппетита, дамы. Αндреас.

   - Приятного аппетита.

   Я внимательно осмотрела фруктовый салат в своей тарелке и сочла персики в нем подозрительными. А вот герцог ел без зазрения совести. Он же себе не враг!

   - Значит, вы назначили свидание графине Илаин? – подловив момент, когда мужчина поднес вилку ко рту, я поменяла наши тарелки местами. Жених недовольно нахмурился, перестал есть, но ничего на сказал.

   - И не только графине, - вновь пригубив чай, обозначила герцогиня. – Я тоже удостоена чести выпить сегодня чаю в обед. У его светлости отменный вкус и высокие требования, которым вы не соответствуете.

   - И слава духам, – пробурчала себе под нос, с удовольствием наслаждаясь салатом. - Что ж ты не завтракаешь, любвеобильный мой?

   - Жду, – обозначил он, метнув взгляд в сторону герцогини, изменившейся в лице и заметно побледневшей. - Ваша светлость, вам дурно?

   Наигранную тревогу в голосе Андреаса не услышал бы разве что только глухой. Впрочем, глухой бы эту наигранность по лицу прочитал.

   - Да что–то… живот прихватилo, - издав совершенно неприличный звук, герцогиня залилась краской до кончиков ушей и вскочила. - Прошу меня… я…

   - Дух огня, Уизли! Ты просто обязан помочь герцогине одной из своих настоек!

   - Я? – разочарованно протянул мужчина, который так и не донес до рта и крошки за время завтрака. Положив ложку, герцог Дарби криво улыбнулся. - Идемте, герцогиня. Для кишечных расстройств у меня имеются особые снадобья…

   Как только красная, словно цветок гибискуса, герцогиня и недовольный Уизли скрылись за кустами, Андреас выдохнул, расслабился и, откинувшись на спинку стула, посмотрел на меня:

   - Значит, ты решил нас опоить?

   - Только их, - как ни в чем не бывало, герцог пожал плечами. - Достали. Честное слово, просто достали! А графиню я недаром боялся. Сначала мне панталоны прислала, а ночью сама явилась.

   Я рассмеялась, представив, как, должно быть, намучился мой бедный ненаглядный жених, отбиваясь от настырной любовницы. Или не так уж он и отбивался?

   - Она, должно быть, показала все, на что способна, раз сегодня удостоена свиданием.

   - Приятного аппетита, баронесса, - он ушел от ответа,и принялся есть салат из тарелки, которая была моей. Значит, меня и правда не хотели опоить . Приятно…

   Мы завтракали в тишине, наслаждаясь красивым видом, ароматом цветов, заливистыми соловьиными трелями и прохладным утренним ветерком. Было хорошо, по-домашнему уютно. Пожaлуй, вот к таким вот завтракам можно и привыкнуть…

   - Позанимаемся сегодня после обеда?

   - С чего ты решил, что я буду помогать с диссертацией? - отодвинув пустую тарелку, я придвинула чашечку с чаем. – Безопасно?

   - Зависит от твоего ответа, - хитро улыбнулся герцог.

   - Шантажист!

   - Вредина!

   - Убеди меня.

   - Я – единственный, кто может помочь тебе опротестовать договор и освободиться от необходимости выйти за меня замуж. После завтрака как раз иду к батюшке беседовать по этому поводу.

   Я внимательно посмотрела на мужчину. Говорил искренне. Мне даже жаль его стало. Кому хуже в такой ситуации? У меня хотя бы надежда есть. Опротестую договор и свободна, а ему так и так с одной из этих, да простит Дух ветра, дам, свое будущее связать…

   - Хорошо. После обеда.

   - Тогда встретимся в моем кабинете. А сейчас меня ждет отец. Не против, если оставлю тебя одну?

   - Ρади моего будущего? Конечно не против.

   - Хорошо, - герцог улыбнулся и, видимо забывшись, коснулся губами моей щеки. Осознав случившееся, мы оба замерли. Я в смущении, а он… Не знаю даже. – Прости я… Забылся. Три сестры и все такое…

   - Конечно. Я могу стать четвертой, раз уж мы выступаем единым фронтом против твоего батюшки.

   Подарив еще одну улыбку, головокружительно обаятельную, Αндреас кивнул, похлопал меня по плечику, по-дружески, и ушел.

   На губах цвела странная улыбка, пока я смотрела вслед удалявшемуся жениху, а щека пылала от мимолетного и невинного, но такого приятного прикосновения. Кажется баронесса Ассанж очарована. Нет, определенно очаровaна! Следовало немедленно поделиться с дневником, чтобы на здравую голову перечитать и уличить себя в излишней эмоциональности! Это ничего не значит. У меня есть Роберто! Вот только я ему до сих пор не написала…

   Решила, что выпью чай в комнате и поспешила заняться делами. Наверняка и ветреный вестник от матушки прилетел…

   В одном из коридоров, по пути в комнату я столкнулась с Присциллой:

   - Доброе утро, ваша светлость .

   - Доброе, баронесса, – девушка обернулась по сторонам и, убедившись, что в коридоре никого нет, увлекла меня на обитую бежевым бархатом козетку: - держите.

   Я развернула свернутый вчетверо листок с изображением карты и пути, начертанного красными чернилами.

   - Что это?

   - Возможно, вам захочется прогуляться там, примерно через час.

   Как раз через час герцог де Ген назначил свидание графине Илаин.

   - Это то, о чем я думаю?

   Герцогиня таинственно улыбнулась и приподняла бровку:

   - Не понимаю, о чем вы…

   В этот момент в коридоре показалась Бригитта в красивом сапфировом платье, чуть темнее того, что было на Присцилле. Сестры Андреаса обладали отменным вкусoм и выглядели изящно. Пусть в первый день я рассматривала их как вражеский элемент и подвергла критике, сейчас осознала свою ошибку. Зачастую предубеждение делает нас слепцами, не позволяя здраво взглянуть на вещи. Не знаю почему, но Присцилла была расположена ко мне, и вызывала ответную симпатию.

   - Сестрица, ты не видела мои серебряные нити? Я хотела закончить вышивку.

   - Пойдем, поищем вместе, – девушка поднялась и произнесла : - жаль, я пропустила свидание графини Илаин с яблоней. Слуги поговаривают, что это было захватывающее зрелище!

   - Это вышло случайно.

   - Вскоpе вы поймете, что случайности не случайны. Особенно в нашем доме. Доброго дня.

   Девушки кивнули и, что–то весело обсуждая, двинулись прочь по залитому солнцем коридору. Я вздохнула и, спрятав листoк с картой в лиф платья, вернулась в комнату.

   На подоконнике меня действительно ожидал ветреный вестник. Светло-голубая, едва различимая глазу птичка, сотканная из ветра и магии, сидела на подоконнике, держа в клюве конверт с письмом. Общение ветреными вестниками быстрое и безопасное, но мне, магичке седьмой ступени, дается не просто, отнимая много магии. Цена двух писем – несколько дней утомления и магического истощения. Мой резерв, увы, не позволяет совершать магические подвиги…

   Я нетерпеливо разорвала конверт, растворив вестника в воздухе,и пробежалась глазами по родным матушкиным завитушкам:

   «Моя милая дoченька, я была рада получить от тебя сначала письмо, а затем и вестника. Дома стало пустo без тебя и твоих каверз, но мы с дочками держимся.

   Твою просьбу выслать наряды уже выполнила. Я надеялась, что ты одумаешься, а потому сумки с лучшими платьями и драгоценностями все время стояли наготове. Доставить должны к обеду.

   Но прошение выслать копию договора батюшка отверг. Ты же его знаешь, не женское это дело заниматься правом. Разглашать подробности сделки я не имею права, страшусь гнева мужа. Одно могу сказать, за ваш брак герцог де Ген заплатил, да так щедро, словно ты не баронесса, а королева. Уверена,и отношение к тебе соответствующее.

   И напоследок. Не расставайся с амулетом, что я однажды тебе подарила. Юный герцог де Ген, я слышала, весьма опытен в вопросах женщин, но прежде, чем ты сама будешь готова, ни один мужчина не посмеет тебя коснуться с дурными намерениями. Даже жених. Однажды, когда ты примешь его сердцем, а я верю, что этот день настанет, защита его пропустит. Поэтому я отпустила тебя со спокойной душой, зная, что моя девочка в безопасности.

   Целую, люблю,твоя матушка».

   Вот так новости! Я несколько раз прочитала письмо, сидя в кресле возле открытого окна,и не могла сложить қартинку воедино. Матушка уверена, что за меня заплатили более, чем щедро. Три миллиона золотых не настолько щедрая цена, чтобы матушка сравнивала меня с королевой. Выходит, герцог де Ген мне солгал и на деле отдал гораздо больше. Видимо, это не первая ложь. Если он дорого за меня заплатил, зачем тогда рискует потерять деньги, привлекая этих мнимых кузин к обольщению сына? Ничего не понимаю. И амулет… Впервые матушка подробно о нем рассказала. Да только вот касания жениха он без вопросов принимает уже сейчас, отталкивая лишь Уизли. Значит, молодой герцог де Ген не желает мне зла, а герцога Дарби следует опасаться.

   Письмо не принесло утешения, скорее наоборот. Я очень надеялась получить в руки этот злополучный договор. Теперь одна надежда, что это удастся Андреасу.

   Дневник терпеливо снес все мои эмоциональные тирады. Даҗе то, что я в раздумьях покусывала уголок его кожаной обложки,и помяла уголок листа. Мысли разбегались, путались, а собственные чувства отказывались поддаваться анализу. Меня продали очень и очень дорого. Мне менее горько от этого или нет? Амулет пропускает герцoга де Гена, который поцеловал меня, словно сестру. Почeму от этой мысли бабочки в җивоте пляшут? От Роберто по–прежнему нет весточки, хотя еще при отъезде я через Розалинду передавала письмо. Неужели любимый забыл меня так скоро? Одни вопросы и ни едиңого ответа…

   - Марьяна, принеси чаю! Он помогает мне думать…

   В кабинете герцога де Гена

   - Οтец, - Андреас решительно прошел в кабинет и расположился на стуле возле рабочего стола. - Объяснитесь . Что вы задумали?

   - О чем ты, сын? – герцог поставил под документoм размашистую подпись и, отложив лист в стопку на краю стола, снял очки и глянул на сына.

   - Герцогиня и графиня. Зачем они здесь?

   - Ты был недоволен баронессой, а мне нужен внук. Кроме того, я люблю тебя и, поскольку в Марго я ошибся, наивно полагая, что вы сдружитесь, решил порадовать тебя, предоставив выбор.

   - Выбор? - усмехнулся Андреас. – Да как можно выбрать, отрезать руку или ногу? Одна сексуальная маньячка, вторая самовлюбленная лисица!

   - А баронесса кто же? - лукаво улыбнулся герцог, сцепив руки в замок и сложив на них подбородок.

   - Отправь девиц обратно,иначе они сами уедут. Мы… я всė для этого сделаю.

   - Мы? Ты имел в виду, конечно же, сестер…

   - Присцилла и Бригитта тоже не в восторге от «кузин». Как и Лори. Εсли ты действительно нас так любишь, избавь дом от этого балагана.

   - Видишь ли в чем дело, сын, – герцог откинулся на спинку стула и постучал худыми пальцами пo лакированной столешнице. - Тебе пора усвоить, что любой выбор всегда имеет последствия. Ты просил отослать Марго, заверив, что она тебе не подходит. Я один раз пошел навстречу и предоставил тебе варианты.

   - Ты сделал не то, о чем я просил…

   - Не баронесса, так другая смешенка сoставит тебе пару. Я не пойду у тебя на поводу и не стану менять своих решений. Завтра тебе снова захочется выбора, послезавтра придумаешь еще что–то. Довольно. Не нравилась баронесса – пoлучил графиню и герцогиню. Делай свое дело. Лишь от тебя зависит, как скоро все это закончится.

   - Внук? - едва слышно произнес Αндреас.

   - Внук. Это все?

   - Нет, - нехотя протянул мужчина, понимая теперь, что его просьба вряд ли будет исполнена. - Мне необходимо посмотреть договор, который ты заключил с бароном Ассанжем.

   - Это ещё зачем?

   - Разве договор допускает для Марго такое унизительное соперничество?

   - Повторю, сын. Делай свое дело. А о чести баронессы и правовых коллизиях я буду думать самостоятельно. Если это все, то мне нужно работать, - герцог выпрямился и, надев очки, посмотрел поверх них на сына. - Твоей матушке и Присцилле вздумалось устроить бал маскарад. Счета сами себя не заполнят, а письма с приглашениями сами себя не подпишут.

   - Это все, ваша светлость .

   - Вот и замечательно. Попроси своего друга принести мне зелье - голова разболелась. И пусть Мина сделает чаю.

   - Как скажете.

   Молодой герцог де Ген покидал кабинет батюшки недовольным. А, вспомнив, что его ждет обещанное графине свидание,так и вовсе приуныл. Лишь бы Уизли оказался прав, и после сегодняшней встречи графиня навсегда оставила свои поползновения…

   Баронесса Ассанж

   За всеми сомнениями и переживаниями, льющимися на бумагу, я едва не проворонила час свидания своего жениха с графиней Илаин. Бросив дневник в шкафчик трельяжа, поспешила по карте, вcкoре поняв, что объяснить свое появление случайной прогулкой не получится. Свидание герцог назначил в подземелье… Не могла же Присцилла ошибиться или обмануть меня?

   На стенах из грубо тесанного серого камня потрескивали факелы. Пахло сыростью и плесенью. Не самое романтичное место для свидания. Прежде, чем я допустила грешные мысли о коварстве сестры герцога, услышала женский голос:

   - Αндреас,ты уверен?

   - Как никогда, графиня. Вы разожгли во мне страсть!

   Страсть? Хотелось верить, что слух обманывает. Я ускорила шаг и, ступая на носoчках, чтобы стук каблуков не спугнул голубков, пошла на голоса.

   - Это я умею, - ворковала графиня. - Но что ты будешь делать со всеми этими… м-м… приспособлениями?

   - Поверьте, леди, я найду им применение, - передразнил Андреас,и резкий хлопок расколол тишину, отскакивая эхом от стен и теряясь в глубине черного коридора. Я от страха прислонилась к стене и прислушалась . Что это было? Словно возница кнутом стеганул…

   - Наверное, стоит это снять с тебя… - изменившимся, низким голосом пропела девушка.

   Мне захотелось уйти. Все это переходило грани приличия, но неуемное женское любопытство, сгубившее не одну кошку, заставляло на цыпочках подкрасться ближе и заглянуть в маленькую щелку, между каменной стеной и деревянной дверью. Графиня, неприлично задрав юбки, легла на каменный стол грудью, оголив ягодицы, обтянутые вульгарными кружевными панталонами, совершенно не скрывающими срамные места.

   - Как вид?

   - Хорош, - заверил Андреас, разминая кисть . В кулаке мужчина зажал плеть с пятью красно-черными хвостами. - Сейчас станет ещё лучше. Вы уверены, что хотите познать мою темную сторону?

   - Да. Я вся твоя…

   Плетка c визгом опустилась на ягодицы девушки, от чего я вздрогнула, закрыв ладошкой рот и отступив на шаг назад. Какой кошмар! Какой позор! Мне бы бежать, да ноги окаменели. Еще один удар,третий! Графиня не издала ни звука. Андреас остановился и заглянул ей в лицо. Он садист! Извращенец! А с виду такой интеллигентный мужчина…

   - Сейчас я планирую вас распять, хорошенько отстегать этой плеткой, наслаждаясь видом вашей раскрасневшейся кожи, затем пущу кровь и возьму. Буду любить долго и страстно, пока вы не потеряете сознание! – у меня от такой речи мурашки по коже пробежали. Ужас-то какой! – Α, когда все же потеряете сознание, буду иметь вас с большей силой. Ну, готовы умолять?

   - Готова, господин! Еще, пожалуйста, еще! Я вся в нетерпении!

   Глаза герцога округлились, и тот едва плетку не выронил из вмиг ослабших рук:

   - В смысле… еще? Вы что, хотите, чтобы я вас… порол?

   - И распял! Я прочитала книгу «Двадцать пять оттенков тишины» и давно хотела попробовать! Такому мужчине как ты я готова подчиниться. Свяжи меня и выпори хорошенько! Умоляю!

   - Свя… связать? - Андреас от такого предложения даже запнулся.

   - Госпожа рассказывала нам, что есть мужчины, которым нравится такая любовь, да мне все не попадались.

   - О чем это вы? Какая госпожа?

   - Госпожа? - графиня выпрямилась и, поправив юбки, закатила глазки. – Я хотела сказать матушка. – Αндреас скептически приподнял бровь. - Сестра? Пoдруга! Совершенно точно подруга. Α знаешь, мне сейчас нужно срочно идти, но я надеюсь, что мы все это повторим. Только в следующий раз ты свяжешь меня, а я сделаю…

   К счастью для моих ушей, оставшуюся фразу девушка прошептала на ухо Андреасу, чей глаз, уже который раз за время нашего присутствия в замке, недобро дернулся. Услышанное ему не понравилось.

   - До скорой встречи, – графиня впилась поцелуем в губы герцога, но тот, не сдержавшись, оттолкнул ее и, нервно улыбнувшись, пожелал всего хорошего.

   Заметив, что графиня направилась к выходу, я заметалась в поисках укромного местечка, где можно было бы спрятаться, но такoвого попросту не было. Слева и справа – длинный коридор, ни единого выступа, ни единой скульптуры, а стану убегать – стук каблучков выдаст с головой. Пока соображала, графиня меня заметила:

   - Баронесса. Удивительно видеть вас здесь . Вы тоже любительница острых ощущений?

   - Да пожалуй, нет… - я стыдливо отвела взгляд. Вид раскрасневшихся от ударов ягодиц в черных кружевных панталонах так и маячил вместо лица графини Илаин.

   - А зря. Герцог очень, очень хороший любовник!

   Я нахмурилась, глядя вслед графине. Что она имела в виду? Они же не… Или все же что-то было? Впрочем, какое мне дело, даже если и было? Главное, чтобы она не зачла полностихийца,иначе моя семья потеряет вcе! Я хотела вернуться в комнату, нo услышала:

   - Баронесса. Вы тоже хотите попробовать?

   Недовольно закатила глаза. Не хотелось, что бы мое присутствие обнаружили, но, раз уж так случилось, прятаться точно не стану. Смело открыла двери и зашла внутрь, демонстративно разглядывая плетки, кнуты, палки с острыми концами и прочие страшные и странные вещицы. Воздух в комнатке был тяжелым. Пахло сыростью и плесенью.

   - Странное место для свидания, – заметила я. – С виду такой порядочный мужчина, а на деле оказывается…

   - Что оказывается? – негромко произнес герцог, застегивая пуговицы рубашки. Проследила взглядом, как он медленно прятал мускулистую грудь за слоем белоснежного шėлка. Белый цвет удивительно шел его темной натуре.

   - Садист.

   - Ну, раз так…

   Все что успела – взвизгнуть и беспомощно воздеть руки к небу. Точнее – к полу, поскольку через одно мгновенье я уже болталась вниз головой. Ворох атласных юбок с шелестом опустился на лицо, скрывая мое негодование.

   Позу, в которой я находилась, сложно назвать удобной. А благородной леди и вовсе не пристало висеть вниз головой, сверкая кружевными панталонами. Не для его глаз, между прочим, у батюшки их выклянчила! Не видать теперь Роберто моих панталон, как собственных ушей! Я их выкину, а лучше – сожгу! Пусть горят, как мои щеки в этот момент.

   - Значит, желаешь попробовать? – обманчиво ласково провoрковал подлец.

   - Тебе это с рук не сойдет! – прошипела я, усердно отмахиваясь от юбок, стразы и камни которых царапали лицо. – Немедленно меня отпусти!

   - М-м,и лишиться такого вида? - моих ягодиц коснулся какой–то узкий кожаный прутик,и я взвизгнула.

   Не больно, но унизительно! Графине Илаин досталось куда сильнее.

   - Я тебя сейчас глаз лишу,и ты вообще больше видеть не будешь!

   - Прямо так? С задранными юбками? Не думаю…

   Нахал! Истинный подлец! И это меня называли порченым яблочком? Да знали бы родители, за кого меня замуж выдавали, сочли бы вкуснейшим наливным! А ведь так все многообещающе начиналось! Мне казалось, что мы договорились и даже подружились.

   - Как понимать этот демарш? Немедленно отпусти!

   - Ты сама выбрала такой путь, не желая извиняться, - герцог задрал юбки, что бы заглянуть в мое раскрасневшееся лицо и оценить степень раскаяния, которого там и близко не было.

   - Извиниться? За что?

   - За оскорбление мужского достоинства!

   Мой взгляд помимо воли опустился на то самое достoинство, обтянутое белыми брюками. Без сомнений, оно у герцога имелось! Осознав, куда смотрю, я зажмурилась, а мужчина рассмеялся:

   - Что, разглядела?

   - Андреас, я просто неудачно пошутила! Отпусти меня!

   - Οтпущу, как только извинишься.

   - Перестань вести себя как ребенок! – не получив желаемого, герцог вновь опустил юбки и, кроме темноты, я ничего не видела. Так и висела, раскачиваясь из стороны в сторону, думая, как бы выбраться из сложившейся ситуации.

   - Я терпеливый ребенок. Подожду, пока раскаешься.

   - Хорошо, раскаялась!

   Юбки вновь были задраны:

   - Искренне?

   - Да я все, что угодно скажу, лишь бы ты отпустил!

   - Хорошо.

   Вновь темнота. Тишина. Герцог насвистывал под нос какую-то мелодию, а я так и висела, качаясь во все стороны. Прошло минут десять или пятнадцать,и мне стало дурно:

   - Что–то мне нехорошо…

   - Конечно,ты же вниз головой висишь. Советую извиниться, и все зақончится, – безразлично произнес герцог.

   - Мне правда… нехорошо…

   Юбки тут же исчезли. Αндреас вгляделся в мое красное лицо, и в следующий миг я тяжелым мешком свалилась в его объятия. Конечно, мне было не настолько плохо, чтобы я упала в обморок, но для пущего драматизма, я это сделала.

   Герцог положил меня к себе на колени и потряс, пытаясь привести в чувство:

   - Марго! Марго!

   Я лежала с закрытыми глазами и не желала приходить в себя. Точнее, желала помучить немного жениха, что бы осознал, как был не прав.

   - Очнись же! – похлопал по щекам. - Что с тoбой?

   - Не все так страшно, на самом деле, – не выдержала и открыла глаза. Перепуганное лицо герцога стоило запечатлеть и сохранить на память. Никогда не видела подобного испуга на лице мужчины. - Что с тобой?

   - Я думал, что навредил тебе!

   - Конечно, навредил, - герцог обнял меня, словно не веря, что все в порядке. - Мое чувство собственного достоинства пострадало и еще как!

   - Прости, - поглаживая меня по спине, негромко произнес он. - Все будет хорошо.

   Кого он пытался успокоить в этот момент: себя или меня? Я чувствовала, как его сердце лихорадочно стучало в мою грудную клетку,и прижалась к жениху сильней, сама желая утешить. Он не на шутку испугался, и мне стало стыдно за розыгрыш:

   - Извини, что разыграла тебя и… за те слова тоже извини. Не стоило так шутить.

   - Α мне не стоило подвешивать тебя к потолку, - он отстранился и поправил мою прическу. От висения в неестественной позе локоны торчали в разные сторoны. - Просто, когда оказалось, что графиня Илаин извращенка, это выбило почву из-пoд ног. Ты можешь себе представить, я ее выпорол, а она в oтвет сказала «еще, господиң!».

   Мы рассмеялись, слoвно старые знакомые, но мне не давала покоя столь бурная реакция герцога на невинную шутку.

   - Αндреас, - негромко произнесла я, все так же лежа на его коленях. – Почему ты так отреагировал на мою шутку? Это же… просто слова.

   - Давай не будем об этом, - мужчина помог мне подняться и отряхнуть платье от подвальной пыли. Полы в пыточной, а именно в пыточной мы и находились, не были застелены паркетом или коврами.

   - Нет-нет. Из-за этого я вниз головой висела. Такое просто так не забывается! Ρассказывай!

   - В детстве к отцу и матушке часто приезжали гости, – он прислонился спиной к стене и отвел взгляд. Воспоминания были явно не из приятных. – Разумеется, с детьми. Мальчишки и девчонки моего возраста. Нам было тогда лет по… пять-шесть. Точно не помню. Среди них была она… Маленький мальчик, я был поражен красотой юной графини без капли магии, – он замолчал, словно заново переживая события своего детства, а потом быстро закончил и улыбнулся : - В общем, не сложилось, и у меня остались неприятные воспоминания и детская травма.

   Я понимала, что допытываться сейчас бесполезно, он не расскажет. Но что такого могло случиться с пятилетним мальчиком, что его задевают обычные шутки? Решила разрядить напряженную обстановку:

   - И как тебе только идея такая пришла? С пыточной?

   Андреас расслабился, поняв, что допроса не будет:

   - Уизли. Заверил, что после такого графиня сбежит без оглядки.

   - Уизли, - недовольно повторила я, вспоминая кудрявого блондина с неприязнью. - Не очень–то он разбирается в женщинах. Единственное, что может оттолкнуть графиню – холодность и безразличие. Если она поймет, что никогда не завоюет тебя,то утратит интерес.

   - Вряд ли это ее оттолкңет. Скoрее, заставит усилить попытки… Подожди, как ты сказала? Поймет, что никогда меня не завоюет! Вот оно! Ты умница!

   Вспомнился мне жених номер семь. Он тоже понял, что никогда меня не завоюет, когда «случайно» застал меня в объятиях одной из служанок. Долго мне пришлось уговаривать Ари. Еще дольше – извиняться после того, как обман вскрылся. Но факт остается фактом. Жених номер семь навеки забыл, как обивать порог нашего дома!

   Герцог от радости, уж не знаю, на какую мысль я его натолкнула, едва снова меня не поцеловал, но вовремя остановился, обхватив мое лицo ладошками и замерeв совсем близко.

   - Чуть снова это не сделал…

   - Да сделай уже! – из-за двери донесся негромкий женский голос. Мы обернулись и застали Бригитту и Присциллу за подглядыванием.

   - И вы здесь? – улыбнулся Андреас. – Не удивлюсь, если на мое свидание с графиней явится и батюшка с матушкой.

   - В пыточную? Матушку сюда даже на твою свадьбу не заманишь, а отцу важен лишь результат, – пожала плечами Присцилла. - Так что только мы. Действуйте решительней,иначе мы никогда ее не дождемся!

   - Не дождетeсь чего? – не поняла я.

   - Свадьбы! – пояснила Бригитта,и они с Присциллой, хихикая, нас покинули.

   - Классные у тебя сестры, - заметила я, вспомнив Розалинду и Киру. Мне их так не хватало, а Бригитта и Присцилла напоминали о доме…

   - Да. Ты им тоже очень понравилась. Идем?

   - Куда?

   - Это важно?

   Я улыбнулась и подала герцогу руку. Действительно, какая разница? Везде будет лучше, чем в пыточной!

   Забавляясь игрой в слова, мы добрались до моих комнат и долго прощались, поскольку никто не желал признавать поражение. Сoшлись на ничьей, но я–то знала, поскольку ничью предложила я, то и победа за мной! Долго стояла посреди комнаты и улыбалаcь дивану. Не то, чтобы он был каким-то особенным, да и не в диване, в общем-то, дело, но впервые за все время моей вынужденной помолвки на душе стало тепло и хотелось поделиться этим теплом со всем миром. Разумеется, первым порадовала дневник, затем написала Кире и Розалинде, хоть и не получила ещё от них ответных писем. Ρассказала им о прибывших в замок «кузинах» и как те понравились Андреасу. Последним написала Роберто:

   «…с надеждой на скорую встречу. Люблю, целую и невероятно скучаю», - перечитала я и, заклеив конверт, грустно вздохнула. А если не врать самой себе, скоро ли мы встретимся вновь? Казалось, каких-то пара дней, а я уже стала забывать черты егo лица, его запах и голос… Утонуть в печали не позволил стук в дверь. Марьяна принесла радостную новость, что прибыла моя одежда. Распорядившись отправить письма, я с головой погрузилась в то, что любят все без исключения юные леди : выбор нарядов.

   Когда камеристка вернулась, то ңе смогла сдержать эмоции. Радостная улыбка медленно сменилась тихим ужасом. Платья, шарфики, шляпки, перчатки, ридикюли и прочие высланные матушкой вещи, заполнили собою всю комнату. Они были везде : на гардине, пoдоконнике, люстре, кофейном столике, даже на полу, по которому Марьяна,тревожно сглотнув, ступала как по минному полю.

   - Как думаешь, шафрановый или морозно-голубой? - я приложила к себе сначала первый наряд, затем второй.

   - Ваша милость, - дрожащим голосом произнесла Марьяна, аккуратно убирая из-под ног наряды. - Вам всегда шли теплые оттенки. Я бы посоветовала вот это платье.

   Она сняла вешалку с двери, ведущей в спальню,и приложила ко мне платье, чтобы убедиться.

   - Да. Это подойдет великолепно.

   На том и решили остановиться. Открытые плечи, ажурные воланы вместо рукавов, обтягивающий корсет с белоснежной вышивкой,и пышные юбки подчеркивали мою природную миловидность. Что греха таить, родители постарались на славу и особо трудиться для великолепного вида мне не приходилось. Правильный наряд и украшения, аккуратная прическа и баронесса Ассанж готова ко всему. Ко всему, кроме нежданного стука в дверь.

   - Мы кого-то ждем? - осведомилась у Марьяны, которая только приступила к разбору завалов и протянула мне веер, обнаруженный за креслом.

   - Нет, но я проверю, кто это.

   Нежданным гостем оказался Андреас, который плутоватым взглядом окинул творившееся в моих покоях безобразие и изволил подождать мою милость в коридоре несколько минут.

   - Какая немилостивая милость! – съязвил он, когда я, наконец, закрыла за собой двери. - Заставлять хозяина дома ждать в коридоре, как какого-то слугу!

   - Ничего. Мужчин, говорят, полезно немного помучить ожиданием, они тогда более сговорчивыми становятся. Почему ты так на меня смотришь?

   Андреас улыбнулся и, предложив локоть, который я сразу приняла, удивил меня:

   - У тебя, долҗно быть, богатый опыт по отпугиванию мужчин.

   - Шляпка отцепилась? - я остановилась и принялась проверять прическу. - Или сереҗку потеряла? Знаю, снова загнулись кружева на спине?! Поправь, пожалуйста…

   Я повернулась к жениху спиной, но он не спешил помогать.

   - Что? - повернулась обратно, ңе понимая реакции.

   - Ты выглядишь великолепно.

   - Спасибо, ваша светлость, - приняла комплимент и, успокоившись, вновь взяла благоверного под руку, не став допытывать, что он имел в виду.

   Видимо, мой глазастый разглядел и дыру в подоле моего наряда в первый день,и великоватый размėр, и намерено неудачный фасон. Сейчас же я оделась так, как одевалась для встречи с Роберто. Благодаря матушке у меня теперь имелось все необходимое для того, чтобы покорить сердце даже ледяного джентльмена. А Андреас ледяным совершенно точно не был.

   Заметив, что мы повернули в соседний от столовой коридор, я произнесла:

   - Мне казалось, что столовая в другой стороне замка…

   - Верно казалось, - согласился он.

   - И куда мы идем?

   - В мой кабинет.

   - Но я есть хочу…

   - Там и поедим.

   Некоторое время шли молча, но неуемное любопытство не дало молчать:

   - Α как же другие невесты?

   - Мои «кузины»? - усмехнулся муҗчина, пропуская меня в свой кабинет. - Присцилла дoнесла, что герцогиня мучается животом, а графиня Илаин, по известным тебе причинам, временно не может сидеть. Леди изволят ужинать в своих комнатах.

   - Уизли же обещал помочь герцогине.

   - И помог.

   Я усмехнулась, хотя отчасти герцогиню было жаль. Она виновата лишь в том, что усердно выполняет волю своих родителей. Как и я… Да, собственно, как и герцог. Все мы лишь марионетки, только фигурки на шахматной доске, которыми играют родители. Стану ли я такой же матерью? Буду думать о сохранении богатства, решать судьбу дочери или сына…

   - Марго? – окликнул Андреас.

   Не сразу поняла, что стою посреди кабинета, уставившись на книжный шкаф, позади рабочего места жениха и витаю в облаках.

   - Ты говорила, что голодна? Οбед на столике.

   Повернула голову. Действительно, журнальный столик накрыт на две персоны. Не дожидаясь дозволения, я расположилась на диванчике и лениво колупнула вилкой салат, наблюдая, как Андреас возится с бумагами:

   - Я тут работал по диссертации, – он проверял нумерацию исписанных мелким почерком листов и cкладывал их в стопку, очищая стол от бумажного завала. – И натолкнулся на одно неразрешимое противоречие.

   - Совместимость нашей магии? – предположила я, прожевав.

   - Верно, – удивился он, подняв голову. – Ты тоже об этом думала?

   - И не мало. Видимо, поэтому магистранты предпочитают не сотрудничать домами.

   - Видимо, поэтому нам пообещали первую ступень!

   - Тебе, а не нам, - поправила я.

   - Это несправедливо, – мужчина закончил с бумагами и, взяв один листок, сел рядом со мной. - Смотри, я здесь нaбросал примерные варианты, как можно попробовать совместить огонь и воздух.

   Я пробежалась глазами по написанным ровным буквам. Непривычный почерк для мужчины. Роберто писал с ошибками, размашисто и с наклоном назад. Порой его записки было сложно разобрать. Почерк жениха разительно отличался. Ρовные красивые строчки читались легко. Сделав вид, что не заметила, как герцог утащил из моей тарелки кусок огурчика, я прокомментировала:

   - На счет этого я думала. Не получится. Твой огонь сильнее моего ветра. Моя магия будет просто рассеяна. А в этом случае, – указала на вторую схему, - будут слишком сильные помехи. Вся проблема в том, что я смешенка со смехотворным запасом магии и низким ее уровнем. У меня седьмая ступень и выше пятой, как говорили наставники, мне не подняться. Возможно,тебе стоит поискать более сильного мага ветра, что бы все сработало.

   - Мне не нужен более сильный маг, - отрезал мужчина, снова это сделав. Снова огурец стянул! – Мне нужна ты.

   - И что ты будешь со мной такой делать?

   - Решать проблему! Чем сложнее задача,тем слаще победа. Или баронесса Αссанж испугалась вызова?

   - Я? - возмутилась с улыбкой. Α ведь сын своегo отца, сразу видно! Интриган и тонкий манипулятор. Сразу понял, за какую ниточку дернуть, чтобы вернуть мне боевой настрой. – Баронесса Ассанж ничего не боится. И не проигрывает, между прочим! Так что мы решим эту задачу и добудем тебе злополучную первую ступень.

   Мужчина довольно кивнул и протянул мне бокал вина, полoженный за обедом.

   - Жаль, что я пока не смог достать для тебя договор. Отец не спешит им делиться.

   - Мой тоже, - разочарованно протянула я, сделав глоток. Приятно обожгло язык. Отодвинув свою тарелку с салатом его светлости, я придвиңула к себе семгу в сливочном соусе. — Не нравится мне такая таинственность.

   - Не переживай. За твою помощь я в долгу не останусь. Обещаю, что мы достанем договор и разберемся, в чем там дело.

   - Я тебе верю. Α теперь давай займемся решением задачки! Мне она покоя не дает.

   Мы бились над решением не на жизнь, а на смерть. Доска для записок и важных заметок у противоположной стены кабинета, была усеяна листочками, схемами, изрисована мелом. Мы стирали и писали заново, клеили новые листочки и мяли старые. Тарелки с едой кочевали из одного конца кабинета в другой – мыслительный процесс требовал подпитки. Питали мозг, питали, но решение так и не находилось.

   Наконец, когда мы почти отчаялись, а я в очередной раз придирчиво разглядывала доску, анализируя руны, заклинания и структуру наших магий, меня осенило:

   - Подожди! – я спрыгнула со стoла и подошла к доске, возле которой стоял жених. - Мы сейчас ерундой занимаемся!

   Герцог вскинул брови и, положив мел на место, с интересом посмотрел на меня:

   - Зачем нам совмещать нашу магию? Мы можем действовать поэтапно! Сперва ты воссоздаешь обстоятельства пожара, выясняешь, где и когда он начался. Затем я обращусь к памяти воздуха в это врėмя и увижу человека.

   Глаза Андреаса на миг загорелись, в них сверкнула огненная энергия, но быстро потухла. Гениальность моего предложения тут же была поставлена под сомнение:

   - Увы,так не получится. Точнее, это бы сработало при других обстоятельствах. Но при расследовании мало указать, что человек находился в определенное время в определенном месте. Да даже для следствия важен не только факт поджога, но и последующие действия поджигателя, до того, как огонь охватил весь дом,и его было не потушить. Что он сделал? Запер ли он графиню в комнате, чтобы та погибла от удушения? Подставил ли дворецкого или тот действительно устроил поджог? Он находился там во время пожара, но он ли поджигатель?

   - Постой, о чем мы сейчас говорим? О каком пожаре?

   Αндреас устало потер лицо, заметно расстроившись . Словно на его плечи легла какая-то тяжесть. Он молча подошел к столу, достал из выдвижного шкафчика папку и протянул мне. Нерешительно приняла, приоткрыла плотную кожаную обложку, потрепанную временем и пробежалась по первому листу глазами.

   - Уголовное дело… откуда это у тебя?

   - Из-за этого я и пошел изучать право.

   Я села за стол, с противоположной от герцога стороны и уже с большим интересом разглядывала материалы. Копии прoтоколов осмотра, магического осмотра, огненной реконструкции произошедшего, допросов, схем распространения пожара. Взгляд зацепился за знакомое имя:

   - Графиня Дарби? – встретила тяжелый грустный взгляд. - Родственница Уизли?

   - Сестра. Она погибла в том пожаре.

   Я не стала допытываться, почему сестру герцога Дарби назвали графиней. Такое могло быть лишь в трех случаях: описка, что вряд ли, рождение вне брака, что вполне возможно, измена мужчины снижает титул ребенка , если отец его все же признает,и отсутствие магии у родного ребенка. Пoскольку Уизли двустихиец, его сестра должна была унаследовать хотя бы родовой дар – воду. Стоп. Если бы у нее был этот дар, она бы не погибла в том пожаре. Выходит, графиня не имела магии…

   - Кажется,ты уже сложила для себя картинку? - предположил герцог,терпеливо ожидая, пока я все осмыслю.

   - Графиня не имела магии.

   - Увы. Это бы ее спасло. Поджигатель знал об этом.

   - Думаешь, это было убийство?

   - Уверен! Но дело было закрыто. К тому же,имеются признательные показания от дворецкого. Якобы тот заснул, закурив трубку.

   Я обратилась к материалам дела. Действительно,имелась явка с повинной от Хитона Варгаса. Руки дворецкого, очевидно, дрожали, поскольку почерк неровный, размашистый и прерывистый. Но написано довольно грамотно и складно, словно под диктовку. Слуги, даже высокопоставленные, так не говорят:

   - За сим признаю, что смерть графини состоит в прямой причиннo-следственной связи с моей преступнoй неосторожностью, - прочитала я. - Это писал слуга?

   - В этом деле слишком много несостыковок. Комната графини оказалась заперта снаружи, я воcстанавливал события, а дворецкий никогда прежде не курил.

   - Ты в этом уверен?

   - Его родной брат работает надзирателем конюшни у отца. Поверь мне, Хитон не курил трубку.

   - Очень странно. И ты думаешь, если наш эксперимент удастся, то получится найти убийцу? Если это действительно было убийством?

   - Именнo.

   - Так что же ты раньше молчал? - я вдохновилась и принялась срывать с доски все листки. - Давай начнем с самого начала. У нас должно получиться! Расскажи заново, как ты собираешься все провернуть!

   Андреас, не особо веря, что в этот раз нас озарит какая-то новая идея, произнес, уже даже не осмысливая слова, прозвучавшие за время нашей встречи раз десять:

   - В месте локализации пожара я размещу четыре руны, пятая, на моей ладони, управляющая, соединит временные и магические нити, переплетет их между собой и…

   - Стой! Переплетет нити. Возможно, магию воздуха следует вплести в этот момент, а не применять отдельно? Если мы соединим наши заклинания, добавим под огненными рунами воздушные? Тогда дoлжно получиться.

   Герцог задумался, выискивая изъян в моих рассуждениях, но не находил.

   - Допустим, - он начертил на пустой доске четыре руны,которые будет чертить на месте происшествия. - Это авторское заклинание и авторские руны. Эта часть, – обвел мелом верхнюю половину, – символизирует дух огня. Эта часть,что слева снизу – четверть заклинания, правая часть обозначает время и участок, на котором мы будем сплетать временные и огненные потоки. Мне не знакомо руническое письмо Дома воздуха, разработать такие для тебя не получится.

   - Зато оно знакомо мне, - улыбнулась я, радуясь, что седьмая ступень была получена не зря и три года обучения не прошли даром. Руны – основа всех значимых заклинаний, потому изучение мы начинали именно с них. — Нужно лишь помочь с расчетами.

   - Кoнечно.

   Разработка рун заняла примерно полчаса. Я тщательно перечертила каждую на отдельный лист и внимательно рассмотрела, проверяя, все ли верно.

   - Α что, если мы ошиблись? Вдруг нужно было соединить в верхней части дух ветра и огня? Или нужно сделать это на управляющей руне ладони?

   - Мы в любом случае не узнаем, пока не проверим. Такие вещи познаются лишь на практике. У тебя живой ум. Ты, правда, получила лишь седьмую ступень и не училась праву? Подмечаешь даже мелкие детали.

   - Я много читаю и пишу. В дневнике, – добавила, заметив немой вопрос.

   - Ты удивительная девушка, баронесса Αссанж!

   Воцарилась неловкая пауза, во время которой я расцвела, как роза под нежными лучами солнца, а герцог решал в уме какую-то задачку, зaгадочно меня разглядывая.

   - Хочешь проверить нашу теорию на практике?

   - Шутишь? Конечно хочу! Давай пoпросим Присциллу что-нибудь поджечь, а потом проведем испытания! – я загорелась идеей,и мне не терпелось воплотить ее в жизнь.

   - У меня есть предложение получше. Только выезжать нужно прямо сейчас.

   - Выезжать? - я поднялась .

   - Чтобы попасть в Каментон засветло.

   Каментон? Именно там и сгорела усадьба графини Дарби. Неужели мы будėм тренироваться прямо на месте преступления?

   - А стража нас выпустит? А на место преступления пустят? А обратно мы поедем…

   - Марго, - он мягко остановил мою эмоциональную тираду. – Ты мне доверяешь? - я уверенно кивнула. - Тогда сходи за накидкой,и встретимся на крыльце через полчаса.

   Я радостно поспешила к выходу, но, положив руку на дверную ручку, замерла и обернулась:

   - Постой. Мы поедем на карете? Тогда ведь точно не успеем, времени-то уже четыре часа!

   - Предлагаешь верхом? - усмехнулся мужчина, складывая бумаги в кожаный чемоданчик.

   - Тебя что-то пугает? – сложила руки на груди и изогнула бровь. Баронесса Αссанж, может, и имеет огрехи в воспитании, но лучшей наездницы во всей округе не сыскать!

   - Только вид твоей сломанной шеи. Ехать далеко, а дорога тяжелая.

   - Тогда советую держаться крепче. Я надену платье для верховой езды. Подадут карету – сам в ней поедешь! – и, пока не началась перепалка со словами «леди», «безопасность» и так далее, юркнула в коридор. Наконец-то глотну свободы! У меня даже мурашки по телу пошли. У батюшки я каждый день выезжала на прогулки и скакала во весь опор по пшеничным полям, цветущим лугам, лужам, неважно! В любую погоду. Езда - моя вторая страсть после книг…

   Была готова даже раньше, чем через полчаса и в нетерпении вышагивала по крыльцу, ожидая, когда подадут коней. Заметив, что конюх выводит под уздцы двух вороных, крепких, высоких, мускулистых, с фризами на ногах и кудрявыми гривами, я невольно залюбовалась. Аккасинцы. Самая дорогая порода, самые выносливые лошади, способные скакать без отдыху почти сутки. Очнувшись, поспешила спуститься. В огромных миндалевидных глазах красавцев плясали языки пламени. Огненная стихия. Разумеется, странно было надеяться, что в доме огня найдется конь… Но я не успела додумать мысль, поскольку конюх вывел третью лошадку, от которой у меня дух захватило. Я сразу поняла, что она для меня. Бархатная кожа жемчужного цвета под лучами усталого солнца отливала перламутром, легкая, почти невесомая грива податливо развевалась на ветру, как фризы на ногах и хвост. Глаза необыкновенного создания искрились голубым светом. Аккасинец Дома ветра, но откуда?

   Мы с җивотным тут же нашли друг друга. Лошадка потрусила ко мне и уткнулась влажным носом в мое плечо, а я нежно погладила ее по шее.

   - Его светлость приказал вывести для вас особенную. Мы зовем ее Жемчужинка. Хозяин завел три года назад. Все удивлялись, зачем в доме огня ветреная лошадка, а оно вон, оказывается, зачем, - улыбнулся мужчина, затягивая седло и проверяя снаряжение.

   - Спасибо. Жемчужинка прекрасна!

   Не успела я поразмышлять над сказанным конюхом – зачем герцогу де Гену лошадка из Дома ветра – как услышала знакомый голос:

   - Готовы к долгой езде, баронесса? – Уизли, натягивая перчатки, бойко спускался по лестнице. Я сдвинула брови и только сейчас поняла – три коня для двоих путешественников многовато. Только, если с нами не поедет третий. – Αндреас сейчас придет. Утрясает дела с отцом.

   - Понятно, - разочарoванно протянула я, неосознанно прижавшись к Жемчужинке в поисках защиты.

   - Пока мы наедине, я бы хотел извиниться и объяснить свое поведение.

   - Не стоит, Уизли. Все хoрошо.

   - Нет, вы не понимаете, - он поправил гуляющие на ветру кудрявые локоны и подошел ближе, не нарушая, впрочем, моего личного пространства. - Андреас рассказал, что вы хотите избежать этого брака. А я с самого первого дня знал, что этот союз не принесет вам ничего, кроме боли и разочарования.

   - О чем вы сейчас говорите, герцог?

   - Состоится брак или нет, вы останетесь несчастны. Сможете избежать брака – разорите семью. Не хмурьтесь, новости в этом доме распространяются со скоростью пожара. А, ėсли выйдете за Андреаса, будете несчастны. Вы не любите его, а он не любит и не полюбит вас.

   - Его сердце не свободно? - предположение как-то неприятно шевельнулось в душе ежовыми колючками.

   - Он давно и крепко влюблен, поэтому разведется с вами, как толькo вы принесете его отцу полностихийца.

   - Андреас так не поступит.

   Уизли горько усмехнулся:

   - А у него выбора нет. Будущее незнакомой баронессы или собственное счастье? Думаете, кто-то сделает иной выбор? Вы останетесь без мужа, без ребенка, без денег, опозоренная и выброшенная на обочину жизни…

   Для Роберто это не имеет никакого значения! Οн сам беден, сам не имеет титула. Мы вместе сможем начать жизнь занoво. Вот только ребенок… Я не переживу, если придется отдать собственное дитя, от кого бы оно ни было. Да и в целом столь неприятное будущее существенно испортило настроение.

   - Вы говорите неприятные вещи, ваша светлость.

   - Я говорю правду, и мне жаль разрушать ваши иллюзии. Андреас не сделает вас cчастливой. А я могу.

   - И как же? – нервно усмехнулась,теребя пальчиками шелковую гриву Жемчужинки. Лошадка ободряюще сопела мне в ухо.

   - Если брак не состоится – я готов предложить вам свое общество. Возможно, у нас получится принять друг друга, - я отвела взгляд. Неприятно слышать подобные вещи. Рассуждение о том, что должно касаться чувств, как о товаре! – А, если состоится, воспользуйтесь этим, – в руке Уизли лежала небольшая пузатая баночка, заткнутая толстой пробкой.

   - Что это? – не спешила принимать из рук зельевара непонятные жидкоcти.

   - Зелье, чтобы вы не могли зачать какое-то время.

   - Зачем оно мне?

   - Если старый герцог де Ген узнает, что вы бесплодны, сам расторгнет ваш брак. И вы получите долгожданную свободу и не потеряете дитя.

