22 глава

Марсель

Хлоя все-таки отнесла меня к ветеринару. Высокий недружелюбного вида старик ощупал мой зад и сказал, что на хвосте небольшой ушиб, но он скоро пройдет. Дал какую-то мазь и выпроводил нас. Хлоя осталась недовольна. Она хотела, чтобы со мной носились и серьезно отнеслись к делу. Она ворчала об этом всю дорогу, но я наоборот оказался рад, что со мной все в порядке.

Хлоя еще долго тискала меня, говорила на ушко разные милые глупости, а потом с сожалением в глазах отпустила.

Что ж, наверное, хорошо, что все так получилось. Серин и впрямь открыла свое истинное лицо, показав, на что способна. Это поможет мне отбросить в сторону романтические глупости, и меня больше не будет так сильно грызть совесть от мысли, что я ее предаю.

Все-таки иду в ее комнату. Не могу же вечно прятаться, хотя не знаю, что меня там ждет.

Серин мельком оглядывает меня. Как будто беспокоится, смогу ли я ходить после ее экзекуции.

― Прости, ― говорит она, спустя несколько секунд.

О, она умеет извиняться? Конечно же, нет. Ей просто от меня что-то нужно.

― Нет, ― отвечаю и стараюсь больше не сталкиваться с ней взглядом.

― Почему?

О, она так самонадеянна. А просит прощения лишь потому, что нам дальше надо как-то работать вместе, не более того. У нее, что в глазах, что в сердце ― кусок льда или булыжника.

Хотя в Эйдралисе пнуть или ударить кота ― нормальное дело. Но я уже не там. И жить по драконовским законам не хочу.

Вообще-то я ждал, что она будет насмехаться над моей слабостью, которую я нечаянно проявил при ней... но нет. Меньше всего ожидал, что она попросит прощения.

― Ты и правда не понимаешь? ―ложусь на коврик, при этом ощущая легкую ломоту в пояснице. Завтра все пройдет. Наверное.

― Я предупреждала, что приму меры, если ты не будешь меня слушаться. ― Серин садится на кровать, как раз напротив меня. ― Спать с этой девчонкой ― последнее, что нужно делать.

― Что? Это так не называется, ― в который раз чувствую себя оскорбленным. ― Я всего лишь кот...

― Откуда мне знать, чем вы там занимаетесь, ― сквозь зубы цедит она и отворачивается.

Опять двадцать пять.

Почему-то вспомнился случай, когда на практическом занятии в академии я получил магическую травму и долго не приходил в себя. Но когда очухался, Серин встретила меня в коридоре ― как будто поджидала меня там все это время, ― преградила дорогу и ну давай мне высказывать, что я полнейший идиот, и что если б я погиб из-за своей тупости, она бы повторно меня за это убила.

Она задыхалась от злости, сжимая руки в кулаки, а когда в ее глазах заблестели слезы, я все понял. Резко и без слов. Точнее ― вопреки всем ее словам. Не знаю, как так вышло, но я наклонился к ней и поцеловал. В губы. Серин поначалу напряглась, а потом даже ответила мне... Миг ― она отстранилась и влепила мне пощечину. Наотмашь. И ушла, не сказав больше ни слова.

Было сладко и больно одновременно.

После она предупредила, что если я кому-то расскажу об этом или попытаюсь сделать что-то подобное снова, ― она имела в виду поцелуй, конечно ― меня ждут такие пытки, о каких я даже не слыхал. Подозреваю, что она блефовала, но решил не испытывать судьбу. Да и кому бы я рассказал? Разве что брату, которому доверял все на свете, но его больше со мной не было.

― Я не люблю тебя, Серин, ― говорю, потому что не понимаю, зачем она все это делает, как будто и впрямь ревнует. ― И никогда не полюблю.

Возможно, я тоже блефую. Но сейчас не об этом.

Серин вздрагивает, моргает, словно просыпается.

― Что?.. ― Ее глаза сужаются. ― Ты подумал... что я…

На ее лице появляется гримаса такого откровенного отвращения, что мне даже становится обидно.

― Очень хорошо, ― сухо констатирую я факт. ― Но тогда я не понимаю, почему ты так настаиваешь… на моем примерном поведении.

― Потому что я не понимаю твою тактику, Марсель. ― Она снова идет к окну и становится ко мне спиной. ― Чего ты этим добиваешься?

― Того же, что и ты, ― говорю уклончиво, удивляясь, что все это время у меня были подобные мысли насчет нее.

― Хочешь втереться к ней в доверие, чтобы выведать, где она хранит луминариум?

― Именно. И я, между прочим, делаю намного больше тебя. Уверен, что ты этой ночью дрыхла, как впавший в спячку дракон, а не искала кристалл!

― Драконы не впадают в спячку, ― парирует она, вот не может, чтобы не поспорить со мной.

― Впадают от определенного заклинания. Ты плохо в школе училась. И за что тебе дали знак отличия?

― Да уж не за красивые глазки, как тебе.

Фыркаю. Во мне уж точно нет ничего красивого. Если вспомнить, что мне говорили ― за спиной и в глаза, ― то в основном это были грубые обсуждения моей внешности: моих слишком ярких, почти красных волос, которые я обязан был носить длинными, как все драконы, хотя мне ужасно хотелось побриться налысо. Желтоватый цвет моих глаз, тогда как у всех в Эйдралисе цвет глаз ― черный. Слишком милые черты лица, а не брутальные, как подобает истинному грозному дракону. В общем, чего только я не наслушался, но о красивых глазках слышу впервые. Забавно, что ж.

― И вообще, ― сварливо продолжает она. ― Если бы я не искала всю ночь кристалл во дворе и мастерской, ― она показывает на лежащий на полочке налобный волшебный фонарь, который светится, когда произносишь определенное заклинание, ― то и не знала бы, где ты ошиваешься… ты же храпишь так, что мертвого разбудить можно. Как твоя девушка это выдержала?

Ой, врет и не краснеет. Коты вообще не храпят, а я всю ночь был котом, без сомнений ― мы бы просто не поместились вдвоем на Хлоиной узенькой кровати. И непонятно, на что Серин обижается? Ведь, по сути, я не отклоняюсь от заданного сценария, а следую ему с точностью ― внешне все так и выглядит, да. Но как узнать, о чем она на самом деле думает и что чувствует ко мне?

Учитывая ее патологичную скрытность, наверное, я не узнаю об этом никогда.