Глава 7.
Екатерина Савельева (Алиса)
Поцелуй действительно должен был случиться…
Только не такой… Я не ожидала… Это было слишком… Приятно…
И теперь я ощущаю себя какой-то дурой…
– Мне на работу нужно будет поехать… Удалёнка кончилась…
– Ясно… Мне уйти?
– Нет… В смысле… Можешь остаться, если хочешь…
– Ну, здорово, – отвечаю я, поражаясь его терпению. Он реально собирается оставить меня у себя дома? Мы знакомы, блин, пять суток… Как же странно, а…
– Я бы хотел… Пригласить тебя… Куда-нибудь… Что скажешь?
– Я… Только за… Но раз уж так, то… Может я тогда доеду домой и переоденусь…
– У тебя ключи есть?
– Там подруга снимает со мной… – проглатываю я ком и смотрю на него.
– Ясно… Но ты имей в виду, что я не выгоняю… Если ты хочешь остаться у меня…
– Спасибо, – перебиваю я с улыбкой, реально провожая его на работу… Этот поцелуй постоянно в мыслях, но я делаю вид, что всё нормально. Как и говорила тогда за просмотром фильма… Всё под контролем… Господи, почему к нему так тянет, а?! Ненавижу…
Эти чары сердцеедов… Ещё и котёнка подобрал… Я не ожидала, что согласится. Откуда у него вообще сердце?!
– Я до пяти… Потом встретимся тогда… Здесь…
– Хорошо… Удачи тебе… – закрываюсь за ним, словно это я тут хозяйка, блин… И выдыхаю, касаясь своих губ…
Хочется материться, блин… Хочется кричать…
Что со мной за фигня такая происходит?
Фу! От самой себя тошно…
Вечером, когда я реально переодеваюсь и снова оставляю телефон дома, перекинувшись с Леной несколькими голосовыми, я возвращаюсь к нему домой… Ни намёка на чувства для неё…
Я ничего такого не говорила. Сказала, что всё по плану и ей не о чем переживать… Что он уже повёлся…
А сейчас мы с ним идём по набережной, ветер играет с прядями моих волос, а я ловлю себя на том, что боюсь посмотреть на него. Боюсь увидеть в его глазах то, чего не должна… Тот самый интерес, тепло, надежду.
– Вот, – он останавливается у старого книжного развала. – Ты говорила, что любишь книги. Тут иногда попадаются редкие экземпляры…
Я опускаюсь на корточки, перебираю потрёпанные обложки. Вдыхаю запах бумаги, клея, времени. И вдруг понимаю, что он реально запомнил. Запомнил, что я как‑то упомянула любовь к букинистике. Неужели он не на ноги мои пялился? Нонсенс какой-то…
– Ты что решил меня купить? – шучу, но голос дрожит.
– Просто слушал, – отвечает он с усмешкой. – Ты много интересного говоришь…
И от этой фразы у меня внутри… Начинаю шевелиться проклятые бабочки…
Я начинаю влюбляться
Вечером, когда мы сидим в маленьком кафе, я ловлю себя на мыслях, которых не должно быть…
Как приятно, что он не перебивает, когда я рассказываю о детстве.
Как тепло его рука, случайно коснувшаяся моей при передаче сахара.
Как спокойно на душе, когда он просто молчит рядом.
Это не входит в план. Ни в мой, ни в Лены. Я должна была зацепить, поиграть, исчезнуть. А вместо этого…
Вместо этого я думаю о том, как он улыбается, когда рассказывает о дедушке. О том, как морщит лоб, пытаясь вспомнить название книги. О том, что в его взгляде нет ни капли цинизма – только любопытство, внимание, живой интерес. Ко мне… Как к человеку…
«Остановись», – шепчу себе. Но тело не слушается… Я наклоняюсь ближе, когда он говорит, я смеюсь над его шутками, я хочу быть рядом…
– Мне понравился вчерашний поцелуй, – шепчет он и рассматривает меня. – Ты… Какая-то другая…
– Какая другая?