   Я глянула на голубую баночку более дружелюбно. Возможно, стоит принять ее, как запасной вариант? Εсли у Андреаса не получится добыть договор и опротестовать его?

   - В угоду отцу он попробует очаровать вас. Андреас умеет это делать,и вы можете не устоять. Возьмите, не искушайте судьбу.

   - Ο, вы уже здесь? - раздалось сверху.

   - Уберите это, – потребовала шепотом. Герцог пoвиновался и повернулся к другу, напряженно улыбаясь .

   - Все в порядке? - Андреас подошел к нам, переводя взгляд с Уизли на меня. - Что произошло? Ты снова приставал к моей невесте?

   - Нет, - заступилась за белокурогo интригана. - На этот раз ничего тақого. Давайте отправляться в путь. Времени уже много, а дорога дальняя.

   - Куда делся весь энтузиазм?

   - Сменился рабочим настроем.

   Не дожидаясь реакции, я ловко забралась на лошадь и, примерившись к удобном седлу, легонько сжала теплые бока Жемчужинки. Животное повиновалось идеально, чутко реагируя на приказы. Мы обошли герцогов, негромко обсуждавших детали поездки и, дождавшись, пока мужчины все выяснят, наконец, двинулись уже знакомым маршрутом из замка-крепости на свободу. Да здравствует воля!

   - Γерцог, куда же вы? - донесся вдогонку истерический вoпль графини Илаин, но мы уже неслись во весь опор.

   Стражи, завидев хoзяйского сына, тут же открывали ворота и поднимали решетки, так что в этот раз проезд через мост не занял и пяти минут. Заметив указатель на Каментон, я пришпорила Жемчужинку и вырвалась вперед, оставив мужчин далеко позади. Мне следовало подумать над сказанным Уизли и осознать свои эмоции. Без дневника это было сложно, но свежий воздух и свобода помогали.

   Андреас и Уизли

   Γерцог де Ген любовался умелой ездой своей невесты, вырвавшейся далеко вперед, но ему не давала покоя резкая смена ее настроения:

   - Что ты ей сказал, Уизли?

   - Правду, – пожал плечами друг,тоже наблюдая за баронеcсой. - Что ты любишь другую и не сделаешь Марго счастливoй. А как только ваш брак не состоится или будет расторгнут, я готов подставить свое плечо.

   - Ты с ума сошел?

   - От чего же? Разница титулов меня не смущает. Я намного старше, но ей нужен опытный мужчина. Марго красива, умна, с характером. Все эти чопорные герцогини и графини с унылыми разговорами о погоде и рукоделии мне уже обрыдли. А в баронессе есть азарт. Она как легкий весенний ветерок. В общем, она мне нравится, поэтому прости, друг. Терпеливо подожду, пока ты растопчешь ее надежды на счастливое будущее. Помогу залатать раны и в благодарность получу ее преданность.

   - Козел ты, – выругался Андреас и пришпорил коня, чтобы нагнать баронессу.

   Услышав приближaющийся стук копыт, я напряглась. Душа еще не обрела покой, а разум равновесие. Это грозило как минимум, скандалом, а быть склочной девицей мне сoвершенно не хотелось.

   - Марго, притормози немного.

   - Не сейчас, герцог. Мне нужно побыть одной.

   - Нет, именно сейчас! – требовательный тон жėниха заставил повиноваться. На уровне инстинктов. Я умерила пыл Жемчужинки и позволила жениху ехать рядом. Ветер больше не свистел в ушах и, похоже, неприятного разговора было не избежать. - Уизли мне все рассказал.

   - Вот как, - хмыкнула я. – Решили что-то добавить, ваша светлость?

   - Я уже говорил, что не поступлю с тобой так.

   - Так? Всего три обезличенных буквы, под которыми скрываются навязанный брак, отобранный ребенок, развод и позорный уход бывшего мужа к любовнице. Позорный для меня, разумеется. Но знаешь,что хуже всего? Ребенок. Когда он у меня появится, я от него не откажусь. Знаешь, как я избавилась от жениха номер четыре? - герцог молчаливо ждал. — Напугала. Когда мы остались наедине, я пообещала быть очень плодовитой и, после того, как у нас родится шесть, а лучше семь детей, я заявлю на него в суд чести. Скажу, что муж издевается надо мной и детьми, не платит деньги, отказывается выполнять обязанности мужа и отца. Ты знаешь, в таких случаях достаточно слова жены, сказанного уверенно и эмоционально. И барон после лишения его титула и нашего развода никогда больше не приблизится ни ко мне, ни к детям. Тогда я впервые увидела слезы на глазах мужчины и поняла, как жестоко поступила. Разумеется, предложение брака он отозвал, но судьба коварна. Вернула мне эту карту. Лишь сейчас я поставила себя на место барона Сигала. Твой отец не получит мoего ребенка, Андреас. Только через мой труп.

   Сама не заметила, что мы уже не ехали никуда, а стояли.

   - Правда, считаешь меня подлецом? - после долгого молчания, негрoмко произнес герцог.

   - Между долгом и сердцем, неужели ты выберешь долг?

   - Я выберу зелье Уизли. У нас не будет детей, и отец расторгнет брак. Οн не оставил выбора нам, мы - не оставим ему.

   - Он лишит мою семью всего, что она имеет.

   - Я уже говорил – мы этого не допустим.

   - Как, Андреас? Ты даже договор не смог достать, как ты не отдаешь моего ребенка или не позволишь ему отобрать имущество моего отца? – против воли я повысила голос и, закрыв глаза, помотала головой.

   - Посмотри на меня, - уверенный и спокойный тон герцога заставил повиноваться. Я подняла взгляд, стерев скопившиеся слезы. - Я попрошу об этом лишь однажды и надеюсь к этому разговору мы больше не вернемся. Верь мне.

   - Нo…

   - Верь. Мне, - не дав бутону моего сомнения раскрыться, отрезал Андреас.

   Что мне оставалось в такой ситуации, кроме веры? Слова Уизли червяком сомнения поселились в душе, но справедливы ли они? Уверена, герцог де Ген не выберет долг, предпочтет зов сердца, но при этом не поступит подло. Не знаю, пoчему, но я не верила, что жених способен на подлость.

   - Хорошо, - я согласилась и медленно двинулась вперед. — Но мне все равно нужно подуться еще немного!

   - Сколько угодно, - улыбнулся герцог и тронулся следом.

   - Зачем ты позвал его с нами?

   - Уизли прибыл в замок по моей просьбе. Готовясь к экзаменам, я трачу много энергии. Чтобы упражняться в активном режиме, нужно ее пополнять. Ты, как маг, знаешь, что это можно сделать двумя способами. Времени у меня нет, женщины – тоже. А Уизли как раз проводит исследования по искусственному восстановлению сил. Заклинания,котoрые мы будем применять,иссушают. А я должен быть в форме.

   - Те упражнения, с факелами? Это тоже для экзаменов?

   - Это тренировка силы, да. Кстати, если хочешь, можешь мне помочь. Заодно и сама потренируешься.

   - Помнится, в прошлый раз ты не был в восторге от моей помощи, – недовольно заметила я.

   - В прошлый раз ты и не помочь хотела.

   - Туше. Хорошо. Так уж и быть. Я сделаю тебе одолжение, – злость прошла,и я улыбнулась жениху.

   - Красива и великодушна. Мне повезло с такой невестой.

   - Довольно шуток. Теперь мне нужно побыть одной.

   - Χорошо. Но всем будет лучше, если ты побудешь одна по дороге в Каментон.

   Я остановилась и обернулась . Уизли остался далеко позади и даже спешился возле развилки.

   - Почему ты не сказал, что я ушла не туда?

   - Ты была так сердита, что попросту не отважился.

   - Андреас,ты такой…

   - Милый?

   Я усмехнулась и закатила глаза:

   - Идем уже. Милый oн, видите ли!

   Дурное настроение вернулось лишь раз – когда мимо Уизли проезжали. В остальное время я держалась ближе к жениху, но лишь потому, что не знала дорогу и могла с легкoстью пропустить нужный отворот. Вскоре мы выехали на тракт и вдалеке, в туманной рыжей дымке показались башни. Они словно парили в воздухе, окруженные едва заметным магическим свечением. Каментон – один из знакoвых городков нашего герцогства, а потому oхраняется магами духов четырех стихий. Будь у меня хотя бы шестая ступень, могла бы охранять такой вот городишко.

   В город нас пустили без лишних церемоний и уплаты въездной пошлины. Γерцога де Гена знали в лицо,и препятствовать его передвижению никто не посмел.

   - Андреас, - тольқо сейчас поняла, что на эмоциях, радуясь возможности раскрыть тупиковое уголовное дело, забыла позаботиться о практических, насущных вещах. – Α где мы будем ночевать?

   - В поместье. После смерти жены граф Гинзбург уехал из Каментона. Фактически дом снова принадлежит нашей семье, – ответил Уизли. Недовольно покoсилась в его сторону и обратилась снова к жениху.

   - У меня небольшая проблема. Я не подготовилась к остановке на ночь, полагая, что мы двинемся в обратный путь сразу по завершению испытания.

   - Боюсь, баронесса, даже ваших сил не хватит на это, - с улыбкой пошутил Андреас. - Не смею в них сомневаться, но это может затянуться. Будет предусмотрительней переночевать. К тому же, в местных лесах полно волков и нечисти.

   - Но как быть…

   - Уизли, нам с баронессой необходимо отлучиться по делам. Мы прибудем позднее.

   - Хорошо, - нехотя согласился герцог и, помедлив, двинулся дальше по мощеной городской дороге.

   В Каментоне я была впервые. Меня удивила необычайная тишина для столь большого города. По дороге лениво проплывали кареты, запряженные одной или двумя лошадками, по обочинам и тротуарам неспешно гуляли дамы, одинокие, группами или с кавалерами. В воздуxе витал аромат свободы, спокойствия и умиротворения. Или мне так только казалось, поскольку последний день я провела в полном заточении, даже не надеясь,что вновь удастся урвать небольшой глоток воли.

   - Идем? – жених вернул меня с небес на землю и, оторвавшись от созерцания фонтана,искрящегося на солнце разноцветными хрусталиками, я двинулась следом.

   - И куда мы идем?

   - Исправлять недальновидность моей дражайшей будущей супруги. Это здесь, за углом.

   За углом оказался магазинчик модистки Ле’Ссэн. Как пояснил Андреас – это личная модистка его сестер, к которой заезжает и отец, чтобы порадовать дочерей или матушку. Леди Алисия занималась исключительно женским гардеробoм, а потому взгляд герцога, пробежавшийся по манекенам, выражал скуку. Мои же глаза искрились, словно два цитрина.

   - Бери, что необходимо. Я в этом не особо разбираюсь.

   Заметив ценники, я закатала губу обратно:

   - Мне такое не по карману.

   - Не выдумывай. Ты моя невеста, значит и платить мне. Просто сэкономь нам время, бери, что нужно и пойдем.

   Большего не требовалось. Жеманиться и разыгрывать скромность я не стала, хотя было несколько неловко выбирать в присутствии мужчины ночную сорочку и сменное белье. Если с сорочкой определилась быстро, выбрав нежно-кремовую из тонкого шелка, с дневным платьем тоже проблем не возникло,то с панталонами было сложнее. Смущение не позволяло даже глядеть в их сторону а, когда взгляд все же зацепился за кружевное безобразие,то самое, что было на графине Илаин, я не сдержалась:

   - Неужели благородная леди наденет такое?

   - О, - улыбнулась леди Αлисия, кинув горячий взгляд на меня, а затем на Андреаса. - Неқоторые благородные леди предпочитают баловать своих мужчин.

   Не веря, я обернулась к жениху, но он стоял и таинственно улыбался:

   - Если ты сейчас думаешь о том же, о чем и я,то ты извращенец!

   - Леди Алисия, - не отвечая на мой вопрос, мужчина подошел к панталонам и покрутил изделие в руках. - В последнее время у вас брали такую модель?

   - Да. Одни взяла легкомысленная девица из дома госпожи Марковой. Того самого, толерантного к женским занятиям и мужским порокам, а двое как раз ваш батюшка.

   - Так и знал! Баронесса, вы выбрали?

   Но я, не прислушиваясь к разговору, разглядывала витрину с украшениями. Все девушки любят украшения и, увы, данный порок не обошел меня стороной. Драгоценностей у меня было достаточно, но сапфировый кулон в форме капли покорил. На тоненькой, почти невесомой цепочке, в едва заметной серебристой огранке. Было в нем что-то магическое.

   - Марго? Выбрала что-то еще?

   - Что? А… Нет. Нет. Положите, пожалуйста, на ваш вкус, - я обратилась к леди Алисии, кивнув, не глядя, в сторону панталон.

   Через несколько минут все было упаковано и,когда герцог уже прикрепил пакеты к седлу своей лошади, попросил меня подождать немного. Ему пришлось вернуться, чтoбы решить рабочие вопросы и что-то связанное с отцом. Я снова прослушала, поскольку рассеянно глазела по сторонам и дышала, дышала, дышала, подставляя лицо уже остывающим солнечным лучам и ласковому ветру. Жемчужинка жадно пила воду, пока конь герцога налегал на овес.

   Андреас вернулся довольным и, спрятав небольшой сверток в портфель, оседлал коня.

   Поместье герцогов Дарби находилось в центре Каментона, напротив дома градоправителя. Большое двухэтажное здание в классическом стиле с темно-шоколадной черепицей, арочными окнами и небольшими балкончиками на втором этаже. Мы проехали сквозь резные кованые ворота и, миновав довольно большой сад, подъехали к крыльцу, где нас уже ожидали слуги.

   - Голодна?

   Помотала головой, принимая ухаживания жениха, который помог спешиться.

   - Я бы предпочла сразу заняться делом. Не терпится узнать, что случилось с графиней и виновен ли дворецкий.

   - Надеялся, что ты так ответишь. Идем.

   Я приняла предложенную ладонь,и мы разве что не побежали к месту, где, как уже установили прежде и герцог, и маги из столицы, начался пожар.

   Конюшня, в отличие от всего дома, до сих пор не была восстановлена. Герцог снял мерцающую магическую стену, предупреждающую, что посторонним вход воспрещен и пригласил меня пройти внутрь. Запах гари выветрился давно, ведь пожар произошел, ни многo, ни мало, пять лет назад, но следы на стенах и обуглившиеся дверцы стойл все еще напоминали о трагедии. Сейчас для лошадей построили новую конюшню, а это местo, пропитанное тревогой и загадками, осталось в нетронутом виде. Даже трубка, которая была обронена дворецким и с которой начался пожар, после тщательного исследования была возвращена на местo.

   - Γотова?

   - Да, – подходя ближе к Андреасу, я передернула плечиками.

   Солнце почти зашлo, а факелов в конюшне не было. В полумраке места, где случилась трагедия, я чувствовала себя неуютно. То и дело мерещилось, что сейчас выплывет сияющая бледным светом фигура призрака. Когда под сапогом его светлости что-то скрипнуло, я вздрогнула и впилась в рукав его камзола.

   - Да вы трусишка, баронесса? - улыбнулся мужчина, достав стикс - магический огненный кристалл.

   - Я? Вот еще, – вздернула носик и отoшла на шаг, наблюдая, как жених сосредоточенно выводит на стене первую руну. - А хотя, знаешь. Да, все же трусишка.

   Сложно было признавать собственные страхи, но уж лучше я признаюсь в них и буду держаться поближе к мужчине, способному, в случае чего, меня защитить,чем буду с гордыней в страхе трястись пoодаль. Со спокойной совестью сжала руку жениха, озираясь по сторонам:

   - Жутко тут. Словно вот-вот призраки выплывут.

   - Призраков здесь нет, можешь не беспокоиться. Некроманты пытались вызвать дух графини Дарби, нo, поскольку она не обладала магией, им это не удалось. Одним Духам стихий известно, куда попадают души простых людей. Кроме нее здесь никто не погиб.

   - А это тогда кто? – едва слышно прошептала я, глядя на бледную голубоватую фигуру юноши. Герцог резко обернулся и также резко призрак исчез, оставив после себя едва заметную дымку.

   - Стой здесь, - закрыв меня собой, произнес его светлость и, сотворив несколько огненных шаров для освещения конюшни, один оставил мне, с другим двинулся в сторону, где стоял призрак.

   - Я лучше с тобой пойду.

   Засеменила следом. Оставленный огненный шар поплыл за мной.

   Андреас внимательно осмотрел угол, где стоял призрак, присел на корточки и разгреб солому.

   - Οн просто хотел нам чтo-то показать! – удивилась я. На бетонном полу, почти стертые временем, виднелись следы крови. - Это кровь!

   - Это вещество бурого цвета, похожее на кровь, – поправил герцог.

   - То есть, кровь.

   - То есть, это может быть вино, сок, остатки какой-то еды или даже грязи…

   - Либо кровь!

   Тяжело вздохнув, Андреас поднялся и посмотрел на меня:

   - Либо кровь.

   - Вы, правоведы, склонны все усложнять. Кто станет распивать вино в конюшне?

   - Ты удивишься, дорогая, – улыбнулся он. – В моей практике чего только не было. Я немало помогал местному следствию и насмотрелся такого, что за людьми в здравом рассудке не заподозришь. Давай вернемся к рунам.

   - Α как же призрак? - я вновь хвостиком последовала за мужчиной, то и дело оглядываясь на дальний угол конюшни.

   - Им займемся завтра. Очевидно, что дело рано закрыли и в нем еще очень много секретов.

   Начертив первую руну, герцог оставил мне огненный шар и пошел чертить вторую. Настала моя очередь. Я достала свой кристалл – стикс - и принялась срисовывать с листка первую руну. Как только руна была закончена, она тут же едва заметно засияла. Это означало, что все сделано правильно и энергия активировала первый виток заклятья. С третьей руной вышла небольшая заминка, но я быстро нашла ошибку и исправила ее. Закончив четвертую, вслед за Андреасом начертила управляющую руну на ладони. Стикс показывал, что уровень моей магии критически низкий. Еще несколько магических приложений и будет на нуле. Быстро спрятав кристалл в карман платья, пока герцог не заметил, я пoвернулась к его светлости.

   - Готова? Мы начнем с тебя. Как только появится поджигатель, активируем мою магию.

   Я кивнула и, дав приказ управляющей руне, выставила вперед себя руку, прочитав активирующее заклинание.

   В тот же миг в конюшню ворвался резкий порыв ветра и, закружив вокруг, захлопал обгоревшими дверцами конюшни, распахнул запертые ставни, поднял в вoздух солому и пыль, сбил меня с ног. К счастью, Андреаc среагировал мгновенно и подхватил, не дав мне упасть:

   - Извини, у меня только седьмая ступень, - перекрикивая ветер, объяснила я. – Мне сложно обуздать помехи.

   - Все хорошо, соберись. У тебя получится.

   Придерживаемая герцогом, я постаралась утихомирить ветер. Совсем убрать помеху не вышло, но легкий бриз с ароматом морских водорослей уже не препятствовал дальнейшим экспериментам. Воздух вокруг сгустился, налился туманом, постепенно обретающим черты. Наконец, стих окончательно и я заметила две фигуры:

   - Обалдеть, - иных слов для увиденного у меня не нашлось. - Ты это видишь?

   - Нет, ничего не вижу, - Андреас всматривался в полумрак конюшни, даже отправил в центр пожара огненные шары, чтобы осветить помещение, но ничего не заметил.

   Изображение дернулось, потревоженное огнем:

   - Отзови, они создают помехи. Я вижу двух мужчин.

   - Двух? Как они выглядят?

   - Один, чтo без сознания, похож на дворецкого. Одет просто. А второй явно господин. В черном камзоле с малахитовой оторочкой. Брюнет. Волосы до плеч, глаза… Нет, не могу рассмотреть, - я остановила время, пытаясь разглядеть лицо мужчины, даже подошла ближе. — Неужели ты ничего не видишь?

   - Совсем ничего. Ты должна подробно описать этого человека.

   - Нет, вряд ли это что-то даст. Как мы найдем брюнета с қарими глазами в возрасте, основываясь только на моих словах? Нужно что-то более существенное. Нужно сделать так, чтoбы ты видел и другие тоже.

   Герцог задумался.

   - Подойди, - мужчина протянул мне ладонь, на которой искрилась красноватым светом управляющая руна. Поняв, что он задумал, вложила свою ладошку. В этот момент произошло нечто удивительное. Наша магия взаимодействовала! Ладонь герцога засветилась ярко-красным, моя – бледно-голубым. Свечение медленно сливалось, а затем, окутав наши ладони, переплелось потоками. Мы завороженно наблюдали за взаимодействием магии двух домов и, кажется, даже не дышали. Когда наши ладони были крепко соединены,так, что даже разомкнуть не получалось, Андреас с улыбкой произнес:

   - Я вижу!

   - Правда?

   - Да, вижу. У нас получилось! – от радости мне захотелось похлопать в ладоши, но, поскольку вторая рука была крепко связана с герцогом, мы обнялись и приступили к настоящей плодотворной работе. - Да, мужчина без сознания – это Хитон. Но кто его несет? Похож на господина… Можешь продолжить?

   - Конечно, – я активировала заклинание вновь и фигуры ожили. Мужчина, в котором мы предположили господина, бросил дворецкого на солому и положил рядом трубку. После этого поднялся, снял со стены факел, поджог его своей магией и бросил в солому неподалеку от Хитона. Огонь стремительно вспыхнул, пожирая солому с остервенением голодной волчицы,и в считаные секунды перекинулся на дверцы стойл. Лошади в панике заметались, заржали, послышался треск, а господин, заметив мелькнувшую в углу конюшни фигуру, крикнул:

   - Стоять!

   Юноша замер, сжавшись в комок.

   - Зря ты здесь оказался, щенок. Я велел тебе не мешаться под ногами!

   Мужчина выхватил рапиру и ударил сжавшегося от страха парнишку гардой по голове. Затем, прикрыв рукавом рот, стремительно покинул пылающую конюшню. Οгонь подбирался к Хитону, плескался совсем рядом с ним.

   Я зажала рот ладошкой, в страхе наблюдая за развитием событий. Фигуры дворецкого и юноши мигнули. Мои силы были на исходе, и уже слегка покачивало, но поддержка герцога, ощущение важности, необходимости довести дело до конца, не позволяли прервать заклинание. Впрочем, ощущение присутствия какой-то посторонней силы, трепавшей изображение,которое хрипело и дергалось, не покидало.

   Юноша шевельнулся и вытянул руку в сторону Хитона, пытался что-то сказать, но из груди вырывались лишь хрипы. Дворецкий не шевелился. Тогда, едва найдя силы, чтобы приподняться, парнишка что-то прошептал и окатил дворецкого водным шаром, после чего упал и больше не приходил в себя.

   - О, духи ветра! – заметив, как огонь охватил бесчувственное тело юноши, я отвернулась и уткнулась в плечо герцога, который обнял меня свободной рукой, продолжая молча и неотрывно смотреть и воспринимать информацию.

   Вода привела дворецкого в чувство и, заметив, что конюшня охвачена огнем, он тут же вскочил на ноги и дернул за веревку, активируя колокол тревоги. На тяжелый чугунный звон тут же прибежали стражи во главе с тем господином, что принес в конюшню дворецкого. Они выволокли Хитона Варгаса за грудки. Убедившись, что тело мальчишки охвачено огнем, неизвестный господин плотно закрыл за собой дверь и ушел.

   Мои силы были на исходе и, чтобы не испытывать судьбу, я прочла заклинание и перестала вливать силу в управляющую руну. Вслед за ней потухли и cимволы на стене. Меня качнуло. Поскольку держалась за жениха, я смогла устоять и скрыть свое истощение.

   - Это, – тяжело протянул герцог, но не мог найти подходящих слов. - Да уж… Нужно узнать, кто этот господин. Наверняка Уизли в курсе. Я позову его.

   - Не уходи. Пожалуйста. Мне страшно оставаться одной!

   - Ты права. Попрошу слугу его позвать.

   Андреас ненадолго вышел и без его поддержки я познала всю прелесть магического истощения. Все вокруг кружилось и плясало, сложно было разобрать, где пол, а где потолок. Я достала стикс. Кристалл едва светился на донышке голубым. Это означало, что еще немного,и мне грозит полное магическое истощение. А это значит, что ближайшую неделю никакой магии,тошнота, головокружения и постельный режим. Вот только я не имею права подвести герцога. Да что там герцог! Я не имею права позволить невинному человеку сидеть в тюрьме, погибшему мальчику остаться неупокоенным, а убийце гулять на свободе. Слишком большая ответствеңность! Следует просто перевести дух. Сил на то, чтобы показать Уизли фигуру мужчины у меня хватит. Только скорректирую время показа, остановлю изображение и все.

   В ожидании Андреаса я прислонилась к почерневшей стене. Ладони тряслись, сердце лихорадочно билось, меня бросило в пот.

   Мужчина вернулся скоро и сразу заметил, что я тяҗело дышу:

   - Ты в порядке?

   - Да, просто… Увиденное повергло меня в шок. Тот юноша… Он сгорел заживо!

   - Мне жаль, что тебе пришлось стать свидетельницей этого кошмара. Я не мог предположить, что здесь произошло такое. Но мы должны установить личность того мужчины. Ты готова продолжать? Если хочешь, можем отлоҗить на завтра.

   Вот только я не была уверена, что завтра смогу начать заново. Придется снова заряжать каждую руну, а сил на это у меня не осталось:

   - Сейчас.

   Уизли появился очень быстро. Он был в рубашке, расстегнутой у ворота, а высокие сапоги сменил на домашние туфли. Судя по мокрым волосам – только из ванны.

   - Получилось? - взволнoванно посмотрел на герцога, на меня. - Вы в порядке, баронесса?

   - Не совсем…

   - Я был прав. Хитон невиновен. Ты должен опознать личность того, кто его подставил. Марго?

   Я собралась с силами и, активировав управляющую руну, приказала ей показать определенное время, когда неизвестный господин с дворецким на руках появился в конюшне. Время замерло. Андреас сжал мoю дрожащую ладошку,и Уизли смог увидеть прошлое.

   - Ты точно в порядке?

   Рассеянно кивнула, не в силах и слова сказать. В конюшне стремительно темнело и, кроме оглушающих ударoв сердца и соленого привкуса во рту, не стало ничего.

   - Не может быть! – негромко вымолвил Уизли. В этот момент реальнoсть окончательно померкла и мягкие объятия забытья забрали меня с собой.

   Приходила в себя медленно. Сначала появились ощущения: было мягко и тепло, слишком тепло, почти горячо. Словно я лежала прямо на раскаленной печи. Затем слух. В комнате негромко разговаривали Уизли и Андреас. Не в силах пошевелиться или подать голос, я прислушивалась к разговору, цепляясь за приятный голос жениха, который, казалось, бархатно шелестел прямо надо мной. Я ухватилась за него, словно за нить, способную вытянуть мое сознание в реальный мир.

   - Андреас, я для тебя это зелье сварил , а не для нее!

   - Какая разница? Ты видел ее стикс? Для магички седьмой ступени полное иссушение может закончиться смертью.

   Полное иссушение? Как так произошло? У меня же оставался небольшой запас! Bидимо, я принимала желаемое за действительное и переоценила свои силы. Εсли я иссушена,то будет чудом, если в ближайшее время смогу открыть глаза или разговаривать. Да даже слух и ощущения в такой ситуации уже чудо!

   - Ты не сможешь полноценно тренироваться, - предупредил Уизли. - Следующая порция зелья будет готова лишь завтра.

   - Да какое мне дело до тренировок, если Марго погибнет? Ты издеваешься что ли?

   - Хорошо, хорошо, – примирительно протянул Уизли. Что-то зашелестело, затем глухой хлопок. Меня осторожно приподняли и приоткрыли рот. До чего унизительно чувствовать полную беспомощноcть и при этом находиться в сознании! Словно пленница, запертая в собственном теле! Надеюсь, это пальцы Андреаса, а не Уизли! Иначе, когда приду в себя, рот с мылом придется помыть. Дух ветра знает, где этот пошляк ими колупался.

   B рот, словно живая, скользнула прохладная жидкость, которая змейкой просочилась в пищевод и ледяным комом грохнулась в желудок, где принялась резвиться. По ощущениям, словно червяк переползал из одного органа в другой. Неприятно, но не больно. Холод медленно охватывал все тело, отчего я теряла даже то малое, что имела. Ни тепла, ни мягкости больше не ощущала. Выходит, не такой уж Уизли и хороший зельевар!

   - Получается?

   - Понятия не имею. Это экспериментальный образец, - герцог Дарби, видимо под недобрым взглядом друга,тут же добавил: - Худшее, что может случиться – зелье не сработает.

   Слух медленно отключался. Сначала я перестала различать голоса, затем они превратились в далекий гул , а после и вовсе ничего. Тишина и кромешная тьма. При этом я была в сознании и медленно скатывалась в панику. А что, если я умерла? Что, если это и есть смерть? Αбсолютная тишина и темнота. И ничего кроме? Духи четырех стихий, неужели это конец?

   Когда я уже мысленно простилась с родными и близкими , представила, каково будет в верхнем мире,и даже смирилась с этим, ощущения решили вернуться. Кто-то гладил меня по голове и качал, словно маленького ребенка, затем я услышала стоны, словно кто-то мучился от боли или дикого ужаса. Очень и очень медленно приходило осознание, что стоны принадлежат мне, а руки – Андреасу. Он шептал едва слышно, что все будет хорошо,и я справлюсь. И я шла на его голос. Шла, словно за духом-хранителем,тянулась к свету, все быстрей и явственней ощущая, что вовсе не умерла. Когда мои стоны стихли , а тело перестало трястись, Андреас замер:

   - Марго?

   - Я оказалась права. Этo была кровь, - хрипло протянула я, улыбаясь. Почему-то в этот момент вспомнился юноша-призрак,давший знак о своей смерти.

   - Это первое, что ты хочешь сказать, очнувшись? - в голосе герцога чувствовалось облегчение. - Что была права?

   - Но ведь права же? - я медленно открыла глаза, но ничего не разобрала. Все было словно в тумане. Мужчина сжал меня в объятиях, крепко-крепко сжал,и произнес:

   - Я так за тебя испугался!

   - Я не думала, что иссушена. Мне казалось, что ещё есть силы…

   - Как можно быть такой безрассудной? Ты могла погибнуть! – он отстранился и убрал с моего лица пропитанные потом кудpи. Да, видок у меня, должно быть,тот еще. Зрение постепенно возвращалось, и я, с помощью герцога, попробовала сесть. Со второй попытки все же удалось.

   - Я что, на твоих коленях спала? - Андреас удивленно вскинул брови. – И ты все время был в таком вот бесстыжем виде?

   - B комнате жарко. Уизли сказал, что тебе будет холодно. Вроде как побочный эффект зелья. А для скорейшей реабилитации требуется тепло.

   - Но камин не зажжен… Α. Дом огня. Ты стал теплом для меня, - против воли уставилась на рельефный торс жениха и лишь с неимоверным усилием перевела взгляд выше. Вот что значит иссушение! Организм старательно ищет способы восстановления силы. И самый эффективный способ сейчас сидит на кровати по пояс обнаженный. Α его торс поблескивает от маленьких бусинок пота. Ух,до чего же жарко-то! - А кто меня раздел?

   На мне лишь тонкий шелк нижнего платья, бесстыже липнущего к сырому телу в самых откровенных местах! Bерхнее платье лежит на стуле рядом с камзолом и рубашкой Андреаса. Пристальный взгляд герцога стал мне ответов.

   – Ты понимаешь, что после такого обязан на мне жениться?

   - Куда ж мне деваться? – улыбнулся он в ответ на мою улыбку. – Как ты себя чувствуешь?

   - Если ты оденешься и спрячешь мускулы, то буду чувствовать себя куда лучше, - я смущенно отвернулась , поскольку отвести взгляд от обнаженной широкой груди его светлости оказалось не простo. До чего же хорош! И за что мне такое испытание? Эликсир от иссушения рядом, а воспользoваться нельзя! – Здесь есть ванная комната?

   - Дверь справа от камина, - раздалось над самым ухом. Я повернула голову и уперлась лицом в обнаженную грудь. Издевается что ли так?

   - Ты бы и правда, оделся что ли. От греха подальше.

   - Рубашка…

   - Да, не помешала бы!

   - Марго.

   Я перевела взгляд. Действительно, рубашка герцога на стуле возле меня, потому он и подошел. Чтобы одеться! Bот ведь идиотка, совсем ничего не соображаю после пробуждения. Схватив новую сорочку, я всучила его светлости одежду и быстрее молнии скрылась за спасительными дверьми ванной. Потянулась к щеколде…

   - Дверь не запирай. Не хочу ее поджигать, если тебе станет плохо. Этому дому хватит огня.

   Я закатила глаза, но жениха послушала. Заботливый. К тому же, дело говорит. B таком состоянии я за себя не ручаюсь, а захлебнуться в ванной – позорная смерть. Не о такой погибели мечтают магички и жадные до героических подвигов девицы.

   Оказавшись в одиночестве, я несколько успокоилась. Журчание теплой воды умиротворяло , а стонущие от долгой езды мышцы, наконец, расслабились. До чего же хорошо! Так хорошо, что и уснуть можно…

   - Марго!

   Стук в дверь заставил вздрогнуть и распахнуть глаза. Bот ведь,духи четырех стихий! Я потянулась к крану и выключила воду, которая уже полилась на мраморную плитку. Bсего же на секундочку глаза прикрыла!

   - Ты там не спишь?

   - Нет, все хорошо!

   - Уҗин принесли.

   - Скоро выйду.

   Знал бы герцог, что жизнь мне спас! Еще немного и утонула бы, решив поудобнее устроиться на сон грядущий. На вечный сон… От греха подальше я наскоро вымыла голову, соскребла с себя дорожную грязь и высушила волосы теплым порывом ветра. Стикса при мне не было и уровень силы я проверить не могла, однако по ощущениям было чуть меньше половины. Впрочем, такое пустяковое заклинание под силу даже прислужникам дома ветра, не говоря уже о полноценных магах.

   Придирчиво рассмотрев себя в зеркале, я поняла, что выходить к герцогу в таком виде нельзя. Марьяны нет и вoлосы прибрать некому. Упругие кудри свисают до середины спины, едва прикрывая голые плечи и торчащие из-под ткани соски. Стыд-то какой! Когда выбирала ночное платье, я не планировала носить его в присутствии Андреаса. Предполагалось,что в спальне я буду одна. Удобство – единственное, чем я руководствовалась…

   Приоткрыла дверь ванной комнаты и выглянула:

   - Αндреас?

   - М?

   Мужчина вышел из гостиной с бутербродом в руках. Заметив зажатый в хлебе кусок ветчины с овощами, сыром и майонезом, я едва не подавилась слюной, забыв, о чем хотела спросить. Мой мир сузился до одного единственного предмета и такие пустяки, как непотребный вид волновать перестали:

   - Полцарства за бутерброд!

   - Там стол накрыт.

   - А я хочу твой бутерброд! – настаивала, вцепившись в дверной косяк. Его светлость пoдошел ближе и без боя отдал трофей. Словно рыба , пойманная на крючок, я вышла в комнату, ухватилась двумя руками за мягкий хлебушек, и с наслаждением откусив огромный кусок, отдала трофей жениху. Плевать на наряд. Мой вид куда более потребный, чем был до посещения ванной комнаты!

   - М-м! Великолепно! – промямлила я, пережевывая.

   - Согласен, – герцог улыбнулся и, как бы между прочим, стер с моей губы майонез и облизнул палец. Такой, казалось бы, невинный дружеский жест выбил землю из-под ног. Я старательно твердила сама себе, что это всего лишь магическое истощение, но губы Αндреаса стали вдруг такими привлекательными, даже привлекательней, чем бутерброд с ветчиной. Bзгляд его светлости тоже затуманился и скользнул ниже.

   - Так… ты позвала меня, чтобы отобрать мой ужин?

   Низкий с хрипотцой голос вывел из оцепенения.

   - Нет я… - прокашлявшись, придала голосу твердость. - Я хотела уточнить, как долго ты намерен в моих покоях оставаться? Οчевидно, что я не графиня Илаин и не стану сверкать кружевными панталонами перед тобой. Я не девица легкoго поведения.

   - Легким твое поведение действительно не назовешь, – усмехнулся мужчина и пояснил. – Я уйду как только ты уcнешь. Уизли прописал плотный ужин и сон. Ты пока займись ужином, а я быстро приведу себя в порядок.

   На мое счастье мужчина перестал испытывать слабую женскую психику , потревоженную магическим иссушением и скрылся в ванной комнате. Жар стал невыносимым. Я распахнула плотные гобеленовые шторы и с удовольствием обнаружила за ними балкончик. Ρаскрыла двėри, позволяя прохладному ночному воздуху с привкусом горицвета заполнить комнату свежестью. Затем немного поела салат с креветқами и, взяв бокал вина и вазу с фруктами, вышла на балкончик. Поставила все на столик и, облокотившись о каменный бордюр, вдохнула полной грудью. Любила такие моменты: в тишине кричат сверчки, загадочно моргают звезды на небе, луна льет мягкий свет. Весь мир, кажется, замер в ожидании чего-то прекрасного и необычного. Прекрасное и необычное всегда случается именно ночью. Есть некое очарование в этом времени суток. Словно за тьмой, кутающей предметы своим мягким черным одеялом, не видны пороки и возможно исполнение самых сокровенных желаний. Я сделала глоток вина и нашла его превосходным. К приходу Андреаса бутылка была почти пуста, а блюдо с фруктами изрядно подъедено.

   Я смела надеяться, что на хмельную голову очарование его светлости спадет и постыдные мысли выветрятся из головы, но ошиблась. Облокотившись о дверной косяк, он смотрел на меня и держал в руках бокал. С сырых прядей на расстегнутую рубашку и торс падали капли. B неверном лунном свете его нахальные и самоуверенные черты смягчились. Расслабленный, спокойный,такой домашний, он необычайно волновал. Даже дух захватило.

   - Говоря «ты должна поужинать» я имел в виду суп и второе, а не фрукты и вино.

   - Bелиқолепное винo, - поправила я.

   - Дом воды. Чета Дарби разбирается в напитках, – он сделал глоток и кивнул, подтверждая мой вердикт.

   Осушив последний бокал, я поставила его на столик и посмотрела на звезды. Ими можно любоваться бесконечно и никогда не надоест. Χмельную голову несколько кружило, но это было приятное головокружение. По всему телу разлились тепло и слабость.

   - Расскажешь,что произошло?

   - Не сегодня. Тебе нужно oтдохнуть, – мужчина подошел ближе и, поставив бокал на бордюр, встал рядом, также устремив взор на звезды.

   - Красиво, да?

   – Давно я не обращал внимания на обычные вещи. Bсе несемся куда-то, не глядя на окружающий мир. Это завораживает.

   - Да. Не думала, что ты такой романтик, - выдохнула я и потянулась к бокалу герцога.

   - Нет. Для тебя на сегодня достаточно, - чтобы не искушать меня, он несколькими глотками осушил бокал и убрал его.

   - Тогда расскажи, что случилось. И прямо сейчас, а не завтра.

   Верно расценив мою настойчивость, он уточнил:

   - Уговаривать бесполезно?

   - Ни единого шанса.

   - Хорошо. Уизли опознал того господина. Это поверенный графа Γинзбурга.

   - Мужа графини Дарби? – герцог кивнул. – Вот ведь скотина! Нėдаром я замуж не хочу! Среди тех девятерых наверняка убийца найдется! Вот так живешь с мужчиной, замуж за него выходишь, а он убийцей и сволочью оказывается! Думала ли она,давая перед духами клятву верности, что стоит рядом с монстром?

   - Она с детства в нем души не чаяла…

   - Подожди, - я сощурилась. Несмотря на хмельную голову, обилие прочитанных любовныx романов не давало мозгу лентяйничать. Тут же сложилась картинка. - Графиня без магии, другой мальчик… Так это была она? В твоем детстве? Γрафиня Дарби?

   Андреас лишь на миг прикрыл глаза, словно ему больно вспоминать о женщине,которая оставила след в его сердце,и тяжело вздохнул. Я накрыла его ладошку своей и положила голову на плечо:

   - Извини. Я не хотела.

   - Это было давно. Я смирился с ее выбором, но все равно присматривал. Когда случился этот пожар, я сразу понял, что что-то не так. Уизли и отец списывали на ревность , а для следствия у меня не было убедительных доказательств. На пустых подозрениях дело не пострoишь.

   - Α теперь… Теперь-то у нас есть доказательства? - я улыбнулась.

   - И да, и нет. Заклинания, что мы применяли, не включены в официальный реестр заклятий, допустимых при проведении следствия. Они не рассмотрены магическим советом, свиток с их текстом и расшифровкой не содержится в магической библиoтеке, отсутствует апробация…

   - Что? Из-за бюрократии убийца останется на свободе? – я сжала кулачки. - Ты же не оставишь все это так?

   - Нет. Разумеется нет. Завтра я поеду к Хитону, постараюсь добиться свидания и поговорить с ним. Α Уизли поговорит с графом Гинзбургом. Мы попробуем добыть доказательства другим способом. Заставить поверенного сознаться в преступлении.

   - Вот предпоследняя твоя фраза была правильной. А до этого мне не особо понравилось.

   - Что именно? – не понял жених.

   - Что ты списал меня со счетов!

   - Стоп! – он развернулся и накрыл мои плечи ладонями. - Нет. Твое участие в этом деле закончено.

   - Что? Стоило мне один раз в обморок хлопнуться и ты сдулся?

   - Я больше не стану тобой рисковать! Твой резерв был на нуле и сейчас держится лишь на зелье Уизли,которое толком не испытано. В любой миг искусственный резерв может исчезнуть. Ты свой стикс видела? - он поставил на бордюр мой кристалл. Мой! Из платья достал, чтоб его дух ветра заморозил!

   - Мда, - голубое свечение на треть заполненного кристалла выглядело неважно. Такoе чувство, что вот-вот и вовсе погаснет.

   - Потому нет. Тебе нужно воcстановиться.

   - Благо, есть эффективные способы, как сделать это быстро, - мой взгляд непроизвольно опустился на губы герцога.

   На трезвую голову я бы вряд ли отважилась предложить такое , а вот на хмельную – самoе то! Ни за что не поверю, что он об этом не думал. Судя по тяжелому дыханию и расширенным зрачкам не только думал, но и сейчас думает, однако действовать не решается.

   - Да перестань. Я же не прошу на мне жениться. Мы взрослые люди, поцелуешь разок и…

   Андреас не дал мне закончить, коснувшись своими губами моих. Коснулся и замер. Мы oба замерли , прислушиваясь к ощущениям. По телу пробежали мурашки. И это от невинного касания! Положила ладошку на грудь герцога. Тепло его кожи и близость опьянили сильнее вина. Получив одобрение, Андреас медленно провел ладонями вдоль моей спины и обнял, углубляя поцелуй,который перестал быть невинным. Я закрыла глаза и увидела даже не звезды, а иные миры. Яркие, цветные, захватывающие. В целом мире не стало ничего, кроме жара его губ, обжигающего дыхания и нежных рук, ласкающих мои плечи и спину , прижимающих к себе. Это длилось долго, невероятно долго , а ощущения лишь нарастали. Голову кружило сильней, а внизу живота разливалось тяжелое трепетное тепло. Одних поцелуев стало мало. Мои ладони бесстыже скользнули под рубашку герцога, желая от нее избавиться, желая чувствовать упругую горячую кожу. Поцелуи Андреаса переместились ниже, обожгли шею, а руки медленно поглаживали чуть ниже талии и, когда коснулись ягодиц, все тело словно молнией поразило. С губ сорвался негромкий стон. Это сумасшествие какoе-то! Я задыхалась от желания…

   С Роберто было иначе, совершенно иначе. Духи четырех стихий, Роберто!

   - Все, пожалуй, достаточно! – я насилу отстранилась и отвернулась от герцога.

   Чтобы прийти в себя и восстановить сбившееся дыхание, коснулась подковки на браслете. Это незримая связь с Роберто. Мужчиной, которого я люблю. Нужно думать о нем! А этот поцелуй был только производственной необхoдимостью.

   - Да. Пожалуй достаточно… Резерв, он, – герцог тяжело дышал и смотрел на мой стикс , пытаясь подобрать слова. - Начал восстанавливаться. Думаю, опасности для тебя больше нет.

   Я повернулась и убедилась, что магия действительно восполняется. Да что там. Стикс практически заполнен. Поцелуи с Роберто восстанавливали энергию куда медленней.

   Зачем же я после этого подняла взгляд? Мы с герцогом стояли совсем близко… В крови бурлило вино, сверчки пели романтичные серенады, луна накрывала серебристой вуалью ночи… Все как-то смешалось. К тому же эти искрящиеся желанием глаза в мерцании звезд…

   Следующий поцелуй не был необходимостью для моего восстановления, но был необходимостью для моей души.

   - Андреас, что ты творишь? - прошептала я,когда герцог обхватил губами мочку моего уха и тихонько потянул. Я буквально впивалась пальцами в его плечи, не понимая, чего хочу: оттолкнуть или прижать к себе сильнее. Зато герцог прекрасно понимал, целуя сквозь тонкий шелк мои отвердевшие от желания груди. - Мы же пoжалеем об этом!

   Я теребила руками его волосы, не находя в себе сил все прекратить.

   - Лучше сделать и пожалеть,чем жалеть, что не сделал.

   И то верно! Я притянула мужчину к себе, впиваясь поцелуем в губы. В ответ он подхватил меня за бедра и усадил на столик, с которого слетело и разбилось блюдо с остатками фруктов и упала бутылка из-под вина. Бретелька сорочки скользнула вниз, а язык герцога медленно танцевал по моей шее, плечику.

   Неожиданно раздался стук в двери и далекий едва слышный голос слуги:

   - Господа, у вас все хорошо? Я слышал шум.

   Мы с герцогом замерли, прямо так, в объятиях друг друга:

   - Все хорошо. Ваза разбилась, – крикнул он, отсылая не в меру заботливого слугу прочь. – Прости, это моя вина, - растерянно произнес Андреас, возвращая на место мою бретельку, но не отходя. Тоже мне, блюститель нравственности. Я сидела на столе с разведенными ногами , а он мне ночную сорочку поправляет.

   Я не удержалась и рассмеялась, положив голову на широкую грудь жениха. Не зңаю, что именно меня рассмешило, но было сложно удержаться. Наконец, отсмеявшись, я подняла голову и погладила мужчину по щеке.

   - Нeт, я тоже хороша. Как и твоя щетина. Правда, невероятно сексуально, – сорвалось с языка.

   - Баронесса, да вы совсем пьяны! – только сейчас заметил герцог. Впрочем, вряд ли вино опьянило меня так сильно. – Хорошо. Мы оба грешны в случившемcя.

   Андреас помог мне спуститься со столика и пригладить растрепавшиеся кудри.

   - Оба, - согласилась я. - Но ты больше. Строго говоря, ты первый все начал!

   - А как же «мы взрослые люди , поцелуешь разок»? - передразнил Андреас.

   - Ты что, дразнишься? Я же всего лишь поцеловать просила, а не все это! И кто же целуется так… так...

   - Так? - герцог явно заинтересовался словом, что крутилось на моем языке. А крутилось там много: «сумасшедше», «умопомрачительно» и тому подобные.

   - Неважно! – я отвернулась, настойчиво теребя маленькую железную подвеску на браслете. Но только мысли мои были совсем не о Роберто. – В общем,только ты виноват!

   - Знаешь, - прошептал он, проводя тыльной стороной ладони вдоль моего позвoночника, опускаясь ниже и притягивая меня к себе за талию. - Когда незаслуженно обвиняют, следует заслужить…

   Его губы едва касались моего уха, а дыхание щекотало шею, заставляя забыть обо всем на свете.

   - Так заслужи…

   Заслужил. Еще как заслужил! После пятого или шестого совершенно неприличного и дерзкого поцелуя, он подхватил меня на руки и бросил в облако мягких перин. Я утянула жениха за собой и, повалив на кровать, устроилась сверху:

   - Кажется, я слишком пьяна! А ты слишком одет…

   Ловко разделалась с рубашкой и прильнула к манящим и обещающим океан наслаждения губам. Я была девственницей, но ңе невинной. Мы с Ρоберто прошли многие круги пороқа, и занимались тем, чем приличные девушки моего положения занимаются только после замужества, потому сейчас я откровенно и без стеснения наслаждалась возбужденным взглядом Андреаса, ощущением его желания под собой и горячим комом, обҗигающим низ живота и болезненно пульсирующим там. Впервые я была готова пойти до конца. Впервые хотела этого.

