Глава 4

Ольга

— Даш, — как только подруга отвечает, не теряя времени, перехожу сразу к делу. — Помнишь, ты мне как-то говорила, что воришку у себя на балконе поймала.

— Не я, а папка мой. Он его за шиворот схватил, — вдается в совершенно ненужные подробности. — А что такое? Зачем вспомнила?

— Даш, у меня ЧП, — испуганно произношу, не отводя взгляд от мужика в отключке.

— Оль, даже слышать не хочу! — восклицает, не давая договорить. — Твои чрезвычайные происшествия потом мне боком выходят. Не пойму, даже, где ты их находишь!

— Даш, это не я… Это они меня находят! У моих ног лежит полуголый мужик в красных труселях.

— Тот самый? — Даша спрашивает, словно знает о ком речь.

— Какой?

— Ну, из телека!

— Даша! — выкрикиваю имя девушки. — Говорю вор у меня в квартире. ВОР! — произношу громко и четко, чтоб Дарья сразу поняла. — Мне нужна консультация твоя!

— Да ты что! — слышу, как из рук Игнатовой что-то выпадает. — Так, ты зачем мне звонишь, Оль? Полицию вызывай!

— Действительно! О ней я даже не подумала. Спасибо, что ты сказала! — давлю подругу сарказмом. — Ты слышишь, что я говорю? Он лежит у моих ног… Без сознания!

— А почему в трусах? — недоумевает подруга.

— Откуда мне знать? — отвечаю нервно. — Что мне делать Даш?

— Так, постой, — Игнатова берет паузу в несколько минут. — Что делал папа? Он вора, что проник в наш дом скрутил и попросил маму полицию вызвать. Оль, исход один… Полиция! Так, постой, а почему он лежит?

— Потому что я его вырубила, — признаюсь, прикусив нижнюю губу. — Дважды, — добавляю шепотом.

— Чего?! — голос Даши становится настолько тонким и громким, словно она взяла самые верхние ноты, которые могла бы.

К слову, моя Дашка работает со мной в кафе. Только она не официантка, а солистка группы. Выступает у нас по вечерам, пока учеба ей это позволяет. Голос у нее шикарный. Так бы и слушала его вечно, но не сейчас, когда она меня им глушит.

— А что мне оставалось делать? Прихожу домой, а в моем холодильнике роется мужик в одних трусах. Я одна, бедная и несчастная девчонка. Что бы он со мной сделал, если бы я его сковородкой не огрела? — оправдываюсь.

— Бежать подруга… — предлагает вариант, о котором я даже не подумала. — Тебе нужно было бежать! И уже потом полицию вызвать!

— Да, что ты заладила, полиция, да полиция. Знаю, что нужно вызывать, но прежде…

— Прежде?

— Даш, приезжай ко мне, — прошу, продолжая любоваться шикарным телом идиота, который за дуру меня держит. — Я же его огрела тяжелой сковородкой. Осмотри его.

— Ты предлагаешь мне составить вам компанию в преступлении, чтоб скучно не было? Нет уж! — Игнатова отказывает, не раздумывая. — Зачем тебя я?

— Осмотреть, — признаюсь. — Второй раз я ему хорошенько зарядила. Да-а-аш, — тяну с жалостью. — Я боюсь!

— Красноносова, так нельзя. Самооборона — дело хорошее, но не дважды. Здесь могут и приплести нанесение тяжких телесных, — Игнатова пугает меня еще сильней.

Прикрываю рот ладонью, мысленно примеряю на себе полосатую робу за совершенное преступление.

— Дашуль, приезжай, — чуть ли не ныть начинаю. — Осмотри этого чудика. Он после первого удара был не в себе. Боюсь представить, что после второго с ним стало.

— Осмотреть? Я?

— Ну, кто из нас врач, ты или я? — напоминаю об истинной профессии подруги и клятве Гиппократа.

— Я на первом курсе, Ольга. Четыре месяца всего лишь конспекты писала, — Игнатова обрубает мои крылья.

— Ну вот вспоминай свои конспекты и дуй ко мне! — пищу в трубку и Даша, наконец, соглашается.

Пока подруга едет ко мне, я место себе не нахожу. Шагаю из угла в угол, в непонимании, что делать дальше и как быть?

Вроде бы я и не виновата ни в чем. Наоборот, я жертва. Но груз вины все равно давит на мои плечи. Мне сложно сосредоточиться!

— Ну вот зачем я его вырубила во второй раз?! — ударяю себя ладошкой по лбу. — Еще и бред его слушала. Ясно ведь, что у мужика не все дома…

Звонок в дверь заставляет дернуться и выбежать из кухни. Посмотрев в глазок, вижу лицо спасителя в виде Игнатовой. На удивление, Даша примчалась быстро.

— Я так рада тебя видеть! — восклицаю, открыв входную дверь.

— Соучастником решила меня сделать, да? — недовольно ворчит, но проходит в квартиру. Разувается и сразу же заходит на кухню. — Ого! — кривит лицом так, словно идола видит перед собой. — Ольга, такого не вырубать надо, а… Один, два, три…

— Что ты делаешь? — пытаюсь словить взгляд подруги. Куда она смотрит? Что считает?

— Кубики… Их так много!

— Игнатова! — тяну. — Ты зачем пришла?

Даша молча подходит к мужику и, присев на корточки, первым делом проверяет дыхание. Дальше осматривает голову. Щупая ее, ищет место удара.

— Затылок, — подсказываю. — Я его сзади ударила.

— Я тебя заморожу, — заговаривает воришка, напугав Дашку. Подруга отпрыгивает назад и смотрит на мужчину, округлив глаза. — Я Санта Клаус, брат Деда Мороза, а ты меня… — вновь отключается.

— Оля… — Даша на ноги встает и смотрит на меня испугано. — Он, наверное, от удара свихнулся! — заключает, ошарашивая вердиктом. — Он теперь из-за тебя с приветом!

— И что же мне делать?

— Не знаю…

Вот я попала!

И что делать? Как быть?

— Оля, тебя посадят за это. А его еще и оправдают. Превышение мер самообороны… До двух лет…