– Не знаю… Настоящая, что ли… Не знаю, как объяснить. Пусть звучит, как какое-то клише, но нет… Ты и впрямь удивительная…
Чувствую, как его рука зарывается в мои волосы, а глаза просят разрешения… Только у меня чувство, словно я уже перед ним тут растеклась… Безвольной лужицей… Какая же я всё-таки тряпка… Мы снова целуемся… Да не просто, как будто играем, а так… Что у меня замирает сердце…
Ночью, лёжа в гостевой комнате, я веду диалог сама с собой…
Голос разума твердит одно да потому… И хочется его отключить.
«Ты забыла, зачем здесь? Ты должна выполнить план. Лена ждёт. Ты не можешь подвести подругу! Ты будешь как все его поюзанные давалки…».
А сердце… Сердце воет от тоски… И моя вагина тоже…
Господи, у меня тянет низ живота, и я ёрзаю, думая о том, как бы хотела перенести этот поцелуй в горизонтальную плоскость…
Но единственный, кто продолжает долбить меня… Это разум…
«Даже если он такой хороший – это не твоя история. Ты не можешь остаться. Ты не имеешь права! Это некрасиво!»…
«Почему? Потому что так решила Лена? Потому что ты сама придумала правила?».
Я сажусь на кровати, обнимаю колени. В голове черт-те что… Ещё чего не хватало… Болтать с самой собой… Прекрасно…
Есть ли у меня долбанный выбор?
Вариант один… Признаться. Сказать всё как есть: «Я пришла, чтобы отомстить. Но теперь не могу». Риск – он возненавидит. Риск – я потеряю его…
Вариант два… Продолжить игру. Держать дистанцию, следовать плану, уйти, не объясняя. Риск – я потеряю себя. Риск – это ранит его сильнее, чем он заслуживает.
Вариант три… Ничего не решать. Оставить всё как есть, плыть по течению. Риск – всё станет ещё сложнее. Риск – мы оба окажемся в ловушке.
За окном ночь. Я смотрю на звёздное небо и понимаю, что я уже не та, что пять дней назад. Я больше не «сучка, которая знает, чего хочет». Я – «сучка, которая боится признать, что хочет его»…
А потом я слышу тихий стук в дверь… Думаю, что сейчас-то всё и станет ясно, но это красавчик решает меня добить, и приносит мне чай, как в сопливых романтических комедиях…
– Слушай… Я думал о нас…
Я замираю…
– И? Что думал? – шепчу, не поднимая глаз.
– Мне кажется, что… Нам с тобой… Ну стоит попробовать… Отношения.
Нет… Я больше не могу… Не могу играть, не могу держать дистанцию, не могу притворяться, что это просто миссия. Меня к нему тянет… Безумно…
Я резко поднимаю голову. Сердце сейчас точно выдолбит все рёбра и проделает дыру в груди…
– Как ты думаешь? – продолжает он. – У тебя же нет парня, да? Блядь, скажи, что нет…
У меня слова застревают в горле.
– Нет, конечно, нет… У меня нет парня…
– Ладно, – выдыхает он. – Тогда что? Я по твоему взгляду вижу…
Я вдруг ещё сильнее погружаюсь в саму себя…
Потому что, если я скажу правду – всё закончится.
А если не скажу – всё только начнётся…
И в этой точке выбора я понимаю, что моя игра вышла из‑под контроля. Потому что теперь я не знаю, чего хочу больше – выполнить план или сохранить это чувство внутри… Чувство, название которому я пока ещё не придумала…
– Максим…
– М?
Я молча тяну за пояс халата, встречаясь с ним взглядами…
Сердце в груди так и долбит о рёбра… Оглушает… А он так смотрит… Следует моему приглашению…
Разводя полы в стороны, проводит по линии ключиц шероховатыми кончиками пальцев, заставляя вздрогнуть и прикрыть глаза от этих ощущений… Тянется губами к соску, и я всхлипываю, едва его губы, обрамленные колючей щетиной, касаются моей кожи… Боже… Помоги мне…