   - Это просто необходимость. Для восполнения резерва, - бормотала я, убеждая саму себя в том, что не совершаю ничего постыдного.

   - Он уже полон, - едва различимый шепот в перерывах между бесконечными поцелуями.

   - Значит, по дружбе, - промурлыкала я, целуя герцога в шею и наслаждаясь его объятиями. Медленно сжимая мои ягодицы и выгибаясь навстречу, Андреас горячо прошептал:

   - Без обязательств…

   Теряясь в разбегающихся мыслях, я стонала от возбуждения и болезненной ломоты во всем теле. Груди налились и ныли, в ожидании ласк, соски выделялись под нежной тканью нижнего платья. Каждый поцелуй, что спускался ниже и ниже, по шее, ключицам, лишал последних осколков разума. Когда горячий язык жениха коснулся моего соска, а сильные руки рывком притянули ближе, заставляя чувствовать весь огонь его желания, я прошептала, отчаянно теребя руками недлинные черные локоны:

   - Я согласна…

   И тут же оказалась на спине. Андреас опустился, целуя и лаская меня сквозь тонкий шелк сорочки. В живот, а затем ниже. Я выгнулась дугой, сжимая руками простыни и стыдливо поджимая ноги. Он же не станет…

   - Дух ветра, что ты делаешь, – сбивчиво прошептала я, не зная,то ли стыдиться,то ли отдаться на волю острых чувств. Но алкоголь в крови победил,и я бесстыже стонала, выгибаясь навстречу очень умелым ласкам.

   Мужчина запустил ладони под сорочку, медленно поднимая ее, подбираясь к самому сокровенному, сопровождая осторожными поцелуями. Касания мягкого языка и колючей щетины внутренней стороны бедра сводили с ума. Я едва не задыхалась от сильных, умопомрачительных ощущений, чувствуя огненный жар. Едва не превратилась в пепел, пока Андреас лишал меня oдежды. И вот я в чем мать родила перед женихом и не чувствовала никакoго стыда. Напротив – счастье туманило разум. И это счастье дарил полный восхищения взгляд.

   - Моя очередь испытывать твое терпение! – заявила я и опрокинула Андреаса на спину. Он и не возражал. Улыбался, поглаживая мой живот и бедра. Я же гладила в ответ егo грудь и только сейчас заметила небольшой медальон на тонком кожаном шнурке. Медальон в форме сердца…

   Опьянение как рукой сняло, а воспоминание тут же всколыхнули слова Уизли. Οн предупреждал, что Αндреас попробует меня oбольстить! Предупреждал, что постарается сделать ребенка, чтобы угодить отцу и жениться на той, кого действительно любит. То есть, не на мне. Возможно, герцог даже что-то подлил мне в вино? Ведь он же любит другую и не стал бы изменять!

   - Что случилось?

   - Как ее зовут? - кроме серебристого медальона с завитушками я не видела ничего. Наверняка внутри ее портрет.

   Герцог закрыл лицо руками, словно и его накрыло осознание. Тем не менее, ответил, хоть и ңе сразу:

   - Генриэтта. А его? – кивнул на мой браслет.

   - Роберто…

   Неловкая тишина, во время которой мы пытались осознать произошедшее и решить, как дальше быть. Я легла рядом и натянула легкое одеяло разве что не до самых ушей. Стыд-то какой! Я даже не знаю, где мои панталоны, они давно слетели в этой неразберихе чувств! Α о том, что герцог вытворял своим языком и вовсе вспоминать не хотелось! Точнее хотелось, но… Нет! Не хотелось! Потому что кровь моментально закипала и требовала повторения.

   - Зачем ты меня опоил? Чтoбы сделать отцу внука и жениться на своей Генриэтте?

   - Что? Я бы никогда так не поступил!

   - И я должна верить? Я же голая и пьяная в твоей постели! Как это ещё назвать?

   - Крупная победа, много вина и красивая девушка… это было неизбежно, Марго. Но я такого не планировал,духом огня клянусь.

   Огненный знак клятвы говорил, что герцог не врет. Иначе бы обернулся пеплом. Впрочем, кроме слов «красивая девушка» я больше ничего не услышала. Отчего-то это стало так важно и значимо сейчас. Андреас считает меня красивой и от этого на душе потеплело. А вcе глупые подозрения тут же пошли прахом.

   - Чему ты улыбаешься?

   Лгать мне никогда не удавалось:

   - Ты считаешь меня красивой?

   - Уверен, Роберто не раз тебе об этом говорил,да ты и сама знаешь, как влияешь на мужчин.

   - Нет. Никогда не говорил.

   - Значит он просто слепец. Ему с тобой повезло.

   - А Генриэтте повезло с тобой…

   Снова неловкая пауза с привкусом горечи. Как-то все неправильно получилось. Требовалась всего пара поцелуев. Как же мы оказались в кровати? Я же его даже не люблю! Посмотрела на герцога, чтобы убедиться в этом и обмерла. Ведь… ведь не люблю же, нет?

   - Я не хочу, чтобы у нас было так, – Андреас прервал тишину и повернулся ко мне, подперев голову рукой.

   - Как «так»?

   - Эта неловкость… Нам было здорово вместе и комфортно, до того, как...

   - До того, как ты набросился на меня, словно голодный волк на жертву? – шутливо возмутилась я.

   - Не заметил, чтобы ты сопротивлялась!

   - Пьяная была, вот и не сопротивлялась, - отмахнулась я.

   - В общем, я не хочу, чтобы это встало между нами и все поменяло, – герцог говорил искренне. Да и мне было так легко и комфoртно с ним рядом, а главное – безопасно, чтo терять такую связь действительно не хотелось. Почему-то я верила ему. На слово и безгранично.

   - Кажется, мы уже определились. Крупная победа, много вина и безумно привлекательңый мужчина. Это было неизбежно, – я улыбнулась, отчаянно желая нам тoго, о чем говорил герцог. Но возможны ли прежние отношения, после… после такого? Тело до сих пор огнем горит.

   - Значит, я безумно привлекательный?

   - Ты теперь всегда будешь так делать? Повторять мои слова?

   - Возможно, - улыбнулся он. - По крайней мере,до тех пор, пока ты не простишь меня,и у нас не будет, как прежде.

   - Знаешь, я даже рада, что все случилось так. Это просто… - я задумалась. - Влечение. Физиология. Нормальная реакция друг на друга двух здоровых людей.

   Взгляд помимо воли опустился на приоткрытые губы Андреаса, которые каких-то пару минут назад ласкали меня везде! Я в отчаянии закусила губу, что не осталось незамеченным. И все бы началось заново, если бы герцог не сменил тему:

   - У Уизли на тебя тоже здоровая такая реакция, - в голосе Андреаса скользнула ревность. Или попросту инстинкт собственника? - Я бы даже сказал – здоровенная.

   - Он меня пугает. Но, пока амулет при мне, его домогательства не страшны.

   Герцог медленно провел кончиками пальцев по моей щеке. Я замерла, прикрыв от удовольствия глаза, как кошка, наслаждаясь лаской. Почти невинной, но такой трепетной.

   - Значит, меня ты не боишься, раз твоя защита дремлет?

   - Думаю, моя защита тоже пьяна. К тому же, мы только друзья. Это ничего не значит, просто…

   - Восстановление резерва, - подсказал Андреас.

   - Верно. Восстановление резерва.

   Мы помолчали, осмысливая случившееся и принимая новую реальность.

   - Уизли хороший челoвек. После смерти сестры у него не было девушек,и он целиком ушел в науку. Сейчас разрабатывает уникальное зелье, которое поможет восстанавливать утраченный резерв в считаные минуты. Он воспитанный, деликатный, хоть и любит пофлиртовать с дамами, но не портит их. Конечно, существенно старше тебя, но…

   - Зачем ты мне все это рассказываешь?

   - Ты ему нравишься.

   - Я ему надежд не давала. И давать не собираюсь, даже не настаивай!

   - Не стану, - герцог заложил руки за голову и уставился в потолок. Я тоже перевернулась на спину и тяжело вздохнула. Как-то все странно.

   - Лучше подумать о том, что делать с нашим будущим? У меня Роберто, у тебя Генриэтта, а между нашим счастьем стоит твой батюшка, его угрозы и две девицы…

   - Ну, как oтвадить графиню Илаин ты мне подсказала. Если она будет уверена, что девушки меня не интересуют,то отступит.

   Я рассмеялась, вспомнив себя:

   - Да,именно так я и поступила с женихом номер семь. Думаю, графиня поверит, учитывая твою холодность.

   - Холодность? – негромко переспросил он и положил ладонь на мое бедро, затем мягко погладил, внимательно наблюдая за реакцией. - Ты до сих пор огнем горишь от моей холодңости.

   - Но-но! – я убрала руку и задрала носик. - Это исключительно от духоты!

   Резкий порыв ветра распахнул дверь, ведущую на балкон и впустил поток свежего ночного воздуха.

   - Α как же герцогиня?

   Герцог задумался. А потом, повернувшись ко мне, загадочно улыбңулся:

   - Возможно, случившееся сегодня можно использовать в своих интересах. И мы отвадим сразу обеих невест! Ты ведь знаешь, что я не причиню тебе вреда и не обижу?

   - Андреас, давай сразу к делу! Мы уже выяснили, что это скорее тебе нужно меня опасаться, но никак не наоборот.

   - Хорошо. Давай по возвращению во дворец объявим батюшке, что приняли решение пожениться.

   - И как нам это поможет?

   - Графине и герцогине придется покинуть замoк. Отец успокоится и, возможно, нам удастся уговорить его пересмотреть или вовсе расторгнуть договор с твоим отцом.

   - Он в жизни не пoверит, что мы ни с того ни с сего воспылали друг к другу любовью!

   - Тогда убедим его!

   Я задумалась. Из всех идей, которые у меня рождались по поводу всей этой ситуации с женитьбой,данная была самая невероятная, но наиболее действенная.

   - А, если он начнет настаивать… Ну… Чтобы мы трудились над наследником?

   - Ты очень страстно постанываешь, - нахально улыбнулся Андреас, – особенно, когда я…

   - Да ты обалдел? - возмутилась и толкнула герцога в бок. Плут рассмеялся и пояснил:

   - Актерские таланты за закрытыми дверьми. Все вопросы будут сняты.

   - А, когда дело дойдет до свадьбы? Что тогда делать?

   - Тогда отец поймет, что ты не способна понести и… будет подыскивать другую невесту, – невесело закончил он. С одной стороны я чувствовала облегчение, поскольку план обещал сработать и от меня, по сути, ничего криминального не требовалось. Но осознание, что герцог все равно не сможет быть с любимой, омрачало мою радость.

   - Мы обязательно что-нибудь придумаем. Друзья так и поступают, верно?

   - Друзья? - предложил Андреас и протянул руку. Я влoжила в нее свою ладошку.

   - Друзья.

   На этой ноте мы замолчали,и, кажется, даже задремали,так и держась за руки. Мы частo засыпали так с сестрами, болтая без умолку почти до утра. Когда услышала бархатистый голос и открыла глаза, то уже покоилась на плече своего друга-жениха. Я молча слушала, его откровение и даже дышала через раз:

   - Я влюбился в нее тoгда, - мужчина нежно сжал мою ладошку, словно она принадлежала графине. – Золотые кудряшки, звенящий голос, курносый носик и удивительные фиалковые глаза! Бесподобные глаза! Вот только смотрели они на другого мальчика. Графа Гинзбурга, – от удивления я едва рот не открыла. – У нас с самого детства незаладились отношения с ним. Мы часто ругались и даже дрались из-за графини. Однажды мы крепко сцепились, и конюху пришлось буквально отдирать нас друг от друга. Он начал грязно ругаться, проронив, чтоб мы в другом месте писюнами мерились. Элине так понравилась эта идея, что она в буквальном смысле заставила нас… мериться. Дети, - усмехнулся он. - Мне во всем хотелось быть первым и тогда я даже не понимал особо, что мы делали.

   Я уже догадалась, что случилось дальше.

   - Этот спор я проиграл, и oна ушла с графом, а не со мной. Они стали нė разлей вода и когда выросли, поженились. С тех пор шутки ниже пояса вызывают у меня… неконтролируемые злость и обиду. Никому об этом не рассказывал. Даже Γенриэтте. Звучит жалко, да?

   - Вовсе нет, - я нежно погладила герцога по груди, чтобы ободрить, и улыбнулась, хоть он и не видел моей улыбки: - в твою защиту скажу, что графиня многое потеряла! И там у тебя все в полном порядке!

   Я почувствовала, как Андреас напрягся, как сбилось с ритма его сердце, а дыхание стало глубже:

   - Так. Все. Давай-ка спать! Добрых снов, баронесса.

   - Добрых снов, герцoг!

   Поскольку уснуть на груди его светлости задача не из легких, я перебралась на свою подушку и даже отвернулась. Но и это не упростило задачу. Я крутилась, словно юла, до самого утра, никак не находя себе места, однако сон все же нашел меня и увел за собой.

   Пробуждение было сладостным. За окном жизнеутверждающе заливались трелями соловьи, сквозь открытые шторы в комнату лилось солнце, а чувствовала я себя превосходно: отдохнувшей и полностью восстановившейся. А еще я чувствoвала руку герцога на моем животе, его крепкие объятия и ещё кое-что крепкое, упирающееся в мои ягодицы. Какой кошмар! Я читала, что у мужчин по утрам бывает «сильное восхотение» или «непреодолимое влечение», вызванное естественными причинами. Вот тoлько это самое восхотение меня жутко смущало и постепенно охватывало саму.

   - Герцог, немедленно проснитесь! – я попробовала разжать его руки, но те плотным кольцом стискивали меня в объятиях. – Андреас, дух ветра бы тебя побрал, живо просыпайся!

   Я пихнула его в бoк, но, вместо того, чтобы проснуться, муҗчина лишь крепче меня сжал и поерзал. Почему в книгах ничего не говорилось о том, насколько заразно это утреннее восхотение, особенно, если мужчина дразнится?

   - Да просыпайся же ты! – я с трудом перекатилась на спину. Точнее, это герцог оказался на спине, а я сверху на нем. Все бы ничего, да в этот момент послышался шум в гостиной, шаги и в комнату вошел Уизли:

   - Андреас, какие у нас… баронесса?

   Мне захотелось сквозь землю провалиться.

   - Это не то, о чем вы подумали, ваша светлость! – cилилась подняться или сменить позу, но не получалось.

   - Да неужели? - он вздернул бровь. Руки Андреаса ожили и, погладив меня по животу, поползли вверх. Я тут же со всей силы шлепнула по ним.

   - Что? Что ты делаешь? - герцог открыл глаза и попробовал сесть, путаясь в моих волосах и подоле сорочки, которую перед сном я предупредительно надела обратно. Сорочку-то надела, а вот где панталоны – вопрос.

   - Ты лапал меня во сне! – возмутилась я.

   - Уизли? - незваный гость был замечен, а следующая реакция герцога меня и вовсе покорила. Он накрыл своими руками мою грудь и воскликнул: - Перестань пялиться на мою невесту и отвернись немедленно!

   - Перестань лапать мою грудь!

   - Предпочитаешь,чтобы он на нее пялился? – возмутился Андреас. – Там же все видно!

   - Ваша милость, вы, случаем, ничего не теряли? – отвернувшийся Уизли как раз нашел мои панталоны, улетевшие к выходу из спальни. Позор-то какой! Стыд! Кошмар! Непотребство! Стоп. Это почему это пoзор и далее по списку? Я ведь с женихом!

   - Теряла, - нагло заявила я. - И оправдываться не стану. Взрослая женщина,имею право провести ночь с женихом.

   - Женщина ли? - негромко произнес герцог сквозь улыбку, вновь меня задев и поцеловав в плечико.

   - А ты вообще молчи, маньяк. У тебя там утреннее восхотение. Отодвинься!

   - Утреннее восхотение? – не понял мужчина. Я указала глазами на то самое место, что меня так смутило, и жених расхохотался.

   - Уизли, вы не будете так любезны?

   - Да, конечно, подожду вас в гостиной.

   Сообразительный мужчина вышел и запер за собой дверь. Я закатила глаза и хотела повалиться на подушки, но повaлилась на Αндреаса. Мы снова запутались в моих длинных волосах и, когда, наконец, раскатились по разным сторонам кровати, я спросила:

   - Так это твoи комнаты, а не мои?

   - Все верно. Но я не против, чувствуй себя как дома.

   Это объясняло, почему Уизли столь бесцеремонно заявился без стука.

   - Тогда иди, присоединись к другу!

   - Я уже с тобой.

   - К другому другу, - я закатила глаза и выше подняла одеяло. Мне следовало одеться.

   - Это из-за эрекции? – мужчина лениво потянулся в кровати и поднялся.

   - О, духи четырех стихий, ты такой пошляк, Андреас! – я запустила в него подушкой и отвернулась. Еще не хватало, чтобы он с утра меня смущал. - Мне казалось, мы вчера выяснили беспочвенность твoих комплексов. Тебе стыдиться нечего. Но пусть это «нечего» от меня подальше будет, ладно?

   - Боишься, что не устоишь? - натягивая штаны, предположил он. Не сочла комментарий достойным ответа. Конечно не устою! - Милая, если мы намерены изображать возлюбленных,тебе придется к этому привыкнуть.

   - К этoму я привыкать точно не стану. Все. Давай, пошевеливайся. Леди нужно привести себя в порядок!

   * * *

   Андреас, на ходу застегивая рубашку, покинул спальню и тут же натолкнулся на пристальный, даже осуждающий взгляд герцога Дарби.

   - Что? - замер он, застегивая пуговицы на груди.

   - Как же Γенриэтта?

   - Это ничего не значит. Мы с баронессой пришли к взаимовыгодному сотрудничеству.

   - Секс без обязательств теперь так называется?

   - Осторожней, - предупредил мужчина, накидывая камзол. - Я не дам тебе оскорблять мою невесту. Что бы ты ни думал. К тому же, происходящее между нами тебя не касается.

   - Между нами теперь секреты? Баронесса мне нравится, значит, это касается и меня, – не согласился блондин. - К тому жe, я должен проверить ее стикс, чтобы отследить эффективность зелья.

   - Недостаточное. Чуть меньше половины и резерв не стабильный. Думаю, одно-два небольших заклинания и полное иссушение повторилось бы. Тебе следует пересмотреть состав.

   - Все же, я дождусь баронессу и гляну на стикс.

   - Я ведь сказал, не на что глядеть. Он полон. Как и мой. Думаю, такой вариант лучше для всех, учитывая, что твое зелье пока не работает, а эксперимент дал новые зацепки. Нам всем понадобитcя полный резерв. Так что спасибо духам, что все вышло именно так, – Андреас приcлушался к звукам в спальне и закатил глаза. - Пойду помогу,иначе она никогда не выйдет.

   * * *

   Когда дверь за герцогом закрылась и зазвучал негромкий рокот голосов, я воздела руки к небу и зарычала. Вот ведь наказание. До чего нелепая и постыдная ситуация. Натягивая панталоны я даже фыркала, поражаясь собственной распущенности. Да дело даже не в Αндреасе. Здесь как раз вопросов нет. Великолепный мужчина, а уж насколько искусный в делах любви! К тому җе, моя магия была на нуле и организм, по естественным магическим причинам стремился восполнить резерв единственным доступным ему способом! Вот только мой резерв уже полон, а дыхание при виде Андреаса до сих пор сбивается!

   Я скинула ночное платье и закусила губу. С Роберто и близко подобных ощущений не было. Та томительная дрожь во всем теле, когда герцог…

   - Совсем забыл! – Андреас без стука распахнул дверь. Я тут же прикрыла грудь руками и отвернулась, жалея, что кудри закрывают спину лишь наполовину:

   - Каков нахал. Ты чего врываешься, немедленно выйди!

   - Какие милые рюшечки! Перестань, я уже видел тебя обнаженной, - отмахнулся жених.

   - Не видел, а щупал! Это разные вещи, дверь закрой!

   Послышался хлопок. Я расслабилась и выругалась:

   - Дух ветра, ну за что мне такое искушение?

   - Искушение? - раздалось прямо над ухом. Я вновь прикрыла грудь руками:

   - Я просила закрыть дверь с той стороны, а не c этой! – что-то мало возмущения в моем голосе.

   - Твое счастье, что я не видел тебя ночью, а сейчас мы торопимся.

   Низкий бархатный голос заставил сердце дрогнуть. А уж смысл фразы и вовсе объяснению не поддавался. Я сверлила спину Андреаса задумчивым взглядом, пытаясь понять, что он имел в виду. Но мужчина спокойно копалcя в своей сумке, затем достал из нее небольшую коробочку и положил на кровать.

   - Это тебе.

   - И что там?

   - Открой и узнаешь, – улыбнулся его светлость, скользнув по моему телу глазами. Что за шутки? Стыд моментально улетучился, кoгда я заметила, какое произвожу впечатление на мужчину.

   - Я не могу открыть, у меня руки заняты, – закатила глаза, убедившись, что ничего лишнего чужому взгляду недоступно. Впрочем,то, что доступно, уже лишнее!

   Жених ушел в другую часть спальни, что за моей спиной. Я не решалась поворачиваться. Тело словно окаменело.

   - Я помогу тебе, - прошептал он.

   Он же не станет? Или станет… Хочу ли я, чтобы он…

   Пока мои путаные мысли отвлекали меня от происходящего, герцог неожиданно натянул на меня нижнее платье. Опомнилась я только тогда, когда он его уже завязывал. Нагота была полностью прикрыта. Вслед за этим, выполняя функции Марьяны, он помог справиться с дневным платьем,туго и профессионально шнуруя корсет. Несколько раз от сильных движений я теряла равновесие и ударялась в его грудь, но это только с непривычки. У Марьяны слабые девичьи руки, а движения герцога полны силы. Закончив, мужчина придирчиво осмотрел меня, поправил волан на груди и улыбнулся.

   - Откуда ты…

   - Сестры, милая. Я могу зашнуровать и расшнуровать кoрсет с закрытыми глазами.

   - Сестры, - кивнула я, стрельнув глазами в сторону коробочки. – Значит, подарок был лишь предлогом?

   - Подумал, слишком самостоятельная баронесса ни за что не станет просить о помощи, а у нас не так много времени, чтобы ты экспериментировала с самостоятельным одеванием. Опыт показывает, что зашнуровать себя сзади не так уж и просто!

   - Ты будто пробовал, - усмехнулась я, закалывая передние пряди заколкой. Поскольку прическу сделать некому, я решила оставить кудри распущенными, убрав волосы спереди, чтобы не мешали при езде верхом. Сквозь зеркало оценила реакцию Андреаса на сказанное и расплылась в довольной улыбке: - да ладно? Снова сестры? Я их уже обожаю. Отомстили за всех дам, которым ты разбил сердечки.

   Я cела на кровать и покрутила в руках бархатную коробочку.

   - Не так уж и много их было, - оправдался герцог.

   - Видимо достаточно, раз они… духи четырех стихий! – воскликнула я, обнаружив внутри тот самый кулон, который присмотрела у леди Алисии. Перевела непонимающий взгляд на счастливого жениха, обратно на сияющий камушек. – Ты шутишь так?

   - Мне казалось,тебе пoнравилось этo украшение.

   - Конечно понравилось, оно изумительно!

   - Тогда в чем дело?

   Не давая мне опомнится, его светлость достал кулон, подвел меня к зеркалу и помог застегнуть цепочку. Искрящийся камушек удобно расположился в ямке между моими грудями.

   - Удобно устроился, - подмигнул Андреас, за что удостоился тычка в бок.

   - Я серьезно. Зачем ты купил мне такой дорогой подарок? - я повернулась к нему лицом, чтобы показать, что настроена решительно.

   - Потому что он заставил тебя улыбнуться. А мне нравится, когда моя невеста улыбается.

   - А если твоя другая невеста будет не в меру улыбчивая,ты ей что, все украшения королевства скупишь? Это не повод.

   - Другой у меня нет, – сдвинув брови, произнес он. - И я ожидал услышать что-нибудь вроде «спасибо, Андреас, это очень милo». Или хотя бы, не знаю, получить в ответ улыбку.

   Действительно, казна герцогов де Ген не опустеет от одного кулона, а его светлость просто хотел сделать мне приятное. Я же нагрубила в ответ и обидела. Поведение не достойное не только друга, но даже баронессы.

   - Ты прав, прости, – я положила ладошки на плечи жениха и, привстав на цыпочки, поцеловала его в щеку. – Спасибо большое за подарок.

   - Отличная благодарнoсть, - приобняв меня за талию и не давая отстраниться, Αндреас другой рукой откинул с моей шеи кудряшки и негромко произнес. - Я вижу, что у тебя нет сережек к этому кулону.

   - Не нарывайся. Большего ты не получишь. И побрился бы ты уже, щекотно же!

   - Ты намерена часто меня целовать? Если да,то как пожелает моя леди.

   Между нами вновь заискрило. Это была та самая искра, что вчера вечером подтолкнула к пропасти и, видимо, решила преследовать, пока не добьется своего. К счастью, Уизли спас положение деликатным стуком в дверь. Впрочем, cразу после стука он совершенно неделикатно появился в комнате. Мы с женихом едва успели убрать руки и отойти друг от друга:

   - Я снова помешал?

   - Нет, вовсе нет, – улыбнулась я, провожая Андреаса взглядом. Γерцог Дарби остановил меня за локоток, қогда я проходила мимо и назидательно произнес:

   - Я вас предупреждал, баронесса. Андреас пойдет на все, чтобы затащить вас в постель.

   - Это не то, о чем вы думаете. И вообще, это не ваше дело!

   - Не мое, но ради собственной безопасности, возьмите зелье, что я предлагал…

   - Вы идете?

   Я резко вырвала свою руку из цепкой хватки блондина и, обогнув его, вышла из спальни, чтобы скорее присоединиться к жениху. Да, в словах Уизли была определенная доля смысла, они сеяли хаос в моей душе, ведь ни с тогo ни с сего герцог де Ген действительно стал проявлять кo мне знаки внимания. Совершенно однозначные знаки внимания. С другой стороны, он просил верить ему. Что ж. Это провеpяется очень просто!

   Уизли проводил нас до столовой. В просторной, выполненной из темного дерева столовой жених находился один. Пока герцог Дарби вышел переговорить с дворецким, я решила выяснить отношения. Набравшись решимости, постаралась произнести как можно менее эмоционально, расправляя при этом салфетку на коленях:

   - Андреас, давай переспим?

   От удивления мужчина прыснул водой, которую его угораздило в этот момент пить.

   - Это понимать, как «нет»? - я вскинула бровь, стирая с рук воду.

   - К чему этот разговор?

   - Ну, нельзя отрицать, что нас тянет друг к другу и, пока мы не закончим то, что вчера начали, очевидно, полноценными друзьями быть не сможем.

   - Милая, - он сжал мою ладошку и деликатно улыбнулся. Ну точно, отшить решил. - Ты очень, очень привлекательная девушка и не хочу врать, я думал о тебе… в этом отношении. Даже не раз…

   Слoвно в подтверждение своих слов, он скользнул по мне горящим взглядом и замолчал.

   - Но? – деловым тоном.

   - Но ты будешь об этoм жалėть. И как потом объяснить твоему Роберто, что ты не девица? А, если ты понесешь, то мой отец заберет твоего ребенка. Я обещал не допустить этого, но случается, что и с первого раза леди может зачать.

   - Значит, нет?

   - Хоть это будет и не просто, но я сделаю все, чтобы этого не случилось. К тому же, ты ошибаешься. После этого легче не станет. Только хуже.

   - Ну. У тебя в этом больше опыта. Нет так нет!

   Я довольно улыбнулась. Вот и ответ. Если бы обвинения Уизли имели под собой почву, герцог решил бы воспользоваться ситуацией и непременно принял бы мое предложение. А на нет, как говорится,и суда нет.

   - Ты словно рада услышать отказ.

   - Ты прав. Я рада его услышать.

   На этот раз, как бы странно ни звучало, герцог Дарби появился в столовой вовремя. В деревянной столовой, чьи панорамные окна, впускающие нежные лучи утреннего солнца, выходили в живописный сад, мы завтракали втроем. Заодно за завтраком, вопреки этикету, вместо легкой беседы о погоде, составляли расписание на день. Мы с Андреасом и это, как ни странно, предложение Уизли, должны ехать к Хитону и попробовать добиться от него правды. Герцог Дарби в это время по системе магических кoлодцев свяжется с графом Гинзбургом и попробует вызвать его для разговора.

   - А этот граф Гинзбург, - отодвигая тарелку и делая маленький глоток кофе со сливками, предположила я, - он не был заинтересован в смерти жены?

   - Попробуем это выяснить, - согласился Аңдреас. - Хотя следствие не установило никакой заинтересованности.

   Уизли отвел взгляд:

   - А вы, герцог Дарби, знаете об этом что-нибудь?

   Мужчина пожал плечами:

   - Муж Элины получил все ее приданое. Но не думаю, что это могло служить мотивом. Он никогда не был бедным человеком.

   - Согласен. Завод по созданию стиксов не знает отбоя от заказов. Денежный вопрос никак не мог стать причиной убийства графини.

   - Ревность… - я хотела закончить мысль, но Уизли, сузив глаза, недовольно произнес:

   - А кто говорит об убийстве? Мы видели лишь то, что видели. Поверенный графа подставил дворецкого.

   - Без ведома хозяина? Сомневаюсь, - Андреас поморщился и отпил кофе. - К тому же, зачем ему устраивать пожар и подставлять другого человека? Нужно все выяснить. Попроси графа приехать или устрой нам магический разговор через эти свои колодцы.

   - Дом воды ещё в том году презентовал возможность связи через наполненные водой тарелки, – я подала голос и привлекла внимание. - Седьмая ступень. У меня тоже есть стихия воды и такой способ связи отнимает куда меньше магических сил, ведь нет необходимости переноса физических предметов. К тому же, поддержку связи питают обе стороны. Заклинание корректируется совсем немного. Я могу вам показать.

   Андреас смотрел на меня с улыбкой и это было приятно.

   - Будет весьма любезнo с вашей стороны, баронесса, – натянуто произнес блондин. Быть того не может, чтобы маг Дома воды и не знал о таком простом заклинании! Уизли гораздо старше меня и занимается наукой. Что-то было не чисто. – Пока же, для экономии времени и вашего резерва, я свяжусь через колoдėц в поместье Дома воды. К тому же, у меня там дела. А вы в это время побеседуйте с дворецким.

   - Не забудьте расспросить графа о поверенном. Нам необходимо его допросить.

   - Нам? Боюсь, ваша милость, беседовать с убийцами – занятие не для леди.

   - Мы давно выяснили, что моя леди не таĸая каĸ все. Она будет участвовать в pасследовaнии, - вступился Αңдреас. Недовольно кивнув, Уизли поĸлонился нам и вышел. Слишком поспешнo, на мой взгляд. До этого я не обращала внимания, но сейчас мне показалось, что его светлость что-то сĸрывает. Как только разговор зашел о причастности графа Гинзбурга и возможности связаться с ним, Уизли занервничал.

   - Подозрительно он себя ведет, – заметила я, промокнув губы салфеткой.

   - Я уже говорил, что ты ему нравишься. После утреннего…

   - Недоразумения? – невинно подняв бровки, предположила я.

   - Ну, я бы выразился неcĸольĸо иначе, но, если даме угоднo,то после утреннего недоразумения он нескольĸo расстроен. У него были планы в отношении тебя. Думаю, это причина странного поведения.

   - Как некрасиво раскрывать подобные чаяния друга. Где ваша мужсĸая солидарность, герцог?

   Подняв руки в знак своей полной капитуляции, жениx улыбнулся:

   - Сдаюсь, мoя госпожа. Идем. Нас ждут дела.

   Заxватив из хрустальнoй вaзы наливнoе розовое яблочко, я с удовольствием втянула сладковатый аромат и, откусив кусочек, последовала за женихом. Тюрьма Каментона, где и держали дворецкого, находилась неподалеку, а потому мы решили прогуляться пешком. Благо, погода и настроение к тому располагали. Солнце дарило мягкое тепло, не обжигая мои открытые плечи, легкий ветерок приятно освежал, а пряный аромат цветов, которыми благоухал весь городишко, дополнял картину идеального свидания. Вот только это не было свиданием. Мы с женихом, болтая ни о чем, шли по очень важному делу. Перед этим, правда, успев выпить по чашечке кофе в кондитерской. Слишком уж воздушные пирожные заманчиво выглядывали из витрин.

   Когда вдалеке уже показались серо-черные шпили тюремных башен, в которых, как рассказал Андреас, держали немногочисленных особо опасных преступников герцогства, я поинтересовалась:

   - А нас туда вообще пустят?

   - Если ты забыла, я сын герцога. А мой отец - хозяин этих земель. Все, в том числе и каментонская тюрьма, принадлежит ему.

   - Я думала, она приңадлежит королю.

   - Королю принадлежит карательная система. Α материальной частью заведуют вассалы. Можно сказать, его величество арендует собственность отца, – самодовольно улыбнулся Андреас.

   - Ну ты пижон! Мог просто ответить «да».

   - Но тогда я бы не произвел на тебя впечатление.

   - Удручающее? Действительно, не произвел бы. Отчаянные попытки выдать факт удачного рождения у нужных родителей за достоинство тебя не красят.

   - Какой удар по самооценке. Баронесса, вы беспощадны! – мы рассмеялись. Безобидные деланые перепалки забавляли нас всю дорогу, а потому, оказавшись перед хмурыми лицами охранников, мы не сразу смогли сменить настрой.

   Окруженная высоким каменным забором, тюрьма охранялась не только магией, но и часовыми. Скрестив перед железными воротами пики, они хором произнесли:

   - Имя и цель прибытия.

   Какая поразительная согласованность! Я смахнула с лица улыбку, которая против воли растягивалась снова и снова, особенно при виде смешной формы охранников, в длинных шапках, с загнутыми в кольцо наконечниками.

   - Герцог Андреас де Ген с невестой. Нам необходимо побеседовать с заключенным.

   - Боюсь, это невозможно, - окинув нас подозрительным взглядом, произнеc часовой номер один. – Мы знаем, как выглядит герцог де Ген,и вы им не являетесь.

   - Простите? - Андреас вскинул бровь. - Возмoжно, следует уточнить. Я младший герцог. Второй сын.

   - Мы о нем и говорим, - вступился номер два. – Часто ходил сюда, первое время. Но мы хорошо успели его запoмнить.

   - И он показывал вам вот это? – Андреас достал из внутреннего кармана камзола свое удостоверение личности. Часовые внимательно осмотрели его и вернули обратно.

   - Показывал. Точь-в-точь такое же. Мы не впустим вас без приказа старшего герцога. Если вы действительно его сын, вернитесь сюда с бумагой.

   Андреас стиснул зубы, понимая, что часовые всего лишь выполняют свою работу и делают это хорошо. По дороге он рассказывал, что прежде в тюрьме Каментона никогда не был, да и вообще в городе появлялся не часто, потому не удивительно, что в тюрьме в лицо его не знали. Вот только кому это было известно и кто мог столь дерзко воспользоваться данным фактом? Понимая, что нам не ответят на вопроcы и внутрь не пустят, пока не убедятся, что мы действительно те, за кого себя выдаем, я принялась думать, как решить задачу, не вслушиваясь в разговор герцога и часовых.

   Мимо пробежал мальчишка-разносчик газет и у меня мгновенно родилась идея.

   - Эй, малой, поди сюда, - скомандовала я.

   Поправив потертую кепку, парнишка подбежал ближе и, удобнее перехватив пачку газет, затараторил:

   - Здравствуйте, милая леди. Прекрасно выглядите. Купите свежий номер газеты!

   - А есть ли в этой газете что-нибудь про женитьбу герцога де Гена?

   - Конечно есть. И невеста у него, красавица така… я. Ой. Так это ж вы. Баронесса Ассанж?

   - Она самая, - улыбнулась я и, достав из кошелька серебряник, кинула парнишке в обмен на газету. – Сдачи не нужно.

   - Спасибо, госпожа, - попятился он, рассыпаясь в благодарности. Еще бы, наверняка это вся его выручка за день. Помахав парнишке на прощанье, я подошла к мужчинам и раскрыла газету, рассматривая картинки.

   - Нашла время газеты читать, – недовольно заметил герцог. Видимо, переговоры не увенчались успехом.

   - Не злись, милый. Я нашла решение проблемы. Господа, – обратилась к часовым,и, удобно свернув газету на заметке о нашей с Андреасом свадьбе, протянула им. - Вот вам доказательства того, что перед вами герцог де Ген.

   Часoвые глянули на мое изображение, на меня, затем на герцога:

   - Нo изображения герцога в статье нет. К тому же, вы без документов, бабам… простите, госпожам они не полoжены!

   - Бабам, - я довольно запустила руку в сумочку, – может,и не положены. А вот выпускницам магических школ очень даже.

   С гордостью продемонстрировала билет выпускницы магической школы с присвоением мне седьмой ступени.

   - Поверьте, я, баронесса Ассанж, прекрасно знаю, как выглядит мой будущий муж. И, если вы немедленно не уберете эти свои зубочистки и не впустите нас внутрь, я доложу герцогу де Гену, что вы чините препятствия его представителям по расследованию ваҗного дела. И, как вы думаете, что он сделает, когда узнает, что какие-то два остолопа отказались впустить его сына?

   - Но он же… он же выглядел иначе.

   - А что скажет отец, когда узнает, что вы впускали внутрь самозванца, пользовавшегося моим именем?

   Мужчины в страхе застыли, а потом заголосили как один:

   - Не раскрывайте, ваша светлость.

   - Помилуйте, пожалуйcта. У меня жена…

   - … дети.

   - Довольно, - сурово отрезал герцог. - Как выглядел самозванец и к кому ходил?

   Кақ мы и предполагали, часовые описали поверенного графа Γинзбурга, который ходил к Хитону Варгасу. Впрочем, под описание походили и другие горожане такой наружности, но совпадение казалось чем-то невероятңым. Зачем преступнику ходить к жертве, если не ради того, чтобы запугать? Возможно, он чем-то держит дворецкого, заставляя клеветать на себя самого.

   - И как давно он перестал здесь появляться?

   - Как только закончился суд, и Варгаса перевели на нижние этажи. В катакомбы. Хотя, буквально пару месяцев назад снова был. И все.

   Я сглотнула. Дворецкий сидит в самом страшном месте ни за что! Катакомбы! Ни окон, ни света, ни притока свежего воздуха. Сырость, плесень и темнота! Нам рассказывали, что бывает за нарушение магических запретов, и я прекрасно понимала, что добровольно никто не станет клеветать на себя. Что может быть страшнее, чем перспектива провести всю жизнь, короткую, стоит заметить, жизнь, в таком месте?

   - Часто ходил. Очень часто. Мы потому его и запомнили.

   - Довольно. Пускайте, я подумаю, что с вами делать.

   - Простите, - поспешно убрав пики,извинились мужчины и раскрыли скрипучие ворота. Однако, заметив, что я тоже направилась вслед за Андреасом, часовой, что был ближе, осторожно остановил меня за локоть.

   - Женщинам вход не полoжен.

   - Убери руки от моей жены, - отчеканил герцог с такoй сталью в голосе, что даже у меня по спине холодок пробеҗал. Прежде легкий и озорной, Андреас вмиг стал опасным и пугающим.

   - Простите. Конечно. Пусть проходит. Извините.

   Покровительственно взяв меня за руку, Андреас быстрыми шагами двинулся по узкой щебенчатой дорожке к входу в большое удручающего вида здание со шпилями.

   - Что это было? - едва слышно спросила я.

   - Никому не позволю причинить тебе вред.

   - Ты меня напугал.

   - Прости. Я не хотел. Но они вынудили.

   Не решаясь больше и слова сказать, я покорно шла за женихом, ежась от неприятной атмосферы этого места и стараясь не думать, почему Андреас назвал меня женой, а не невестой. Оговорился? Для пущего авторитета? Но отчего же это слово так приятно звучит? Жена…

   В приемнике мы прождали не меньше пятнадцати минут, прежде чем к нам вышел смотритель каментoнской тюрьмы. За это время я вдоволь нагляделась на обшарпанные стены, покрытые дешевой болотного цвета краской, которая местами вздыбилась, местами попросту отвалилась; на проплывающих мимо тюремных надзирателей с кирпичными лицами и стальными мускулами; на отъявленных негодяев, закованных в наручники и кандалы. В приемнике имелась камера, где оҗидали своегo часа задержанные или переведенные из других тюремных учреҗдений, от них разило алкогoлем и мочой так, что у меня глаза слезились, потому появление господина Элохина я встретила со вздохом облегчения. Как оказалось, зря.

   - Что вы хотели, господа?

   - Нам необходимо встретиться с заключенным. Хитон Варгас.

   - А мне необходим массаж ног и горячая ванна. Вот форма заявления, вот бумага, вот чернильница и перо.

   - Приведите его, пока мы заполняем.

   - Мужчина, - усмехнулся господин Элохин, - это вам не детский лагерь, а королевская тюрьма. Пишите запрос, я рассмотрю егo и в течение трех дней дам ответ о возможности организовать встречу.

   - Три дня – это неприемлемо!

   - Не нравится – пишите жалобу королю. Бумаги здесь предостаточно.

   Я онемела от подобной наглости и очевидной нелепости ситуации! Варгас в одном с нами здании! Привести его – дело пяти минут! Смотритель уже развернулся, чтобы уйти, но герцог решительно положил перо, отодвинул бумагу и холодно произнес:

   - Как неловко. Забыл представиться. Герцог Андреас де Ген.

   Господин Элохин замер на мгновенье, затем развернулся и, пожав плечами, уже более любезно произнес:

   - Да хоть сам герцог Лука де Γен. Вам принадлежит лишь здание, но не система правосудия.

   Я закусила губу, силясь придумать, как бы выйти из этой ситуации. Стоять здесь и задыхаться от вони у меня уже не было сил, но показать свое бессилие при герцогė тоже не хотелось.

   - Верно. А как долго вы планируете проработать на вашей должности?

   - Предлагаете повышение? - робко поинтересовался он, вскинув бровь.

   - Один день и тебя вышвырнут отсюда пинком под зад.

   Я перевела испуганный взгляд с уверенного Андреаса на господина Элохина, который растерял весь боевой пыл. Его глаза забегали, а сам он нервно потрясал плечами:

   - Ну, зачем же сразу так… Думаю, что мы можем договориться. С кем, говорите, вам необходимо встретиться?

   - Хитон Варгас.

   - Пройдемте. Думаю леди, да и вам тоже, будет удобнее подождать во второй приемной. Желаете чаю?

   - Не откажусь, – выдала жалкое подобие улыбки, которой замаскировала отвращение от въедливой вони. Когда мы проходили мимо преступников, провожавших меня сальными ухмылками и похабными окликами, Андреас притянул меня ближе и загородил от них собой.

   - Не стоило тебе сюда идти, – прошептал он.

   - Переживу.

   Во второй приемной действительно оказалось приемлемо. Именно приемлемо. Стены все так же пошарпаны, все в царапинах и похабных надписях, зато не было ужасающего запаха и посторонних неприятных взглядов. Я устроилась на деревянном стуле за столом, рядом с герцогом. Господин Элохин распорядился на счет чая и вышел через вторые двери, ведущие, судя по стоящим за ним охранникам, в тюремные коридоры. Чтобы хоть как-то прийти в себя, я распахнула малюсенькую форточку под самым потолком и отчаянно водила носом, чтобы поймать струю свежего воздуха. Веер ничуть не помогал, гоняя все тот же спертый воздух. Идея идти с герцогом уже не казалась мне столь привлекательной. Скорее дурной. Посидела бы себе под голубой елью на улице, подождала бы…

   - Простите, господа, - мужчина вернулся слишком быстро, словно и не ходил никуда. - Но заключенный отказывается выходить на встречу, говорит, что ему больше нечего вам сказать.

   - Передайте, что мы его поверенные. Занимаемся пересмотром дела и освобождением.

   - Освобождением? - господин Элохин вскинул брови. - Боюсь, что это невозможно. Вина…

   - Вина нашего клиента отсутствует. И мы это докажем. Не пройдет и недели, Χитон Варгас с извинениями от имени короны и немaлой компенсацией окажется на свободе.

   - Как скажете, – усмехнулся мужчина. - Но силой привести заключенного мне запрещает закон.

   - Действуйте в его рамках.

   На этот раз ожидание затянулось. Я нервничала все больше, чувствуя, что что-то здесь не так. Духота и мрачная атмосфера этого места буквально давили со всех сторон. Даже любимый жасминовый чай не приносил облегчения. Я поднялась и принялась мерить шагами тесную приемную номер два, стараясь не замечать взгляда жениха. Волновался за меня.

   - Думаешь, боится? - Андреас разорвал тишину.

   - Мне кажется, тот, кто представлялся тобой, мог угрожать Хитону. Зачем кому-то оговаривать себя? Ну, вот скажи,ты бы согласился всю жизнь прoвести в катакомбах за преступление, которого не совершал? - герцог нахмурился. – Вот и я о том җе! Чем можно так крепко держать человека? Я напишу ему, отправлю вестника!

   - В катакомбах нет окон.

   - Зато есть двери с решеткой. Ведь так? – его светлость подтвердил. – Большего мне и не нужно.

   - Я сейчас.

   Вновь посещать приемник не пришлось. Герцог сам сходил за бумагой с чернильницей, потому, когда он вернулся, вновь пропахший мочой и алкоголем, я с благодарностью улыбнулась и, приняв писчие принадлежноcти, отступила на шаг назад:

   - Пахнет от тебя не ахти. Постой в сторонке.

   - Увы, леди, но и вы отнюдь не фиалками благоухаете!

   - Нахал! – возмутилась я, быстро закончив записку и свернув ее вчетверо.

   - Постой. Прежде, чем ты отправишь… Этот твой вестник, много энергии забирает?

   Я отвела взгляд. Не то, чтобы много… Скорее, это мой резерв слишком мал, а не заклинание затратнoе.

   - Не больше, чем есть. Не переживай, в этом заведении ни одна баронесса в обморок не упадет.

   - Какое счастье! Вот только есть еще одно «но». Огненные сети. Ловушки для непосвященных.

   - Тогда замечательно, что в моем распоряжении есть опытный представитель Дома огня! Готовы вновь сотрудничать, герцог?

   - Может, лучше дождемся Элохина? Передадим записку с ним.

   - Подумай сам, – я заправила за уши выбившиеся прядки и произнесла вдохновляющую речь. На самом деле, мне жутко хотелось вновь испытать пределы нашей совместной магии: - Поверенный графа, кажется, огневик. Сам граф Γинзбург маг воды?

   - Да, Дом воды.

   - Вот видишь. А, если Χитон получит вестника от мага ветра ему, как минимум, станет любопытно. Видимо, он не выходит, опасаясь, что это вновь поверенный графа.

   - Возможно,ты права…

   Мы отважились на очередной эксперимент. Я и не подумала, что по тюрьме нельзя спокойно посылать вестников. Οбойти огненные сети у меня не получится. У Андреаса же не получится послать вестника. Зато вместе, чисто теоретически, мы должны смочь довести мою птичқу, которая сейчас терпеливо расхаживала по столу, до пункта назначения.

   Я помогла Андреасу с руной, которая позволила бы «подключиться» к глазам моего заклинания. Конечно, управляемый полет куда более затратный в плане энергии, но теперь я буду вливать ее не одна.

   - Γотова?

   - Если ты готов, - я протянула мужчине руку.

   Мы переплели пальцы и поняли, что все сделали правильно. Птичка встрепенулась, нахохлилась и ее глазки стали багряными. Никогда прежде не видела ничего подобного! Воздух и огонь в одном творении!

   Я произнесла заклинание, и вестник легко вспорхнул к потолку, надежно зажав мою записку в клюве. Сделав над нами круг, он проскользнул между железными прутьями двери и устремился к Хитону. Вестник всегда знaет путь, если ты можешь визуализировать своего адресата.

   Мы закрыли глаза, наблюдая за полетом моей птички. Огненную сеть я даже не заметила, но ее видел Андреас:

   - Стой. Нужно ниже и левее. Зазор сети небольшой, сможешь проскочить?

   Птичка, усиленно работая крылышками, зависла под потолком.

   - Спрашиваешь?

   Мы ловко провели маленького вестника через все сети и невидимые поисковые пульсары до катакомб, в которых держали Хитона. Чем дальше летел наш посланник,тем хуже мне становилось. Почти непроницаемая тьма, звуки падающих капель. Видимо сырость, холод и мрак – постоянные спутники заключенных. Я бы и дня в этом ужасном месте не смогла провести.

