28 глава

Хлоя

Тьма вокруг мягкая, как бархат. Я иду по узкой тропинке, которая мерцает под ногами, будто усыпана звездной пылью. Воздух пахнет дымом и чем-то теплым — как костер в зимнюю ночь.

И тогда я вижу его.

Он стоит спиной ко мне, очертания его фигуры размыты дрожащим маревом.

— Ты боишься? — Его голос мягкий, спокойный, будто обволакивает меня со всех сторон.

Я не отвечаю. Не могу. Слова застревают в горле.

Он поворачивается.

Рыжие волосы, почти алые, словно языки пламени, обрамляют его лицо. Серо-желтые глаза — как расплавленное золото — смотрят прямо в душу. В них мерцает что-то дикое, но в то же время... доброе и человечное.

― Бояться нормально, ― слышу я.

Чувствую, как внутри что-то сжимается.

― Но я… ― начинаю я робко. ― Я не знаю, что делать! Любое решение ведет в тупик. И да… мне страшно. Очень страшно. Что из-за меня погибнут драконы. Что я никогда больше не увижу матушку. Что меня убьет родной отец… Что Эмиль будет настаивать на женитьбе, но это ни к чему хорошему не приведет и он тоже погибнет ― из-за меня!

― Не открывай портал. — Он делает шаг ближе, прерывая мою экспрессивную речь. За его спиной пламя разгорается ярче, но не обжигает.

― Моего брата не примут в Эйдралисе.

— Кто ты? — вырывается у меня. Хотя я, кажется… догадываюсь.

Он смотрит так серьезно и не улыбается.

— Тот, кто всегда рядом.

Пламя за его спиной вспыхивает ослепительно ярко ― так, что я прикрываюсь рукой. Меня накрывает благоговейный трепет перед ним. И одновременно я хочу подойти ближе, но не могу ― что-то удерживает меня на расстоянии, может, этот самый свет, что исходит от него?

Я просыпаюсь.

Щеки влажные. В комнате тихо, только за окном шелестят пожухшие листья на ветках.

На краю кровати рядом со мной, свернувшись рыжим комочком, спит кот.

Мой кот.

Я осторожно касаюсь его шерсти. Он мурчит во сне, но не просыпается.

— Какой странный сон... — шепчу я.

Кажется, мне снился брат Эмиля ― Марсель, кажется, его зовут? Да только это не совсем сон, я будто не спала, а он ― этот дракон с красными волосами ― был таким настоящим! Он словно явился мне, чтобы предупредить о том, что я уже и так поняла.

Но Эмиль же не успокоится, пока не откроет портал и не убедится, что с братом все в порядке.

В последнее время кажется, что любой мой шаг ― ошибочный. Что я ни решу, будет фатальным и не только для меня. А для многих. Очень многих.

Так хочется поделиться всем этим с матушкой, которая хоть и не думает спасать Эйдралис, но отчаянно хочет спасти меня. Просто увидеть ее, услышать ее голос и убедиться, что она еще жива…

Но не хочу это делать, пока Марсик здесь. Вдруг он испугается, когда луминариум начнет светиться, и снова начнет чудить? Да только ему нельзя прикасаться к кристаллу, поэтому… воздержусь.

Кто б мне сказал, что когда-нибудь я сама приду к нашему длинноволосому соседу со сложным характером и буду стучать к нему в дверь!

Дверь через минуту открывается. Эмиль одет в тот самый шелковый халат, который я уже видела. Он смотрит на меня несколько секунд, а потом отворачивается, что-то делает в полумраке прихожей и снова выходит ко мне.

― Вот это… не нужно было.

В его руках та самая лошадка-качалка.

― Почему же… возьмите, ― отчего-то смущаюсь и опускаю глаза. ― Пусть не вам, а вашим детям… им понравится.

Эмиль неловко поводит рукой, снова исчезает и возвращается уже без лошадки.

― Ну, тогда ладно, ― проговаривает он, не глядя на меня. ― Спасибо… принцесса.