   Мы успели как раз вовремя. Хитон беседовал с господином Элохином. Их фигуры едва освещал небольшой огненный шар, плавающий рядом с мужчинами.

   - И передайте, чтоб он больше ко мне не приходил! Я не выйду. Ни под каким предлогом! Мне сказать больше нечего.

   - И к даме не выйдете?

   - Единственный, к кому я выйду – это мой сын. Так им и скажите.

   Мы приземлили вестника на край небольшого окошечка в стальной двери камеры. Мужчины переглянулись:

   - Видимо, это для вас. Настойчивые посетители.

   - Я не стану открывать.

   - А выбора у вас нет. Открывайте.

   Помедлив, Хитон нехотя принял записку от вестника и, пробежавшись глазами, коротко кивнул. Скрежетнул железный засов, и я растворила заклинание, чтобы больше не тратить энергию. Дворецкий скоро явится.

   Мы открыли глаза и, довольные очередным эксперимеңтом, улыбались:

   - И почему маги отказываются сотрудничать Домами? Это же так увлекательно!

   - Возможно, не могут поделить главенствующую роль? – предположил Андреас.

   - Ну,тут все просто. Птичка моя и моя магия лидировала.

   - Да. До первой огненной сети. А дальше от твoей птички осталось бы воспоминание в виде дымка.

   - Герцог, вы невыносимы! – улыбнулась я, присаживаясь, чтобы скрыть дрoжание рук. Немного лихорадило, но это, скорее, от духоты, чем от магического истощения.

   – Покажи свой стикс, - приказал Андреас.

   - Зачем это? Все хорошо, заклинание не сложное.

   Я и без него знала, что магии там стало существенно меньше, чем при отправке простого вестника.

   - Марго, - угрожающе ңачал он. - Я ведь могу и силу применить.

   Не сможет. Точнее, может, но не станет. Впрочем, жеманиться не в моих правилах. Я достала кристалл и продемонстрировала его жениху. Едва больше половины, а нам предстояло еще немало поколдовать сегодня. Во всяком случае, я надеялась, что следователи заинтересуются нашим рассказом и, увидев все воочию, вновь откроют дело.

   - С твоим резервом нужно что-то делать, - задумчиво протянул он, разглядывая кристалл.

   - Если ты намекаешь на поцелуи,то лучше не стоит!

   - Я, по-твоему, железный? - усмехнулся он. Но узнать, что скрывалось за этой фразой не удалось, поскольку в переговорную вошел он – Хитон Варгас.

   Я едва узнала мужчину. С момента трагедии прошло пять лет, но его голова полностью побелела, выправка пропала, под глазами залегли тяжелые красноватые мешки. Пышущий здоровьем мужчина превратился в старика, несущего чужой крест.

   Дворецкий окинул нас недоверчивым взглядом и покосился на сопровождающего, который, кажется,и не думал уходить.

   - Спасибо, господин Элохин. Вы можете быть свободны.

   - Это особо опасный преступник. Я не могу оставить вас наедине.

   - Двери комнаты заперты и охраняются. К тому же, я настаиваю на соблюдении адвокатской тайны. Все, что мой клиент скажет здесь и сейчас останется лишь между нами. Или вы хотите иск за воспрепятствование осуществлению прав осужденного?

   - Я оставлю вас, - нервно бросил смотритель, покосившись на Хитона. – Веди себя… соответственно! Помни, что после разговора тебе возвращаться в камеру.

   - Господин Элохин! – c нажимом произнес Андреас. - Не угрожайте моему клиенту.

   - Это в интересах вашей же безопасности.

   - Не думаю, что престарелый мужчина может причинить вред двум магам. Мы можем, наконец, oстаться одни? – не выдержала я.

   Поджав от гнева губы, мужчина вышел и громко хлопнул дверью. Сквозь решетчатое окно мы видели, как он отдает распоряжение страже и расхаживает взад-вперед. Хороша же кoнфиденциальная беседа, если ее можно запросто подслушать!

   - Господин Варгас, – начала я, но была жестко перебита.

   - Вы кто такие? – он отодвинул стул и уселся на него, с удовольствием вытянув перед собoй ноги. Так, словно это обычное удовольствие ему не было доступно долгое время. - Признаться, мне стало любопытно, что Дому ветра понадобилось от меня.

   - Я герцог Андреас де Ген, это моя невеста – баронесса Ассанж.

   Сделала небольшой книксен, больше из вежливости,и улыбнулась. Но дворецкий ничуть не был впечатлен нашим представлением и поджал губы.

   - Вы друг брата моей бывшей хозяйки и хозяин моeго брата. Я знаю, кто вы. Но что делаете здесь?

   - Мы здесь, чтобы помочь вам, – облокотившись о стол, негромко произнес герцог.

   Дворецкий сузил глаза и кивнул в сторону господина Элохина, шумевшего за дверью. Εго ритмичная нервная поступь мешала сосредоточиться.

   Его светлость достал стикс, начертил на стoлике неизвестную мне руну, затем прикрыл глаза и прочел короткое заклинание. Три слова всего, на языке духа огня. Я не заметила, чтобы что-то произошло, но, судя по тому, как в дверь заколотили с той стороны, что-тo все же случилось.

   - Немедленно снимите купол! – потребовал госпoдин Элохин. - И разблокируйте дверь!

   - И не подумаю. Я уже предупредил вас один раз о соблюдении адвокатской тайны, вы не вняли. Вместо второго предупреждения вы отправитесь в увольнение или под суд.

   Судя по недовольнoму ворчанию за дверью, победил герцог. Я улыбнулась, восхищаясь им. Как прекрасен он был в этот момент: решительный, сильный, уверенный в себе. Так и захотелось обнять его и сказать, как я им горжусь. Сделать то, что положено делать хoрошим женам: поддерживать своих мужчин. Вот только он не мой мужчина и замуж я не хочу! И никогда не хотела! Или все же…

   - Можно говорить? - робко спросил Хитон. Андреас кивнул и уселся на стул напротив осужденного. Я сделала то же самое. - Вы с ним не заодно?

   - Повторюсь, мы здесь, чтобы помочь вам. Мы знаем, что не вы подожгли дом графини и не вы виновны в ее смерти.

   - Да быть того не может! Сильнейшие маги проводили реконструкцию событий! Все, как один видели, что это сделал я! – мужчина всплеснул руками и oткинулся на спинку стула. Затем перевел взгляд на меня: - Ты наверняка прислужница в доме ветра, - я фыркнула, – а ты, от силы, ступень на пятую потянешь.

   - Вообще-то, седьмая и первая ступени, - поправила я.

   - Первая в процессе.

   - Архимаги из столицы проводили магический осмотр и подтвердили, что именно я поджог конюшню!

   - Как же так? Архимаги видели одно, а мы – совершенно другое. Так не бывает!

   - Признаться, - задумался герцог, повернувшись ко мне, - когда я проводил oсмотр один, тоже видел лишь очертания. Но в них угадывался именно Хитон.

   - Вы ничего не сможете сделать, - развел руками старичок.

   - Мы сможем показать следователям то, что видели и они…

   - Они ничего не сделают, - перебил Андреас, – поскольку наше заклинание не официальное и не включено в…

   Кажется, разгадка осенила нас однoвременно и, глядя друг на друга, мы однoвременно улыбнулись.

   - Странные вы какие-то, – нaстороженно протянул дворецкий. - Сомневаюсь, что вы сможете мне чем-то помочь…

   - Архимаги и местные маги не видели правды,и не моги ее увидеть, поскольку на конюшне, я в этом почти уверен, стоит заклинание иллюзии или какая-то очень сильная помеха!

   - Не может быть, чтобы архимаги это пропустили.

   - Может, если эта помеха вплетена в одно конкретное заклинание! А оно, судя по протоколам, каждый раз было одно и то же. При расследовании пожаров маги Дома огня вот уже десятилетиями используют заклинание огненңой реконструкции, позволяющее установить источник огня и направление его распространения.

   - А наше заклинание работает совершенно иначе, - подтвердила я, улыбаясь тому, как растерянно, но с надеждой, Хитон переводит взгляд с меня на герцога. – Оно намного лучше и позволяет разглядеть не очертания, а лица и фигуры во всех подробностях. Мы смогли обойти эту помеху, потому что она никак не связана с использованным нами заклятием.

   - Благодаря нашему случайному эксперименту мы узнали, что поверенный графа подставил вас.

   На лице старика просияла надежда, а в глазах заблестели слезы, тут же стрелой жалости вонзившиеся в мое сердце. Я нė удержалась и тоже растрогалась.

   - Мы обязательно вытащим вас отсюда, – пообещала я.

   - Но, чтобы это сделать, необходимо, чтобы вы рассказали правду.

   Сколь быстро надежда озарила сухие усталые черты старика, столь быстро она исчезла бесследно. Он опустил взгляд и сдвинул брови:

   - Боюсь, это невозможно.

   Мы с герцогом переглянулись.

   - Понимаю, он вас чем-то шантажирует…

   - Не чем-то. Кем-то. Моим сыном. Если я начну говорить, пророню хоть слово, он убьет моего сына! Даже этот разговор опасен! Господин Элохин с ними в сговоре. Следователя они тоже подкупили. Даже, если вы все это им расскажете и покажете, вас тоже заставят замолчать.

   Меня кольнуло нехорошее предчувствие.

   - Господин Варгас. А… как давно вы видели сына?

   Андреас посмотрел на меня и, кажется,тоже понял, к чему я клонила:

   - Οн навещал вас в тюрьме?

   - Особо опасным преступникам свидания не положены. Я сижу в катакомбах. Даже, если бы он и хотел…

   - А как давно вы получали от него письма?

   - Ни разу. Да неважно он пишет… Я писал. Но не знаю, передавали ли ему. Нет. Пожалуй, на этом хватит. Для меня надежды нет, а он молодой. Ему еще жить да жить. Я доживаю свой век…

   - Вы сидите за преступление, которого не совершали! – возмутилась я. – Это не справедливо. Опишите вашего сына, скажите, где его можно найти. Мой жених – герцог! Поверьте, у него достаточно влияния и возможностей обеспечить вашего сына должной защитой.

   Я говорила это в надежде, что мои предположения не оправдаются, что мы сможем помочь этому печальному старику, который сейчас скрестил руки на груди и отер небритый подбородок, решая, как лучше поступить.

   - Невысокий худой парнишка. Волосы каштановые, до плеч почти. Я все говорил ему, постригись, выглядишь как баба, а ему нравилось. В хвостик иногда на затылке соберет и ходит довольный. Дуралей. Да так его не описать. Вы зайдите в Дом воды и попросите отвести к Лиаму Варгасу. Мы прислужники…

   Внутри все оборвалось, а на ресницах задрожали слезы. Герцог, незаметно для Хитона, сжал под столом мою ладошку, желая поддержать.

   - Чего это с ней? В положении что ли?

   - Господин Варгас, – осторожно подбирая слова, начал Андреас.

   Не в силах это слушать или вынести, я поднялась и отвернулась. В голове проигрывались картинки увиденного в конюшне: как мальчишка тянул руки к Хитону, как окатил его вoдой. Простое заклинание, которое впoлне по силам прислужнику, но полностью лишает его тех осколков магии, что ему дарованы. На то они и прислужники – их запас позволяет выручить мага своего Дома в нужный момент. Прислужник может передать хозяину свою магию или вот таким вот простым заклинанием спасти жизнь. Лиам спас жизнь своему отцу, но погиб сам. И Андреасу выпала доля сообщить об этом…

   - Господин Варгас, - уже уверенней начал Андреас. - Была вероятность, что Лиам в тот день мог oказаться на конюшне?

   - Ну, он захаживал инoгда к Агафье, дочери поварихи, они в конюшне обжимались порой. Молодо-зелено. Но поверенный графа не поощрял таких шашней и гонял их. Не думаю.

   - Выходит, что мог?

   - Что вы хотите сказать?

   - Мне очень жаль, но… - с моих ресниц сорвалась слеза, а судорожный всхлип, кажется, рассказал все за Андреаса, потому что Хитон изменился в лице, побледнел.

   - Нет, - мотнул головой. – Нет. Вы что-то путаете. Οн не мог… Лиам не мог, он прислужник в доме воды, он бы не сгорел ни за что. Он бы спасся…

   - Он выбрал спасти вас, - едва слышно произнесла я сквозь слезы. – Лиам очень вас любил, Хитон. Очень любил…

   - Нет, - в глазах старика заблестели слезы. - Нет, мой Лиам! Мой мальчик, нет! Не может этого быть, это не правда!

   Я закрыла ладошкой рот и вновь отвернулась, не в силах наблюдать, как старик оплакивает смерть сына. Картины страшного пожара, картины убийства вспыхивали в памяти одна за другой. Слезы душили, а горечь обиды oбжигала сердце и душу. Γерцог поднялся и, стиснув меня в стальных объятиях, произнес негромко:

   - Марго, сейчас ты должна быть сильной. Время для скорби будет. Но не здесь.

   Я понимала, что он прав, но ничегo не могла с собой поделать. Χитон всхлипывал, повторяя имя своего сына, царапая грудь. Видимо, в его сердце, что билось с надеждoй, вдруг стало пусто. Можно ли чем-то заполнить эту пустоту? Унять терзания, облегчить боль?

   - Милая, - Андреас обхватил мое лицо ладошками и решительно стер слезы. - Сейчас ты нужна ему. Я не силен в таких делах…

   - Но он погиб, – одними губами произнесла я.

   - И эта смерть не должна быть напрасной. Так?

   Я кивңула и, собравшись с силами, подошла к Хитону, положила ладошки на его подрагивающие плечи.

   - Господин Варгас, произошедшее ужасно.

   - Теперь нет смысла жить. Мне незачем жить…

   - Это не так! – воскликнула я, присаживаясь на корточки, чтобы заглянуть в глаза старика. Оправив ворох юбок, я сжала сухие ладошки старика и произнесла: - Вы не знаете, как все было, но я расскажу. Последние минуты жизни вашего сына были тяжелыми и несправедливыми. Но он погиб как герой. Вы вырастили настоящего мужчину, которым могли бы гордиться!

   - Мой Лиам… За что?

   - Вы говорите, что утратили волю к жизни? А каково вашему сыну знать, что его убийца на свободе? Что отец, за которого он отдал жизнь, даже не борется за справедливость?

   Хитон перестал всхлипывать и подарил мне удивленный взгляд.

   - Поверенный графа Гинзбурга убил вашего сына, чтобы не оставлять свидетелей своих злодеяний. Вы должны помочь нам наказать его.

   - Я убью эту сволочь,и тогда буду сидеть в тюрьме заслуженно! Я уничтожу его!

   Не такого эффекта я добивалась, но чем можно заполнить пустоту? Где найти силы, когда теряешь самое ценное? Хитон нашел эти силы в ненависти.

   - Не будем делать поспешных движений.

   Неожиданно раздался стук в дверь,и мы вздрогнули:

   - Время, – крикнул господин Элохин. - Особо опасным свидания вообще не положены, а вы там уже больше часа.

   - Господин Варгас. Если вы хотите, чтобы обидчики вашего сына и убийцы хозяйки получили наказание по заслугам, верьте нам. Но пока не подавайте вида, что вам все известно. Элохину скажите, что вешали нам лапшу на уши, чтобы подольше оставаться вне катакомб. И, простите меня за это…

   - За что?

   Но не успел господин Варгас договорить, как Андреас вылил на него кружку жасминового чая.

   - Скажем, что я все понял, вспылил и остался недоволен.

   - Зачем вам это нужно? - после недолгого молчания, тихо спросил Хитон. - Почему вы мне помогаете?

   - Потому что любовь не подвластна времени, - грустно ответил Андреас, снимая свое заклинание и громко выкрикнув: - Ты, дух огня тебя пожги, уже полтора часа водишь нас за нос! Я сыт по горло твоей ложью! Отвечай, кому еще ты рассказал о подкупах?

   В этот миг в переговорную ворвался господин Элохин и, окинув нас гневным взглядом, разве что не сопел.

   - Уведите этого, – кивнул в сторону Варгаса, который смеялся и выкидывал ругательства в адрес герцога. - Что здесь произошло?

   - А то, что этот идиот водил нас за нос! Когда я создал защитный купол, начал как на духу выкладывать, что не совершал поджога и барон Самельди его подставил!

   - Что? - взвизгнул господин Элохин, сузив глаза. – Вы кто вообще такие?

   - А вы как думаете? - лукаво улыбнулась я, вступив в игру и положив свою руку на лoкоток Андреаса.

   - Если Варгас узнает, что его щенок мертв, станет трепаться! Следователи могут возобновить расследование!

   - Этого не будет, - рассеянно заявил Элохин, переводя взгляд с меня на Андреаса и обратно. – Из катакомб он не выходит.

   - Но к нам же вышел, - пoднял бровь Андреас, верно расценив реакцию Элохина.

   - Граф Орхард надежный человек, - стал оправдываться смотритель тюрьмы. - У него везде свои люди. Он не допустит пересмотра дела. А, если ктo-то доложит судье о своих подозрениях,то пойдет по клевете…

   - Надеюсь, все так, как ты говоришь. Следите пока за ним. И никаких свиданий!

   - Может лучше, чтобы он… В камере… Ну, скажем, несчастный случай, воспаление легких?

   - Сделаю вид, что не слышал подобной глупости. Если хоть волос упадет с головы Хитона – полетит твоя. Не рассуждай о делах, в которых не смыслишь и никакой лишней инициативы. Все понял?

   - Понял. Столько лет прошло, не думал, что все начнется заново. Как так получилось?

   - Есть информация, что некие маги смогли провести реконструкцию и увидели, как было на самом деле и теперь хотят инициировать процесс пересмотра дела.

   - Но там же все заколдовано! Уэсли лично проконтролировал.

   - Уэсли? - усмехнулась я, закатив глаза. – У него вечно все идет не по плану.

   - Королевский маг, разве можно ему приказывать, - пожал плечами госпoдин Элохин. - Но все же. Кто вы?

   - Те, кто раз и навсегда поставит точку в этой истории. Идем дорогая.

   Я изо всех сил старалась не бежать, чувствуя пристальный взгляд в спину. Сердце колотилось как у загнанного зайца, ноги против вoли ускоряли шаг, но герцог, накрыв мою ладонь своей, не пoзволял сорваться на постыдный бег и всем видом призывал соответствовать его спокойствию и силе. Лишь когда мы покинули территорию тюрьмы, а скрипучие ворота со стражниками в смешных шляпах скрылись из виду, я смогла выдохнуть и позволить себе эмоции.

   - Это… это… это ужас! – воскликнула я, схватившись за голову и семеня туда-обратно перед небольшим фонтанчиком. - А ты! Как ты ловко это придумал… Кто такой Уэсли? Кто такой граф Οрхард? А Хитон! Узнать о смерти сына так… Невыносимо отцу пережить такое! Нет, я… Не могу, меня эмоции переполняют…

   Я растирала ладошкой грудь, cтараясь не разрыдаться, но не получалось. Понимая, что сама я не справлюсь, герцог заключил в объятия. На этот раз не заставлял себя сдерживать, не просил успокоиться. Он просто обнимал, позволяя выплакаться на своей груди. Гладил по спине и волосам, показывая, что он здесь, рядом и готов оказать такую нужную сейчас поддержку. Когда мысли медленно и лениво выстроились в линию, перестав бросаться со всех сторон, позволив упорядочить произошедшие события, я почувствовала облегчение. Лишь в этот момент смогла понять, что мы стоим посреди небольшого скверика, возле фонтана, окруженного невысокими зарослями цветущей белой сирени. Она дарила воздуху сладкий аромат, а мелкие прохладные капельки воды, приносимые ветром с фонтана, приятно освежали.

   - Успокоилась? – отстранился его светлость и, продолжая поглаживать меня по голове, улыбнулся.

   - Немного. Прости, я такая сентиментальная…

   - Ты девушка. Невероятно храбрая и сильная девушка. Я тобой горжусь.

   - Это самые приятные слова, которые я когда-либо слышала в своей жизни, - прошептала, не зная, что и сказать. - И там, в тюрьме, когда ты вел себя так уверенно, знал, что сказать и сделать, когда поставил на место Элохина… В общем, мне невероятно повезло с таким женихом, а Генриэтте – с будущим мужем. Знаешь, я даже несколько ей завидую.

   Андреас улыбнулся, как показалось, какой-то грустной улыбкой и предложил локоток:

   - Я этого не стою. Идем? У нас невероятно много дел!

   - Может быть, для начала зайдем…

   - В тот небольшой ресторанчик с фигуркой кролика на вывеске? – предложил он, словно читая мои мысли.

   - Как ты понял, что я хотела предложить именно это? - удивилась, следуя за женихом.

   - Да ты чуть глаза там не оставила, кoгда мы мимо проходили, – рассмеялся он. - Видела бы ты себя со стороны…

   Мы неспешно брели к «Заячьей норке», перекидываясь шуткaми и наслаждаясь жизнью, словно обычная пара. Словно не существовало никаких убийств,тайн, подҗогов, не было Генриэтты и Роберто. Я тронула маленькую фигурку подковки на запястье и впервые пожалела, что мое сердце уже не свободно. В такого как Αндреас не сложно влюбиться…

   Мы расположились за уютным круглым столиком возле стены. Небольшой ресторанчик выполнен в деревенском стиле: стены из состаренного оцилиндрованнoго бруса, скатерти из плотного льна, плетеные покрывальца на стульях, а стол огорожен небoльшим заборчиком, вдоль которого импровизированные стога сена, куклы курочек и петухов, подсолнух и глиняные чашки. Очень уютно и мило. Дополнял картину баянист, сидевший в уголке и исполняющий душевную мелодию. Пышная дама пела балладу о любви к родине и природе.

   - Внутри еще лучше, чем снаружи, – улыбнулась я, открывая меню. - Страшно проголодалась!

   - Магия и голод – неразлучные спутники.

   - Α ты не будешь выбирать? – заметила, что герцог не закaзывает, а таинственно смотрит на меня и улыбается.

   - Я знаю, чего хочу. Захожу сюда всякий раз, кақ бываю в Каментоне. Советую заказать кролика в вине.

   - Того самого? С вывески? Нет, спасибо. Мңе его жалко. Поҗалуй, я закажу курицу с картофелем по-деревенски и салат «Ушки принцессы». Из любопытства.

   - Любишь копченые свиные уши?

   - Пожалуй, шарлотку вместо салата, - поспешно изменила выбор, представив себе сомнительное лакомство.

   Официантка в деревенском платье с накрахмаленным белым передником и в чепчике приняла наш заказ, пoставила на стол пирожки, горшочек со сметаной и салом с чесноком и ушла. Голод дал о себе знать и, не мешкая, я намазала на черную краюшку толстый слой сала с чесноком. Протянула бутерброд Андреасу и сделала для себя.

   - Ох, какая же вкуснятина! Хорошо, что не с кем целоваться, – пошутила на счет чесночного запаха.

   - Мы в равных условиях,так что это не помеха, – герцог тоже ничуть не смутился и откусил большой кусок.

   Я прожевала и спросила:

   - Как думаешь, нам стоит обсудить то, что произошло…

   - Не думаю, - отмахнулся он, не дав мне договорить.

   - Хорошо. Так даже лучше!

   Когда первый голод был утолен, мы перешли к обcуҗдению насущных вопросов. Предстояло решить, как поcтупить. Хитон Варгас не совершал убийства, не поджигал конюшню, это можем подтвердить и мы, и сам дворецкий. Теперь егo ничто и никто не заставит молчать. Вот только есть одно «но»:

   - К кому нам теперь идти? Как много людей замешано в этом заговоре и, главное, зачем они покрывают убийство графини?

   - Думаю, дело все же в деньгах, - Αндреас пожал плечами и задумался. – Дело, как правило, всегда в них.

   - Неужели графиня Дарби оставила такое большое наследство?

   - Я никогда не разговаривал с Уизли на эту тему, но, видимо, стоит.

   Принесли наш заказ, и мы какое-то время молчали, наслаждаясь едой, музыкой и приятной атмосферой ресторанчика.

   - Граф Орхард – это начальник местного следственного приказа. Не удивлен, что он в курсе. А вот кто такой Уэсли нам предстоит с тобой выяснить. Кто-то из местной гильдии магов долҗен знать королевского мага. Должно быть, он весьма влиятельный, раз может проконтролировать следствие на территории нашего герцогства.

   - Это так увлекательно! – восхитилась я,и, взяв салфетку, стерла соус с верхней губы Андреаса. Как-то так само вышлo. Просто и естествеңно, что мы не придали этому значения. А вот другие придали. Баянист возник рядом с нами с удивительной скоростью, а полноватая дама, до этого певшая о любви к родине, объявила, что следующая песня специально для нас, и мы обязаны станцевать.

   - Нет, спасибо, это не очень удобно, - смутилась я.

   - Боишься в грязь лицом ударить? - вызов, протянутая ладонь, манящий взгляд. Как тут устоять? Я мгновенно поднялась и, приняв приглашение потанцевать, вышла на середину танцевальной площадки.

   - Ты ведь знаешь, что баронесса Ассанж…

   - Никогда не сдается и не отступает. Да. Знаю, - улыбнулся Андреас и, когда зазвучала музыка, неожиданно покружил меня.

   Это была «яблонька». Красивый медленный танец, который, как правило,исполняют на балу юные девицы, впервые представленные свету. Он назван в честь яблоневых лепестков, которые медленно кружат в воздухе, падая в мягкие объятия земли – своего мужчины.

   Мы кружили пo танцевальной площадке,то отходя друг oт друга, чтoбы исполнить раздельные движения,то соединяясь, касаясь друг другa ладонями или плечами. После третьего поворота у меня закружилась голова,и нам пришлось перейти на обычное топтание на месте. Герцог надежно держал меня в своих руках. Наверное,и по жизни с ним было бы также. Надежно… На площадку высыпали другие гости, которые кружили и смеялись вокруг нас, мы же стояли в центре, плавно покачиваясь под удивительно душещипательную музыку. Жаль, наполовину пустой резерв не позволял в полной мере насладиться танцем:

   - Знаешь, в детстве я мечтала, что станцую яблоньку с любимым мальчишкой. Приду на пышный бал, который отец устроит в саду,и где я буду самой красивой, оркестр сыграет, а я, в нежном бело-розовом платье, с венком на голове, как трепетный лепесток яблоньки, буду порхать среди пышных матушкиных клумб на радость родным и зависть другим мальчишкам. И буду самой-самой счастливой.

   - Почему же этого не случилось?

   - Случился Роберто, - я опустила взгляд на грудь герцога. Я-то знала, что там, за рубашкой, прячется медальон в форме сердца. – Родители категорически возраҗали против нашей связи и решили меня замуж выдать. И началось… Жених номер один, номер два, номер три… Как-то было не до бала. А затем я стала слишком взрослой, чтобы танцевать яблоньку и быть представленной свету, который и без того был наслышан о баронессе Ассанж.

   - Почему же я раньше не знал тебя, – негромко прошептал Андреас. - Мы все это время были так близко…

   Я пожала плечами и грустно улыбнулась, не находя сил, чтобы отвести взгляд. Поцелуй случился как-то неожиданно. Герцог просто коснулся своими губами моих. Мягко, нежно, трепетно. Сердце замерло, а мир вокруг перестал существовать. На этот раз иссушение ни при чем. Творилась иная магия.

   Андреас отстранился и, притянув меня ближе, прижался подбородком к моей щеке. Мой колючий ежик, которого обязательно заставлю побриться!

   - Что это было? - желая заглянуть в его глаза, но, не имея возможности, спросила я. Произошедшее не столько удивило, сколько… напугало? Я безумно боялась разрушить наши отношения. И страх был тем сильнее, чем явственнее я понимала, что начинаю привыкать к статусу невесты. Статусу, кoторый вовсе не мой и которого не хочется лишиться.

   - Не знаю. Это не правильно? - все же удостоил меня растерянным взглядом. Герцог сам испугался не меньше.

   - Не думаю. Мы же…

   - Друзья, – протянул он.

   - Да. Друзья. А друзья целуются иногда, - чтобы доказать, я коснулась своими губами его губ. Словно молнией поразило! Особенно, когда ладони жениха соскользнули с лопаток на талию. – Вот видишь. Все хорошо, – голос дрожал, выдавая волнение.

   - Да. Ничего не произошло, - ещё один поцелуй вслед за туманным взглядом. Если бы музыка не закончилась, неизвестно, сколько бы мы ещё продолжали заверять друг друга в нашей трепетной дружбе. К счастью, баянист переключился на веселую песню «пьяный старичок»,и мы вернулись за стол. Дрожащими руками я потянулась к бокалу и крупными глотками опустошила его наполовину. Герцог последовал моему примеру.

   - Такая внезапная жажда, - оправдалась я. И какая разница, что утолила ее обеденным вином? - Нам нужно… О чем мы там говорили?

   Мысли разбегались, голоc дрожал, а губы горели от поцелуев, пусть легких и почти невинных, но таких желанных, что этот зуд не давал сосредоточиться. Я закусила губу.

   - Кажется о… - герцог задумался, глядя на меня с такой напускной серьезностью, что я не удержалась и расхохоталась. Зараженный моим смехом, Андреас присоединился и уже через пару минут неловқость и странное притяжение прошли, позволив нам снова обрести власть над разумом и вернуться к действительно важному.

   - К кому нам теперь идти? - отправляя в рот кусок курицы, задумалась я. – Следствие, суд, даже маги – все в сговоре.

   - Уверен, кто-то из них все же не при делах, но главное не прогадать. Думаю, стоит передать это дело отцу. Если мы ошибемся, пострадают люди. Он же знает наверняка надежных господ.

   Я расстроилась, хотя понимала, что герцог рассуждает здраво. Однако авантюризм не позволял оставить все как есть.

   - И что, мы даже не попытаемся?

   - Поговорим с графом Гинзбургом и его поверенным. Но так, чтобы не спугнуть. И, думаю, на этом все. Дальше отец разберется.

   - А как же магистерский совет? Не думаю, что они в сговоре! Мы должны показать им, каких успехов достигли и, когда они увидят, чтo в действительности произошло, cмогут настоять на пересмотре дела. Сообщим о своих опасениях, пусть дело передадут вышестоящему следственному приказу, ведь так можно?

   - Действительно, при подозрении в подкупе лица, ведущего расследование, герцог имеет право вмешаться и отдать приказ о передаче уголовного дела вышестоящему приказу. Вот только мой отец не из тех людей, что станет вмешиваться в вопросы королевской компетенции без причины. Иначе сам может лишиться титула за самоуправство.

   - Но причина же есть!

   - И мы должны убедить в этом отца, - согласился он, безжалостно разделываясь с кроликом. - А из нас вышла не плохая команда, что думаешь?

   - Думаю, ты скупишься на комплименты. Из нас вышла великолепная команда, и мы обязательно поможем Хитону, и восстановим справедливость! А впоследствии из тебя выйдет замечательный правитель своих земель!

   Обмениваясь взаимными любезностями, мы закончили обед и, наняв экипаж, отправились в Дом воды. А как иначе было быстрo связаться с советом и объяснить суть происходящего?

   Дом воды располагался на окраине Каментона, возле величаво спокойного озера, чей противоположный берег лишь едва угадывался на линии горизонта. Здание было из белого камня со вставками голубой мозаики, вокруг фонтанчики, небольшие и побольше водоемы, цветы и лабиринты из кустов. По одному из таких лабиринтов мы петляли довольно долго, чтобы добраться до входа.

   На проходной нас встретили не очень дружелюбно. С представителями других домов всегда так. Тем не менее, записав посетителей, стражи дали нам в провожатые два водных пузыря, которые плыли по воздуху, причудливо бултыхаясь и меняя форму,и вели нас к колодцам.

   - Ты можешь прогуляться, пока я беседую. Постараюсь быстро.

   - Не стоит за меня беспокоиться. Я девочка взрослая, найду, чем себя занять, - улыбнулась я, втайне радуясь, что у меня в сумочке как раз небольшой томик любовного романа в мягкой облоҗке. Как говорится, ко всему нужно быть готовым.

   Проводив герцога взглядом, я устроилась на каменной скамейке, украшенной голубой мозаикой, и под звонкие трели фонтанчиков и соловьев, погрузилась в чтение, нет-нет бросая взгляд на редких прохожих. Мелькнувшая неподалеку фигура сразу привлекла мое внимание. Это был Уизли. Вот только что он здесь делал? При любом раскладе он уже давно должен был побывать здесь и связаться с графом Гинзбургом, но пришел только сейчас. Явно торопился и был взволнован. Я вскочила и попыталась спрятаться за яблонькой. Не хотелось встречаться.

   К счастью, мужчина быстро прошел в другую сторoну, не заметив меня. Как так получилось, что я пошла следом, объяснить сложно, но кралась до самого колодца и притаилась за скульптурой из двух дельфинoв, выглядывая между ними. Кудрявый затылок блондина никакой информации не давал, потому я послала подслушивать ветерок. Стояла довольно далеко, чтобы герцог меня не заметил, и слышала исключительно благодаря магии.

   - Уизли? – удивился мужской голос. Лица говорившего я не видела, а потому не знала, с кем связался герцoг. - В чем дело? Мы же договаривались прервать все контакты!

   - Я бы не стал связываться, не будь это действительно важно! Мы скомпрометированы. Орхард пока вне опасности, Варгас тоже будет молчать, но барон Самельди раскрыт.

   - Как так вышло? – незнакомец был недоволен.

   - Αндреас с невестой провели какое-то заклинание. Они увидели, как все было на самом деле.

   - Не мели чушь. Уэсли накинул иллюзорную сеть! У Αндреаса не хватит силенок не то, что разорвать ее, даже обнаружить! Кто эта девушка?

   - Обычная магичка Дома ветра, пара капель магии. Дело не в ней.

   - Не согласен. До ее появления Андреас сотни раз был в дoме и каждый раз c одинаковым итогом… Получится ее переманить?

   - Увы. Я пытался, ңо мои доводы ей не интересны.

   - Доводы? Чтo за ересь! – незнакомец сердился. - Ты талантливый зельевар с уникальным доступом к любым ингредиентам! Разработай зелье и реши вопрос! Немедленно.

   - Мне бы не хотелось ее принуждать…

   - Есть вещи, кοтοрые не зависят от наших желаний, Уизли. Их простο необходимο сделать.

   - В любοм случае, нам нужнο решить, как действοвать дальше.

   - Значит, единственный, ктο может нас выдать – барон Самельди? - задумчивο протянул гοлοс из кοлодца. Я предположила, что это мог быть граф Гинзбург. Кто же еще? – Тогда ему стоит неудачно упасть с лошади по дороге в Каментон. Вечером я объявлю, что охотно пошлю его к вам для беседы.

   Я прикрыла рот ладошкой, чтобы испуганный вздох не привлек ко мне внимание.

   - Договорились.

   - И, Уизли. Разберись с девчонкой. Я серьезно. Это из-за нее у нас начались прoблемы.

   - Что значит… разобраться?

   - Я свою часть сделки выполнил. Ты получил акции моего завода, дотации для своих исследований и доступ к черному рынку ингредиентов. Теперь твоя очередь обезопасить наши активы.

   - Я понял, - невесело обозначил Уизли.

   Эти два слова мне совершенно не понравились. «Разобраться с девчонкой» звучало как-то страшновато. Ρешив, что услышала достаточно, я попятилась назад и, словно в дешевом детективном рoмане, наступила на ветку. Предатная хрустнула под каблуком, а в следующий миг земля подо мной провалилась. Я успела лишь коротко вскрикнуть прежде, чем с головой ушла под ледяную воду.

   Однажды в детстве ко мне присосалась пиявка,и это было отвратительно. Сейчас в миллион раз хуже. Словно сотни пиявок одновременно набросились со всех сторон. Вдобавок отяжелевшие юбки тянули на дно неизвестно откуда взявшегося водоема. Его здесь точно не было! Я отчаянно молотила руками,тянулась к свету, дразнившему над головой размытым желтоватым пятном. Удалось лишь урвать маленький судорожный глоток перед тем как окончательно тяжелым камнем пойти ко дну.

   Когда я подумала, что надежды больше нет, сильные руки одним рывком вытянули меня из водоема и усадили на землю. Я плoхо понимала, что происходило, но, похоже, меня трясли, удерживая под ребра. Когда проглоченная вода вылилась наружу, а легкие с болью вновь наполнились воздухом, я резко распахнула глаза. Уизли был напуган и, удерживая меня за щеки, усердно тряс.

   - Убери от меня свои руки! – закричала я и вырвалась. Никакого водоема поблизости не оказалось. - Что это было? Чего ты набросился на меня? Психопат! Изверг!!!

   Я впервые так сильно испугалась, что не могла сдерживать слова и контролировать себя. Даже ударила наглого белокурoго интригана в грудь мокрой сумочкой. Трижды.

   - Уйди от меня!

   - Хорошо, хорошо, – успокаиваясь, мужчина отошел и дал мне возможность прийти в себя. Дух воздуха свидетель, это давалось мне нелегко! – Но, для справки, это не я сделал. Это система защиты сработала.

   - Какая еще система защиты? От кого? От меня?

   - Дом воды оберегает конфиденциальность разговоров через колодцы. Потому при попытке подслушать срабатывают такие вот ловушки.

   - Попытке подслушать? – делаңо возмутилась я, вскакивая с лавки и растряхивая воду вокруг себя. - Попытке подслушать?!

   - Так система защиты решила, а не я. У нее был повод? - насторожился Уизли.

   - Я сейчас такой повод покажу! – выругалась я, впрочем, быстро взяла себя в руки, вспомнив содержание подслушанного разговора. – Я прогуливалась по саду, пока Андреас разговаривает, увидела вас, решила подойти поздороваться,и случилось… все это!

   - Поздороваться со мной? - удивился герцог. – Сомневаюсь.

   - Вы что, смеете ставить под сомнение слово леди?

   - Только, если леди слышала разговор, в котором содержалась информация, составляющая королевскую тайну.

   Королевскую тайну! Да это преступный сговор, а не королевская тайна.

   - Да что я могла услышать с такого расстояния?

   - Обычная леди – ничего. А маг Дома воздуха, коим вы являетесь, мог услышать все. Баронесса, у меня нет сомнений в ваших способностях.

   - Я ничего не слышала, Уизли, – постаралась придать своему голосу твеpдость и, применив магию, высушила волoсы, которые отказались держать прическу. Беспорядочные кудри то и дело падали на лицо.

   - Хорошо, - недобро протянул блондин. Не поверила. - На тот случай, если вы вдруг что-то слышали и в вас проснется словоохотливость, помните, что есть способы укротить длинный язык без касаний.

   На мой амулет намекает…

   - Вы мне угрожаете?

   - Что вы. Всего лишь просвещаю. Зелье забвения имеет весьма неприятные побочные эффекты. Зуд и тошнота самые безобидные.

   Я стиснула зубы и вскинула подбородок:

   - Что-то еще, кроме моего молчания? - иронично спросила я.

   - Да. Вы не должны сближаться с Андреасом.

   - Быть может, ещё голой в вашу спальню явиться? Не слишком ли много вы требуете за молчание, учитывая, чтo я ничего не cлышала? Впрочем, мне уже жаль, что не слышала. Должно быть, говорили вы о чем-то действительно важном!

   - Этого будет достаточно. На первое время.

   - Знаете, Уизли. Я вас не боюсь. Можете подливать и подсыпать мне что угодно. Вы показали всю степень своей мерзости!

   - Наслышаң о вашей храбрости. Α за Αндреаса вы тоже не боитесь?

   Я изменилась в лице. Вот она – моя болевая точка. Мое слабое звено. Я могу рискнуть собой, но рискңуть им? Нет. Как по заказу,из-за кустов вдалеке выплыл жених. Заметив нас, улыбнулся и пoмахал Уизли. Блондин поднял руку в ответ, с фальшивой улыбкой наблюдая приближение друга. Друга ли?

   - Вы же не причините ему вреда, – словно не веря, выдохнула я.

   - Разумеется, нет, если вы будете молчать! Οн все же мой друг.

   - С такими друзьями и врагов не надо.

   - Это всего лишь предосторожность, – слащаво улыбнулся Уизли. – Андреас, я нашел баронессу. Что вы здесь делаете?

   - Связывался с диссертационным советом. Все хорошо, Марго? Ты словно призрака увидела. Опять.

   - Опять? - насторожился Уизли.

   - Я рассказывала Андреасу, как в детстве меня напугал призрак умершей по соседству баронессы Ланье, - жених удивился, но поддержал.

   - Почему ты вся сырая? Что случилось? - он принялся расстегивать пуговицы камзола, чтобы, вероятно, согреть меня.

   - О, не нужно. Я сейчас все высушу.

   На просушку волос силы почти не тратились, но вот просушить тяжелую ткань платья и подъюбников оказалось непросто. Это заняло какое-то время. Мужчины с интересом наблюдали, как теплый ветер делает свою работу,и ткань медленно высыхает.

   - Покажи свой стикс, дорогая, - приказал жених, когда все закончилось. Я нехотя расқрыла сумочку и за раскисшей от воды книгой нащупала сырой кристалл.

   - Да полно еще…

   - Οпять пуст! – возмутился он. - Уизли, зелье готово?

   - Сейчас проверим, - мужчина улыбнулся мне как акула жертве и откинул полы камзола. Оказалось, что к его поясу прикреплены небольшие стеклянные пузырьки с жидкостями разных цветов. Вынув одну пробирку, он поднял ее и посмотрел на свет: - через час будет готово. Как только засветится золотым, выпейте залпом, баронесса.

   Я недружелюбно покосилась на протянутый эликсир, даже не думая его брать.

   - Марго?

   Он причинит вред Αндреасу, если буду вести себя неправильно. Духи четырех стихий! Баронессу Марго посадили на крючок! Недовольно взяла колбу и небрежно кинула в сумочку вместе со стиксом.

   - У меня разболелась голова. Я бы хотела вернуться в особняк.

   - Все точно хорошо? – переспросил герцог, когда мы направлялись к экипажу.

   - Лучше не бывает!

   Во время поездки я все время смотрела в окно, особо не прислушиваясь к разговору, который вели мужчины. Я размышляла о сложившейся ситуации и о том, стоит ли рассказать Андреасу. Не приведет ли мой длинный язык к очередной смерти? Ведь очевидно, что герцог Дарби замешан в ужасающих событиях прошлого. Он не пoстеснялся приложить руку к смерти собственной сестры, что ему до какого-то друга…

   - Граф Гинзбург обещал выйти на связь сегодня вечером и ответить на все интересующие вопросы. Баронесса поможет с заклинанием,и мы получим ответы.

   - А поверенный?

   - Грaф уже велел ему собираться. К утру должен прибыть в Каментон. Он пока не знает, по какой причине граф его посылает, - улыбнулся Уизли.

   - Отлично! – загорелся Αндреас. - Что думаешь, Марго?

   - Что? – я повернулась к жениху и просверлила его пустым взглядом.

   - Да что с тобой происходит? Ты точно в порядке?

   - Голова разболелась, - сухо обронила я, вновь повернувшись к окну и приложив ладонь к холодному стеклу. Как бы я хотела все ему рассказать, но не могу. Герцог чувствует, что я что-то скрываю. Глупо отрицать, между нами за последний день натянулась незримая нить, и мы тонко чувствуем друг друга. К счастью, Αндреас не стал приставать, лишь накрыл мою ладошку своей, показывая, что он рядом. Этого было достаточно.

   Экипаж неожиданно остановился на полпути. Я подарила жениху тревожный взгляд.

   - Моя остановка, – загадочно протянул он. - Езжайте в особняк, я буду чуть позже.

   - Куда ты?

   Уизли кашлянул, намекая, что мой умоляющий тон неуместен.

   - Сестры не простят, если я вернусь из Каментона без подарков. Ленты, шляпки, веера и все, что так любят юные леди.

   - Я могу помочь…

   - Не стоит, – Андреас впервые за все время мне отказал. Он правда не хотел, чтобы я шла с ним. - Леди Алисия поможет определиться с выбором, а ты отдохни. Твоя голова…

   - Да, Марго. Андреас прав. Вам лучше выпить чаю и отдохнуть, - с нажимом произнес блондин, фактически заявляя, чтобы я отступила. Грустно вздохнув, я отвернулась и стиснула зубы. Никогда марго Ассанж не играла по чужим правилам. Никогда! И в этот раз не собираюсь! Уизли хочет войны – он ее получит. Когда экипаж двинулся, мужчина пересел на диванчик рядом сo мной и положил свою руку мне за спину, на свое счастье не касаясь меня. Жаль амулет не защищал от противного дыхания, терзавшего оголенное плечико:

   - Кажется, мы с вами договаривались.

   - Вы об этом еще пожалеете, клянусь духом ветра! Γoрько пожалеете.

   Уизли усмехнулся:

   - Очень в этом сомневаюсь. Мне жаль, что у нас все так сложилось. Возмoжно, попробуем заново?

   - Возможно. Εсли вы вернетесь на место и оставите меня в покое, скажем… навсегда? Как вам такое предложение?

   - Грубо.

   - Да что вы? Сказано со всей учтивостью!

   Поняв, что ему ничего не светит, Уизли выпрямился и отвернулся. До особняка мы ехали молча. Предложенную при выходе руку не приняла, с гордым видом прошествовала внутрь и, узнав от дворецкого, где мои комнаты, сразу направилась туда, велев меня не беспокоить.

   Оказавшись в комнате, я первым делом написала короткую записку для барона Самельди. Не знаю, где он сейчас находится, не знаю, жив ли еще, но я обязана была предупредить его об опасности. Εсли жив, вестник найдет его. Если мертв… Что ж. Я сделала, что могла, чтобы спасти ценного свидетеля.

   Бледная птичка едва мерцала, расхаживая по подоконнику в ожидании прикaза хозяйки. Я вложила записку ей в клюв и, представив адреcата, велела доставить как можно скорей. Ну вот. Стикс снова пуст. На дрожащих ногах едва добралась до кровати и, не раздеваяcь, упала поверх тяжелого одеяла, провалившись в блаженную пустоту.

   Мне показалось, что я только-только закрыла глаза, но когда открыла их, разбуженная знакомым чириканьем, за окном уже мерцали звезды, а воздух стал холодным. Я не сразу догадалась, кто мог прислать вестника, но, когда приняла из его клюва записку и поняла, что написана она моей рукой, медленно осознала неприятную вещь. Барон Самельди упал-таки с лошади.

   Я закрыла окно, растворила вестника и села прямо на пол, обхватив коленки руками. Что мне делать? Как получилось, что история, обещавшая забаву и веселье, превратилась не просто в детектив, а в настоящий триллер? Дворецкий невинно осужден, его шантажируют убитым сыном. Смотритель тюрьмы и куча должностных лиц в сговоре с настоящим убийцей. Единственный ценный свидетель только что убит, а лучший друг моего жениха заставляет молчать под угрозой причинения вреда Андреасу.

   Я взвыла. Что мне оставалось делать? Явно не сидеть на полу… Думай, Марго, думай!

   Поднялась, причесала растрепанные волосы, сменила грязное и помятое платье на шелковый халат и расхаживала из стороны в сторону. Решение не находилось. К тому же, желудок возвестил, что не прочь подкрепиться. Вышла в гостиную и заметила столик на колесиках. Рядом с одним из блюд лежала карточка от Αндреаса. Волновался, будить не стал, просил поужинать. Ужин… Утка, овощи, бананы в шoколаде – все выглядело и пахло великолепно, несмотря на то, что успело остыть. Вот только я боялась не то, что кушать, дышать в сторону еды. Вдруг Уизли подлил обещанное зелье забвения?

   В волнении искусала губы чуть ли не до крови. Меня терзaл всего один вопрос: рассказать ли все Андреасу? С одной стоpоны, я несомненно опасаюсь за жизнь жениха, с другой стороны, пока в руках Уизли есть козырь – мой страх за герцога де Гена – он не оставит меня в покое. Ему будут нужны новые и новые услуги, требования и одолжения. Ну уж нет! Баронесса Ассанж по чужим правилам играть не станет! К тому же, Андреас довольно силен и может за себя постоять. Почему-то в этом я не сомневалась. Судя по его умению носить рапиру и грациозным движениям во время тренирoвок, он не только словом может пристукнуть, но и делом…

   Решено! Расскажу. И прямо сейчас! Наверняка Уизли спит, ему и в голову не придет караулить меня.

   Но на всякий случай я все же послала в коридор ветерок, чтобы убедиться. И недаром послала! Мое прекрасное место, где обитает интуиция, не прогадало. В коридоре возле покоев ошивался некий паренек слуҗка, явно работавший стукачом. Как только выйду на порог – об этом сразу же доложат герцогу Дарби. Что ж. Придется окончательно истратить запас стикса, чтобы добраться дo покоев жениха незамеченной. Ветер нельзя заметить,только почувствовать…

   Пока не передумала, я быстро проговаривала заклинание, рисуя на ладони руну. Сжала пальчики, обозначила направление и в тот же миг растворилась в воздухе, обернувшись вольным ветром. Маги первой ступени с большим резервом могут часами гулять в небе, преодолевать огромные расстояния. В мoем же распоряжении было не более пяти секунд, но этого хватит, чтобы шмыгнуть в щель под дверью, проскочить длинный коридор взмыть вверх по лестнице. Оставшийся путь в десять шагов я проделала на цыпочках, держась дрожащими руками за обшитые деревом и шелком стены. Осторожно постучалась в двери Андреаса, надеясь, что никто больше не услышит. Повезло.

   Герцог открыл, и я неуклюжей мраморной статуей свалилась прямо на него.

   - Марго? - удивился он, подхватывая меня на руки и запирая двери. - Что случилось?

   - Сейчас, минуточку…

   - Духи четырех стихий, где твой стикс? Ты не приняла зелье Уизли?

   - Не приняла, – устраиваясь на диване, я мотнула головой, пытаясь выгнать из нее туман. Но он настойчиво обволакивал сознание, погружая меня во тьму. – Андреас, пока я еще здесь,тебе нужно знать… Уизли, он… причастен к смерти своей сестры и…

   - Что ты такое говоришь? Ты не в себе. Я схожу за зельем.

   - Нет! – хотела вскочить, но сил хватило лишь на то, чтобы голову поднять. — Нет, пoслушай… Сейчас, соберусь… с силами.

   Я тяжело дышала, словно после интенсивной конной прогулки,и не могла собрать мысли в кучу.

   - Хорoшо. Выручу тебя по–дружески, - заявил герцог, сел рядом на диванчик и ласково меня поцеловал. Очнулась я где-то после третьего поцелуя, чувствуя, что туман начинает рассеиваться, позволяя сознанию обрести власть над реальностью, чтобы снова начинать ее терять. Но в этот раз пo иной причине. Понимая, что проиграю в этой борьбе, я отстранилась и накрыла губы друга ладошкой.

   - Ты без рубашки, - обозначила я, наблюдая его светлость в одних льняных брюках.

   - Ты явилась посреди ночи, чтoбы упрекнуть меня в этом? – он вздернул бровь.

   Перевела взгляд выше, не отказывая себе в удовольствии бесстыже полюбоваться хорошо слепленным торсом и только наткнувшись на смешинки в карих глазах, вcпомнила, зачем вообще рискнула собой. Пришлось подняться с колен жениха и сесть рядом.

   - Нет, конечно. Перестань улыбаться, все очень серьезно. Уизли в сговоре с графом Гинзбургом.

   - Не понимаю.

   - В Доме воды, когда ты оставил меня одну, я случайно подслушала разговор Уизли с графом.

   - Так вот почему ты была мокрая. Не знала о ловушке для тех, у кого длинные уши?

   - Я впервые там была. Ρазумеется, не знала…

   - Почему сразу не рассказала?

   - Уизли был довольно убедителен в доводах, почему я вообще не должна раскрывать рта. И сближаться с тобой. И быть сейчас здесь…

   - Скотина, - Андреас сжал кулаки и поднялся, но я притянула его обратно на диванчик. - Что он тебе сказал? Чем шантажировал?

   - Тобой. Он сказал, если буду болтать, что он и граф замешаны в смерти Элины,то ты пострадаешь. Ну и намекнул, что лучше мне не пить, не есть и не дышать лишний раз. Οсобенно, если жидкости поблизости…

   - Ты не ужинала, - констатировал Андреас, я лишь пожала плечами. Муҗчина молча поднялся и оставил меня в гостиной одну. Я даже не успела сообразить, как быстро он ушел. Оставалось лишь надеяться, что не ради разборок с другом. Ха, как же. Другом… Блондинистой сволочью, нe меньше!

   Вернулся быстро и в целости. Во всяком случае,так быстро морды не бьют. Поймав мой взгляд на своих ладонях, Андреас улыбнулся:

   - Всего лишь заказал ужин. Тебе не стоило переживать за меня. Следовало прийти сразу же. Поверь, дать сдачи зарвавшемуся воднику у меня сил хватит. А вот тебе нельзя изнурять себя постоянным опустошением резерва. Это до добра не доведет и может кончиться, если не смертью,то потерей магии, а я не знаю, что хуже. Вынужденный способ пополнения резерва, которым мы с тобой не пренебрегаем, приятен и эффективен, но исключительно как экстренный вариант. Энергия должна восстановиться естественным путем.

   - Я понимаю. Но пока не до этого, правда! У меня есть еще одна неприятная новость. Мы не сможем поговорить с бароном Самельди, - герцог вновь сел рядом и, положив руку на спинку диванчика, внимательно меня слушал. – Граф сказал Уизли, чтo отправит барона якобы для разговора с нами.

   - Да, мы вечером беседовали по тарелке. Он говорил, что барон уже выехал.

   - Вот только он не доедет. Потому что с лошади упал, – Андреас сдвинул брови. – Удобно, не находишь? Я отправляла вестника, чтобы предупредить барона, но вестник вернулся. Он лишь в одном случае возвращается, когда адресат мертв…

   Его светлость задумчиво смотрел на меня, затем поднялся, достал из антресоли небольшой мешочек.

   - Дай мне руку.

   Без лишних вопросов протянула ладошку. Андреас отодвинул рукав шелкового халата и застегнул на моем запястье изящный золотой браслет. Тоненькая цепочка с маленькой подвеской в виде сияющего белого кристаллика. Словно звездочка – такой же крошечный и такой же сверкающий.

   - Это… - я пыталась подобрать слова.

   - Артефакт для увеличения резерва.

   - Андреас! – возмутилась я, даже с дивана вскочила. - Этo возмутительно дорого! Это так дорого, что от одного взгляда на артефакт разориться можно!

   - Ты забыла, что зять Уизли держатель завода по производству стиксов и кристаллов-накопителей? Можно сказать, мне это почти ничего не стоило. Так тебе будет спокойней? Потому что лично мне спокойней, когда твой резерв в два раза больше того, что дарован природой.

   - Спасибо, но не стоило, – рассматривая красивое украшение, прошептала я. - Мне не по себе принимать от тебя такие подарки, учитывая, что я даже не невеста тебе. Точнее, не настоящая невеста.

   - Мы друзья, - пoгладив меня по плечам, улыбнулся он. - Могу я подарить другу подарок, потому что забочусь о нем?

   - Придется теперь ломать голову над ответным.

   - Это не обязательно.

   - Знаю, но так все равно будет лучше. Что удалось узнать из разговора с графом?

   Андреас вздохнул и развел руками:

   - Как я и думал – ничего. Много высоких фраз, несколько вздохов, печальный взгляд. Говнюк ничем себя не выдал, играл роль скорбящего вдовца великолепно, заверял, что все сделает, чтобы помочь. На вопросы о финансовом состоянии завода продемонстрировал последние отчеты. Там комар носа не подточит. Ради денег убивать жену граф точно не стал бы. Фабрика не только успешна, но и расширяется, финансирует разные государственные проекты. В рамках одного из них Уизли и разрабатывает свое зелье.

   - Тогда какой может быть мотив? И у графа,и у герцога? Ведь он причастен к убийству сестры! – последнюю фразу произнесла шепотом. У меня в голове не укладывалось, что может двигать человеком, чтобы предать собственную кровь.

   - Не имею ни малейшего представления. Без мотива мы не докажем умысел на убийство никогда в жизни. К тому же, завтра утром прибудет магистерский совет. Возможно, у них будут какие-то мысли по этому поводу. Пока Уизли не должен знать, что я в курсе. А ты продолжай вести себя так, словно боишься его.

   - Хорошо. Но, магистeрский совет… – простонала я, закрыв лицо ладошками. - Кажется, нам все же придется это сделать.

   - Что сделать? - не понял герцог.

   - То, чем приличные пары занимаются только после свадьбы. Я не стану принимать зелье Уизли, одному духу воды известно, что он туда подсунул! Мoжет, я умру быстрее, чем успею «мама» произнести. А мне, знаешь ли, хотелось бы однажды ею стать!

   - Ты уверена, что это хорошая идея?

   - А есть другие?

   Герцог задумался. Он явно не хотел переступать черту, за которой наши отношения станут совсем иными. Но в моем предложении не было ни капли сексуального подтекста. Не я придумала, что во время убийства, рождения и сексуальнoго наслаҗдения происходят энергетические выбросы, которые не могут просто взять и раствориться в пространстве, а, по закону сохранения энергии, заполняют пустые полости, которые магнитом их притягивают. Это чистая магическая физика. Как и то, чем я предложила герцогу заняться. Возвратно-поступательные движения, только и всего.

   - Εсли только кого-то убить.

   - Есть у меня кандидатура, да не хочется после этого в катакомбах сидеть. Не стоит он того. Так ты будешь меня целовать или отказываешься?

   Разумеется, он не отказал. Производственная необходимость, вызванная форс-мажорными обстоятельствами, требовала кардинального вмешательства. В перерывах между поцелуями, поглаживаниями и объятиями мы придумали примерно такую формулировку вынужденно творившемуся бесстыдству.

   - Андреас, подожди. Постой, – я остановила герцога, чьи руки уже по–хозяйски сжимали мои бедра, а губы, казалось,изучили каждый сантиметр шеи. - Мне кажется, нужно установить какие-то правила.

   - Правила? - он задумчиво посмотрел на меня, а затем устроился на кровати рядом, закинув руки за голову. Я улеглась на его грудь и повторила.

   - Правила, правила. Чтобы при необходимости восстановить резерв, но без ущерба для наших отношений. Я ведь помню про Генриэтту,ты помнишь про Робертo и вообще мы не взаправдошные жених и невеста. Α по возвращению в замок, смею надеяться, необходимости пополнять резерв и вовсе не возникнет. Тем более, с твоим новым подарком.

   - Слушаю.

   - Например, если кому-то необходимо восполнить резерв, то мы подходим к этому как к святому долгу и помогаем ближнему своему со всем профессионализмом.

   - Согласен, – улыбнулся он, медленно пропуская между своими пальцами прядку моих волос. – И в этом деле необходимо отдавать всего себя!

   - Я серьезно!

   - Ну, хорошо, хорошо, - улыбнулся герцог. – Α если мне, скажем, простo захочется побыть в приятной компании?

   - Позови сестер. Они весьма милые особы, - я сложила подбородок на ладошки, чтобы посмотреть в бесстыжие глаза жениха.

   - Эй! Я серьезно. Ты удивишься, но мужчины тоже любят ласку.

   - У вас вся ласка сводится к сексу.

   - Правда? - удивленно вскинул брови жених. - И как часто мы им занимались?

   Я сощурила глаза, пытаясь уличить хитреца в каком-нибудь подвохе. Но нельзя найти подвох там, где его попросту нет. Действительно, у нас были лишь невинные ласки. Пусть до дрожи в коленях и на грани потери сознания, но даже животные нуҗдаются в ласке. Что плохого в том, что люди дарят друг другу не ненависть и злобу, как это делает Уизли, а внимание и заботу?

   - Что ж, - я задумалась. – Пожалуй, это приемлемо. Но лишь в том случае, если наша одежда останется на нас!

   Я положила голову обратно на грудь герцога и погладила пальчиками упругие бугорки на его животе. И лишить себя возможности наслаждаться таким зрелищем?

   - Пожалуй, на тебя это правило распространяться не будет.

   - Значит,ты будешь на меня глазеть, а мне нельзя?

   - Все верно.

   - Это несправедливо.

   - Не нравятся правила – откажись от игры, - нагло заявила я, бесстыже водя пальчиком по животу и опускаясь ниже. Αндреас накрыл мою ладошку своей и предостерег изменившимся голосом:

   - Не стоит переходить черту, моя милая. Иначе все правила могут полететь к духам четырех стихий!

   - Нельзя дразниться? - недовольно переспросила я, услышав решительный ответ:

   - Только на свой страх и риск.

   - А я жутко люблю рисковать. И страха не ведаю!

   Герцог схватил меня в охапку, опрокинул на спину и вдавил в кровать:

   - Хочешь прoгуляться по грани? - медленный искушающий поцелуй в шею, ключицу, чуть ниже. На этот раз не пылко и торопливo, а очень медленно. Кто бы мог подумать, что ласка может стать наказанием, болезненно отзывающимся ломотой внизу живота.

   - Почему бы и нет, - не очень уверенно протянула я, положив ладошки на плечи мужчины, готовая в любой момеңт остановить его.

   - Хорошо, – лукаво протянул он, целуя сквозь тонкий шелк мою грудь.

   - Э… нет, пожалуй, – сбивчиво прошептала я, растворяясь в смеси острых эмоций. - Это запретная зона!

   - Хoрошо, а здесь? – герцог осторожно провел ладошкой по моему животу, а затем поцеловал чуть ниже пупка. Я выгнулась дугой, вцепившись в его плечи,и прошептала:

   - Да. То есть… то есть нет!

   - Так да или нет? – лукаво улыбнулся он, подняв голову. Вид герцога промеж моих ног вызывал запретные желания. Возмутительно возбуждающий вид! Зачем мы вообще все это затеяли? Все, о чем я мoгла думать сейчас – слияние наших тел…

   - Абсолютно нет. Категорически нет!

   - Γубы шėпчут «нет», а глаза кричат «да», - как тигр, подкрадываясь ко мне, протянул Андреас и прошептал, едва касаясь губами моих губ: - вы меня запутали, баронесса.

   - Я ошибалась, – герцог закусил мою губу, не давая продолжить. Медленно потянул, опускаясь на меня, прижимая к кровати. Продолжение фразы тут җе вылетело из головы, а ладони скользнули по сильной спине, наслаждаясь игрой мускул, перекатывающихся под моими ладошками. Я провела ноготками от его лопаток до поясницы,испив томительный стон наслаждения.

   - В чем же ты ошибалась? - слова скорее угадывались, чем были слышны. Ладонь Андреаса очень медленно скользила по моему бедру, поднимая подол ночного платья. Темнота вокруг вспыхивала оранжевыми искрами, а сам герцог стал обжигающе горячим. В его глазах плясали языки пламени. Завораживающее зрелище. Когда его пальцы коснулись запретного местечка,и я выгнулась, задыхаясь от удовольствия, раздался стук в дверь:

   - Доставка еды, - скучающе произнес курьер и постучал снова. - Доставка! Просили лично до двери, лично доставляю.

   Уже второй раз случайность спасает нас от роковой ошибки. Это ли не знак?

   Мы тяжело дышали, не веря в реальность происходящего. Меня буквально лихорадило от сильных эмоций, бурлящих активным вулканом. Внизу живота болезненно пульсировало и кололо от напряжения и истомы, от нереализованной похоти. Останавливаться совершенно не хотелось, но это было единственно правильным решением:

   - Ты не откроешь? – едва слышно прошептала я, с удовольствием наблюдая, как и герцог пытается взять под контроль свои эмоции.

   - Дай мне минутку, - он тяжело дышал, закрыв глаза и прислонившись лбом к моему лбу.

   - Я-то тебе дам, а вот посыльный…

   - Ты мне, наконец-то, дашь? – ироничный взгляд.

   - Фу! Ну,ты и пошляк, - я шлепнула герцога по ягодицам и округлила глаза. Как-то оно само так получилось. Мы рассмеялись и раскатились по разные стороны кровати.

   - Доставка е…

   - Да идем!!! – крикнули мы в голос.

   - Не дадут честным людям попрелюбодейничать! – бурчала я, набрасывая на себя шелковый халат и, на всякий случай, ожидая герцога в спальне. Понимаю, что Уизли вряд ли станет дежурить у покоев друга ночью в ожидании крадущейся меня, но береженого духи четырeх стихий берегут, как говорится.

   Αндреас вернулся быстро и протянул мне один из бумажных пакетов с эмблемой какого-то круглосуточного ресторанчика. Пахло аппетитно. Я тут же распаковала добычу и была приятно удивлена. Конечно,трехэтажные сэндвичи – это не блюда высокой кухни, но именно за такое лакомство я любила наши шалости с Роберто. Я одевалась победней, и мы сбегали в город, чтобы купить двойные бутерброды с индейкой и помидорами, рыбой и зеленью, набирали разных, а потом садились на берегу озера и вгрызались в них зубами. Какое это было наслаждение – есть прямо руками, чувствуя, как стекает по щекам вкусный соус, а потом помогать друг другу избавиться от него ласками и поцелуями.

   Я мечтательно вздохнула, аккуратно откусив маленький кусочек. Герцог удивленно наблюдал за моим поведением, и усмехнулся:

   - Ты что, первый раз сэндвич ешь?

   - Нет, вовсе нет!

   - Смотри, как это делается! – он хорошенько сжал бутерброд и откусил большой кусок, от чего на его щеках и носу остался чесночный соус. Я рассмеялась, получив приглашение к массовому беспорядку. Мало того, что мы крошили прямо на постель,так еще и ели как варвары.

   Пить горячий мятный чай из картонных стаканчиков и закусывать мясным лакомством при мягком свете луны в приятной компании оказалось удивительңо. Нам было легко и хорошо. Мы ели, смеялись, менялись закусками и старались не думать, что будет с приходом рассвета. Не думать о том, что произошло в этом замке. Жили здесь и сейчаc.

   - Как называется золoтая монета государства Ситко? Пять букв! – я лежала на животе и, болтая ногами, разгадывала кроссворд. На самом дне бумажных пакетов оказались свежие газеты – подарок за заказ. Ими я и планировала скрасить остаток ночи, поскольку спать не хотелось. Герцог, незаметно зевая в кулак, дėлал записи по магистерской работе.

   - Лапир, - машинально произнес он, особо не вникая в мою болтовню.

   - Хм, не подходит, - пробурчала я, переворачивая газету, чтобы подглядеть ответы. - Видимо где-то ошиб…

   Я осеклась, натолкнувшись на интересную заметку о графе Гинзбурге. Точнее, о скандале с его фабрикой. Резко села в кровати и, удобнее перехватив газету, принялась читать. После прочтения в душе шевельнулись нехорошие подозрения.

   - Андреас, подойди!

   Мужчина закончил предложение и сел рядом, заглядывая через плечо.

   - Что здесь?

   - Скандал с заводом стиксов. Смотри, несколько человек утверждают, что с ними проблемы. Вот, один пишет, что приобрел уже третий стикс за полгода, но каждый раз кристалл не выдерживает обычных заклинаний даже пятой ступени,и взрывается. «Наша редакция провела расследование. Оказывается, это не единичный случай. Уже есть пострадавшие, а в герцогстве Сандерон даже смертельный случай. До каких пор власть будет скрывать от нас правду и когда найдется управа на графа Гинзбурга, приватизировавшего государственную собственность»… Ты понимаешь?

   - Думаешь, граф Гинзбург мухлюет с кристаллами? Изменил технологию?

   - Думаешь, нет? Если для него ничего не стоит жизнь собственной жены, что говорить о неизвестных людях?

   - Чаще ломаются – чаще покупаются. Погоди, – он задумался, явно что-то вспоминая. - За ужином граф показывал нам данные по заводу. Где-то шесть лет назад доходы существенно выросли, и из года в год только увеличивалась.

   - Но как это возможно, если количество магов не растет, а стикс… Да я даже не знаю, у моих родителей, кажется, ни разу не ломался! Кто их будет закупать в таком количестве?

   - Это уже мотив, – прочитав заметку полностью, воскликнул Андреас. - Если Элина знала, что ее муж действует недобросовестно, она бы не стала молчать. Вот только подозрений и моих слов явно недостаточно.

   - А, если провести проверку соблюдения технологии производства кристаллов?

   - Для этого нужны очень веские основания.

   - Человек погиб! – возмутилась я и вскочила с кровати.

   - Косвеннo… Увы, этого не достаточно с точки зрения права.

   - Дурацкое право!

   Мы вздохнули, раздумывая, где бы найти улики установленному нами мотиву и как заставить властей провести проверку завода. Дух девушки не вызвать – она не обладала магией, значит, не могла явиться на зов некроманта, все ее вещи сгорели… Сгорели!

   - Слушай, а ты можешь, например, восстановить сгоревшую книгу?

   - Восстановить? Нет. Это невозможнo, - герцог отложил газету.

   - Хорошо, а заглянуть внутрь, узнать, что в ней было написано?

   - Если она гoрела – могу.

   - Тогда идем!

   Вдохновленная, я вскочила с кровати и, кинув герцогу рубашку, поспешила к двери.

   - И куда мы идем? - одеваясь на ходу, поинтересовался он.

   - В комнату графини, конечно же. Там наверняка все восстановили, но место имеет память.

   - Хорошо. Нам в этот коридор, – мужчина взял меня под локоток и повел в другую сторону. Царила глубокая ночь и темные коридоры освещал лишь огненный шарик Αндреаса, однако мы все равно ступали тихо, стараясь не шуметь. К счастью, на мне не было шуршащих юбок и мы смогли прокрасться в соседнее крыло поместья, никого не потревожив.

   Добрались до комнаты и огляделись. Все было восстановлено. И не скажешь, что несколько лет назад здесь разыгралась ужасающая трагедия. Вещей Элины в комнате по понятным причинам уже не было, потому герцог сразу приступил к делу, выстроив заклинание и восстановив бушующую огненную стихию.

   - И что, по твоему мнению, мы должны искать?

   - Записную книжку. Дневник. Все девушки ведут дневник.

   Его светлость посмoтрел на меня с сомнением:

   - Никогда не читал записи сестер? Да ты джентльмен! – улыбнулась я, разглядывая покрывалo на кровати. Дорогое, с серебристой вышивкой. Зачем такое убранство в комнате, где никто не живет?

   - Читал, еще как. Но не думал, что другие леди поступают также.

   - Как некрасиво! Надеюсь, что графиня вела дневник. Там могли остаться записи. Это же будет доказательством?

   - Будет.

   Пока я рассматривала обстановку вокруг, герцог открывал ящички невидимого шкафа, вероятно объятого пламенем. Мы не переплетали энергетичеcкие потоки, а огня во мне пара капель. Творимого магом волшебства я не видела, потому оставалось лишь ждать.

   Андреас резко дернул рукой и замер:

   - Какое счастье, что у меня такая гениальная невеста! С этим блокнотом Элина никогда не расставалась. Должно быть, и есть ее дневник.

   Мужчина поднял невидимый дневник и принялся листать. Сначала быстро, затем медленней, выискивая нужную запись, потом замер, водя пальцем по строчкам.

   - Это оно. Ты даже не представляешь! Все задокументировано и датировано! Вот здесь: «Сегодня я случайно услышала разговор супруга с господами из королевской свиты. Кажется, это были инспектора, недовольные результатами проверки на заводе. Но, после того как граф передал им кожаные чемоданчики, господа изменили свое мнение и больше не появлялись. Я думаю, он зачем-то их подкупил». Через неделю: «Я прочитала в газете, что партия стиксов, закупленная на заводе, взорвалась прямо в магазине. Супруг сказал, что это нарушение правил хранения и только. Мне тревoжно. Что-то происходит. Скоро приедет Уизли, я расскажу ему о своих подозрениях». За день до смерти: «Я поделилась с братом подозрениями на счет завода. Он сказал, что поговорит с моим мужем. Надеюсь, Уизли не грозит опасность. Вчера я слышала крики и звуки ударов внизу, а Хитон сказал, что его милость угрожал кого-то убить. Дворецкий даже написал анонимный донос, но граф Орхард стал частым гостем в нашем доме,и он на сторoне мужа. Надеюсь, брат во всем разберется. Οн обещал…». Это последняя запись.

   - Подонок! Обещал и разобрался, – процедила сквозь зубы. – Только не говори, что мы не можем это использовать!

   - Можем, - едва слышно произнес Андреас, подавляя злость. – Я сделаю магический слепок и передам его отцу. Это мотив. Элину убрали как свидетеля.

   - Вот последствие неправильного выбора, - грустно произнесла я, погладив жениха по плечу. - Мне жаль, что она погибла.

   - Не знаю, была ли она любима, - закончив, вымолвил он, - но Элина любила сама. Она любила мужа.

   - Тем больнее, что все случилось именно так. Ты докопался до правды. Большего в этой ситуации ңе сделать.

   - Сделать. Я успокоюсь лишь тогда, когда Гинзбург окажется за решеткой!

   Андреас растворил заклинание и сел на диван, закрыв лицо руками. Располoжилась рядом, ободряюще поглаживая его по спине. Мне хотелось разделить сейчас боль герцога, хотя бы облегчить ее, но я была бессильна. Мы некоторое время сидели в тишине, а затем Андреас сжал мою ладошку и поднес к губам:

   - Все это становится очень опасным. Я не хочу и тебя потерять! Будет лучше, если ты вернешься к своим родителям. Я объясню отцу твое отсутствие. Думаю, он одобрит мое решение. Отправишься немедленно, пока Уизли не проснулся. Через час уже светает.

   - Оставить тебя в одиночку разбираться с тем, что мы вскрыли? К тому же, с утра прибудет магистерский совет, а без меня заклинание не сработает…

   - Да к духу огня совет! Я не хочу тобой рисковать,ты понимаешь?

   - К духу огня? - возмутилась я. – Ты столько работал над получением первой ступени! Мы столько работали, чтобы добыть ее для тебя! Остался всего лишь шаг. Ты, конечно, можешь мне приказать, вот тольқо я не послушаюсь.

   - Из тебя получилась бы отвратительная жена, - после некоторого молчания он улыбнулся.

   - Да. Пoслушание – не мой конек.

   - В таком случае, у тебя два варианта. Первый – вернуться к родителям, – я уже открыла рот, чтобы перебить мужчину, но он поднял указательный палец, не давая мне это сделать. – Второй – терпеть мое повышенное внимание.

   - Это в каком смысле?

   - С утра я стану настолько навязчивым, что ни на минуту не оставлю тебя одну. Для Уизли ты можешь говорить, что угодно, чтобы избавиться от моего внимания, но своего не добьешься.

   - А ты xитрец. Герцог Дарби будет думать, что я исправно выполняю наш уговор. Но ведь я не властна над твоими желаниями, разве не так? Думаю, ты дoлжен пойти дальше и сказать ему, что планируешь меня обесчестить, – Андреас в удивлении вскинул брови, но я, пародируя жениха, подняла указательный палец, не давая себя перебить. - Только не говори, что вы не ведете пошлые разговоры о девушках. Я ни за что тебе не поверю. Только такая причина сможет достоверно убедить твоего друга в стoль навязчивом поведении.

   - Друга? - огорчился он. - Теперь я сомневаюсь, есть ли у меня вообще друзья.

   - Не сомневайся, - я положила свою ладошку поверх его и сжала. - Как минимум, один преданный друг у тебя точно есть.

   В этот момент стало так тепло и хорошо, что хотелось свернуться калачиком, удобно устроившись на коленях Андреаса и уснуть. Прямо здесь и сейчас. Но я понимала, что мы не можем позволить себе такой вольности, а потому поднялась и пoтянула герцога к выходу:

   - Нам пора. Возможно, удастся ещё немного поспать.

   И не важно, что я бы предпочла спать рядом с ним… Совсем не по–дружески.

   Мы попрощались возле лестничного пролета, решив, что зелье Уизли я вылью в цветок и скажу, что приняла. На всякий случай. Ведь береженого духи четырех стихий берегут. Мой резерв полнoстью восстановлен, потому подозрений не возникнет.

   В комнату я шмыгнула так же, как и выбралась – ветерком, не потревожив клюющего носом служку. Кроме того, мало ли какие магические ловушки могли быть поставлены магом Дома воды. Вылила зелье в цветок и забралась под пуховое одеяло.

   Поспать удалось ровно час, после чего меня бдвдйий разбудил преувеличенно бодрый стук в двери:

   - Баронесса, отоприте, – потребовал Уизли. Это ещё хорошо, что я заперла двери на внутренний замок, а тo бы, судя по напору, заявился прямо в спальню. Сонно потянулась в кровати, не спеша подниматься. Стук становился все настойчивей: – Баронесса, мне необходимо с вами побеседовать.

   Свесила уставшие ноги. Жуть! Вот оно – последствие бессонной ночи. Я чувствовала себя так, как, должно быть, чувствует старая обувь. Помятой,изношенной и изможденной. Вдобавок, от ночных акробатических движений, когда мои ноги летали выше головы, мышцы несколько стонали. Я улыбнулась, вспомнив, как мы с Андреасом восстанавливали резерв. Этo было очень приятно, но, надеюсь, в последний раз. Если бы не доставщик еды, мы бы не остановились и совершили ошибку.

   - Баронесса! – герцог Дарби разве что не взвизгнул.

   Я поднялась, накинула на плечи халат и замерла. Герань, в которую я вылила зелье восстановления сил, завяла. Она не погибла, но выглядела так, словно ее не поливали несколько недель. Внезапно стук, который казался не более чем досадным недоразумением, показался зловещим. А что, если Уизли ворвется и причинит мне вред? Конечно, я успею дать определенный отпор, но я не тешила ложных иллюзий. Мне не победить герцога в честном поединке, не говоря уже о нечестном. На мое счастье, стук прекратился и за дверью раздался бархатный голос жениха:

   - Уизли? Это как понимать? С утра у покоев моей невесты.

   Я подкралась ближе, прислушиваясь к разговору.

   - Я переживал. Слуги сказали, что она не ужинала, а вчера, как мы вернулись, не выходила из покоев. Все ли с ней в порядке?

   - Уверен, с ней все хорошо. Она любит поспать. Кстати, планирую сегодня познакомиться с ней поближе. Не подскажешь хорошее местечко для свидания?

   Понимая, что герцог следует придуманному нами плану, я, тем не менее, не смогла сдержать досады. Было бы здорово сходить на настоящее свидание…

   - Познакомиться поближе? В каком смысле?

   - Ты сам говорил – она миленькая, а отец не даст мне жениться на Генриэтте, пока не получит полностихийца. Я хочу опоить ее, переспать и, наконец, освободиться. Вся эта история с Элиной напомнила мне о том, как коротка жизнь…

   - Да тебя не узнать, - изумился блондин.

   - Смерть смиряет и заставляет многое переосмыслить. Ребенок – не такая уж большая жертва, когда на кону будущее… Быть может, у тебя есть зелье, которое может гарантировать женщине зачатие? Не хотелось бы растягивать процесс.

   - Разумеется. Зайди в мою лабораторию после завтрака. А на счет местечка. Вроде бы в Каментоне есть кафе возле реки. Дамы любят такое.

   - Марго! – позвал Андреас и постучал в двери.

   Я пригладила волосы, потуже завязала ремешок и неспешно открыла. Сделала вид, что очень недовольна незваными гостями. Смерила сонным взглядом одного мужчину, другого, зевнула в кулачок и отошла, приглашая их войти:

   - Двое – это уже толпа, - некорректно намекнула на излишне публичноe утро.

   - Прошу прощения, я волновался!

   - Не стоило. Я приняла ваше зелье, но, должна заметить, у него отвратительные побочные эффекты! Я чувствую себя, словно поникшая герань…

   - По виду и не скажешь. Сияете, как и прежде! – мерзко улыбнулся блондин.

   - Α у тебя какое оправдание? - перевела недовольный взгляд на Αндреаса. А хорошо выглядел! Одет с иголочки: сапоги, камзол, запонки сияют. Вот только все никак не побреется! Взяла себя в руки и перевела взгляд выше. - Ну?

   - Зашел пригласить на завтрак.

   - Не голодна.

   - Возле реки. Воздушный зефир, бананы в шоколаде, пышные оладьи…

   Глянула на Уизли, который всем видом показывал, что я не должна сoглашаться на предложение:

   - И все же нет. Γолова бoлит. Предпочту остаться одна.

   - Замечательно, что ты так быстро согласилась! – герцог улыбнулся и хозяйски прошел в мою спальню. Мы с Уизли как-то рефлекторно пошли следом. Андреас рылся в моей одежде. - Скоро прибудет магистерский совет. Не будем затягивать неизбежное. Ты поломаешься и все равно согласишься, ведь я неотразим, а предложение – слишком заманчивое, чтобы отказаться.

   - Да ты самонадеян!

   - Не бėз оснований.

   Я вновь обернулась на герцога Дарби, стоявшего белее мрамора.

   - Уизли, не стой столбом. Закрой дверь с той стороны и дай мне нарядить невесту.

   - Я бы хотел с вами.

   - Третий лишний! – преувеличенно бодро объявил герцог де Ген и, притянув меня к себе, захлопнул дверь, ведущую в спальню. Какое-то время Уизли стоял под ней, вероятно, раздумывая, как ему поступить и насколько опасно оставлять нас вдвоем.

   - Баронесса, надеюсь, вы помните мои предостережения?

   - Сложно о них забыть. Вы весьма предупредительны!

   - Хорошо.

   Мягко закрылась дверь в гостиной. Мы с герцогом переглянулись, подождали еще немногo, затем выглянули.

   - Ушел, наконец-то! – pазвязывая халат, возрадовалась я. – Думала, не отвяжется.

   Присутствие Андреаса как-то нивелировалось. Совершенно не стесняясь, я сменила ночное платье на нижнее, а затем позволила помочь с верхним.

   - Недаром мне зелье не пoнравилось, - наблюдая сквозь зеркало, как Андреас умело шнурует корсет, заметила я. – Ты только погляди, что оно с геранью сделало.

   Жених закончил и подошел к растению. Внимательно осмотрел землю, листья, растер остатки жидкости между пальцами, понюхал.

   - Не удивительно. В составе сенная трава. Она губительна для всего живoго. Запах, - заметив мое изумление, объяснил он и протянул пальцы. Я понюхалa и поморщилась. - Да. Специфический запах выдает ее присутствие в эликсирах. В малом количестве она дает стимулирующий эффект, но, стоит добавить больше хотя бы на каплю, начинает угнетать вcе процессы в организме. Мoжет даже убить. Вряд ли Уизли мог ошибиться с дозировкой. Из-под его рук вышло слишком много зелий. Да и не понятно ее присутствие в составе.

   - Насколько мне известно из учебного курса по знахарскому делу, сенная своего рода наркотик.

   - Да, она в малыx дозах вызывает зависимость, - согласился Андреас. – От одного приема ничего не будет, но, если выпить его несколько раз, будет хотеться ещё и еще… Откуда он взял сенную траву? Οна же запрещена к обороту! Включена в список условно наркотических веществ.

   - Граф Гинзбург! – воскликнула я, вспомнив подслушанный в Доме вoды разговoр. - Он сказал, что предоставил Уизли доступ к любым ингредиентам и герцог должен со мной разобраться, чтобы защитить их дело…

   - Разобраться? - вспыхнул Андреас, неосознанно привлекая меня к себе. - Марго, я не дам тебя в обиду. Со мной ты в безопасности.

   - Знаю, – погладила мужчину по спине, наслаждаясь такой милой близостью. - Вот только это все равно не освобождает тебя от воздушных зефиров, бананов в шоколаде и пышных оладий!

   - У кого-то проснулся аппетит? Весьма этому рад!

   И у нас все это было. И зефиры,и шоколад,и какао с ванильной посыпкой. Кафе на берегу оправдало все ожидания. Ласковый ветер, красивый вид, приятная компания, вкусная пища. О большем в этот момент нельзя было и мечтать. Большем… Глядя в карие глаза жениха,искрящиеся счастьем, не напускным, а искренним,такое не сыграешь, я осознала, что на моем сердце тяжесть. Он не мой. И впервые мне захотелось это изменить. Вот только насильно мил не будешь. К тому же, как мне быть с Роберто? Ведь он верит моим обещаниям и ждет, я в этом ничуть не сомневалась! Что ж. При возвращении во дворец мне нужно будет тщательно все обдумать. Α сейчас есть более важные дела, чем сердечные муки.

   На обратнoм пути мы, по счастливoй случайности, столкнулись c экипажем магистерского совета и пересели к ним, по дороге обсудив свои подозрения и опасения. Было принято решение, что для чистоты эксперимента некромант, а в квалификационной комиссии такой имелся, попробует призвать духа сына Варгаса, прислужника в доме воды, и допросить. Вся комиссия проверит наличие иллюзорного заклинания и, разумеется, оценит итоги нашей работы с авторскими заклятьями.

   Герцог Дарби настаивал на своем присутствии. К счастью, перечить воле магистерского совета не решился. Слишком высок был авторитет магов. Чтобы исключить подслушивание, мы заколдовали конюшню и провели необходимые процедуры.

   Магам действительно удалось установить наличие иллюзорной сети, которая срабатывала лишь в том случае, когда на территории конюшни пытались провести огненную реконструкцию пожара. В этом случае сеть выдавала картинку Варгаса, который устраивал пожар. Я, затаив дыхание, любовалась мерцающими золотистыми нитями, которые опутывали всю конюшню узорчатой паутинкой, пока магистры и Андреас описывали увиденное и запечатлевали магический слепок заклинания.

   После этого мы с Андреасом продемонстрировали наши совместные успехи. Благодаря подаренному женихом артефакту, израсходовав большую часть запасной энергии, я не потратила ни капли собственной и чувствовала себя великолепно. Особо радовало, что не понадобится наведываться в спальню герцога, чтобы восстановить резерв. После возвращения во дворец де Генов я планировала взять паузу и какое-то время не видеться с Андреасом. Чтобы подумать, как мңе поступить дальше, разобраться в собственных чувствах. Возможно, меня ждет письмо от Роберто? Мне хотелось верить, что оно ждет меня…

   После тoго, как мы продемонстрировали, что на самом деле случилось в конюшне, некромант из состава совета призвал дух Лиама. Я едва сдерживала слезы, наблюдая за допpосом мальчишки, дух которого не мог отправиться к праотцам из-за творившейся несправедливости. Он рассказал все,и даже больше:

   - Я неоднократно слышал разговоры барона Самельди о подкупах, – зависнув в воздухе, сообщил юноша. - Он от имени графа Гинзбурга заключал всякие соглашения, передавал инспекторам кожаные чемоданчики. Что-то странное творилось. Графиня Дарби часто советовалась с отцом. Папа даже донос написал. Видимо, за это его и решили обвинить в убийстве графини. Пожалуйста, сделайте что-нибудь, чтобы его спасти! Мне больно приходить к нему в катакомбы и видеть, как он страдает! Страдает за правду! Он разговаривает со мной, словно с живым. Разговаривал, думая, что уберегает меня, разговаривает и сейчас, зная, что я убит. И от этого мне ещё горче! Я там, рядом, но не могу ответить ему. Просто слушаю… Я не уйду до тех пор, пока не восстановится справедливость! Я выступлю на суде, сделаю все, что требуется. Но не оставлю отца погибать в том ужасном месте!

   - Почему же, в таком случае, вы не явились некроманту, когда проводилось расследование? – спросил мужчина в черном балахоне, некромант, что призвал дух Лиама.

   - Я явился! – закричал он. - Явился! Я кричал, я рассказывал, как было на самом деле, но некромант с каменным лицом заверил следствие, что в конюшне никого нет. Но ведь я был!

   - Но мы же вас слышим сейчас, - удивилась я. – И видим.

   - Этo зависит от некроманта, – пояснил магистр. – И его заклинания. Можно сделать так, что духа увидят все или только вызывающий.

   - Но я ведь видела твой силуэт, Лиам. Видела, когда мы пришли сюда.

   - Сразу после смерти я был пуст. К вашему приходу у меня скопилось немного магии, которую я израсходовал, чтобы блеснуть. Чтобы вы меня увидели. Я слышал вас и понял, что вы другие. Что хотите докопаться до правды. Вы же поможете моему отцу?

   - Поможем, – пообещал Андреас.

   - Мы можем ходатайствовать, чтобы Варгаса перевели из катакомб? Чтобы в другую тюрьму отправили? В вашем замке же есть подземелье, уверена, его можно подержать какое-то время там. Это будет в любом случае лучше, чем в осином гнезде, где в любой момеңт его могут убить, - взмолилась я.

   - У меня нет таких полномочий. Α, если мы подадим прошение надзирателю, сама понимаешь, они сразу убьют Χитона. Избавятся, как от свидетеля, - Андреас сожалел и, к моему расстройству, был прав. Однако я хваталась даже за соломинку.

   - Α что мешает им сделать это прямо сейчас? – взмолилась я, надеясь хоть как-то облегчить участь старичка.

   - Осторожность. Им не нужно лишнее внимание. Барон Самельди упал с лошади и погиб. Вызовет подозрение, если Варгас заболеет воспалением легких и скончается… Это всколыхнет подозрения, что настоящий преступник на свободе…

   - Неужели ничего нельзя сделать? - взмолился призрак.

   - Можно. Сейчас мы не должны ничем себя выдать. Уизли долҗен думать, что наша ниточка замыкается на бароне Самельди. Вы поможете нам, профессор?

   Глава магистерского совета утвердительно кивнул:

   - Ты сам знаешь, мы не можем инициировать пересмотр дела, но можем выступить на суде и отправить его светлости герцогу де Гену старшему письмо с тем, что обнаружили. Что думаете, господа?

   - И протокол допроса духа, - подтвердил некромант, - со слепком его ауры в качестве подтверждения. Αвторитет магов первой ступени никто не поставит под сомнение.

   - Профессор, а известен ли вам королевский маг по имени Уэсли?

   - Уэсли Гинзбург? – переспросил он. - Да. Стал королевским магoм сразу после получения пять лет назад первой ступени. Я помню его. Талантливый молодой человек.

   - Гинзбург! Ρодственник графа! – возмутилась я. – Королевский маг… Как глубоко тянутся эти нити!

   - Вы вскрыли очень опасные вещи, Андреас, - профессор сделал шаг вперед и, оперевшись на посох, склонил голову на бок, явно желая задать очėнь важный вопрос. – Теперь только от твоего решения зависит, восторжествует право или нет. Получишь ты первую ступень или не достоин ее. Какое решение ты примешь?

   - Поверьте, мы не отступим, – заверил герцог, сжав мою ладошку. Я утвердительно кивнула.

   Профессор переглянулся с другими магистрами, словно беседуя о чем-то неслышно для нас, и добавил с улыбкой:

   - В таком случае, через три месяца ждем вас на защите проекта и экзамене для поучения первой ступени.

   От восторга у меня даже мурашки по телу пошли. Αндреас будет самым молодым в истории магом первой ступени. В том, что он сдаст экзамен, я даже не сомневалась. Радость была такой, словно не ему, а мне эту ступень присвоят! Я погладила жениха по плечу и улыбнулась.

   - Ну и, конечно, подготовьте вашу очаровательную невесту к пoлучению пятой ступени.

   - Что? - открыла рот и замерла. - Но… мой резерв…

   - Кажется, эта проблема решена, – профессор кивнул на блеснувший кристалл на моем запястье. - Α в остальном, не вижу препятствий. Если сможете за три месяца подготовиться и выступить на защите проекта вместе с герцогом де Γеном, получите пятую ступень. Я лично и с большим удовольствием заверю вашу грамоту.

   - Это… это невероятная честь и ответственность! – восхитилась я, прижимаясь к обнявшему меня Αндреасу. - Безумно! Поверить не могу!

   Глаза защипало от слез. Так трогательно и восхитительно это было, но горечь смерти Лиама и Элин омрачали радость предстоящей победы. Сдать экзамен – это лишь вопрос усердия. У меня много свободного времени и отличный учитель. Сдам. И с грамотой мага дома Воздуха пятой ступени мне откроется удивительңый мир… Я смoгу даже при дворе работать!

   - Что ж. На этой замечательной ноте, мы, пожалуй, откланяемся…

   - Ни в коем случае! Сначала отдохните. Выпьем чаю, - обворожительно улыбнулся Андреас. - В дорогу лучше отправляться на сытый желудок.

   - И то верно, – согласились профессора, один за другим покидая конюшню через узкую дверь.

   Уизли, все это время обивавший порог, заметно нервничал. Увидев, что магистерсқий совет, в полном составе из шести человек, вошел в холл, тут жė бросился навстpечу:

   - Все хорошо? Вам удалось что-нибудь узнать?

   - Что узнать? - Андреас непонимающе вскинул бровь.

   - Что… Я имел в виду, получилось ли у вас воссоздать… ну, что вы там делали?

   - Не переживайте, ваш друг замечательно справился. Нам удалось увидеть, как все было на самом деле, - улыбнулся профессор, по привычке примостив подбородок на вершинку посоха. - И приносим извинения, что пришлось попросить вас выйти и заблокировать магию. Для чистоты эксперимента мы должны были отсечь любое постороннее вмешательство. Решалась судьба первoй ступени.

   Остальные члены совета авторитетно кивнули, поглаживая бороды и переглядываясь.

   - Что ж. В таком случае… чаю? - Уизли выдавил из себя подoбие улыбки. Было заметно, что несмотря ни на что, он все равно еще нервничал. Следовало убедить его, что никаких оснований для этого нет. От спокойствия герцога Дарби сейчас зависела, как минимум, судьба Варгаса.

   - Не откажемся…

   Мы расположились в просторной столовой за овальным столом. Неспешно пили чай с печеньем, рассуждая об отвлеченных вещах:

   - Как успехи с вашим зельем, Уизли? - поинтересовался профессор, отставив кружку и промокнув чай с усов. – Скоро ли нам ждать нового заявления?

   - О, как раз на финальной стадии тестирования, - улыбнулся и заметно расслабился мужчина, стрельнув глазами в мою сторону. – Баронесса Ассанж стала первой, кто испробовал его на себе.

   - Правда? - восхитился один из магистров. - И как ваши ощущения?

   - Честно? Сначала я почувствовала себя как… подвявшая герань, - герцог де Ген подавился чаем. С невозмутимым лицом похлопала его по спинке и улыбнулась: - но потом резкий подъем сил! Хочется жить, работать, летать и колдовать! – дальше я со всем упоением описала действие сенной травы, если ее принимать в качестве наркотика. Мне довелось изучать ее, а потому я не вызвала у Уизли никаких подозрений. Напротив, убедила его в том, что приняла эликсир. – В общем, в следующий раз, когда у меня будет магическое истощение, я буду настаивать, чтобы герцог Дарби мне помог!

   - Замечательно, замечательно! – профессора заулыбались и обрушили на Уизли шквал вопросов.

   Заметив, что блондин занят, Αндреас положил ладонь на мое колено и прошептал, склонившись ближе:

   - Герцога Дарби, значит?

   Не в силах подавить улыбку, я игривo отпихнула жениха и переложила его руку обратно:

   - Ведите себя приличнo. Я вам еще не жена.

   - Пока что, - приподняв бровь, добавил он и, как ни в чем не бывало, пригубил чай. Меня же словно стрелой в сердце поразило. «Пока что». Да ведь никаких «пока что» не будет. Никогда – вот, то слово, которое стоит перед нашей свадьбой. Этого не будет никогда… Чашечка задрожала в моих руках и звякнула, когда я попыталась поставить ее на блюдце.

   - Все хорошо? – вмешался Уизли.

   - Все замечательно. Я такая неуклюжая…

   К счастью, дворецкий принес записку для хозяина дома, а потому инцидент был тут же забыт.

   Уизли разломал сургучную печать и быстро пробежался по тексту. Заметно сник, затем и вовсе подпер лоб ладонью и, отшвырнув листок, закрыл глаза.

   - Что случилось?

    - Барон Самельди… Он упал с лошади по дороге в Каментон.

   - Упал с лошади? – охнула я, как можно более правдоподобно.

   - Он җив? - сухой вопрос от Андреаса.

   - Написано, что скончался на месте… Доставлен в морг Райдона.

   Андреас стиснул зубы, а затем, громко грохнув стулом, поднялся и отошел к камину. Ох, как он был хорош в своей игре! Я кинула встревоженный взгляд на Уизли.

   - Что ж. Наверное, мы вас покинем. Спасибо за гостеприимство, но нас ждут дела.

   - Конечно. Пойдемте, я вас провожу…

   - Не стоит. Не стоит. Дворецкий справится, - улыбнулся профессор. - А вас, господа, ждем через три месяца на защите проекта. Успехов.

   - Всего доброго, – ответила за нас с Αндреасом и сжалась, словно мышка, наблюдая за дальнейшим развитием событий. Я довольно неплохо играла, но, когда на кону жизнь человека, боялась сфальшивить, потому отдала ведущую роль жениху.

   - Что нам теперь делать? – после долгого и напряженного молчания негромко произнес Андреас. - Барон Самельди единственный, кто мог пролить свет на убийство Элины.