― Хлоя, ― поправляю я его. Не думаю, что мне придется когда-нибудь жить при дворе и носить этот титул. Так нечего и привыкать.

― Хлоя, ― повторяет он за мной и кивает. ― Чем обязан вашему раннему визиту?

Ох уж эта его пафосная речь! Я бы улыбнулась, но слишком взволнована и мне не до этого.

Сбивчиво, волнуясь, рассказываю ему свой сон, в котором получила предупреждение. С каждым моим словом Эмиль мрачнеет все больше и больше.

― Да, у моего брата рыжие волосы, ― говорит он. ― Но откуда он узнал? Он ничего не знает! Он думает, что я пропал без вести!

― Раньше мне тоже снились драконы, только в виде драконов, ― поправляюсь я. ― Может оттого, что я имею связь с Эйдралисом? Может, Марсель почувствовал что-то и смог передать мне весточку?

― Все это маловероятно. ― Эмиль отходит от дверей, жестом пропуская меня в прихожую. Мой взгляд цепляется за холодную обстановку, действительно каменный пол, на котором лежит светло-голубая дорожка с золотистой каймой по краям, минимум мебели в коридоре ― только стул возле самой двери, где теперь восседает лошадка, и большой громоздкий шкаф, встроенный в стену.

Эмиль нервно снует взад и вперед, наверное, размышляя о моем сне.

― Если бы он знал, что я жив, ― говорит он, не останавливаясь, ― об этом узнал бы отец, который тотчас рассказал бы все королю. Меня бы нашли…

― Нашли ― если бы захотели, ― вырывается у меня.

Жестоко, но это правда. Нашел же меня как-то король, вычислил же, где я живу? Так почему столько лет не могли найти Эмиля? Да никто его и не искал! Отправили в Нимверию за ненадобностью и поставили на нем крест.

― Это неважно! ― раздраженно проговаривает тот. ― Я открою портал, во что бы то ни стало. Спасти брата ― мой долг, чтобы он ни говорил.

Что ж, я попыталась. Но Эмиль еще тот упрямый баран.

― Этой ночью все в силе, ― бросает он через плечо, развернувшись и собравшись идти в другие свои комнаты. ― Надеюсь, сегодня мелкий паршивец не увяжется за вами?

― Не называйте его так.

Понимаю, что Эмиль вправе сердиться на Марсика, но я не хочу, чтобы он так говорил. Животные иногда пакостят, но не со зла. Это не повод их ненавидеть.

Эмиль останавливается.

― А может мне ему еще в ножки поклониться? ― снова пробивается его упрямая и раздражительная драконья натура, а как же он мне нравится, когда он вежливый и милый! ― Да я бы прибил поганца уже давно, если бы здесь к котам не было такого трепетного отношения.

Даже ахаю от возмущения. Да как он так может!

― Знаете что? Если хотите, чтобы я вам помогала ― немедленно возьмите свои слова обратно!

― И не подумаю.

― Если не помиритесь с Марсиком, ко мне можете не обращаться, ― задираю высоко подбородок и складываю руки на груди.

В глазах Эмиля что-то поблескивает.

― Условия мне ставите? ― произносит он, держась за ручку двери, ведущей в комнату, а может, в кухню.

― Ставлю. ― Решаю идти до конца. ― Значит, вы начинаете уважать моего кота ― да так, чтобы я это видела! ― а я прихожу ночью, впускаю вас в лавку и помогаю с магией.

― Но… ― пытается возразить тот. Я не даю ему вставить ни слова:

― Мне не нравится ваша жестокость, ясно? Меня она пугает. И не нужно оправдываться, что вы дракон! Драконы тоже бывают милыми лапушками. Вот так!

Решив, что сказала все, что хотела, разворачиваюсь и ухожу. Что ж, пусть постарается, исправит свое поведение. А с Марсиком я, конечно, еще поговорю, чтобы не бросался на магические видения ― просто я не хочу, чтобы его нечаянно засосало в эту ужасную воронку, что тут непонятного?