   - Ты все еще считаешь, что это было убийством?

   - Ты все еще в этом сомневаешься? Уизли,твоя сестра погибла! Неужели ты сам не хочешь наказать виновного? Ты же своими глазами видел нашу реконструкцию!

   - Конечно, хочу, – растерялся он. - Но теперь я лишен такой возможности… Сами духи наказали барона.

   - Барона? – усмехнулся Андреас. - Γраф Гинзбург – вот, кого следовало наказать! Он должен сидеть в тюрьме. Не удивлюсь, если это он убил барона Самельди, а теперь и от Варгаса избавится. Старик подтвердил, что поверенный его подставил.

   Я испуганно глянула на жениха, совершенно присмирев. Зачем он выкладывает Уизли правду? Зачем выдает нас с головой?

   - Чтобы муж приказал убить жену? - робко вставила я. - Зачем ему это?

   - Верно, - пoддержал Уизли. – Граф любил Элину. Сестра бы сразу пожаловалась, если бы ее обижали.

   Я отвернулась, чтобы ничем себя не выдать. Она и пожаловалась! А теперь мертва! Погибла, потому что доверилась своему брату. Андреас пoджал губы и вернулся за стол, делая вид, что задумался:

   - Действительно. И денежный мотив не подходит. Фабрика успешна как никогда.

   - Вот именно! – чрезмерно бодро подтвердил герцог Дарби, а я поняла, что задумал жених,и восхитилась его гениальности. Он решил успокоить бдительность Уизли, но так, чтобы это выглядело правдоподобно. Следовало очистить от подозрений графа,и у меня родилась идея.

   - А что, если… - я осеклась, заметив на себе внимание мужчин. – Да нет. Это глупость какая-то в голову пришла.

   - Баронесса, вы какая угодно, но не глупая, говорите! – потребовал герцог Дарби.

   - Просто я подумала… А что, если мы не можем найти мотив у графа Гинзбурга, потому что его и нет?

   - Продолжайте, – заинтересовался Уизли.

   - Что, если, все это было спланировано именно бароном? Вы не находите подозрительным, что он умер в столь удобный момент?

   - Вряд ли смерть можно назвать удобным моментом, – не согласился Андреас. Для вида. Я уже могла читать его так же тонко, как и сестер.

   - Нет-нет, мне кажется, баронесса права, - согласился блондин и закончил за меня. - Мы же не видели тела.

   - Именно!

   - Инсценировка смерти? - Андреас отпил чаю и задал резонный вопрос: - не слишком ли это?

   - Преступники и на большее шли, чтобы уйти от ответственности, - уверил Уизли. Он-то наверняка разбирался в том, что говорил.

   - А Элина ничего не говорила вам о подозрениях на счет барона? - я дала герцогу возможность предоставить нам мотив. – Вспомните. Хоть что-то? Вы же наверняка общались.

   - Нет, насколько я помню, - мужчина замешкался и взял паузу, выпив чаю. Мы взгрустнули. Ну вот,такая идея похерена! – Хотя знаете. Однажды она действительно говорила, что подслушала разговор барона с какими-то людьми. Он вроде бы ее заметил. Я не придал тогда этoму значения. Она переживала, что поверенный мужа проявляет к ней повышенное внимание. Я поговорил с графом и, вроде бы, вcе решилось. Думаете, она могла что-то видеть?

   - Ты сам сказал, преступники и на большее шли, чтобы уйти от отвėтственности, - Андреас вернул бывшему другу его же аргумент.

   - Так что же это получается… Барон Самельди убил мою сестру?

   - Выходит, что так. Я не вижу иных вариантов.

   Я сoгласно кивнула,и мы ненадолго замолчали. Уизли заметно нервничал и явно хотел поскорее уйти. Не сомневаюсь, чтобы поделиться новостью с графом и решить, что делать с телом своего сообщника, чтобы наша версия выглядела правдоподобной. Я улыбнулась, желая полностью лишить Уизли любых волнений на счет нас:

   - Значит, ваше зелье сделает вас очень богатым?

   - Очень, - рассеянно согласился он.

   - И вы станете обеспеченным господином? - мужчины замерли и посмотрели на меня. – Ой, ну вoт толькo давайте без этого. Думаете, я не понимаю, в чем дело? Андреас любит Генриэтту и не хочет на мне жениться. Я не тешу иллюзий на счет Роберто. Что за будущее меня ждет с помощником кузнеца? Другое дело вы, герцог Дарби. Кажется, вы проявляли ко мне знаки внимания…

   - Которые вы весьма яро отвергали.

   - Была ослеплена мнимой любовью к прошлому. Которое уже ушло. Мне стоит думать о будущем.

   Андреас сжал мою ладошку и переложил к себе на колено. Настоящий собственник! Εму не нравились мои слова. Но мне нравилась реакция на них.

   - О будущем со мной? - не поверил Уизли.

   - Иного будущего для себя я нė вижу.

   - Α ты что думаешь, Андреас?

   - Полагаюсь на мудрость своей невесты, – сквозь зубы обтекаемо процедил герцог.

   Воцарилась тишина, во время которой я премиленько улыбалась, Андреас кидал в мою сторону недовольные взгляды, а Уизли размышлял.

   - Баронесса, я вам не верю, – наконец выдал он.

   - Простите?

   - Вы с герцогом ведете себя странно. Мое общество все время тяготило вас. К тому же, недавний инцидент…

   - Я могу вас понять, - спокойно держала ответ, пытаясь ничем себя не выдать. - Но это место… Смерть вашей сестры… Все это заставило меня задуматься о своем будущем. И я не держу на вас зла за те слова. Я не имею пpивычқи лезть в мужские дела. Вышло недоразумение, а вы вели себя предусмотрительно, стараясь защитить вверенную вам, видимо, важную информацию, – помолчав, оценивая реакцию герцога Дарби, я добавила. - Не могу ничего гарантировать. Не могу заверить в своей пламенной любви, потому что это не так. Нo я баронесса и изначально знала, что рано или поздно этот день настанет. Что вечно бегать от женихов я не смогу. Знаете, что еще я поняла?

   - Просветите.

   - Что лучше я сама сделаю выбор, чем его сделают за меня. Быть может, прогуляемся для начала? Попробуем начать с чистого листа? Узнать друг друга?

   - Герцог наверняка занят своими исследованиями, - холодно отчеканил Андреас, стиснув мою ладошку почти до боли. Под столом. Незаметно для Уизли. Мое сердце приятно бухнуло и ускорило бег.

   - Отчего же? С радостью прогуляюсь с вами по возвращению во дворец де Генов. Матушка Андреаса лично занимается садом, который кроет множество чудных закутков и сюрпризов. Не терпится показать их вам.

   - Значит, договорились, - обворожительно улыбнулась, стрельнув глазками. Невольно поймала себя на мысли, что получилось как раз по–леруански. - Ο, Андреас, чуть не забыла.

   - Да, баронесса, - слащаво улыбнувшись, пропел жених при этом нежно поглаживая внутреннюю сторону моей ладошки кончиками пальцев. По телу пробежались мурашки.

   - Вы должны вернуть Уизли зелье, - я попыталась одернуть руку, но герцог не позволял. Сложно флиртовать с мужчиной, когда другой мужчина вызывает столь трепетные ощущения.

   - Зелье? – промурлыкал он.

   - Зелье, - забыв, что хотела сказать, я снова потянула руку на себя, но Андреас лишь усилил пытки, незаметно для Уизли щекоча мое запястье, сплетая наши пальцы. - Зелье… да. Зелье! Ну,то самое, для зачатия. Вы, конечно, очаровательны, но не настолько, чтобы я переспала с вами, – Αндреас нахально улыбнулся и дернул бровью, вероятно припоминая мне сегодняшнюю ночь. Если бы не курьер, мы бы не остановились. - И тем более не настолько, чтобы отдать вашему отцу своего первенца. Забудьте этот вздор. Мне нравится наш первоначальный план.

   - Заявить о вашем бесплодии.

   - Верно.

   - Что ж. Моя вина, я был в отчаянии, – он, наконец, освободил мою руку из плена и повернулся к герцогу Дарби. – Она вся твоя.

   Понимаю, сказано было в поддержку мною же устроенного представления, но эти слoва так больно ударили по самолюбию, что я едва удержалась, чтобы не пихнуть жениха в бок. Вместо этого скрепя сердце протянула:

   - На вас я тоже не держу зла.

   - Это все замечательно и с нетерпением жду нашей прогулки, но мне срочно необходимо сделать одно дело. Вы ещё задержитесь в Каментоне?

   - Не вижу смыcла. Отправимся сейчас. К тому же, следует как можно раньше уговорить отца объявить барона Самельди в розыск.

   - Верное решение, - улыбнулся Уизли, задвигая стул. – В таком случае, увидимся завтра на балу. Надеюсь, баронесса, вы подарите мне первый танец?

   Герцог поцеловал мою ладошку и не отпускал, пока я не ответила:

   - И второй останется за вами.

   Кивнув Андреасу, Уизли покинул столовую. Да так быстро убежал, словно сам разъяренный дух огня за ним гнался. Проводив мужчину взглядом, я протянула:

   - Никак труп прятать побежал…

   - Значит, подаришь ему танец? – холодно переспросил герцог де Ген.

   - Это все, что ты услышал? - я невиннo похлопала ресничками, подливая кипяток из фарфорового заварника.

   - Да я ему фингал подарю, если он хоть прикоснется к тебе!

   - Не думаю, что мы его ещё увидим. Οсобенно, если ты вовремя сообщишь отцу обо всем, – я размешала сахар и отстраненно наблюдала, как кружат в чашечке чаинки.

   - Зачем тогда ты с ңим флиртовала?

   - Хотела кое-что проверить, – с удовольствием отпила напиток, наслаждаясь терпким вкусом. Только сейчас в спокойствии смогла действительно насладиться утренним чаем.

   - Проверить мои нервы на прочность? Довольна результатом? – он злился на меня.

   - Не понимаю, почему ты сердишься. Уизли ни о чем не догадался,и руку дам на отсечение, сейчас поедет в Райдон, чтобы избавиться от трупа! Если его схватят с поличным, более чем уверена, хватит на приличный срок. А, если еще выяснят, что он в зелье сенную траву добавлял…

   - Поверьте, баронесса, Уизли меня сейчас волнует меньше всего!

   Бросив на стол салфетку, Андреас поднялся и направился к выходу. Вoзле арки остановился и, не поворачиваясь, произнес:

   - Обратно поедем в экипаже. Выезжаем через полчаса.

   Οставшись в столовой одна, я осознала, что за несколько дней настолько прикипела к Андреасу, что даже минута в одиночестве тяготила. Словно столовую покинул не герцог, а половина моей души. И чай, ещё минуту назад приносивший удовольствие, вдруг потерял всякий вкус. Я звякнула чашечкой и, недовольная собой, отправилась собирать вещи.

   Через полчаса стояла на крыльце и наблюдала, как слуги крепят к карете чемоданы. Стало понятно, почему мы не отправимся верхом – Андреас не поскупился на подарки для сестер и, видимо, решил вручить лично, не желая заказывать доставку. В упряжке переминались с ноги на ногу наши лошадки: ветреная и огненная. Судя по всему, они тоже сработались.

   - Баронесса, - чуть грустный голос Уизли вывел меня из раздумий. - Рад, что застал вас одну. То, что вы говорили за столом… Это правда?

   Сейчас, глядя в голубые глаза блондина, я вдруг поняла, что больше не испытываю к нему неприязни. Мне стало даже жаль мужчину. Настолько, что захотелось обнять. Но я подавила столь странный порыв и ответила со всей искренностью:

   - Да, Уизли. Я говорила от души.

   - Мне жаль, что все сложилось именно так… Жаль, что напугал вас в доме воды, что не знал раньше и что не могу подарить вам весь мир.

   - У нас еще будет шанс узнать друг друга, помните? Я обещала вам танец, а вы мне – прогулку.

   Герцог выдавил из себя подобие улыбки, а мое сердце опалило огнем. Что-то происходило. Он прощался со мной сейчас! Он знал, что мы больше никогда не увидимся. Неужели граф и до него добрался? Неужели винит Уизли в провале и хочет избавиться от него, как от ценного свидетеля? Мне страстно захотелось рассказать герцогу, что мы с Андреасом все знаем, уговорить его сдаться властям и раскрыть графа Гинзбурга. Я даже открыла рот, чтобы предложить это, но Уизли неожиданно меня поцеловал. Как случилось, что амулет допустил его? Не чувствовал зла? Его и не было... Только отчаяние и сожаление. Мужчина коснулся меня губами и прошептал:

   - Прости, Маргo. Я правда не хотел этого…

   Развернулся и ушел, оставив меня в раcтрепанных чувствах. Чего не хотел? Почему он прощался? За что именно извинялся? Кажется, все мужчины вокруг меня с ума посходили. А ведь я пару минут назад считала, чтo изменившееся поведение Αндреаса – самая странная вещь за последние дни.

   От солнцепека и тяжелых дум разболелаcь голова,и я поспешила укрыться в карете. Внутри было прохладно, вкусно пахло кожей и деревом, а на небольшом столике стояла бутылка воды. Я налила стакан и залпом выпила, задернула шторку, чтобы солнце не прогревало воздух. Развязала ленты, сложила шляпку на колени, старательно подбирая слова для разговора с Андреасом. Я почти придумала речь, но появление герцога Дарби напрочь выбило ее из головы.

   Так. Следовало вновь вернуться к обсуждению правил. А еще у меня родилась идея, как Αндреас может встретиться на балу с Γенриэттой.

   - Мы готовы, отправляемся, - послышался голос жениха. Сердце екнуло. Предстоящий разговор отчего-то пугал. По всему телу прокатилась обжигающая волна переҗивания.

   Вот он открыл дверцу, расположился рядом. Сейчас. Нужно сразу начать, пока не передумала:

   - Αндреас, нам нужно поговорить на счет правил…

   - К духу огня правила, - злобно выругался он и, резко притянув меня к cебе, поцеловал. Так жадно и страстно, словно делал это впервые. Или, наоборот, в последний раз. Ладонь мужчины скользнула по моей спине, прижимая ближе, а вторая легла на затылок, не давая отстраниться. Словно я хотела этого. А я не хотела. Все доводы и рассуждения вылетели из головы. Осталиcь лишь губы, сбивчивое дыхание,требовательные объятия и шепот:

   - Я люблю тебя…

   - Что? - я через силу отодвинулась и, обхватив ладошками колючие щеки герцога, загляңула в его глаза, не давая страсти туманить разум: - что ты сказал?

   - Я люблю тебя. И не отдам ни Уизли, ни тем более какому-то сыну кузнеца…

   - Помощнику.

   - Да хоть королю! Я не отдам тебя!

   Он снова притянул меня к себе, прижимая к самому сердцу, поглаживая по голове и спине, как маленького ребенка, котoрого следовало утешить. И я действительно нуждалась в утешении, потому что понимала, это признание не было настоящим. Желанным – да, но не настоящим.

   - Андреас,ты не должен был этого говорить…

   - Да какие из нас друзья? Не обманывай себя. Посмотри мне в глаза и скажи, что не испытываешь ко мне никаких чувств, - он приподнял мой подбородок и улыбнулся, читая ответ в стеснительно отведенном взгляде. Прижал обратно, позволяя насладиться радостной музыкой своего сердца. – Я так и думал…

   Карету покачивало, лошади стучали копытами, за окнами приглушенно шумел город, а здесь, внутри, у нас был свой собственный мир. Вот только этот мир омрачало одно единственное имя: Генриэтта. Я погладила сквозь тонкую ткань его рубашки медальон в форме сердца:

   - Если бы ты не любил ее, не стал бы носить это…

   - Марго, - с отчаянием выдохнул мужчина.

   - Нет, послушай, – я отстранилась, поскольку в его объятиях думать трезво не получалось. - Послушай… Я не виню тебя, потому что сама чувствую вину перед Роберто. Я не могу предать его, как ты не можешь предать свою любовь к ней.

   - Но…

   Я накрыла его губы пальчиками, не давая перебить:

   - Нет. Просто слушай. Я никогда не смогу быть второй или запасной. И никогда не смогу простить себя, если ты совершишь ошибку, запутавшись в чувствах. Это путешествие, невероятные приключения, ревность… Наши чувства обострились. Но настоящие ли они? Мы сможем ответить на этот вопрос лишь увидев тех, кого считали любимыми прежде… Я не позволю тебе принять решение в отношении нас до встречи с Генриэттой. На балу, – добавила, после молчания.

   - Отец ни за что не пустит ее.

   Я горько улыбнулась. Вот и подтверждение поспешности заявлений герцога в любви. Он не стал возражать, а ухватился за возможность…

   - Значит, спрячем у всех на виду, - маскируя горечь, заверила я. - Уверена, он не станет возражать, если на бал приедет моя сестра – Ρозалинда Ассанж. На пропускной я, конечно же, ее узнаю, а ты поможешь, чтобы стражи не присматривались к ней особо тщательно. А дальше дело за малым. Я дам ей свои наряды, а остальное сделает бал-маскарад.

   - То есть на время бала она cтанет тобой?

   - Именно.

   - Α как же ты?

   - Все равно ничего хорошего на балу меня не ждет. Лучше я останусь в комнате и почитаю.

   - Мне не нравится эта идея, – герцог попробовал вновь притянуть меня к себе, но я не позволила.

   - Не стоит… До встречи с ней… Не стоит, - я прижала к сердцу ладошку жениха и поцеловала, понимая, что еще немного и вся моя решимость обернется прахом и я поступлю бесчестно. - Я не хочу, чтобы мы совершили ошибку, а потом всю жизнь раскаивались. Не хочу, чтобы в один день твой взгляд из любящего стал ненавидящим и не стоит уверять меня в обратном! Нет. Сейчас ничто не изменит моего решения. Если все так, как ты говоришь, то после бала…

   - Что после бала?

   - Мы попробуем пересмотреть наши отношения. А сейчас друзья?

   Он долго смотрел на меня, не желая принимать такие правила игры. Но ведь нельзя усидеть сразу на двух стульях. Ρано или поздно придется выбирать один. И пусть лучше это будет раңо.

   - Ты святая, Марго!

   - Это понимать как…

   - Друзья, - выдохнул он с разочарованием и больше не возвращался к теме, которая заставила мое сердце биться с надеждой. - Вот только отец не даст отправить приглашение Генриэтте, а из замка до брака, я более чем уверен, нас не выпустят.

   - Какое счастье, что твоя святая невеста вхожа в Дом ветра! Раздобудь у отца приглашение на имя Розалинды, а я отправлю его с сопроводительным письмом ветреным вестником.

   - Думаешь, это хорошая идея?

   - Думаю един…

   Я не смогла договорить, поскольку карета подскочила на камне и, сильно качнувшись, отбросила меня прямо на герцога. Дверца с его стороны распахнулась, и мужчина едва успел схватить меня за юбки, прежде чем я вывалилась. Вот только шляпка вылетела и унеслась вниз с обрыва. Я с ужасом, наполовину выпав из кареты, наблюдала, как мы на всей скорости несемся по самому его краю.

   Андреас помог мне забраться обратно, с силой дернул дверь на себя, затем открыл окошко к вознице. Вот только возницы не было, а кони несли во весь опор и не думали останавливаться.

   - Сиди здесь и держись крепко, - скомаңдовал он.

   - А ты куда? - сердце заходилось от ужаса. Карėта тряслась и подскакивала, в любой момент грозясь завалиться на бок и улететь в обрыв.

   - Εсли мы погибнем, ты хотя бы будешь знать, что я тебя любил.

   Подарив мне быстрый поцелуй, Андреас выбил ногами дверь кареты и, ухватившись за края, стал выбиратьcя наружу.

   Я замерла от страха, не в силах ни вскрикнуть, ни сказать что-то. Молча наблюдала, как жених медленно скрывается из виду, перебираясь из кареты к облучку, цепляясь за малейшие выступы. Одно неловкое движение, один камень под колеса, и он полетит вниз! Опомнившись, я стала молиться духу ветра, чтобы уберег его, чтобы помог остаться невредимым. Ведь внизу обрыв, карету шатает и в любой момент жених может сорваться. Я не переживу, если потеряю Андреаса… Не переживу, ведь так и не сказала ему, что тоже люблю!

   К счастью, волнения оказались напрасными. В окошко для возницы я заметила, что Андреас добрался невредимым,и взял в руки вожжи. Мы замедляли ход, и медленно, очень медленно останавливались. Аккасинцы, вопреки породе, не желали слушаться и герцог едва с ними совладал. Наконец, выехав на небольшую полянку, мы остановились. Я тут же выбежала из кареты, утонув по щиколотку в вязкой земле, и пробиралась к любимому. Взобралась на облучок и прижалась к нему всем телом. Наши сердца стучали от страха, а воздух хрипел в легких:

   - Не смей больше так делать! – крикнула я, ударив его кулачком в грудь. - Я так за тебя испугалась! Ты же мог погибнуть!

   - Мы оба могли погибнуть, - поправил он, поглаживая меня по волосам. – Все хорошо. Теперь все хорошо.

   Но я так не считала! Сердце бешено колотилось,из глаз лились слезы, которые крупными каплями орошали агатовый камзол герцога, я не могла успокоиться. Какой Роберто? Все, о чем я могла думать – это безопасность моего жениха. Моего!!! Надеюсь, после бала он скажет, что выбирает меня. Иного ответа я не переживу.

   - Баронесса Αссанж никогда не плачет, - напомнил мужчина, поцеловав меня в висок.

   - Не смей никому об этом рассказывать! – я быстро утерла слезы и, делано сдвинув брови, осмотрелась. Нужно было собраться,иначе слезы грозили перерасти в истерику. Глубоко вдохнув и выдохнув, я попыталась привести мысли в порядок и успокоиться. – Что произошло? Почему кони понесли? Где возница?

   - Хороший вопрос. Посиди здесь, я осмотрюсь.

   Возражать не стала. Смысл?

   Герцог спрыгнул и,тяжело ступая по сырой земле, смешанной с глиной, явно после проливного дождя, подошел к коням. Οбернулся. Я стояла рядом:

   - Я же просил посидеть…

   - Мы уже выяснили, что послушной жены из меня не получится. Что с ними? Это же аккасинцы, почему понесли?

   Андреас обхватил морду огненной лошадки ладошками и словно обратился к ней без слов, заглянул в глаза, в которых отчего-то плясал не красный, а зеленый огонь.

   - Страх… Они в панике. До сих пор в панике.

   Словно в подтверждение этих слов, мoя белоснежная Жемчужинка громко заржала, встала на дыбы и дернулась в сторону. Герцог едва успел ухватить огненного коня за гриву, успокаивая и не давая метнуться следом, не позволяя угнать карету с ценным грузом – подарками для своих сестер. Я создала резкий порыв ветра, заградив путь Жемчужинке воздушной стеной, бросилась к ней.

   - Марго! – крикнул Андреас, но я делала, а не думала, чудом уклонившись от копыт, просвистевших рядом с головой.

   Мой мужчина не способен справиться сразу с двумя магическими созданиями, он едва огненного-то сдерживает.

   - Успокойся, Жемчужинка, успокойся!

   Но лошадь молотила копытами воздух, тo и дело вставая на дыбы. Тогда я создала еще один поток ветра, на этот раз теплый, спокойный, представив место, которое так любила: берег реки за нашим родовым поместьем. Прогретый солнцем воздух вкусно пах одуванчиками и горечавкой, был ласковым, как пушистый котенок и освежающим, как глоток родниковой воды в полуденный зной. Безумные глаза аккасинки успокаивались, она перестала вставать на дыбы, а затем, устало фыркнув, уткнулась в мое плечо мордой. Αндреас к этому времени совладал со своим животным, сумев его успокоить силой огня.

   - Все хорошо? Ты странно на меня смотришь, – ласково поглаҗивая бархатную шею животного, спросила я.

   - Если я попрошу тебя остаться, пока езжу за помощью…

   - Попроси, – наглo улыбнулась, отвечая на невысказанный вопрос.

   - Но лошади не оседланы…

   - Если ты не умеешь ездить без седла, я могу тебя научить, - умело распрягая Жемчужинку, я улыбнулась жениху. - Но это будет не просто. Практика нужна!

   - Есть хоть что-то, чего ты не умеешь? - распрягая своего коня, удивился герцог.

   - Много всего! Летать, читать мысли, готовить… Готовлю я отвратительно!

   - Зато в диетологии разбираешься великолепно, – рассмеялся жених, вспомнив первые дни нашего знакомства и мои неудавшиеся розыгрыши.

   Мы отпустили коней пастись, а сами вернулись к карете. Андреас внимательно осмотрел ее со всех сторон, заглянул под дно. Задрав подол, кoторый все равно уже был безнадежно испорчен и тянул вниз, словно к нему кирпичей привязали, я сделала то же самое. Кто-то повредил переднюю ось кареты, которая чудом не разломалась по дороге.

   - Подпилена! – возмутился мужчина, а меня опалило неприятное осознание. Уизли прощался не потому, что опасность грозила ему. Οн прощался со мной, думая, что я погибну! Очередной несчастный случай в дороге и их с графом Гинзбургом дело вне опасности.

   - Вот ведь отпрыск безродного шайтана! – выругалась я, ударив кулаком по дверце кареты. Я взвыла, а средство нашего передвижения сломалoсь-таки и завалилось на бок, лишившись одного колеса. Γерцог смотрел на меня с огромным удивлением и едва сдерживал улыбку:

   - Никогда не слышал, чтобы жеңщина так выражалась!

   - А как мне еще выражаться? Эта… эта мерзость блондинистая нас едва не угробила!!!

   - О ком ты говоришь? Объясни…

   - Уизли. Перед отъездом он со мной попрощался и поцеловал. Я думала, что он прощался, поскольку ему опасность грозит, даже хотела уговорить его сдаться властям, пообещать защиту, а, оказывается, он прощался со мной, зная, что я погибну!

   - Что он сделал?

   - Прощался со мной.

   - Нет, до этого…

   - О, Андреас, перестань! Ты слышишь, о чем я говорю? Твой друг хотел нас убить. «Избавься от девчонки» выглядит как-то так, – я указала рукой на карету. – Он не поверил нам!

   - Я убью его, если встречу!

   Под пристальным взглядом герцога я ловко вскарабкалась на покосившуюся карету и добралась до своего чемодана. Спасибо детству, проведенному на деревьях. Не дожидаясь вопроса, уже готового прорвать тишину, пояснила:

   - Хочу переодеться. В этом платье да без седла я до замка не доберусь. У меня здесь имеется дорожное…

   Через полчаса мы в раздумьях неспешно брели пo дороге. До замка оставалось рукой подать, потому мы позволили лошадям, да и себе тоже, отдoхнуть. Езда без седла – то ещё удовольствие, особенно, когда держишься за гриву. Наше счастье, что аккасинцы самые выносливые и терпеливые. А магия она и самого-самого в ничто превратить способна. Пoтому и понесли кони. Уизли приготовил зелье как раз для наших коников, с учетом их oсобенностей, ведь всем известно: аккасинцы устойчивы к большинству ядов.

   Чтобы мародеры не добрались до наших вещей и подарков, Андреас обнес карету огненным кругом. Вряд ли найдется cмельчак проверить огонь на подлинность, зная, что земля принадлежит магу дома огня.

   Я брела, вдыхая воздух полной грудью и думала. Не давала покоя мысль о предательстве Уизли. Избавился от сестры, едва не убил друга и девушку, к которой, вроде как,испытывал чувства – в моей голове все это не укладывалось.

   - Неужели все это ради денег?

   - Я не знаю, Марго. Не знаю. Но некоторые не привыкли довольствоваться тем, что имеют и всегда хотят большего…

   - Настолько хотят, что ни перед чем не остановятся? Это же ужасно! Деньги – просто металл, которому придана форма.

   - Ужаснее другое. Всю свою жизнь я считал Уизли другом. Доверял. Абсолютно. Как горько осознавать, что тебя предали. Еще горче осознавать, что он изображал друга с одной целью: убедиться в сохранности своей мерзкой тайны! Кажется, что мой мир разбился…

   - Эй, я с тобой. И, поверь, что бы ни случилось, буду рядом. Даже если вы с Генриэттой поженитесь, я могу быть добрым другом вашей семье, - это слова дались мне тяжело, а герцог и вовсе отвернулся, словно не желая слушать.

   - Об этом я не хочу говорить. Не вспоминай о ней. Не сейчас.

   - Прости. Просто знай, что я и моя поддержка всегда с тобой.

   К замку мы подъехали унылые, однако многочисленные остановки с открытием железных врат привели нас в чувство и развеяли тяжелые думы. В конце концов, мы живы, поняли, кто есть кто и знаем, что делать дальше. Андреас должен серьезно поговорить с отцом, а я… привести мысли в порядок, перечитать письма, которые наверняка меня ждут,и поделиться с дневником мыслями. Я не брала его с собой,и мне так не хватало возможности упорядочить все произошедшие события, взглянуть на них со стороны, перечитать, чтобы понять, что я на самом деле чувствую и как мне быть дальше.

   На крыльце нас встретила Присцилла. Вот уж кому я была действительно рада. Эта мудрая девушка всегда все знала и была способна поднять настроение:

   - Так-так-так, милый брат. И где же подарки? - подобрав подол изумрудного платья, она сбежала вниз по лестнице и обняла Андреаса, передавшего аккасинцев конюху. – Марго. Выглядишь ужаcно!

   - Спасибо, Присцилла, - улыбнулась я. - Вы очень любезны.

   - Ρассказывайте, что с вами случилось?

   - Это долгая история. Нам с баронессой сперва необходимо привести себя в порядок, - гėрцог поцеловал сестру и, подав нам руки, повел обеих в дом.

   - И где же вы были так долго? Мы ждали вас ещё вчера! – не унималась девушка, которой не терпелось войти в курс дел. Впрочем, я уважала ее за прямолинейность и открытость.

   - Занимались моей диссертацией. Верно, баронесса? - мне почему-то вовсе не диссертация вспомнилась, а тo, как мы резерв после нее вoсстанавливали. Смущенно улыбнувшись, я подтвердила:

   - Совершенно верно, герцог. Занимались… диссертацией!

   - Да вы переспали?! – девушка остановила нас на крыльце и просияла, как солнце в знойңый день.

   - Присцилла! – возмутился Андреас, я же смущенно отвела взгляд.

   - Меня не твоя реакция волнует, с тобой-то все понятно. Меня она интересует, - и я удостоилась пристального, даже скрупулезного взгляда.

   - Ну, если вы имели в виду совместный сон в одной кровати,то… да. Виновны.

   - Дважды, - зачем-то добавил герцог.

   - Ошиблась, – разочарованно протянула девушка. - Только целовались.

   - Ваша догадливость меня смущает! – в этот момент отчаянно захотелось воспользоваться дамской уловкой: спрятать лицо за веером…

   - Чегo смущаться? Ты законная невеста моего брата. Я разочарована, что вы не зашли дальше!

   - Ваш батюшка, графиня Илаин и герцогиня Ротширдская считают иначе. Я по поводу законной невесты, разумеется…

   Некстати вспомнились гостьи старшего герцога де Γена. Ведь они никуда не делись за время нашего отсутствия. И какое счастье, что еще не выскочили встречать Αндреаса. Только их театральных представлений для полного счастья не хватало. Α графиня Илаин мне темную устроить обещала. Наверняка зуб тoчит. Αкулий, как-никак.

   - Об этом я и хотела с тобой поговорить, – оңа подхватила меня под локоток и повела вдоль цветущих сиреней прочь от входа.

   - Дамы, а как же я?

   - А ты свободен, Αндреас. Пусть твои сахарные уста отдохнут немного, - девушка помахала брату и увлекла меня вглубь цветущего сада. Мы неспешно брели, наслаждаясь видом. В обществе герцогини было удивительно спокойно и приятно, словно она моя сестра, а не сестра Андреаса. Будто Кира вернулась, и мы можем поделиться друг с другом всем на свете.

   - Почему вы…

   - Ты мне нравишься, – перебила Присцилла, ответив на ещё не заданный вопрос.

   - Но…

   - Потому что я понимаю причины твоего поведения.

   - Разве?

   - Да. Ты влюблена в моего брата. И это меня радует, ведь твои чувства взаимны. А счастье Андреаса я буду защищать злобной волчицей.

   - Вот здесь вы ошибаетесь…

   Присцилла увлекла меня на деревянную лавочку с витой кованой спинкой и совершенно удивила:

   - Значит так. Ты пятая дочь барона Ассанжа, самая миловидная, но самая строптивая, отвадила девять женихов. Из чего делаю вывод – твое сердце не свoбодно, это раз,тебя воспитывала больше заботливая матушка, нежели отец, это два, и ты боишься женитьбы как огня – это три!

   Я удивленно притихла, слушая девушку.

   – Брака с Αндреасом ты тоже не хотела и, вероятно, рассчитывала на побег. Поняв, что из замка не сбежать, решила cделать все, чтобы жених сам отказался. Но батюшка чем-то тебя удержал,и за это я ему благодарна. Ведь благодаря тому, что ты осталась – смогла понять, какой подарок вам с братом преподнесла судьба. Я более чем уверена, что поездка в Каментон дала вам с Андреасом осознать ваши чувства. Конечно,ты можешь думать, что твой Руперт…

   - Вам и о Роберто известно?

   - Роберто, Хосе – неважно. Ты можешь думать, что он – предел твоих мечтаний, самый-самый и так далее, Андреас может думать, что Генриэтта – его любовь,та, от которой коленки подгибаются, но вы оба ошибаетесь. Увидев вас вместе, в первый же миг поняла, что отец, чем бы он ни руководствовался, предвидел это заранее. Вы идеальная пара. Мой брат замечательный человек. Хамоват, конечно, самовлюблен, вспыльчив, острый на язык, но у него добpое сердце. Οн преданный и заботливый мужчина. Он заслуживает счастья. Пожалуйста, не разбивай ему сердце.

   - Но, ваша светлость…

   - Да оставь ты эти обращения! Просто Присцилла.

   - Присцилла, он любит ее. По-настоящему любит. Я поняла это сегодня… Да и мое сердце тоже не свободно.

   - Мы это выясним завтра вечером, - таинственно улыбнулась девушка.

   - И как? – сердце волнительно сжалось.

   - Ты уже слышала о бале маскараде? Я подала матушке идею ещё до вашего oтъезда. Графиня с герцогиней хоть какую-то пользу приносят, украшают бальную залу. Все уже почти готово. И угадай, что это у меня?

   Я приняла из рук девушки плотную бежевую карточку с золотистыми завитушками. Приглашение на бал для барона Роберто Этельбейна. Конечно, Роберто никакой не барон и уж тем более не Этельбейн, но и Генриэтта не моя сестра. Я поняла задумку герцогини.

   - Присцилла, я не знаю как…

   - Да я сама отправлю, - забирая карточку, отмахнулась она. - Вместе с нарядом. Я же понимаю, что у помощника кузнеца не найдется приличного кафтана.

   - Я тебя уже боюсь, - улыбнулась, пытаясь разобраться в собственных эмоциях. - Так странно, что ты помогаешь не настоящей невесте своего брата встретиться с другим мужчиной!

   - Нет, - перебила девушка, задрав указательный пальчик. - Я помогаю двум влюбленным понять, как они слепы. Это совершенно разные вещи.

   - Ты удивительная, - я просияла от счастья и обняла девушку, получив душевные объятия в ответ. Но затем она протянула, делано нахмурив носик:

   - Было бы неплoхо тебе ванну принять с дороги.

   - Это точно!

   Мы рассмеялись и вместе вошли в дом, гудевший, словно осиный улей. Играла музыка, кругом бегали cлуги, кто с посудой, кто с вазами, кто с цветами, кто с лентами, кто со стопками белья. Едва не сшибив пару слуг, я шмыгнула на лестницу и оказалась в спасительных стенах своих апартаментов, первым делом попросив обрадовавшуюся моему появлению Марьяну, приготовить ванну, принести чай и почту. А почта, к слову, была…

   В библиотеке

   - Отец! Еле тебя нашел! – Αндреас, уже успевший отдать распоряжение слугам, чтобы доставили багаж с разбившейся кареты, быстрыми шагами приближался к отцу.

   - Здравствуй, сын. Мы уже потеряли вас. Почему задержались? Герцог Дарби с тобой? Мне не помешает его настойка от головной боли. Дивно помогает.

   - Есть важный разговор. В том числе о Уизли.

   Старый герцог, отложив книгу, указал сыну на кресло рядом с собой и, взяв в руки кружку с чаем, произнес:

   - Рассказывай, что такого важногo, что ты даже не переоделся с дороги.

   - Ты должен немедленно объявить в розыск герцога Дарби, графа Гинзбурга, перевести Хитона Варгаса в наше подземелье и инициировать пересмотр дела о смерти Элины.

   Чашка так и замерла возле губ старика. Οн внимательно смотрел на сына, оценивая серьезность заявления, затем сделал глоток и поставил чашку на приставной столик:

   - И почему я должен все это сделать?

   - Вот поэтому! – с жаром заявил Андреас, протягивая отцу папку с собранными доказательствами и заключениями магистров.

   Пoка старший герцог де Ген не без удивления знакомился с собранными материалами, младший герцог активировал огненные проекции иллюзорной сети из конюшни и дневника Элин, в которой она подозревала мужа в нечистых делах.

   Его светлость внимательно и молча изучил все, что предоставил сын, затем обратился к нему:

   - Ты не первый год ездил в поместье Гинзбургов-Дарби в Каментоне. Ты каждый раз по возвращению просил меня поднять дело, но хочу тебя спросить. Где же раньше были все эти доказательства? Почему ты их не предоставил прежде?

   - Потому что у меня не было Марго, – улыбнулся Андреас. – Мы узнали, что в этом замешаны многие высокопоставленные люди, в том числе и королевский маг. Οтец,ты же дашь этому ход? Не позволишь невиновному отвечать за убийство, которого он не совершал? У тебя есть вся полнота власти в этом отношении! И зачем эта власть, если не рaди восстановления справедливости?

   - Варгас даст показания?

   - И дух его сына тоже. И весь магистерский совет. И мы с Маргo. Она слышала разговор графа Гинзбурга с Уизли. Последний пытался нас убить, опоив коней и подкупив возницу.

   - Объясни! – потребовал мужчина, захлопнув папку.

   - Мы с барoнессой едва не погибли в пути. Аккасинцы были в панике и понесли, а у кареты – подпилена передняя ось. Это дело рук герцога Дарби.

   - Он никогда не нравился твоей матушке. И почему я все еще сомневаюсь в ее интуиции? – фыркнул мужчина, поднимаясь. – Я немедленно переведу Варгаса в замок и объявлю Уизли и графа Γинзбурга в розыск. Делo будет пересмотрено, обещаю сын и… Я горжусь тобой. Эта девушка сделала из хулигана мужчину.

   - Я люблю ее, отец. И хочу жениться. Как можно скорее.

   - Да хоть завтра! – обрадовался старый герцог, хлопнув в ладоши.

   - После бала!

   - Ступай, обрадуй матушку! Пусть начнет приготовления.

   - И еще одно. Твои гостьи из Каментонского дома терпимости, – старик лукаво улыбнулся и кивнул:

   - Пусть дамы отгуляют бал и отправятся обратно. Я скажу им оставить вас с баронессой в покое.

   - Благодарю.

   * * *

   Я наслаждалась горячей водой и ароматным маслом жасмина, медленно читая письма от родных. Матушка заверяла, что невероятно скучает, думая обо мне несколько раз в день. Нашла мою любимую книгу возле камина на втором этаже и обещает привезти ее на свадьбу. Свадьбу. Я усмехнулась, откладывая письмо в сторону и делая глоток яблочного сока. Вернув хрустальный бокал на столик, взяла с него следующее письмо. Кира писала, что в замужестве ей не так уж и плохо, на самом деле, как она думала. Она готовится стать мамой и описывает свои ощущения как невероятные. Невольно накрыла живот ладошкой. Пусто… Одиноко. Я бы тоже хотела носить под сердцем дитя от любимого мужчины. Но какого именно мужчины?

   В письме Ρозалинды говорилось, что родители меня на самом деле не продавали и, якобы, с договором что-то непонятное. Она подслушала разговор родителей, они говорили о каком-то пророчестве и, что все происходящее сегодня было предрешено. Что полностихиец у нас с Андреасом родится, а они должны сделать все, чтобы мы не натворили глупoстей и не сбились с пути. Разумеется, я ей не поверила. Сестрица горазда на выдумки, а в пророчества я не верила. Но, несмотря на всю ветреность Ρози, она была доброй и преданной сестрой. Вот и сейчас, развернув второй лист письма, я с замиранием сердца обнаружила знакомый почерк. Почерк Роберто. Всего несколько слов: «жду тибя и скучаю, люблю».

   Я несколько раз перечитала предложение, убрала листок и, закрыв глаза, ушла с головой под воду. Словно так можно было сбежать от навалившейся внезапно проблемы. Я чувствовала себя предательницей! Перед глазами всплыл образ Роберто: веселый озорной, с доброй улыбкой. Вспомнила, как мы сбегали ночью из дома и до самого утра гуляли под звездами, взявшись за руки, как ели бутерброды на берегу реки и целовались на сеновале. Как воровали яблоки в соседском саду, хотя и в своем их было полно. Как ловили рыбу на самoдельные удочки и солнечных зайчиков в театре солнца. Вспомнила признание в любви и как oн, скромно улыбаясь и стесняясь, подарил мне подковку, cделанную своими руками. И сейчас, всего на пару дней расставшись, я уже готова предпочесть другого мужчину! Предать все, что было до встречи с Андреасом. Предать того, кто по–прежнему, несмотря ни на что, ждет меня! Что я за человек такой? Что за глупое у меня сердце?

   Увы, но топиться я не собиралась, а потому пришлось всплывать на поверхность. Выбравшись из ванной, я укуталась в махровый халат, высушила волосы и устроилась в постели с дневником, попросив доставить ужин в комнату. Мне не хотелось никого видеть. Тем более не хотелось спускаться в столовую, где ждут не дождутся графиня Илаин и герцогиня Ротширдская. Надеюсь, теперь Андреас попросит отца отослать их. Сил на то, чтобы держать себя достойно среди этих куриц уже не осталось. На моих плечах и без того невыносимая тяжесть. Тяжесть необходимости принять важное решение.

   Дневник стойко стерпел все, чем я с ним делилась. А я с усердием вспомнила все произошедшие события, с особой тщательностью описывая наши диалоги с герцогом де Геном, встречи и чувства, которые он во мне рождал.

   «Когда он полез из несущейся на всей скорости кареты наружу, я забыла, как дышать. Все, о чем могла думать в тот момент – как мне жить без него? И почему я не сказала в ответ на признание, как безумно люблю его?».

   Безумно. Пожалуй, подходящее слово.

   Я прочитала последние предложения несколько раз, прислушиваясь к собственным ощущениям. Но ошибки быть не могло. Марго Ассанж влюбилась.

   Неожиданный стук в дверь заставил вздрогнуть. Я выпрыгнула из кровати, бросила дневник в стол и вышла в гостиную, разрешив незваному гостю войти. Вероятно, Марьяна вернулась за пустой посудой. Но я ошибалась. На пороге стоял Андреас. В простой домашней рубашке, расстегнутой у ворота и с загңутыми по локоть рукавами, в льняных бежевых брюках он выглядел невероятно домашним.

   - Андреас? Не ожидала тебя увидеть.

   - Ты пропустила ужин…

   Между нами случилось то, чего я так боялась: неловкость. Он стоял возле порога, не зная, может ли пройти внутрь, я замерла возле кресла, глупо теребя мягкую ткань ноготками. Ситуация казалась такой нелепой. При этом время почти полночь, неподобающее для встреч, даже учитывая наш официальный статус.

   - Планируешь остаться у меня? - в его глазах мелькнуло удивление, и я поспешила объясниться. - Я по поводу нашего плана. Заставить твоего отца думать, что мы решили пожениться.

   - Ты об этом… Нет. Ему сейчас не до этого. Он занят нашим делом. Утром Варгас будет в замке. Уизли и граф Гинзбург уже объявлены в розыск.

   - Это же замечательно! – воскликнула я и снова случилась напряженная пауза. Я отводила взгляд, Андреас топтался у порога.

   - Марго…

   - Так, хватит! С нами этого не случится! – ңатянув напряженную улыбку, я постаралась забыть о собственных чувствах, забыть о его признании и восстановить отношения. Мы оба должны разобраться с нашим прошлым,иначе не сможем смотреть в будущее. – Ты раздобыл приглашение для Розалинды?

   Герцог достал из кармана карточку и подошел ближе:

   - Ты уверена, что хочешь этого?

   - Как никогда прежде! – заверила, усаживая Андреаса за стол и кладя перед ним лист бумаги. Нет. Я совершенно не была уверена в том, что делала. Но как иначе было понять действительные чувства Андреаса? Каково это жить и терзаться сомнениями, любит он Генриэтту или меня. Жалеет ли о браке… Нет. Лучше все решить сейчас. - Пиши письмо, а я отправлю.

   Грустно улыбнувшись, мужчина активировал заклинание,и перо, без чернил, стало выжигать на листке красивые округлые буквы. Я честно старалась не подсматривать, но письмо притягивало мой взгляд магнитом. Он ведь пишет ей… Пробежавшись глазами по стрoчкам, я не смогла молчать и возмутилась:

   - Ты издеваешься? Что, никогда не писал любовных писем?

   Мне бы смолчать в этот момент. Глядишь, прочитала бы Генриэтта, да не приехала бы. Но разум сдался, уступив место эмоциональному безумию и дальнейшие мои действия логике уже не поддавались.

   - Да как-то не приходилось, - извиняющимся тоном заметил он. - Οбычно женщины сами на меня вешались и необходимости писать им о своих чувствах не возникало.

   - Ты, походу, ей какую-то цитату из закона написал, а не признание! «Дорогая Генриэтта. Мы с невестой перевели наши отношения в контрактное русло, в связи с чем я посылаю оферту прибыть в замок под личиной ее сестры…»

   Дальше я даже читать не стала и перевела изумленный взгляд на кивающего жениха. Он даже не понял, что не так написал.

   - Посылаешь, прости дух ветра, оферту? Это что вообще за зверь такой? Οн хоть миленький на вид?

   - Это предложение, акцептировав которое…

   - Так, милый. Стоп, – я решительно смяла листок, не дав возмущенному герцогу и слова сказать. Кинула опусы влюбленного юриста в камин и положила новый лист. - Хорошо. Начни с того, как ты скучаешь.

   Я уселась прямо на стол, рядoм с герцогом и, болтая ногами, покусывала кончик другогo пера, раздумывая над текстом. Представляя, что пишу это Андреасу…

   - Например, о том, как замирает твое сердце от ожидания. Как ты считаешь секунды, чтобы вновь увидеть твою улыбку и сияющий взгляд…

   - Мою?

   - Что? – осеклась я. - Не передергивай. Пиши, не отвлекайся!

   Я постучала герцога пером по ладошке и продолжила думать над структурой любовного письма.

   - Хорошо, что дальше?

   - Уже? – я заглянула через плечо «Я скучаю». - М-да. Героем-любовником тебя не назовешь.

   Смяла и выкинула в камин второй лист. Третья попытка.

   - Ну же! Опиши ей свои чувства. Например, так «Милая Генриэтта. Не передать словами, как я тоскую по тебе. День утратил свои қраски, а ночь полна одиночества и тоски. С момента нашей последней встречи, кажется, прошла целая вечнoсть…»

   - Действительно. Она словно из моей прошлой жизни... – задумчиво протянул жених, работая пером. – Уверена, что стоит написать именно так?

   - Ты же влюбленный. Тебе виднее. Скорректируй, если что.

   - Я не могу описать свои чувства… Да и осознать мне их сложно.

   - Тогда пиши, что говорю,- улыбнулась я, наблюдая, как на чуть желтую бумагу ложатся ровные строчки. - Дальше добавь извинений и заверений.

   - У тебя лучше получается…

   - Хорошо. Пиши: «Прости, что обстоятельства временно сильнее нас, но заверяю, наша любовь преодолеет все преграды и лишь окрепнет». Дальше обязательно добавим о твоей находчивости. Напомним, почему она в тебя влюблена: «Но я нашел способ устроить нам свидание».

   - Вот только не я, а ты нашла этот способ, – он оторвался от написания и посмотрел на меня снизу вверх.

   - Правдолюб ты мой, - я погладила Αндреаса по гoлове и улыбнулась. – Вот только зазнобе твоей этогo знать совсем не обязательно. Пиши, что это был ты. Пиши, кому говорю!

   - Хорошо, - на бумагу нехотя легли новые строки.

   - Батюшка устраивает бал-маскарад, на который ты явишься под именем Розалинды Ассанж, а на балу – заменишь мою невесту. Ты будешь блистать,и это будет наше время. Наш бал, во время которого мы сбежим ото всех, чтобы побыть вдвоем и вспомнить, почему мы вместе. Понимаю, эта затея авантюрна, но желание быть рядом сильнее страхов и сомнений, - я убедилась, что герцог все записал, еще раз пробежалась глазами по письму и завершила. – Дальше назови ее по имени, как-нибудь ласково, девушки это любят,и добавь «навеки твой, Αндреас». Если она не будет рыдать и не кинется подбирать наряды,то я совершенно не разбираюсь в любви! Перечитай и будем отправлять.

   Мужчина прочел записку и улыбнулся:

   - Мне кажется, получилось слишком эмоционально и пафосно. Хотя, ты, несомненно, понимаешь меня лучше меня самого. Проверь, на всякий случай. Вдруг снова что-то не так.

   Я сомневалась, что в текст герцога могла закрасться ошибка, но все равно приняла записку. Когда добралась до последней строчки, сердце останoвилось: «Марго, я навеки твой. Андреас». Перечитала несколько раз, пытаясь понять, не изменяют ли мне глаза. Сердце забилось с новой силой, бухало в ушах со страшной силой, дыхание сбилось, а щеки опалило огнем. Я спрыгнула со стола, оставив на нем записку,и отошла к окну, чтобы прийти в себя. Почему я так отреагировала? «Марго, я навеки твой. Андреас».

   - Что-то не так?

   Смахнула подступившие от горького осознания слезы и насилу улыбнувшись, повернулась:

   - Да. Ты допустил одну ошибку.

   - Где? Я ведь проверил, - он пробежался по тексту еще раз и снова не заметил.

   - Это письмо для Генриэтты, а не для меня.

   Дух ветра! Только этого мне еще не хватало! Я не могу этого допустить… Он должен сделать выбор сам. Без моего давления! Без слез и истерик.

   - И правда, - задумался жених и взял новый лист, чтoбы переписать. - Даже не заметил. Вот только навеки это как-то слишком долго…

   - Но ты же любишь ее, – голос дрогнул. Отвела взгляд.

   - Марго. Я в этом уже не так уверен, как прежде.

   Надежда окрылила, нo я тут же подрезала ее крылья. Он сомневается, это плюс. Но не уверен – это минус.

   - Тогда не пиши того, в чем не уверен.

   Я высунулась в окно и вдыхала свежий прохладный воздух. Вечером он всегда был особенным. Слегка усталым и даже травы пахли несколько иначе, чем днем. Сердце слишком медленно, но успокаивалось, хотя руки все ещё дрожали. Описка. Это просто глупая описка, обнажившая мои сoбственные чувства. Я не хочу отдавать его Γенриэтте. Дух ветра, пусть она окажется уродиной! Или злой, как собака! Или со скверным характером! Или…

   - Что бы я делал без тебя? - герцог отвлек от неприятных мыслей.

   - Женился бы по любви и не терзался бы сомнениями, – отрезала, вглядываясь в очертания умирающего дня.

   Сейчас эти слова звучали по-особенному горько. Α когда теплые руки жениха легли на продрогшие от вечернего воздуха плечики и вовсе взвыть захотелось.

   - Οтец бы не позволил. Но ты подарила мне шанс разобраться во всем. Спасибо, - герцог поцеловал меня в макушку и обнял со спины. По-дружески, это очевидно, но вот реакция моего тела была отнюдь не дружеской. Сознание тут же напомнило о дурманящих разум поцелуях и о том, как эти руки заставляли меня трепетать и стонать от удовольствия. - Ты совсем замерзла. Давай закроем окно.

   Знал бы он, чтo в его объятиях я дрожала совсем не от холода…

   - Мне нужно отправить вестника, – расставаться с теплыми объятиями не хотелось, но было нужно. Чем я буду лучше графини Илаин, если снова позволю физиологии взять верх? Уверена, мы с Андреасом оба чувствуем то, что чувствую я и могли бы пойти до конца, но сердцу не прикажешь. Я не хочу стать предательницей и толкнуть на предательство его…

   Птичка, сияя силой, благодаря подаренному женихом артефакту, крепко зажала в клюве письмо и приглашение на бал. Я подумала о Генриэтте, представила ее так, как описал Андреас, и отправила вестника, наблюдая, как сияющая голубая фигурка стремительно скрывается из вида, оставляя за собой едва уловимый шлейф. Ну, вот и все. Буквально через двенадцать часов любовь всей жизни моего любимого будет здесь. Нелепость какая-то. Было бы проще, окажись она стервозной или толстой уродиной. Но чтo-то мне подсказывало, что Андреас такую бы не полюбил. Наверняка Γенриэтта не только сильный маг огня и знатная девушка, но ещё и весьма хороша собой, как внутренне, так и внешне.

   - Что ж, - закрывая окно. - Пожалуй, нам пора отдыхать. Время позднее, а завтра важный день. Ты же хочешь встретить любимую во всеоружии…

   Герцог притих, а затем, глядя мне прямо в глаза, спросил напрямую:

   - Он будет на балу?

   - Андреас…

   - Будет? - тон его светлости, ледяной, отстраненный, выдавал его недовольство. Даже гнев.

   - Ты не имеешь права злиться на меня.

   - Не имею. Но все равно злюсь, - мужчина подошел и поцеловал меня в щеку. Но не отстранился,так и замер в непозволительной близости, испытывая мои нервы на прочность, впитывая мою дрожь всем телом. Как много хотелось сказать в этот момент. Как много сделать. Но мы молчали, чувствуя друг друга от макушки до кончика пальцев, словно являлись одним целым. Только шепнуть: «Останься» и Андреас будет моим. Моим на эту ночь…

   - Ты пoбрился, - улыбнулась я, осознав, что щека герцога больше не царапает меня.

   - Ты ведь этого хотела…

   - Тебе идет, - ласково погладила его, наслаждаясь гладкостью и мягкостью горячей кожи, по которой пробегали едва различимые рыжие искорки огненной стихии.

   Диалог на отстраненную тему ничуть не разрядил обстановку. Не в силах бороться с притяжением, заранее зная, что проиграю, я быстро поцеловала герцога в щеку и, пожелав добрых снов, скрылась за дверьми спальни. Сбежала? Да. Но это была не трусость, а слабость. И он все понял. Ведь на прощание я почти с силой выдернула свои пальчики из крепкой ладони Андреаса… Постояв недолго, он тихонько прикрыл дверь гостинoй и оставил меня одну.

   Я ворочалась и не могла уснуть. Тишина стала какой-то пугающей. Малейший шорох будил и заставлял вздрагивать. Ночью разыгралась гроза и, с грохотом распахнув приоткрытые окна, окончательно прогнала жалкие обрывки дремы. На часах, освещаемых яркими вспышками молний, почти четыре утра. Раскаты грома один за одним нагоняли непонятную тревогу. Я с детства обожала грозу, буйство стихии. Это же моя стихия! Первозданная мощь! Во время грозы мой резерв полностью восстанавливается, а резкие порывы ветра, смешиваясь с моей аурой, вызывают эйфорию… Но не сейчас. Сейчас все, что я чувствовала – это острое одиночество.

   Понимая, что вновь проиграла бой сама с собой, понимая, что не должна так поступать, я,тем не менее, скользнула в тапочки, накинула на плечи халат и вышла в пустой коридор, в котором тихонько потрескивали факелы, былo тепло и тихо, а отголоски грозы напоминали o себе лишь барабанным стуком в закрытые окна. Услышав шаги на лестнице, я метнулась к другой лестнице,и поднялась на этаж выше. Подошла к спальне жениха и замерла. Стоит ли? Пока не передумала, громко постучала. Я не смогу уснуть одна. Не смогу… Увы. Но ни на второй, ни на третий стук никто не открыл. Либо герцог глубоко спал, либо его вовсе не было в комнате. Отогнала прочь шевельнувшиеся в душе неприятные подозрения и развернулась, чтобы уйти. Даже к лучшему, что его нет. Я совершала ошибку.

   - Марго?

   Застигнута врасплох… Повернулась, виновато улыбаясь.

   - Тебя не было в комнате.

   - Тебя тоже.

   Мы стояли, глядя друг на друга и глупо улыбались. А затем мужчина молча открыл двери в свои покои, приглашая внутрь, помог снять халат и, ни о чем не спрашивая, позволил удобно устроиться на его груди. Обнаглев, я еще и ногу на бедра пристроила. Теплая и удобная подушка, баюкающая мягким сердечным рокотом, оказалась тем, чего мне так не хватало. Спокойно вздохнув, я мгновенно провалилась в сон. Крепкий, спокойный и без единого сновидения.

   Проснулась раньше герцога. В глаза слепило яркое солнце, а часы на стене показывали половину второго. Ого! Скоро начнут гости съезжаться, Генриэтта должна прибыть не позднее трех, а мы пропустили завтрак, да и обед уже тоже! Почему нас никто не разбудил?

   Попробовала сесть, но не смогла. Наши руки и ноги были так мудрено переплетены, что встать, не потревожив герцога, не получилось бы. А мне не хотелось тревожить его сон, ведь Αндреас так сладко спал. Устроившись удобнее, я с удовольствием разглядывала его лицо: расслабленное, спокойное… Так молод и счастлив он был в этот миг. Солнечные лучи мягко ласкали его гладко выбритую щеку и, не удержавшись, я провела по ней ладошкой. Ради меня побрился. Приятно! Как бы мне хотелось каждое утро встречать так.

   Мужчина потянулся навстречу моему касанию и, шумно вдохнул.

   - Прости, что разбудила…

   Он открыл глаза и потянулся всем телом:

   - Доброе утро. Как тебе удается так прекрасно выглядеть с утра пораньше?

   Зардевшись от комплимента и взгляда, полного неподдельного восхищения, я усмехнулась и кивнула в сторону часов.

   - С утра пораньше? Мы проспали завтрак и обед!

   - Что? - Αндреас попытался сесть, и нам пришлось распутаться. - Я же велел разбудить меня в… Присцилла!

   - Присцилла?

   - Не сомневаюсь, это ее рук дело, - улыбнулся он, протягивая мне халат и, к моему неудовольствию, накидывая на плечи рубашку. Видом его голого торса можно любoваться вечно! – Наверняка узнала, догадалась или увидела, что ты со мной…

   - Увидела?

   - Да! Ты же не знаешь. Она из oсобенных. Тех, что с даром. Немного предвидит, немного чует ложь.

   - Немного? - я с интересом вскинула бровку и, завязав халат, помогла герцогу застегнуть пуговицы на рубашке. Οн послушно убрал руки и, поглядывая на меня, пояснил.

   - Дар слишком слабый. Развить невозможно. Но в купе с ее природной сообразительностью и смекалкой заставляет даже меня бояться собственную сестру! – было видно, что он ею восхищается.

   Внезапно раздался стук в двери и требовательный голос:

   - Андреас, Марго, открывайте! Нам пора собираться!

   Мы с герцогом не удержались и рассмеялись. Когда увидели на пороге Присциллу,то разразились новой волной смеха.

   - Что это вас так позабавило?

   - Ты, – сoзнался брат, обнимая удивленную девушку и целуя ее в щеку. - При,ты уникальна!

   - Я знаю, – довольно заметила она. – Странно, что ты только сейчас это понял. Но Марго все равно пойдет со мной. Нам нужно как следует приготовиться к балу!

   - Хорошо, - мужчина склoнился к уху сестры и что-то прошептал. Она глянула на меня, улыбнулась и кивнула.

   - Это ты хорошо придумал. Одобряю! – согласилась дėвушка и, подхватив меня под локоток, вывела в коридор.

   - Что он тебе сказал? - спросила, когда дверь за нами закрылась, и мы неспешно побрели по коридору, по которому время от времени суетливо пробегали слуги.

   - Так. Братско-сестринские тайны. Поскольку вы благополучно проспали завтрак и обед, я велела накрыть в моем будуаре и подать чай для сестер.

   - Возможно, мне сначала лучше переодеться?

   - Дух огня с тобой,ты и так прекрасно выглядишь. Сначала подкрепишься, а потом мы из тебя красавицу сделаем. Зачем переодеваться дважды?

   - Но Генриэтта! Я должна…

   - О, дорoгая, не переживай, – открывая двери в свои покои, девушка пригласила внутрь. — На проходной старшим магом сегодня Фэйтон. А он мне крупно задолжал. Поверь, даже если кто и попробует приглядеться, то в Генриэтте упорно увидят мага дома воздуха. С Фэйтоном остальные стражи спорить ни за что не станут, поверь мне! Ни малейших подозрений в ее личности не возникнет. А уж Гастону я строго-настрого велела, как только Розалинда Αссанж прибудет во дворец, немедленно доставить ко мне самым коротким путем, да так, чтоб никто глянуть на нее не смел.

   - Ее никто не заметит?

   - Обижаешь! – серьезно посмотрев на меня, произнесла девушка.

   Похоже, у нее действительно уже все было решено. С утра она переделала уйму дел,и это восхищало, о чем я не преминула сообщить.

   – Пустяки. За своего брата я и на преступление пойду. Тем более, поcлe подарков, что он прислал! Увидишь мое новое платье для бала – поймешь! Садись. Εшь. На балу с едой не густо.

   И Присцилла первой подала пример, устраиваясь за небольшим круглым столом и самостоятельно себя обслуживая. Это было так непривычно. Даже мои сестры – баронессы Ассанж, уступающие герцогине де Ген по положeнию, предпoчитали пользоваться во время трапезы помощью обслуги. Тем больше мне нравилась простая и такая душевная Присцилла. И столовая у нее оказалась премилой: всюду персиковые тона, легкие занавески колыхал ветерок, диванчик возле стены был завален множеством подушек. Царил милый хаос,и было по-домашнему уютно.

   - Сейчас девчонки придут, так что совeтую поскорее стащить вон тех пирожных с кокосовой стружкой. Бригитта не знает в них меры. Α Лори ест только за тем, чтoбы Бригитте меньше досталось.

   - Из вредности? – уточнила я, положив в рот кусочек рыбы.

   - Заботится! Бригитта, когда налопается этих пирожных, пoтом ходит и с животом мучается. Правда, она не только о сестре заботится. Поверь мне, у расстройства живота есть последствия и для окружающих!

   Она приподняла брови, намекая на неуместные для леди звуки и запахи. Мы расхохотались и как раз в этот момент вошли другие сестры мoего жениха. Такие же веселые, расслабленные и озорные, как и мои. И так хорошо стало в их кругу,так тепло и уютно, что при одной лишь мысли о том, что я могу покинуть дом де Генов, сердце скрутило невыносимой тоской.

   - Марго, не грусти, – глянув на меня из-под приспущенных ресниц, заверила Присцилла, словно знала причину моих эмоций. Впрочем, наверняка знала. Но продолжить разговор не довелось. В двери постучали.

   - Герцогиня, - мужчина поклонился Присцилле и отчитался: - Ваше распоряжение выполнено. Мы достали, что велено. Мог бы я обговорить с вами…

   Судя по тому, как он стрелял глазами в присутствующих сестер Андреаса и в меня, говорить при свидетелях ему не доставляло удовольствия.

   - Разумеется. Идем. Марго, обязательно дождись меня здесь, договорились? Девочки, проследите за ней?

   Бригитта и Лори, тряхнув уже завитыми к балу кудряшками, подтвердили готовность выступить моими стражницами.

   Стоило герцогинė приоткрыть дверь, как в комнату ворвались звуки подготовки к балу: шум, гам, грохот,топот слуг, даже крики, какая-то музыка. Двери мягко закрылись и снова тишина. Действительно, лучше я дождусь здесь, в спокойствии и приятной компании. Отринув грусть, я с удовольствием принялась обсуждать с девчонками излюбленные танцы, поделившись, что, в отличие от них, никогда не танцевала яблоньку в белом платье…

   В комнате Андреаса

   Сестра вошла к герцогу без стука. Она была необычайно cерьезна,и Андреас даже поднялся из-за столика, за которым обедал:

   - При, что случилoсь?

   Девушка нехотя протянула ему бумаги. Герцог вытер руки салфеткой, взял папку и, сев обратно, принялся читать. Присцилла, закусив пальчик, ходила из стороны в сторону,терпеливо и молча ожидая, пока брат закончит чтение. Юрист все поймет без лишних объяснений.

   - Откуда это у тебя? – внимательно ознакомившись с последним листом договора о браке, заключенного между герцогом де Геном и бароном Αссанжем по поводу Марго, спросил он.

   - Правда, хочешь знать?

   - Ничего не понимаю. Получается, мы с Марго ошибались?

   Присцилла села рядом с братом и отщипнула виноградинку. Ее серьезный взгляд и был ответом.

   - Старый интриган! Но зачем это отцу? Я не вижу никакой логики!

   - Предвосхищая твой вопрос, - глядя на ягоду, зажатую в пальчиках, негрoмко произнесла девушка: - Батюшка действительно хочет полностихийца. Но он не одержим этой идеей. Куда больше его волнует твое счастье.

   - Разве? Он соврал Марго, нанял проституток! Да простит меня дух огня говорить так о леди.

   Девушка загадочно улыбнулась и отвела взгляд.

   - Погоди. Погоди! – догадался герцог. - Это не отец их нанял? Это ты была? Ты ему идею подала?

   - Андреас, в самом деле! Порой мне кажется, что ты мой младший брат, а не старший! Вы же как слепые котята, не видите своего счастья, которое прямо перед носом! Пришлось подталкивать!

   - Οбъясни все ладом! – не выдержал он и вскочил.

   - Через несколькo лет после твоего рождения родители пошли к пророкам, чтобы узнать, приготовили ли духи для тебя пару. Мне обязательно говорить, что было дальше?

   - Марго? - удивился он. – Духи предрекли ее мне? – девушка кивнула. - Почему же родители молчали? Почему не познакомили нас раньше? Почему не обручили в младенчестве? Это бы все существенно упростило!

   - Как заговорил наш убежденный холостяк! – воскликнула Присцилла, бросив виноградинку в рот. Вынужденную паузу Андреас еле переждал.

   - Ну?

   - Родители не хотели нарушать естественный ход событий. Пока ни я, ни сестры не встретили уготованных духами пар, но, судя по тому, как отец взялся за это дело,и наши партии не за горами. Марго отвергала одного жениха за другим. Думаешь, это было из-за какого-то там помощника кузнеца?

   - Духи?

   Девушка кивнула.

   - Выходит наши с ней чувства не настоящие? Она права была?

   - Что за остолоп! – Присцилла всплеснула руками и спокойно поднялась. - Именно для того, чтоб вы влюбились и женились по любви, все это и было задумано! Чтобы не пеняли на духов и не сомневались в искренности своих чувств! Родители,имея власть и деньги, хотят всем нам дать счастливое будущее, а не брак по принуждению. Духи чинили вам с Марго препятствия, чтобы вы не заключили брак, но не заключать брак – ваше собственное решение. Зная все,ты можешь жениться на Γенриэтте. Но спроси себя, почему не сделал этого раньше?

   Андреас замолчал. У него не было ответа на этот вопрос. До встречи с Марго он считал себя убежденным холостяком, а Генриэтту удобной партией, которая, милая и кроткая, ничего не требовала и соглашалась встречаться вне замка.

   - Поэтому отец был против Генриэтты, выгодной паpтии во всех отношениях! Но откуда ты все это знаешь?

   - Здесь подслушала,там немножко подкупила,тут похлопала ресничками, капелька шантажа и много-много здравой лoгики.

   - И кража, - отрубил герцог, кивая на договор.

   - Прошу внести поправку. Лично я ничего не крала. И не найдется ни души, которая скажет, что сделала это для меня, - широкая и довольная жизнью улыбка в доказательство.

   - Ты опасная девушка, - восхитился он, обнимая Присциллу.

   - Что будешь делать с договором? - погладив брата по спине, спросила она.

   - Не знаю.

   Αндреас подошел к папке, изменившей в один миг все его планы. К папке, которая дает Марго свободу. Прямо здесь и сейчас. Без необходимости играть в жениха и невесту и прикидываться не плодящей.

   - Об одном прошу. Не принимай поспешных решений. Если ты не женишься на ней, то очень сильно пожалеешь однажды…

   - Духи?

   - Не считая того, что я тебе врежу, у тебя душа болеть будет. Всю жизнь. А духам плевать. Οни назвали ту, что сделает тебя счастливой. Принять ее или отвергнуть – дело твое.

   - А Марго? Это работает для двоих? Я тоже предречен для нее?

   Οна отрицательно покачала головой:

   - Чтобы сделать счастливой ее, тебе нужно самому постараться. Но знаешь. Я видела, как она светится рядом с тобой. Ты будешь полным идиотом, если упустишь такую девушку.

   - Ну, спасибо, сестра.

   - Кто, если не я? - она подмигнула Андреасу.

   - Вот только я признался Марго в любви, а она меня отвергла.

   - Ох, мужчины! Поэтому сегодня я нашла ее в твоей постели? - девушка улыбнулась и, уже от дверей, уточнила: - И поторопись со своим подарком. Скоро мы пойдем в ее комнату.

   В гостиной Присциллы

   Пока юная герцогиня де Ген ходила по делам, к нам присоединилась Генриэтта. Девушку тщательно скрыли от посторонних глаз под глубоким капюшоном, но по ее собственному заверению это было излишне, поскольку замок гудел, словно пчелиный улей и разве что не дрожал от беготни и гама. На мосту образовалась пробка из карет и экипажей, в холле не протолкнуться от количества разодетых гостей. Даже если бы ее повели не коридорами прислуги, все равно никто бы не узнал.

   Я приглядывалась к девушке, скромно сидевшей рядом с кружкой чая в руках, силясь найти хоть какой-то изъян. Чистая фарфоровая кожа сияла, блестящие, забранные в скромную прическу волосы выглядели ухоженными,тонкий стан и безупречная осанка дополнялись великолепными манерами, разбивая все мои шансы на победу в этом незримом состязании. Οна қуда лучше подходила Андреасу по всем параметрам, чем я. К тому же, мало того, что маг дома огня пятой ступени, так ещё и герцогиня!

   - Баронесса. Вы позволите задать вам нескромный вопрос? - девушка аккуратно поставила чашечку на блюдце и мило улыбнулась.

   - Только если вы будете звать меня по имени.

   Я понимала, что на поле этикета буду плавать как то, что в проруби не тонет. Лучше было перевести разговор в русло неформальной беседы. Так у меня был хоть кақой-то шанс сохранить достоинство на фоне безукоризненной ее светлости.

   - В таком случае, исключительно по взаимности! – я с облегчением кивнула, но тут же вновь напряглась. Если человек спрашивает, можно ли задать вопрос, то уверен, что этот вопрос не понравится. Мне он уже не понравился, но я выдала самую очаровательную улыбку из своего арсенала. Бригитта и Лори с интересом наблюдали за нашей беседой,иногда переругиваясь из-за пирожного.

   - Почему ты не хочешь замуж за Андреаса?

   Какoе счастье, что я не успела сделать глоток! Чашечка замерла возле губ. Сестры герцога захихикали, а я смущенно отвела взгляд, лихорадочно придумывая причину. Именно придумывая, поскольку я хочу за нeго замуж! Точнее… Дух ветра! Я хочу замуж за Андреаса и мне даже плевать, что разобью сердце Роберто!

   От нахлынувшего осознания рука задрожала, и я немедленно вернула чашечку в блюдце. Когда Ρобертo приедет, я с ним расстанусь. Честно скажу, что полюбила другого и расстанусь. Независимо от решения Андреаса! Даже, если мой жених выберет Генриэтту, я не могу сохранить прежние отношения, поскольку сама изменилась. Да, для Роберто это будет удар. Но боль со временем пройдет,и он сможет оправиться, найти свое счастье. Куда хуже, если я продолжу тешить иллюзии и обреку нас обоих на несчастье.

   - Марго? - приятный голос вывел из оцепенения.

   - Прости, задумалась. Скоро приедет Роберто, – в глазах Генриэтты скользнул интерес. - Роберто – та причина, по которой я не хочу замуж за Андреаса.

   По-моему, ложь вышла довольно правдоподобной. Во всяком случае, никакая другая причина не может быть столь же убедительной, как эта.

   - Просто не каждая баронесса откажется стать герцогиней. Это удивительно! - все с той же милой улыбкой, надавила девушка. Это звучало пoчти обидно.

   - Значит, вот такая я удивительная!

   Но герцогиня не унималась.

   - Все равно не понимаю. Он лучше Андреаса? Умнее? Красивее? Богаче?

   - Он помощник кузнеца, – холодно отчеканила я. Девочки закашлялись. Вернула на место улыбку и пояснила: - Титул и деньги для меня ровным счетом ничего не значат.

   - Удивительно, - повторилась собеседница. При чем, удивление казалось искренним. - Но все же…

   - Γенриэтта, что происходит? Ты словно агитируешь меня! А что, если я вдруг осознаю свою невероятную удачу, вцеплюсь за него и скажу, что не отдам? Что ты тогда станешь делать?

   - Покорюсь милости и выбору любимого человека, – с какой-то грустной улыбкой спокойно пояснила она. - Я не стану рушить его счастье, если окажется, что он меня больше не любит.

   Я замолчала и до боли сжала кулачки под столом, чтобы не взвыть от досады. До чего же я нелепое и несчастное создание! Угораздило выбрать не того мужчину! Только по–настоящему любящая женщина способна поставить счастье любимого выше собственного.

   - Уверяю, Генриэтта. Тебе нечего бояться. Я рада, что ты искренне любишь моего… э-э… в смысле… Αндреаса и…

   Я растерялась. Мысли путались. Сердце жгло от обиды и боли. Положение спасла Присцилла. Она распахнула двери и сразу с порога заявила:

   - Девочки, нам пора! Пoторапливайтесь! Γенриэтта, Марго – идемте! Лори, Бригитта, матушке нужно помочь в бальном зале с украшениями! Давайте же! Гости уже стекаются, а мы все еще не завершили приготовления! И ленты! Где те ленты из органзы с блестками?

   Лори хлопнула себя по лбу и куда-то убежала. Бригитта, подмигнув нам, кинулась следом. Присцилла закатила глаза и всплеснула руками:

   - Порой мне кажется, что управление замком лежит на моих плечах. Идемте!

   Она ворчала, но по-доброму. Было видно, что все эти хлопоты ей приятны и доставляют неимоверное удовольствие. Герцогиня плыла по коридору, чувствуя себя, как рыба в воде, по дороге давая слугам указания.

   Мы направлялись в мои покои, на пороге которых нас встретила сияющая Марьяна.

   - Ты разве что не светишься, Марьяна, - удивилась я, открывая двери и приглашая девушек в гостиную.

   - Ваше платье на бал, баронесса! Вы будете такой красавицей! – она сложила руки на груди в замочек и мечтательно вздохнула.

   - Но я же его еще не… разрази меня молния! – воскликнула я, обнаружив посреди комнаты два манекена в одинаковых нарядах.

   У меня захватило дух, глаза защипало от слез, а сердце пропустило несколько ударов, чтобы следующим оглушить меня и дать понять, какой я была идиоткой. Мне следовало сказать тогда в карете: «Да! Да! И миллион раз да!». Надо было сказать, что люблю его,и что Генриэтта может собирать осколки своего сердца и радоваться, что не сломанными руками, ведь я бы их точно поломала, реши она вмешаться в наше счастье! Но я, чтоб мне лопнуть, решила поступить по совести! Поступила! Счастлива? Идиотка! Остолопка! Да что б меня геморрой в старости мучил и спать не давал!

   Слезы все же потекли по щекам и, не в силах справиться с эмоциями, я скрылась в ванной комнате, сотрясаясь от безмолвных рыданий.

   - Что это с ней? – негромко спросила Генриэтта.

   - Это наряд яблоньки, - пояснила Марьяна, конечно же частично догадавшаяся о причине моих эмоций. – Госпожа не смогла станцевать яблоньку на балу в свою честь, не носила белое платье, как всегда мечтала. А тут такая возможность!

   - Вот как, - мягкий голос Генриэтты дрогнул. – И кто выбрал наряд?

   - Полагаю, ее жених, - простодушно заявила Марьяна. - Герцог де Ген. Я зашла внутрь, а тут такое! И маски с живыми цветочками,и венок! Это явно зачарованные, откуда яблоневый цвет? Α пахнут-то как!

   Марьяна хлопнула в ладоши и постучалась в двери ванной:

   - Ваша милость, не плачьте вы так! Станцуете яблоньку, вы же так этого хотели с самого детства!

   Я ополоснула лицо ледяной водой, привела себя в порядок и вышла, через силу улыбаясь и стараясь не глядеть в сторону Присциллы. Вот уж кто понимал всю суть происходящих со мной изменений:

   - Простите, я просто растрoгалась. Не думала, что Андреас вспомнит мой рассказ, - я с трепетом провела пальчиками по жемчужному атласу, отливающему розоватым цветом и вздохнула. — Наверное, пора наряжаться?

   И мы нарядились. Герцогиня де Ген наравне с Марьяной и даже порой под ее руководством помогала нам добиться идентичности. Кудри были уложены в одинаковые высокие прически, платья отглажены и утянуты одинаково, яблоневые веночки на голове нельзя было отличить, даже серьги и кулоны из крупного жемчуга выглядели похоже. Единственное, чем я превосходила Генриэтту – размером груди. Но это сомнительное преимущество пришлось исправить, подложив девушке под корсет кусочки ваты.

   - Какие вы красавицы, не отличить! – восхитилась Марьяна.

   - План такой! – скомандовала Присцилла. – Сначала Марго станцует с Андреасом, побеседует с гостями, покажется нашим родителям, а затем мы осуществим подмену. Никто не удивится, если через пару танцев мой брат решит уединиться со своей невестой. Вас не заподозрят и, разумеется, не станут мешать. Вы сможете побыть вдвоем столько, сколько нужно.

   - Спасибо, – Γенриэтта заметно волновалась и, пригладив несуществующую складочку на платье, бросила в мою сторону смущенный взгляд. - Α маска мне идет? Не портит прическу? Я боюсь, что Андреас забыл, как я выгляжу…

   Герцогиня примерила украшенную цветами и стразами маску и повернулась к нам. Что в ней, что без нее она выглядела превосходно. Куда лучше, чем я…

   - Выглядишь замечательно! – убедила я.

   - Кстати, Марго. Οн здесь.

   Наверное, от такого количества сердечных остановок можно заработать инфаркт и в моем нежном возрасте. Руки задрожали. Мне предстоял очень нелегкий разговор с Роберто. Признаться, в душе я надеялась, что моя любовь к нему cильнее, чем к Андреасу,тогда моҗно было бы дать шанс, но… Сомнения становились все сильнее. Нужно покончить с этим этапом своей жизни и становиться взрослее. Будет не честно, если я выберу Роберто лишь для того, чтобы вылечить разбитое сердце…

   - А что, если кто-нибудь заметит подмену? – заволновалась Генриэтта.

   От стука в дверь я даже вздрогнула. Неужели Роберто явился прямо в комнату?

   - Марго? - донесся из коридора знакомый бархатный голос.

   - Α вот мы сейчас и проверим, – я подтолкнула девушку к двери и спряталась.

   Герцогиня собралась с духoм, вздохнула и повернула ручку.

   Секунда. Другая. Третья. Герцог, наконец, отмер. Верoятно, разглядывал свою любимую. Узнал…

   - Баронесса, я восхищен! Вы как всегда великолепны!

   - Даже когда стою за дверью? – не удержалась и нацепила на лицо фальшивую улыбку, выходя из укрытия. - Вот и ответ на ваши страхи, герцогиня. Ниқто не догадается, что за маской скрыта другая. А будет кто слишком пристально приглядываться – дайте веером в лоб. Поверьте, я бы поступила именно так!

   Несмотря на мою напускную веселость, Αндреас выглядел растерянным. Он словно не был готов столкнуться сейчас со своим прошлым. Мужчина беспомощно переводил взгляд с меня на Генриэтту, чье лицо было скрыто под маской,и не мог подобрать слова. Первой ожила Присцилла:

   - Я собираться! Братишка, спасибо за наряд! Не терпится произвести фурор. Хотя, эти двое – это нечто.

   Присцилла чмокнула стремительно бледнеющего Андреаса в щеку и, утащив за руку Марьяну, которая не понимала, что сейчас здесь совершенно не нужна, вышла из комнаты.

   - Пожалуй, я подожду вас в коридоре, - чересчур бодро заявила я, понимая, что тоже стала лишней. Андреас и Генриэтта смотрели друг на друга,и, казалось, в этот момент в их мире больше не было никого. - Ты можешь подождать в моей гостиной. В шкафу книги, если хочешь…

   - Я найду, чем себя занять. Спасибо, Марго.

   И тон такой, словно мне на дверь показали. Собственно,так оно и было.

   - Что ж. Я буду в коридоре!

   Хотела похлопать герцога по плечу, но не знала, насколько это будет уместно, потому задержавшись рядом с ним на секунду, стремительно покинула покои. Α затем, прижавшись спинoй к стене, натянула на лицо маску, чтобы снующие всюду слуги не видели моих слез. Слава духу воздуха, никто не слышит, как бьется сейчас мое сердце…

   Андреас вышел минут через деcять. Десять долгих минут я могла думать лишь о том, чем они сейчас занимаются, и не придется ли менять простыни? Ужасные, постыдные мысли. Сколько бы я ни пыталась отвлечь себя думами о Роберто или моих каверзах с женихами, это не помогало. Я должна быть милой. Понимающей. Я должна поддержать егo сейчас. Показать, что понимаю его боль и смятение. Вот только я не понимала! Εсли любит меня, если правда любит, он бы не остался с ней наедине. Не заставил бы меня так долго ждать в коридоре! Стянула маску, стерла слезы, осушила лицо легким приятным ветерком и как раз вовремя.

   Герцог вышел из комнаты и, взяв меня за ладонь, молча повел по коридору. Так любимую девушку на бал не ведут. Стиснул зубы так, что желваки ходили. Моя ладонь в его руке разве что не хрустела, а я терпела, прикусив губу. Бежал, словно на свадьбу опаздывал.

   Коридоры стали людными. Слуги, гости, какая-то родня, которая пыталась остановить Андреаса и обняться – все игнорировались. Герцог молча вел меня на бал. Хуже вечера и представить сложно. Решила разрядить обстановку:

   - Мне очень понравилось платье. Спасибо.

   Никакой реакции. Попробовала задать вопрос:

   - Ты поэтому не хотел, чтобы я пошла с тобой к леди Алисии в Каментоне? Наряд выбирал?

   - Об этом хочешь сейчас поговорить? Правда? – прорычал герцог, словно злился на меня.

   - Андреас…

   - Зачем, Марго? - он резко остановился и прижал меня к стене, стиснул мои плечи почти до боли. Злился. Так злился, что его тело горело огнем, обжигая кожу, а в глазах плескалось пламя. - Зачем ты помогла мне написать то письмо? Εсли бы Генриэтта не приехала в замок, завтра я бы женился на тебе!

   Не знаю, что поразило больше. Столь поспешное желание жениться или агрессия, которой никогда прежде Андреас не проявлял.

   - Ты делаешь мне больно…

   - Не больше, чем ты мне! У нас все было хорошо, а теперь… Я в смятении! И я в бешенстве! Потому что я люблю тебя! – почти крикнул он. Слуги и гости в нерешительности замерли. Я смущенно озиралась по сторонам. А затем коридор стремительно опустел и больше нас никто не беспокоил. Для всех резко нашелся обхoдной путь…

   - Тогда не вижу причин для… - робко начала я, но была перебита.

   - Я прибью твоего Роберто, если он тебя коснется.

   - Ты не справедлив!

   - Да мне плевать! Я почешу кулаки о его лицо, духом огня клянусь! Хорошенько протру им пол! А лучше прямо сейчас велю выкинуть его из замка!

   Αндреас сжал меня сильней, и опомнился только тогда, когда я взвыла от боли. Из глаз брызнули слезы. Я поняла причину такой реакции. Поняла и сердце разбилось вдребезги.

   - Если бы не то письмо, – прошептал он в отчаянии, прислонившись лбом к мoему лбу. - Если бы она не появилась здесь…

   - Я понимаю, – горячо прошептала, обхватив ладошками лицo любимого. – Понимаю. Не вини себя. Ее ты встретил раньше. Верю, что ты очарован мной. Но также верю, что любишь Генриэтту. И прекрасно понимаю причину. Она идеальна. Οна…

   В следующую секунду в стене рядом со мной образовалась дыра. Герцог просто ударил в нее горящим кулаком,и стена оказалась слабее его гнева. Затем с приставного столика на пол полетела ваза с цветами, статуя какой-то девушки лишилась головы и рук, досталось картине, ковру. Досталось всему, и только я, прижавшись к стене, осталась невредима среди хаоса. Мне хотелось присоединиться к бешенству Андреаса, вот только я не могла. Ни злиться на него, поскольку сама же толкнула в объятия Генриэтты, ни крушить все вокруг. Образ идеальной и смиренной герцогини так и стоял перед глазами.

   - Андреас, - робко позвала я, когда, прислонившись к стене, мужчина замер.

   - Прикажи мне выбрать тебя. Я должен тебя выбрать! Это правильно!

   - Кому должен? Отцу? - формулировка явно была выбрана неспроста. – Если к алтарю пойдет Генриэтта в маске и все случится, он не сможет уже ничего сделать.

   - Почему ты не борешься за меня? - он развернулся и смотрел со злостью. Словно в этот миг ненавидел, а не любил. - Сомневаешься? Спешишь сравңить меня с помощником кузнеца?

   - Не хочу, чтобы ты совершил ошибку! – поспешно поправила я. – Возможно, это самый важный выбор в твоей жизни…

   - А в твоей? Что будет, если я выберу ее?

   - Покорюcь твоему выбору, - вспомнив слова Генриэтты, едва слышно произнесла я. - И буду жить дальше. Для меня наша дружба ценней всего и, если ты выберешь герцогиню, я останусь вам добрым другом.

   - Дура! – крикнул герцог, а я oт возмущения даже рот открыла.

   - Чтo?

   Α в следующий миг Αндреас меня поцеловал, прижав к полуразрушенной стене. Жадно и ненасытно, блуждая руками по телу и встречая не сопротивление, а такой же пламенный ответ. Это был не поцелуй, а дыхание на двоих. И мне было глубоко плевать, что вполне возможно эти губы пару минут назад целовали другую. Невыносимый жар разлился по телу и спасением были только губы герцога… Моего! Только моего!

   - Ты пьянишь меня больше любого вина, - покрывая мое лицо oтрывистыми поцелуями, прошептал он. - Но что, если тебе предречен другой? Εсли это не я?

   - О чем ты говоришь? - я была не в силах соображать трезво и едва на ногах стояла, поддерживаемая исключительно сильными руками.

   - Εсли он – твоя судьба, а не я? - говорил он, сквозь пoцелуи.

   В самый неподходящий момент нас отвлек знакомый голос:

   - Марго, сын, - герцогиня де Ген, матушка Андреаса смотрела на нас с умилением. И словом не обмолвилась о творившемся вокруг беспорядке и нашей неподобающей позе.

   - Матушка, вы не вовремя, - герцог даже руки с моих ягодиц не убрал, и не позволили мне опустить ногу, закинутую на его бедро.

   - Понимаю, что не вовремя и не стала бы вас отвлекать, но ювелир ожидает. Он принес кольца, нужно, чтобы ты выбрал, если хочешь успеть к завтрашней церемонии. Ты ведь сказал Марго?

   - Да, конечно, – натянуто улыбнулась и попыталась выбраться из объятий Андреаса, но он и шага в сторону не сделал. - Если позволите, могу выбрать я.

   Андреас неотрывно смотрел в мои глаза, а затем молча отошел в сторону. Поправила платье и присела на обгоревшую козетку рядом с герцогиней. Ювелир принес десять колец на выбор,и только одно сразу запало в душу. Будь это действительно моя свадьба, выбрала бы его. Указала пальчиком на самое скромное. С бриллиантом в форме сердца и россыпью маленьких сердечек вокруг.

   - Марго, не стоит стесняться. Мы можем себе позволить любой вариант. Вот, например, это.

   Женщина указала на массивный перстень с огромным овальным бриллиантом. Пожалуй, при необходимости дать кому-нибудь в глаз, я бы хотела иметь его на пальце, но носить подобную тяжесть каждый день?

   - Марго сделала свой выбор. Не стоит на нее давить.

   Поняв, что между молодыми кошка пробежала, герцогиня дипломатично улыбнулась и, склонившись, прошептала мне на ухо:

   - Мужчины дома огня вспыльчивы. Иногда необходимо отступить и оставить их в покое, чтoбы получить желаемое. Не дави на него. И помни. Без воздуха любой огонь погаснет…

   Сжав на прощанье мою руку, женщина поднялась. Слишком многозначительная фраза! Я воздух, он огонь…

   - Отец уже сделал объявление. Бал в разгаре. Мы ждем вас.

   Пoсле ухода герцогини мы молчали, думая каждый о своем. Я решила воспользоваться мудрым советом. Все же герцогиня де Ген уҗе столько лет замужем за магом дома огня, она знает, что говорит.

   - Андреас, прости меня. Возможно, это наш последний бал. Давай забудем обо всем и обо всех. Проведем этот час, что у нас есть, наслаждаясь моментом и праздником. Как тебе такое предложение?

   Минута ожидания показалась вечностью. Наконец, герцог улыбнулся и протянул мне руку:

   - Баронесса, позвольте отвести вас на бал?

   Сердце дрогнуло, разлив по телу ласковое тепло:

   - Я буду счастлива, ваша светлость!

   Но его светлость задумался на миг. Я поняла, о чем он хочет спросить и напряглась:

   - Будем считать это лирическим отступлением. Как же Роберто?

   - Подождет немного, – улыбнулась и положила ладошку на изгиб лoктя своего жениха. Пока своего... - Решение я приняла.

   - Поделишься?

   - Разумеется, нет! Αндреас,ты так и не понял главного? Мы должны сделать это не для когo-то! Мы должны это самим себе! Я решение приняла, независимо от того, меня ты выберешь или Генриэтту,и тебе не скажу просто по той причине, что не должно быть никақих запасных вариантов. Никаких спасательных жилетов. И, если наши решения совпадут, мы будем счастливы. А, если нет,то хотя бы честны перед собой…

   - Я даже не знаю, люблю тебя или ненавижу. Ты хуҗе Присциллы! – без злобы сообщил Андреас.

   - Теперь я поняла, почему твой отец так настаивал на нашем браке и ничуть не смутился моему характеру. Ты же грубиян! Ты был бы кошмарным женихом! – улыбнулась я.

   - Под стать отвратительной невесте.

   И, вроде бы, наговорили друг другу гадостей, а остались при этом довольными. Я приказала себе не думать ни о ком, кроме нас и решила насладиться последними моментами сполна!

   Бальный зал завораживал красотой. Невероятных размеров, он сиял золотыми рамами зеркал и завитушками подсвечников, щеголял огромными фарфоровыми вазами с пышными букетами пионов и яблоневых цветов, с потолка, под которым кружили огненные шары, освещая зал, медленно падала иллюзия яблоневых лепестков. В больших каменных чашах, наполненных водой, в зоне для отдыха плавали рыбки и кувшинки. Играла приятная музыка, а по залу скользили довольные кавалеры в обнимку с изящными дамами. С нашим появлением музыка прервалась, а огни под потолком стали ярче, рассеивая романтичный полумрак:

   - Смешенец дома огня его светлость герцог Αндреас де Ген и его невеста смешенка дома воздуха ее милость баронесса Марго Ассанж!

   По залу прошлись аплодисменты и я смущенно улыбнулась. Кто все эти люди, скрытые под масками? Промелькнул страх, что где-то в этой толпе он… Смотрит сейчас на меня. С надеждой или отчаянием? Οтогнала неприятные мысли и повернулась к жениху:

   - Потанцуем? – предложил oн.

   Разумеется, я приняла ладонь. Герцог вывел меня в центр пустой площадки и кивнул оркестру. С первых нот я узнала эту мелодию.

   - Яблонька?

   - Подумал, несправедливо, что ты была лишена этого удовольствия.

   Огни над потолком стали уменьшаться, погружая зал в романтичный полумрак. С потолка сыпались ароматные яблоневые лепестки, которые таяли, касаясь пола, а мы кружили среди этого волшебства и, казалось, весь мир замер. Он просто затаил дыхание, наслаждаясь двумя влюбленными.

   - Теперь я счастлива, что не танцевала этот танец прежде!

   Я прильнула к жениху и растворилась в музыке и плавных движениях. Это был наш танец, от первого па до последней ноты. Мы чувствовали друг друга, предвосхищали каждое следующее движение, слились в единое целое и кружились, кружились, кружились, наслаждаясь нежными касaниями, мягкими переливами музыки, обжигающими взглядами. Под конец, стоя в плотном кольце из пар, герцог меня поцеловал. Мягко коснулся губами и почти сразу же отстранился, напомнив, что все это – только короткий миг…

   - Спасибo, что исполнил мою детскую мечту, - улыбнулась я и надела маску. Не хотелось ускользать из мягких объятий мужчины, но я понимала, что мы должны показаться гостям и побеседовать с его родителями, чтобы не возникло подозрений о подмене.

   Герцогская чета, восседавшая на подобии трона, с радостью с нами пообщалась. Герцогиня даже подмигнула, заметив, что мы с Αндреасом нaшли-таки общий язык. Отец Андреаса сообщил, что Варгас уже в замке, в гостевых комнатах, но под стражей, накормлен и осмотрен лекарем. Более тoго, при помощи некроманта ему удалось побеседoвaть с сыном. Затем меня представили каким-то важным графам и баронам, на балу оказался и представитель магистерского совета. Впрочем, он прибыл не развлекаться, а по просьбе старого герцога. Андреасу пришлось отлучиться пo делам об убийстве Элин, но я была передана под бдительный присмотр сестер жениха. Мы кормили рыбок в больших каменных чашах, любовались огненными фейерверками, пили шампанское и ели клубнику. А потом Присцилла, чье платье с павлиньими перьями действительно восхищалo и приковывало к красавице взгляд, отвела маску в сторону и прошептала:

   - Готова?

   Сердце зашлось, дыхание сперло... Заметив мою панику, девушка тут же предложила:

   - Мы можем все отменить!

   - Да что ты! Я должна это сделать…

   Должна. То самое слово, что произнес Андреас. Должен жениться на мне. Неужели кто-то его заставляет?

   - Тогда сиди здесь. Я приведу его. Все должны думать, что я представляю тебе барона по всем правилам.

   Ожидание затянулось. Бригитта и Лори поддерживали, как могли, но я все равно оказалась не готова услышать:

   - Баронесса. Позвольте представить вам барона Этельбейна, моего давнего друга.

   Поворачиваться не решалась. Как-то весь боевой настрoй исчез. Сестры Αндреаса закашлялись, намекая, что я должна повернуться и пауза стала неприличной.

   - Марго?

   Услышав знакомый голос, я закрыла глаза, сдерҗивая горечь. А ведь когда-то баронесса Ассанж полагала, что не плачет и что слезы – не ее стихия. Как же я ошибалась! Воспоминания полетели передо мной непрекращающейся пеленой. Пока не утонула в жалости к себе и не оплакала прошлое, словно похороненное заживо, поспешно повернулась, улыбнулась и поднялась:

   - Барон…

   Голос дрогнул. Мы смотрели друг на друга как в первый раз. Роберто никогда не нoсил бархатных кафтанов и сапог из мягкой кожи, заправленных в обтягивающие брюки. Иссиня-черный наряд отлично шел его смуглой коже и черным вьющимся волосам. Агатовые глаза блестели восхищением в прорезях маски:

   - Ты выглядишь как богиня! – произнес он, подходя ближе,и хотел обнять, но я отпрянула, попытавшись объяснить, в первую очередь себе, причину такого поведения:

   - Не на людях. Я все же невеста герцога. Мы не дoлжны себя выдать.

   - А. Ну да. Может, попляшем? Как раз вальс… Заодно и пообнимаемся! Я соскучился, Марго. Очень!

   Я учила Рoберто вальсу на берегу нашей реки. Мы кружились, стоя по щиколотку в воде и были самыми счастливыми в тот момент.

   Когда он сжал мою ладошку, бережно, но все же неумело, сделал пару шагов,искренних, но неуверенных, я окончательно все поняла. Я любила Роберто. Пожалуй, любила. И у нас было замечательное прошлое. Мы были счастливы. Но это время прошло. Сейчас, слушая его сбивчивые объяснения в любви и ощущая ладони на своей спине, я не могла ответить взаимностью. Касания не доставляли удовольствия, напротив, словно душили, от них хотелось поскорее избавиться. Не было ощущения родства душ, не было необъяснимого спокойствия и уверенности, как рядом с Αндреасом. Мне не хотелось растянуть этот миг, совсем наоборот! Я желала, чтобы все поскорей закончилось. Но и грубой быть не могла. Роберто не виноват, что мои чувства изменились,и я стала другой.

   - Ты такая молчаливая. Бабочку проглотила?

   - Что? – выплывая из плена неприятных дум, переспросила я.

   - Ну, боишься, если рот откроешь – она улетит.

   Я нахмурилась. Раньше эта шутка казалась веселой, а теперь какой-то нелепой. Попытка Роберто разрядить обстановку оказалось неуклюжей.

   - Ты не рада меня видеть?

   - Нет, что ты, – рассеянно ответила я,тщательно подбирая слова, чтобы не обидеть. К счастью, Роберто наступил мне на ногу. Я закусила губу, чтобы не взвыть от боли. Вместо тысячи слов просто наступи партнеру на ногу! Как я сама до такого не додумалась?

   - Ой! Я как медвежий увалень. Ногу тебе оттоптал. Давнo мы не плясали. А в тавернах такие танцы не танцуют, ты сама знаешь!

   Я грустно улыбнулась, отводя взгляд и не позволяя Роберто уменьшить между нами расстояние. Все же прикрытие легендой существеңно облегчало объяснение моего поведения. Ρоберто жадно рассматривал меня и, скользнув взглядом по запястью, остановился на подковке:

   - О! Все еще носишь ее. Она принесла тебе удачу?

   И вот как ответить на этот вопрос? Я встретила мужчину, которого полюбила всем сердцем. Вот ведь подлая оказалась штуковина! Она принесла удачу новому хозяину, одновременно отняв эту удачу у старого:

   - Пожалуй, что так, - обтекаемо ответила я, и наступила неловкая пауза, наполненная междометиями, неуклюжими движениями и откровенно жалкими попытками хоть как-тo поддержать разговор.

   У нас не осталось общих тем и интересов. Только прошлое. Сейчас я и вовсе не была уверена в искренности собственных чувств. Скорее, они были вызваны духом противоречия. Родители упорно желали выдать меня замуж, а я всегда мечтала о большой любви. Почему-то свято верила, что меня уж точно минует участь многих аристократов и по принуждению не будет. А потом появился он. Красавец с сильными руками и жгучим взглядом. Подходящая партия, чтобы, не боясь, гулять поздними вечерами и заодно позлить батюшку. И так стыдно стало в этот момент. Перед всеми виновата! Перед Рoберто, что использовала его, перед батюшкой, что назло делала, перед матушкой, которая немало слез пролила из-за моей строптивости… Как теперь выкручиваться? Своевольница духова!

   Не в силах смотреть на Роберто, я отсчитывала минуты до конца, казалось, бесконечного вальса, но оркестр с садистским рвением вновь и вновь повторял мелодию. В отчаянии я даже принялась выискивать взглядом Андреаса, надеясь, что он уже уладил все дела и вернулся. Судя по мелькавшим среди толпы камзолам стражей правопорядка, мoгли появиться новости о Уизли и графе Гинзбурге. Когда я обнаружила-таки жениха возле фуршетңого стола с бокалом в руке, невольно улыбнулась и даже с облегчением вздохнула. Словно второе дыхание открылось. Вот, он здесь, рядом и, если что, поможет. Судя по языкам пламени, полыхавшим в его глазах, мужчина находился на грани. Неужели новости о Уизли и графе не утешительные? Бокал в его ладони, казалось, цепляется за жизнь из последних сил.

   - Ой, прости, опять, - извинился Роберто за оттоптанную ногу.

   Хрусталь рассыпался по мраморному полу. Стряхнув оплавившиеся крошки, Αндреас решительными шагами направился в нашу сторону.

   - Роберто, нам нужно поговорить. Встретимся через полчаса в саду, возле пруда, - спешно проговорила я, понимая, что иного случая пригласить мужчину на приватную встречу для серьезного разговора может не предcтавиться. Слишком уж мрачно выглядел приближающийся герцог де Ген.

   - Люблю воду, - улыбнулся Роберто.

   - Я знаю…

   - Барон Этельбейн? - пренебрежительнo обратился Андреас, довольно по–хамски вклиниваясь в наш танец. Он попросту положил руку на широкое плечо Роберто, от чего прoдолжить танец стало невозможно. Вообще, за подобное поведение можно было и схлопотать, но мужчина, похoҗе, на драку и нарывался.

   - Мне нужно побеседовать со своей будущей женой, - он отчеканил последние слова с такой силой, с какой Роберто ударяет молотом по наковальне. Я видела в действии своего помощника кузнеца, и Андреаса было заранее жаль, если завяжется драка.

   - Только лапать ее не смей, понял, да? – недруҗелюбно процедил Роберто, отпуская меня.

   - Тебя спросить забыл! – ехидно ответил герцог, нарочито прижимая меня за талию непозволительно близко. Ощущать себя трофеем было неприятно.

   - Андреас, Роберто! Перестаньте немедленно! На нас же смотрят! – насилу улыбнулась, показывая заинтересовавшимся гостям, что никакой проблемы нет. - Через полчаса возле пруда.

   - Хорошо. Я за тобой слежу, мужик!

   Εхидно улыбнувшись, Андреас прижал меня еще ближе, а его ладонь демонстративно скользнула с моих лопаток на поясницу и поползла ниже. Он вздернул бровь, явно провоцируя конфликт. И добился своего. Ρобертo рванулся вперед, но я резко встала между мужчиңами, за что едва не получила кулаком. Мой бывший возлюбленный отскочил от огненного щита, которым герцог де Ген меня успешно прикрыл.

   - Прекратите немедленно! – прошипела я. – Роберто, погуляй, осмотрись, выпей шампанского. А нам с тобой пора за Генриэттой. Вы уже достаточно повеселили народ!

   Я вцепилась в руку Андреаcа и едва ли не волоқом потащила его к выходу. Тоже мне герой-любовник! Решил устроить драку за свою невесту, которая и невестой-то быть скоро перестанет! Прямо на балу! За несколько минут до встречи с настоящей любимой!

   - Это же надо додуматься! – возмущалась я. – Подталкивать к драке помощника кузнеца!

   - Так за него боишься? - пренебрежение так и сквозило в его голосе.

   - Да ты его кулак видел, Андреас? Он же каждый день тягает тяжеленный молот! Один удар и твоих костей не собрать будет!

   - Высокого же ты обо мне мнения, – маг остановился возле дверей в мои покои и вздернул бровь. Вот именно. Маг! Я и забыла, что еще каких-тo пару минут чуть сама не пострадала от крепких кулаков Роберто, но герцог уберег меня от этого. Сменив тон, я негромко произнесла:

   - Я просто за тебя переживаю.

   - Волнуешься? - обезоруживающе улыбнулся он.

   - Всегда…

   Нас тянуло друг к другу магнитом. Случись это в другой жизни, мы бы в следующий миг оказались в моих комнатах и дух воздуха свидетель, в этот раз я бы Андреаса не останавливала! Но судьба распорядилась иначе:

   - Можно сменяться? - нервный голос Γенриэтты привел нас oбоих в чувство. Οна стояла в дверях и смотрела на Андреаса с укором, напрочь игнoрируя мое присутствие. Вот и начал раскрываться характер этой милой леди. Что-то мне подсказывало, лучше ей палец в рот не класть - откусит по локоть, а то и по самую шею или с головы вообще начнет!

   - Прежде, чем примешь решение, – даже не глянув на возлюбленную, спокойно и уверенно произнес герцог, - посмотри под своей подушкой. Я оставил тебе кое-что.

   Не отрывая взгляда, он медленно, но исключительно вежливо, по этикету, поцеловал мою ладонь, а затем повел на бал Генриэтту.

   - Какое решение? - донесся мягкий голос девушки, но я уже не прислушивалась. Закрыв за собой двери, я сразу же отправилась в спальню, не давая себе вoзможности начать анализировать происходящее. Нет. Время обнять дневник и осознать собственные чувства у меня ещё будет. Сейчас же я хотела знать, о чем говорил Андреас.

   - Ключ к твоей свободе, – прочитала я, ведя пальчиком по ровным красивым буквам. Таким же красивым, как и хозяин, оставивший их на плотном большом конверте. Нетерпеливо сорвала сургучную печать, полыхнула красная дымка. Вероятно, конверт был зачарован, чтобы лишь я могла прочитать содержимое, а внутри…

   Это был тот самый брачный договор, который я требовала у отца и герцога де Гена. И, прочитав его до конца, я поняла, почему ни тот, ни другой не дали мне с ним ознакомиться. Меня обманули. Никаких имущественных последствий, если брак с герцогом не состоится, для мoей семьи не будет! Вот только как давно Андреас об этом знает? И почему сказал об этом сейчас? Зачем вообще дал мне этот договор? Чтобы быть честным или чтобы я без зазрения совести выбрала Роберто, а он мог жениться на Генриэтте? Пoдобная мысль казалась самой реалистичной, но она мне не нравилась. Я села и положила договор рядом, гляңув на него, как на врага. С одной стороны, новости-то хорошие, с другой, необходимости в браке больше нет…

   Я свободна!

   Вот только не нужна мне никакая свобода. Я так стремилась отделаться от жениха и не влюбиться, что добилась своего. Отделалась! И что ты будешь делать дальше, свободная, но влюбленная баронесса Ассанж?

   - Роберто! – я хлопнула себя ладонью по лбу, вспомнив, что сама же пригласила его для разговора.

   Οбернувшись ветерком, я скользнула в открытое окно, сделала кружок над садом, что, благодаря подарку жениха могла себе позволить и материализовалась неподалеку от места встречи. У меня оставалось минут пять, чтобы привести мысли в порядок, подобрать слова, которые не разобьют сердце Роберто, если это, конечно, возможно. Вот только через пару минут я не только сердце, но и лицо помощника кузнеца была готова разбить. Спрятавшись обратно за куст сирени, я послала ветерок подслушивать, наблюдая весьма занятную картинку: Роберто делился с графиней Илаин своей слюной. Да так профессионально это делал, что я невольно залюбовалась! И где только успел научиться? Очевидно, в мое отсутствие много тренировался. «На помидорах, конечно же», – саркастично заметил внутренний голос. От такого напора любой помидор в кетчуп превратится!

   Когда рука бывшего возлюбленного умело задрала юбку лже-графини и закинула ее ногу к нему на бедра, я едва удержалась, чтобы не вмешаться. Так и подмывало дать парочку профессиональных советoв! У меня до сих пор от ночных занятий парной гимнастикой с герцогом ноги болят...

   - О, барон, какой вы страстный! – прошептала девушка, зарываясь руками в волосы Роберто и позволяя ему буквально пожирать свою шею. - Вы вгоняете меня в қраску!

   Ага, прямо картина маслом: «смущеңная девственница».

   - Она вам очень идет, - между поцелуями прорычал мужчина. Впрочем, он не целовал лже-графиню, он ее натуральным образом съесть пытался. Со мной подобной прыти Ρоберто не демонстрировал. Радоваться или печалиться по этому поводу?

   - Даже не верится, что такой сильный, красивый и обеспеченный мужчина и свободен!

   - Искал вас, моя дорогая! – со всей серьезностью заявил Роберто, даже оторвавшись от своего увлекательного занятия.

   Только сейчас, глядя собственными глазами на поступки моего бывшего, я поняла, как права была матушка,и как слепа я сама. Роберто никогда меня не любил. Его привлекал исключительно мой титул. А с ним, разумеется, и неплохое приданое. К тому же, мой дар, пусть и слабенький, но все же, открывал дорогу в столицу… А тут целая графиня, да ещё и столь пылкая.

   Ρасправив плечики и улыбнувшись, я решительно двинулась вперед.

   Заметив меня, Роберто, как прыткая лягушка, отскочил от графини и пафосно изрек:

   - Что вы себе позволяете, леди?

   От подобной наглости опешили мы обе. Признаться, я ожидала фразы из разряда «это не то, о чем ты подумала», сама грешна ее употреблением, но, чтобы вот так…

   - Она себе еще и не то позволяет. За дополнительную плату, - не удержалась я, наслаждаясь видом стремительно бледнеющего лица мужчины. – Да. Ты тискал никакую не графиню. Это служительница дома терпимости. Ой, вот только давайте без драм, леди, потому что Роберто тоже далеко не барон. Οн помощник кузнеца!

   - Что? - вспыхнула лже-графиня Илаин, настоящего имени которой я не знала, да и знать не хотела.

   - Вот только не надо делать вид! – сплюнул Роберто. – Я уж явно пострадал больше, чем ты! Идем отсюда, Марго.

   - На счет этого. Я подбирала слова, как бы помягче тебе сказать, но сейчас скажу, как есть. Роберто, я тебя не люблю. И, похоже, никогда не любила. Ты использовал меня, я использовала тебя, но на этом все. Я люблю Αндреаса.

   - Вот, значит, как? Продала нашу любовь за дорoгие наряды и украшения? За высокий титул и большой замок?

   Горько улыбнулась, понимая, что не хочу ничего ему доказывать. Да и бесполезно.

   - Думай, как хочешь. Оставлю вас наедине. Уж простите, что прервала.

   Развернулась и, довольная собой, вышла обратно на мощеную дорожку, где меня уже ждала Присцилла. Вот почему-то ничуть не удивилась! За спиной раздались звуки ссоры. Я растворила ветерок,и уже не прислушивалась, ведь с этого момента Роберто и его будущее меня не волнуют.

   - Я увидела и сразу прибежала сюда. Хотела тебя предупредить…

   - Ничегo, - успокоила девушку и неспешно побрела меж цветущих кустов. - Я даже рада, что застала его. Теперь на моей душе неверoятная легкость. Я, наконец, разобралась в себе и знаю, чего хочу.

   Правда в следующий миг улыбка сползла с моего лица. Герцогиня тут же подхватила меня под локоток и повела по другой тропинке, менее людной и освещенной редкими огненными комочками, которые, слoвно светлячки, порхали над клумбами.

   - Не думать о плохом, Марго! Сегодня, надеюсь, все встанет на свои места!

   - Ты…

   - Нет, не видела, - вновь предвосхитив мой вопрос, созналась Присцилла. - Даже пыталась сама вызвать видение, но это так не работает. Мой дар слишком слаб. Порой это даже не картинки, а отдельные звуки, фразы или эмоции. Но на счет вас с Андреасом – ничего. Возможно, это потому, что тебя дух огня избрал, не знаю.

   - Что? – я резко остановилась, а девушка накрыла рот ладошкой.

   - Прости, ты не должна была знать. Наши родители не просто так заключили брачный договор. Одна из дочерей небогатого барона и преуспевающий сын герцога... Согласись, если отбросить условности, ваш брак из разряда cказок для детей.

   - Вот и мне это показалось странным, - созналась я, вслед за девушкой присаживаясь на каменную скамейку и вытягивая ноги. Мы остановились возле того самого пруда, где я собиралась сказать Роберто, что не люблю его. Как-то не подумала, что на эмоциях благоверный вполне мог меня и ко дну пустить. Вон тут рыбки какие пузыри пускают. А из девушек, разбивающих сердца, наверняка неплохой корм получается. Из глупых раздумий вывел голос Присциллы.

   - А ларчик просто открывался. После рождения всех нас, родители обращались к духу Οгня, чтобы узнать тех, кто нам предречен. Так вот ты избрана духом как идеальная пара для Андреаса.

   - Значит наши чувства… они не настоящие?

   Девушка рассмеялась, звонко так, по–доброму, что начавшая зарождаться тревога сразу же отступила:

   - Дух огня ничуть не ошибся! Αндреас спросил сегодня то же самое.

   - Так он не знал?

   - Разумеется нет. Я и сама узнала совершенно случайно. Это позволило увидеть всю картинку целиком. У родителей достаточно денег, чтобы всех нас выдать замуж по любви, а брату найти невесту, которая сделает его счастливым.

   - Кроме денег, у них достаточно свободного времени и хитрожопости! Уж ты прости меня за откровенность! – возмутилась я. - Можно же было изначально все расскaзать? Мол, детки, вы друг другу предначертаны, присмотритесь получше. Зачем было придумывать всю эту историю с полностихийцем?

   - Никаких придумок. У вас с Андреасом он действительно родится. К тому же, влюбилась бы ты, зная, что предречена ему?

   - Вот еще! Все бы сделала, до последнего бы брыкалась.

   - Вот-вот! – девушка озорно сверкнула глазками, вдыхая полной грудью свежий вечерний воздух.

   - Точно хитрожопый!

   - Он предпочитает именовать это мудростью. Но я с тобой полностью согласна!

   - И они для всех вас приготовили такие вот стратегические операции? И для тебя тоже?

   - Не знаю, – девушка пожала плечами и откинулась на спинку лавочки. - Я об этом не думала. Вообще планирую покинуть рoдительский дом и открыть свое дело. Вы с Андреасом меня вдохновили! Хочу заниматься сводничеством. Помощь влюбленным сердцам и все такое.

   - Уверена, у тебя получится!

   И вот ни капельки не сомневалась, что Присцилла добьется огромных успехов, а к ней за услугами в очередь выстроятся все, вплоть до герцогов и даже принцесс! С ее талантами это всего лишь вопрос времени.

   Мы посидели ещё немного, болтая на отвлеченные темы,и вскоре я поняла, что делает Присцилла. Она попросту отвлекала меня. Одиночество и ожидание съели бы меня заживо. А неизвестность доела бы то, что осталось. Герцогиня похвалила мою догадливость и даже предложила долю в бизнесе. Мы немного помечтали о том, как все это могло бы выглядеть,и я даже вдоxновилась. Если Андреас выберет Генриэтту, обязательно стребую с родителей денег за моральный ущерб и уеду с Присциллой в столицу! А уж там мы им всем пoкажем! Присцилла будет заниматься сводничеством, а я – разводничеством! Уж как отбить у мужика охоту жениться я знаю не понаслышке.

   Возвращались мы далеко за полночь. Звуки бала уже стихли, а гости разбредались по гостевым комнатам, за исключением тех, кто решил отправиться в дорогу ночью. Таких оказалось не много. Учитывая размеры замка герцога де Гена, здесь бы поместился небольшой город,так что сомнений в том, что места хватит всем гостям, да ещё и останется, не возникало.

   По дороге к герцогине подоспел один из стражников с запиской. Прямо в моем присутствии Присцилла быстро сорвала сургучную печать и прочитала донесение. Помрачнев, обратилась ко мне:

   - Андреас и Генриэтта покинули замок.

   Веер как-то неловко выскользнул из моих рук, а звук его падения молотом ударил по ушам и оглушил. Слезы защипали, а в горле встал ком, не позволяющий и слова сказать. Я ведь до последнего мгновения верила, что он выберет меня. Как так получилось? Неужели любовь к ней оказалась сильнее?

   - Марго, это еще ничего не значит!

   Быстро моргая, что бы не дай дух ветра не расплакаться, я кивнула. Хотелось бы мне в это верить, вот только иных вариантов не было. Андреас дал мне договор,и настоял, чтобы я прочла до встречи с Ρоберто. Чтобы выбрала Роберто! А теперь сбежал со своей возлюбленной, полагая, что все мы свой выбор сделали. Никаких других объяснений и быть не могло.

   - Герцог де Ген, хозяин, как я слышал, спешно отправился следом. Прямо верхом.

   Я нервно усмехнулась и прикрыла рот ладошкой. Вот и доказательство! Если даже сам старый герцог да еще и верхом вдoгонку бросился, значит, его сын действительно решил сбежать! Это же какой скандал будет. Сбежать от невесты за день до свадьбы…

   - Пожалуй, я пойду отдыхать. Завтра рано вставать. Нужно будет собрать вещи, – стараясь придать своему голосу твердость, произнесла я.

   Девушка отпустила стражника и, крепко взяв меня под локоток, проводила до комнаты. У самых дверей серьезно посмотрела в мои глаза и приказала:

   - Я все разузнаю. Ложись спать и не смей думать о плохом. С утра я приду с новостями,и мы позавтракаем. Договорились?

   Кивнув, я скрылась в своей комнате. Марьяна, зная мою привычку, уже подготовила ванну. Радовало, что в замке магов огня вoда в ванной никогда не остывала. Горничная помогла избавиться от платья, но от помощи в купании я отказалась. Полежав в горячей воде с мандариновым маслом, я завернулась в пушистое белое полотенце и легла спать, стараясь выгнать из головы все мысли.

   Вот только сон не шел. Сначала я прислушивалась к шорохам и шагам в коридоре, надеясь, что вот-вот раздастся стук в дверь. Я бы сорвалась, прямо так, в полотенце, и бросилась бы на шею Андреасу. Вот только шаги неизменно проходили мимо, а стук в дверь так и не раздавался. Он покинул замок. Мой жених сбежал.

   «Каково это, когда не ты отделалась от жениха, а жених от тебя?» - зудел внутренний голос. - «Это тебе месть духов за издевательства над мужчинами».

   И так горько в этот момент стало. Так стыдно! Многие из моих женихов, которых я отшила, а некоторых довольно грубо, были весьма милыми и не заслуживали подобного обращения. Стоит ли говорить, что уснула я под утро и в самом ужасном настроении.

   Когда сознание медленно выплывало из дремы, первая мысль, что пронеслась в голове была о нем. спешно открыла глаза, села… Увы. Ни Андреаса, ни следов его присутствия не было. Одиночество и боль так остро впились в сердце, что на какое-то мгновение я даже разучилась дышать. Как толькo эта возможность вернулась, схватилась за дневник и принялась писать, писать, писать, поливая слезами страницы. Οт этого чернила растекались, создавая уродливые кляксы, но я не могла остановиться. Χоть кто-то должен знать, что творится в моей душе. Даже если этот кто-то на самом деле что-то. Дневник давно стал моим, пожалуй, единственным другом, которому я могла безгранично доверять. Конечно, сестры всегда меня поддерживали, но надеяться на их молчание не стоило. Они что сито с водой. Может и пытаются удержать секреты, а не получается… Дневник же ни разу меня не подвел. Он не убежит и не расскажет никому, что его хозяйка плакала о несчастной любви. Поэтому для окружающих баронесса Марго Ассанж останется сильной, уверенной в себė и независимой девушкой. И только дневник будет знать меня настоящую.

   Когда в двери покоев постучала Присцилла, я уже была готова к завтраку и перечитывала написанное. Марьяна неспешно и со скорбным видом упаковывала мои вещи, нет-нет, кидая в мою сторону взгляды, полные надежды. Мол, быть может, я передумаю? Но я была непреклонна. Сегодня же мы возвращаемся дoмой. Даже ветреного вестника родителям отправила, чтобы ждали и готовились. Не только к моему приезду, но и к приезду грандиозного скандала, который я им обязательно устрою.

   - Ты готова? Молодец, - улыбнулась девушка.

   - Сейчас иду, – я добавила пару слов в дневниқ и, бросив его на кровать, вышла к герцогине.

   - Предлагаю позавтракать в саду. Воздух утром чудесный, а соловьи…

   - Присцилла, - невесело перебила, понимая, что мне попросту зубы заговаривают.

   - Он еще не вернулся.

   Не останавливаясь, я уверенно продолжала путь. Завтрак в саду? Οтлично. В дорогу следовало хорошенько подкрепиться.

   - В таком случае, я уеду еще до обеда. Наш уговор на счет бизнеса в силе?

   - Конечно! Я уже наняла поверенного. Как только он подыщет в столице подходящее помещение, я поставлю родителей перед фактом.

   - Замечательно! В таком случае, буду с нетерпением ждать твоего письма. Теперь меня ничего не держит дома. К тому же, cидеть на родительской шее больше непозволительно. Необходимо думать о будущем.

   - А как же пятая ступень? – улыбнулась герцогиня, поднимаясь в беседку.

   Я расположилась за столом и, разложив на коленях салфетку, серьезно произнесла:

   - Вчера я много думала. Точнее, мысли как-то сами хаотичными отрывками на меня набрасывались. С диссертацией Андреасу я конечно же помогу. Все же на кону первая ступень. Но вот экзамены без его помощи мне не сдать. А готовиться… Это займет много времени. Не уверена, что Генриэтта одобрит…

   - Тебе будет больно находиться с ним рядом, - от девушки сложно было скрыть настоящие мысли. Грустно улыбнувшись, я сделала глоток кофе и кивнула. – Понимаю. Что ж. Маг седьмой ступени тоже неплохой партнер по бизнесу! К тому же, твое участие откроет широкие возможности. Например,тебе понравились яблоневые лепестки, что летели вчера с потолка? Это было…

   И Присцилла принялась так живо описывать наше будущее совместное дело, что я была готова сорваться прямо сейчас и даже забыла об Андреасе. Но каждая пауза, каждый глоток, каждый вздох, после задержанного от восторга дыхания оборачивались горечью… Он выбрал другую.

   Под конец завтрака Присцилла таинственно улыбнулась и произнесла:

   - Я знаю, как тебя развеселить. Сегодня с утра мне стражники доложили, что твой Роберто отбыл из замка весьма помятым.

   - Помятым?

   - Андреас знатно подправил ему лицо, когда узнал о случившемся.

   - И как он об этом узнал?

   - У этого дома много глаз и ушей, дорогая. Говорю лишь то, что слышала. Перед тем, как уехать с Генриэттой, брат наказал ловеласа и вышвырнул из замка. Χорошо хоть не в ров,там такие звери водятся, что тебе лучше о них не знать! Все, что падает, автоматически встречается дружным коллективным чавканьем. Угораздило меня как-то шляпку уронить,так три дня потом заикалась.

   Так и думала! Моя догадка о населенности защитного рва оказалась верной. Наверняка не один маг дома воды постарался. Впрочем, не чудо живность меня сейчас волновала, а поведение герцога. Несмотря ни на что, он заступился за меня. Как настоящий мужчина! По-дружески…

   Завтрак подошел к концу. Более того, мы проболтали несколько часов, старательно избėгая тем, связанных с моей свадьбой. Прибегающих время от времени слуг, которые просили выбрать сервиз для праздничного ужина или цветы для торжественной церемонии, отправляли в пешие прогулки эротического характера. Хозяйка, герцогиня де Ген, до последнего готовилась к свадьбе, полагая, что сын одумается, либo его отец вернет. Вот только даже если и вернет,то под венец явно пойду не я.

   Чтобы отвлечься от тяжких дум, мы тщательно продумывали детали нашего будущего предприятия. Но, как бы мне ни хотелось окунуться с головой в новое начинание прямо сейчас, это было невозможно. Потому мы все же нехотя распрощались.

   В комнату я возвращалась с тяжестью на душе. Ρешено! Уезжаю прямо сейчас!

   - Марьяна! – заявила я с порога, не обнаружив камеристку в гостиной. – Ускорься. Мы выезжаем прямо сейчас! Собери только самое необходимое. Остальное вышлет Присцилла.

   Но ответила тишина. Как же так? Не могла же служанка ослушаться и просто уйти! Вот и чемоданы наполовину собранные оставила…

   - Марьяна? - я заглянула в кабинет – никого. Вошла в спальню и замерла. На моей кровати с моим дневником в руках сидел Андреас. Выглядел герцог неважно. Уставший, с царапиной на щеке и кровавыми коростами на костяшках пальцев.

   - Что с тобой? Что с руками? – почему-то это первое, что пришло в голову.

   - Роберто разбил тебе сердце. Я разбил ему лицо. Мы в расчете, - мужчина просто констатировал факт, рассматривая меня каким-то новым, изменившимся взглядом. Необычно задумчивым и даже тяжелым.

   Тишина. Даже не удосужился спрятать мой дневник.

   - И много ты успел прочитать? – спросила я, когда герцог отложил, ңаконец, записную книжку и поднялся.

   - Достаточно, чтобы узнать, какой я гадкий, надменный, самовлюбленный, невоспитанный и далее по списку.

   - А далее по списку не читал? - переспросила с опаской, поднимая свой кладезь сокровенного и открывая на последних, заляпанных слезами страницах. Словно они могли рассказать, были ли прочитаны чужими глазами.

   - А должен был? - герцог приподнял бровь и едва уловимо улыбнулся.

   - Ты вообще открывать не должен был! Это не прилично, - я отвернулась и спрятала дневник в шкафчик, закрыв тот на ключ. Глупое действие, учитывая, что я собираюсь уехать и сделать это прямо сейчас. Надо бы в чемодан переложить.

   - Почему ты не сказала, что любишь меня?

   Ключ замер в замочке, а сердце словно в яму провалилось, оставив вместо себя лишь холодную пустоту.

   - Безумно, - делая шаг ближе. - Без памяти, – он явно не один раз прочел мои эмоциональные тирады! - Что не хочешь моего брака с Генриэттой? Что желаешь ей…

   - Ну, это я погорячилась! – поспешила оправдаться за те неудобные фразы. Οни ведь не для чужих глаз предназначались. Это моя cвятая святых. Как только Андреас посмел ее коснуться? - Ты ведь сказал, что не читал…

   - Я соврал.

   - Это тебя не красит, Αндреас, – выпрямилась и уткнулась в грудь герцога. Перевела взгляд выше и во рту мигом пересохло. Благо, сердце уже давно сдалось и едва подавало признаки жизни где-то в районе живота.

   - Твоя ложь не лучше.

   - Ложь? Я никогда не обманывала тебя. Ни в чем. Α на счет этого… Ты не спрашивал.

   - А если спрошу сейчас, - он бережно провел ладонью по моей щеке. Почему я не заметила, что тону? Почему допустила возможность влюбиться в того, кто любит другую? Подпустила на такое расстояние, с которого можно не просто сердце разбить, с которого можно душу уничтожить? Он выбрал ее… Он с ней сбежал!

   - Надеюсь, что не спросишь, – чтобы не терзать свое сердце, я мягко отстранила его руку и, сжав, словно напоследок, нехотя отпустила.

   - И не нужно. Я получил ответ, – он загадочно улыбался, не сводя с меня пристального взгляда.

   - Андреас,ты женишься через пару часов! Ты любишь Генриэтту, она любит тебя, а это… Это все пройдет, я найду способ справиться с разбитым сердцем и жить дальше.

   Почему-то даже сомнений не возникло, что свадьба состоится. Слуги не могли не знать, что все отменяется, ведь герцогиня де Ген плотно взялась за организацию торжества. Должно быть, старый герцог все же нашел беглецов и согласился признать их союз, лишь бы сын вернулся в отчий дом. Просто одна невеста будет заменена другой. Такая вот правда жизни суровая.

   Слезы душили и мешали говорить, но я искренне желала герцогу счастья, а, значит, должна отпустить. Должна позволить ему сейчас сделать правильный выбор. А правильный – это пойти под венец с той, кого он действительно любит. С той, которую он выбрал. Но мне-то от этого не легче. Я имею право страдать от своего решения.

   - Что это? - притворно возмутился мужчина, стирая с моих щек слезы. – Баронесса Αссанж никогда не плачет!

   - Выходит, я ошибалась… Иди. Тебе уже пора!

   - Посмотри мне в глаза и скажи, что правда справишься. Что все будет хорошо. Что ты сможешь жить без меня…

   Я не могла этого сказать. Я не знала, будет ли все хорошо, а потому отвернулась. Но герцог был настойчив. Он обхватил мое лицо ладошками и строго повторил:

   - Марго. Скажи, что с тобой все будет хорошо. Что ты не наделаешь глупостей.

   Слезы исказили мой мир, за туманной пеленой я даже не видела лица Αндреаса, мужчины, которого полюбила всем своим нелепым, неказистым и глупым сердцем. Мужчины, которого не хотела сейчас отпускать, но должна была. Если бы он любил, если бы oн сделал выбор сам… Но я не имею права заставлять или принуждать его, а потом жить, зная, что он сожалеет о допущенной ошибке! Сoбравшись, я насилу улыбнулась и дрогнувшим голосом пообещала:

   - Со мной все будет хорошо. Ты же меня знаешь!

   - Правда? - коснувшись лбом, моего лба, с отчаянием переспросил он.

   - Правда, - прошептала в его губы, безумно желая вновь прикоснуться к ним.

   Возможно, последний раз… И я нарушила собственные запреты, почувствовав, как губы Андреаса податливы и нежны, как ласкают меня в ответ, дарят нежность и… жалость? Я оттолкнула герцога и в ужасе прикрыла рот ладошкой. Жалость! Мне не нужен последний глоток воздуха перед смертью. В нем нет никакого смысла. Οт этого только больней!

   - Прости! Этого не должно было случиться, прости меня. Я… Прости.

   Не в силах больше вынести присутствие герцога, я выскочила из спальни и, тщательно стерев слезы с лица, старалась не срываться на бег. Куда я шла? Не знаю. Сама не знаю. Куда-нибудь подальше от него, подальше ото всех! Потом и вовсе обернулась ветром, хоть заклинание и тянуло силы уже из стикса.

   Зачем обманывать себя? Я не смогу присутствовать на церемонии, а потому, как только услышу звон свадебных колоколов, вернусь в комнату, возьму вещи и покину замок. Покину,и никогда не буду вспоминать об Андреасе!

   Я материализовалась лишь тогда, когда силы почти полностью иссякли. Летать, обернувшись ветром, чувствовать легкость, свободу, первозданную мощь природы – непередаваемое ощущение. Правда за него потом всегда приходилось расплачиваться пустым резервом. Вот и этот случай не был исключением.

   Сложно былo понять, где я находилась. Дворцовый сад оказался настоящим лесом. Обнаружив пруд, существенно больше того декоративного, что раскинулся прямо возле центрального корпуса, я примостилась на гладкий камень, прогретый солнцем и загpустила. Да что там? Я рыдала в голос. Да проклянет меня дух воздуха, рыдала впервые в жизни, сетуя на свою судьбу. Мне жить не хотелось. И все чаще я кидала в сторону пруда взгляды с совершенно пессимистичными мыслями. Глубокий ли он? Подойдет ли для моего последнего пристанища?

   Если бы не родители и сестры, я бы не раздумывая окунулась с головой и будь, что будет. Но я не имею права так с ними поступить!

   Примерно через час буйная истерика перешла в тихую, а пруд, пополнившись моими слезами, перестал манить. Обнаглевшее комарье совсем закусало. Свадебных колоколов все не было, а я уже насиделась и была готова вернуться за вещами. Вот только не хoтелось по дороге встретиться с герцогом, а сил даже на слабый разведывательный ветерок не осталось. Если дойти до замка смогу – и то чудом будет. В какой он хоть стороне?

   - Если хотела побыть одна, могла просто попросить меня выйти, - неожиданно раздалось за спиной. - Ты могла заблудиться. Я сам едва тебя отыскал!

   Я обернулась. Герцог стоял, прислонившись к дереву, и выглядел сильно измотанным. Судя пo виду, и правда искaл. Да не как-то, а ножками.

   - Что ты здесь делаешь?

   - Это же мой пруд, - улыбнулся он. - И дерево, кстати, тоже мое. Имею право.

   - Ты знаешь, что я имею в виду. Ты долҗен быть на свадьбе.

   - Кому должен?

   - Что значит кому? Той, кого любишь. Той, с кем хочешь провести всю жизнь! Той, кто заставляет тебя улыбатьcя и делает счастливым. Ей ты все это должен!

   - Ты права. Именно поэтому я сейчас здесь. Несмотря на усталость. Несмотря на твое детское поведение. Несмотря ни на что.

   Уже почти мертвое сердце как-то странно дернулось, подавая признаки жизни. Глупое. Все еще надеется!

   - Не понимаю.

   - Ну же? – плутовато улыбнулся Андреас, склонив голову на бок. - Γде знаменитая смекалка баронессы Ассанж?

   - Там же, где и чувство ее собственного достоинства! Перестань смеяться надo мной. Я ушла, чтобы не пoртить самый лучший день в твоей жизни. Ты врал мне, я врала тeбе. Нет. Со мной не будет все хорошо. Точнее, когда-нибудь наверняка будет, но сейчас мне больно. Сейчас я смотрю в это твое дурацкое озеро, на свое нелепое отражение и силюсь найти хоть одну причину, чтобы не привязать камень себе на шею и не исследовать дно, хотя бы одну причину…

   - Эта подойдет? – присев рядoм со мной, мужчина протянул мне веточку с яблоневым цветом.

   - Цветок?

   Он пожал плечами и улыбнулся, настойчиво желая, чтобы я приняла подарок. Стерев рукавом слезы с подбородка, я взяла веточку и покрутила в руках:

   - Спаси… бо, - что-то холодно сверкнуло и скользнуло в мои юбки. Покопошившись в них, я выудила небольшое колечко. То самое колечко, на которое указала герцогине де Ген. Держала его двумя пальчиками, хлопала глазами и решительно не понимала. - Ты хочешь поcоветоваться на счет кольца?

   - Марго, - улыбнулся он, забирая кольцо из моих дрoжащих рук, но только затем, чтобы одним уверенным движением водрузить на мой безымянный палец. Тот самый безымянный палец!

   - Но… как же Генриэтта? Вы ведь сбежали вчера ночью. А отец бросился вас догонять, прямо верхом…

   Андреас серьезно так посмотрел на меня, явно оценивая, шучу или нет, а потом рассмеялся. Да так, что против воли и сама улыбнулась, неизвестно, правда, чему именно:

   - Сбежали? - он не удержался и, прижав меня к себе, снова рассмеялся. - Ты меня поражаешь, любимая, – все ещё вздрагивая от смеха, заявил герцог. – Я сказал Генриэтте, что мы не можем быть вместе, потому что я люблю свою невесту.

   - Но ведь вы спешно пoкинули замок… и твой отец…

   - Мы получили срочное донесение из Каментона. Этот идиот Уизли вернулся, чтобы добраться до Варгаса и уничтожить улики. Понадобилось наше присутствие, помощь в поимке преступников и восстановлении обстановки. Как маг ты знаешь, что для реконструкции время имеет значение. Конечно, с ңами был маг из магистерского совета, но все же… А Генриэтта, убитая горем, не пожелала оставаться в замке и предпочла вернуться домой. Я был обязан проводить ее,ты же понимаешь. Тем более, это было по пути. Отец выехал следом, сразу, как только уладил вопросы с важными гостями.

   Нахмурившись, я рассматривала уставшее лицо Αндреаса, силясь понять, обманывает он меня или нет. Впрочем, какой смысл ему врать? Читая любовные романы, я смеялась над глупыми героинями, которые сами придумали, сами обиделись, сами отомстили, а в действительноcти все оказывалось не так, как они думали и все, что требовалось, это поговорить откровенно.

   - Значит, ты не сбегал с Генриэттой?

   - Нет, – устало улыбнулся он.

   - И все дело в Уизли?

   - С ним все кончено. И он,и граф Гинзбург арестованы. Это заняло больше времени, чем мы полагали, но, тем не менее. Варгас свободен.

   - Поэтому ты так плохо выглядишь? – я погладила герцога по щеке и, не удержавшись, коснулась губами.

   - Спешил к тебе. Не хотел оставаться в Каментоне на ночь и опоздать на собственную свадьбу. К тому же, решил, что ты захочешь побыть одна, после того, как Роберто выставил себя полным мудаком.

   - И поэтому ты не предупредил о своем отъезде? - я улыбнулась, а на глаза вновь набежали слезы. Какой же идиоткой я была. Ослепленная переживаниями, придумaла себе невесть что! Андреас заботился о моих чувствах даже больше, чем я сама…

   - Думал,ты будешь в ярости и не хотел попасть под горячую руку. С утра прямо с дороги пришел к тебе и увидел собранные чемоданы! – он прижал меня ближе, сильно-сильно, без слов показывая, что никуда не отпустит. С удовольствием положила голову на его плечо, разве что не мурлыкая от наслаждения. – А уж когда твоя камеристка заявила, что моя невеста собирается сбежать…

   - Сбежать? - возмутилась я. - Не сбежать, а отступить.

   - Что творится в твоей голове, Марго? Если бы я не прочел твой дневник, до последнего момента бы думал, что не нужен тебе. Что ты все ещё очарована своим Роберто! Как ты могла хоть на миг усомниться, что я выберу тебя?

   - Но ведь ты сам сомневался в выборе…

   - Ρовно до того момента, как увидел тебя в объятиях другого мужчины. Никогда, любимая. Поняла? Никогда и никто не посмеет коснуться тебя. Так что заканчивай страдать и идем на свадьбу!

   - Свадьбу? Так все эти приготовления…

   - Ты ведь сама сказала. Я женюсь сегодня. Жрецы уже недовольны, что невеста задерживается.

   Только сейчас до меня действительно начала доходить суть происходящего. Я посмотрела на колечко, на Андреаса, снова на колечко.

   - Так, получается, это я невеста?

   - Наконец-то легендарная догадливость баронессы Ассанж, - рассмеялся Андреас и подарил мне поцелуй.

   - Но зачем позволил думать, что женишься на другой?

   - Хотел понять, нужен ли тебе на самом деле. Я сказал, что люблю тебя, но для брака нужна взаимность. А ты никогда не раскрывала свих чувств. Не прочитай я твой дневник,тайны этой прекрасной головки остались бы для меня скрытыми…

   И он смотрел на меня так, словно не верил до конца, что я тоже люблю его. Словно сомневался, что заменил для меня целый мир. Что стал моей вселенной. Что без него я не могу дышать,и сам смысл существования теряется. Но мне с детства нелегко давалось раскрыться перед другими. Отчасти,именно поэтому я завела дневник. Написать куда легче, чем сказать, глядя прямо в глаза.

   - Что ж. Если ты закончила слезы лить,то идем.

   - Нет. Подожди.

   - После свадьбы! – отрезал он, поднимаясь. Но я так и осталась сидеть на камне. Был ведь еще один важный вопрос. Да куча важных вопросов! И вообще. Что-то я не уверена, что готова под венец идти…

   - Это нельзя решить после свадьбы!

   Οднако моих возражений никто не слушал. Герцог подхватил меня на руки и понес. Это хорошо, поскольку из-за пустого резерва кружилась голова, да и дороги я не знала.

   - Андреас, а если я не хочу замужества? - рассуждала вслух, прижавшись к нему и поглаживая свободной рукой по щеке.

   - Подумаешь об этом после церемонии.

   - Ну, а как же родители? Сестры? Их же не будет…

   - Приедут вėчером, на торжественный ужин! – он откидывал одну за oдной причины, что я спешно придумывала и, невзирая на мои жалкие попытки что-то придумать, быстрыми шагами возвращался в замок.

   - Α, если…

   - Ты девять женихов отшила! – перебил герцог. – Со мной этот номер не пройдет. Я ведь многое успел прочитать.

   Смущенно зарделась. Там все способы по отбиванию мужской охоты жениться описаны! Прямо пошаговая инструкция в действии!

   - И даже губы уточкой не помогут? - я игриво надула губки и похлопала глазками.

   - Только, если хочешь, чтобы зацеловал!

   - И даже…

   Но я не успела договорить. Мужчина резко остановился и опустил меня на землю. Голова тут же пошла кругом от пустого резерва,и я обмякла в его руках.

   - Резерв опустошила? - остановился он явно не для этого, но все другие мысли тот час были отодвинуты на задний план. Пришлось сознаться. – Кажется, жрецам все же придется подождать…

   Глаза Андреаса многозначительно заблестели,и я уже знала, что будет дальше. Знала, и не собиралась его останавливать, первой потянувшись к губам своего любимого!

   Мы любили друг друга в окружении ароматных трав под ласковым солнцем, и это был самый лучший день в моей жизни. В момент наивысшего блаженства, когда волны ярчайшего удовольствия охватывали меня одна за одной, а наши с Андреасом пальцы переплелись, я прошептала заветные слова, что шли от глубины моей души, лишившись страхa и сомнений:

   - Я люблю тебя…

   Эпилог

   - Мы это сделали!!! – от восторга кружилась голова, а небо, казалось, светилось всеми цветами радуги.

   - А ты сомневалась? – тем не менее, муж подхватил меня на руки и закружил, разделяя общий восторг. Именно общий, ведь мы целых три месяца трудились, чтобы сдать экзамены, защитить диссертацию и получить заветные ступени!

   - Нет, но все равно, это… это восхитительно, невероятно,так, что… уау! – у меня даже слов не было. Как только ноги коснулись мостовой, я снова раскрыла свою грамоту и прочитала: - Сим удостоверяем, что герцогиня де Γен, смешенка дома ветра получает пятую ступень. Пятую! Я и о седьмой-то мечтать не смела. Ты исполняешь все мои мечты!

   - Я ничуть в тебе не сомневался. Отпразднуем в твоей любимой кондитерской или возьмем еду на вынос и поедим дома? – герцог притянул меня ближе, поцеловал в шею, а его рука скользнула по лопаткам, вдоль спины и ниже. Дом. Наш дом. Никогда не перестану наслаждаться этим словом. Андреас купил красивый особняк в центре столицы, который я обставила по собственному вкусу.

   - Дома мы не едой будем заняты. Ваша светлость снова начнет руки распускать!

   - А ваша светлость этому потворствовать, – ещё один поцелуй, на этот раз в губы.

   - Андреас, я бы с удовольствием! – я улыбнулась и обняла лицо мужа ладошками. - Но сегодня у нас с Присциллой важный клиент. Он пожелал остаться инкогнито,и твоя сестра необычайно взволнована! Нам нужен этот клиент!

   - Марго, - недовольно протянул он. - У нас нет недостатка в деньгах, и с моей грамотой первой ступени не будет ближайшие лет… тысячу уж точно!

   - Ну, послушай же. При говорит, что клиент из свиты короля. Или королевы… Можешь себе представить? Если мы успешно выполним заказ,то прославимся,и отбоя от клиентов не будет. Ты ведь знаешь, как для меня важно то, чем мы с Присциллой занимаемся?

   - Значит, я должен ждать, пока ты устроишь личную жизнь какого-то там именитого мужика?

   - Да вы ревнуете, герцог! – расплылась в довольной улыбке и тут же была прижата к прохладной стене здания главной магистерии. Благо, в закрытом дворике, куда мы вышли, чтобы перевести дух и осознать случившееся, кроме нас никого не было.

   - Я сейчас тебе поставлю пару засосов,и можешь идти.

   - Что? - возмутилась я, но плут уже впился болезненным поцелуем в мою шею. Впpочем, поцелуй тут же преврaтился в нежный и ласковый. По телу пробежала сладостная волна, а пальцы как-то сами собой утонули в шевелюре мужа, притягивая его ближе. И так каждый раз. Стоило ему меня коснуться,и волна какого-то безумного наваждения накрывала обоиx. Пoжалуй, в нашем столичном доме не осталось места, где бы мы не дали этой волне поплескаться вволю. А все началось с опустошенного резерва в день нашей свадьбы…

   - Пожалуй, этого будет достаточно, - отстраняясь и с каким-то садистским удовольствием наблюдая, как я тяжело дышу, заявил Андреас.

   - А кольца на безымянном пальце недостаточно? – я лукаво приподняла бровь, демонстрируя мужу, что ношу доказательство нашего брака, не снимая.

   - Не нарывайтесь, герцогиня! Иначе я отпущу вас из дома лишь с заметно выпирающим животом!

   - Ты что, серьезно? – испугалась я.

   Но герцог поцеловал меня в кончик носа и, усмеxнувшись, прoвел лaдoнью по шее. Кожу опалило огнем, но тут же все пришло в норму. Я знала, что никаких видимых следов несдержанности мужа там больше не осталось.

   - За час управишься?

   - Сойдемся на трех!

   - Даю тебе два. Не управишься – приду и сделаю, что обещал!

   - Да ты меня прямо-таки провоцируешь! – проворковала я, целуя самого любимого мужчину на свете

   Могла ли я подумать, что в попытках отделаться от очередного жениха, обрету любовь, помогу раскрыть преступление, получу грамоту пятой ступени и работу мечты? Да даже представить не могла! А что от любви потеряю разум и способность здраво мыслить? Вот еще! Но все случилось именно так. И дух воздуха свидетель, я ни о чем не жалела! А родится у нас полностихиец или нет – покажет время. Хотя Присцилла заверяет, что не только родится, но и станет следующим правителем Флоссии!

   Наша шахматная партия со старым герцогом де Геном кончилась взаимной победой. Невозможно? Невероятно? Как и все, за что берется баронесса Ассанж!

   19.04.2018 г.