Глава 14. От себя не убежать

Раньше бы я многое бы отдал за такое предложение, а сейчас в груди даже ничего не ёкнуло. Член вроде бы даже тяжело вздохнул. Подобное предложение было бы приятно получить совершенно от другого человека.

Не зря говорят: запретный плод сладок. Меня так и манило к Виктории. Тянуло как прыщавого пацана.

Зухра, не понимающая моего бездействия, решила пойти в наступление и настойчиво потерлась грудью о спину, призывая проснуться и предпринять хоть какие-нибудь шаги.

Поразмыслив, я не стал сопротивляться. Не стоит отказываться от секса с красивой женщиной, тем более, когда она преподносит себя на блюдечке с голубой каемочкой. Будет маленькая месть Арслану. Пока он давит на меня психологически, я трахну его сестру.

В голове пронеслась мысль, что в этот самый момент Арслан может трахнуть Вику. Кровь тут же ударила в виски, и я вспыхнул от злости. Кулаки сжались сами собой, непроизвольно.

Умом я понимал, что Виктория не будет спать с таким человеком как он, не даст она ему, да и друг не должен взять женщину силой. Обольстить её всего за один день он тоже вряд ли успеет. Не из того она теста. Эту крепость ни один штурм не возьмёт. И это манило.

– Почему ты так зажат? – практически не слышу Зухру и даже не замечаю, когда она успела стащить с меня штаны. – От напряжения твой мальчик всё еще спит…

Последнее она говорит с некоторым разочарованием.

Он спит, потому что не хочет тебя.

Меня не волнует репутация. Женщины, с которыми я спал, уходили довольными, ещё никто не жаловался на функциональности и заводские настройки моего мальчика.

Злость пробрала до основания, и я схватил Зухру за шкирку, поставил на колени и закрыл глаза. Нужно спустить пар. Пусть она удовлетворит меня.

Представил, что сейчас Вика медленно опускается на колени, чтобы сделать минет. Она смотрит на меня с вызовом, и даже в таком пикантном положении не теряет гордости. Облизывается, потирается щекой о головку…

Зухра жадно берет в рот член, быстро заглатывая его и профессионально полируя до основания. Меня пробирает смех. Скромная Чаглар успела за эти годы отточить нужные навыки управления. Интересно, сколько мужчин у неё было?

Девственницы точно так не отсасывают.

Но мне похер.

На её месте я представляю Вику.

Виктория.

Нервные клетки хаотично танцевали ламбаду, отказываясь успокаиваться. Из-за них сердце стучало в диком ритме, шумно перекачивая кровь, заставляющую болезненно пульсировать виски.

Мне было плохо. Удовольствия от прогулки на шикарной яхте не было никакого.

Чувство, что Арслан может меня изнасиловать преследовало и не давало расслабиться.

– Мне нравится, как ты реагируешь. – заявил Арслан, непринужденно допивая шампанское из своего бокала. Я содержимое своего выплеснула ему в лицо несколько минут назад. – Признаюсь, я больше ставил на то, что обстановка вскружит тебе голову и ты расслабишься.

– И отдамся?

– Нет, на это я не рассчитывал.

– И что же тогда тебе так нравится?

– Я вырос в очень строгой, мусульманской семье, где мне прививали взгляды на то, что хорошо, а что – плохо. Как ты понимаешь, в моей семье всегда царил и будет царить патриархат. Мы любим, ценим и оберегаем женщин, но одновременно с этим, сильно ограничиваем их права. Например, Зухра может выбрать мужа себе сама, но выйдет замуж за него она только с моего разрешения, нравится ей это или нет. – Арслан сделал театральную паузу, а я фыркнула. – Я считаю, что женщина должна оберегать свою честь и не давать кому попало марать себя, чего бы ей это не стоило. К сожалению, в наше время сейчас очень мало таких женщин. Все гонятся за деньгами, сексом и прочими нечистотами.

– К чему это всё? – перебиваю мужчину, мучаясь от головной боли. Хочется, чтобы его философские разговоры наконец-то уже закончились, и мы поехали обратно.

– Ты так отчаянно хранишь верность человеку, которого не любишь, просто потому что он твой муж. Мне это нравится. Это достойно.

У меня не было сил спорить с турком на эту тему, кого я люблю и кому храню верность, поэтому я просто отчаянно просипела:

– Когда мы вернемся?

– Хочу насладиться закатом, потом поедим. – ответил турок, одаривая меня милой улыбкой. – Выпей, станет легче.

– Мне станет легче, когда я окажусь рядом с… – обрываю фразу, чувствую себя глупо. Ругаю за двусмысленность и добавляю: мужем.

Арслан делает вид, что не заметил паузы.

Он поднимается на ноги и настойчиво наливает напиток мне в бокал. На его рубашке еще не высохли капли шампанского. Я слежу за его рукой уже обреченно, его настойчивость не может пугать и восхищать одновременно.

– Можно я пока позвоню мужу? – спрашиваю турка, надеясь, что разговор с Тёмой меня немного успокоит. Муж был моим лучшим другом.

– Конечно. Я даже разрешу не ставить его на громкую связь, чтобы тебе было комфортнее. – Арслан достал из кармана мой мобильный и протянул его. Я ухватилась за него как за спасательный жилет и набрала Артёма. Звонить и просить о помощи было бессмысленно, я не смогла бы ничего объяснить и даже сказать, где я нахожусь, а еще поставила бы под угрозу жизнь Петра Всеволодовича. Убивать его мне совершенно не хотелось.

– Да. – недовольный голос мужа в трубке было не со всем то, что я хотела бы услышать.

– Привет, Артём. –  я бросила на турка взгляд из-под опущенных ресниц, пытаясь понять слышит ли он мужа по ту сторону.

– Вспомнила обо мне? Я тебе весь день пишу! – Артём был не в духе и всеми доступными ему способами пытался показать мне.

– Прости, пожалуйста, ты же знаешь Пидора Всеволодовича, он умеет загрузить работой. – Турок прыснул, а я закатила глаза. Мне хотелось говорить с Артёмом так, чтобы не вызывать подозрение. – Только сейчас дошли руки до телефона. У нас тут круговорот событий, не рассказать даже всё.

– У тебя как обычно. – более мягко сказал Тёма. – Я соскучился, Булка. Ты говорила, что поедешь на пару дней, а в итоге…

– Прости, я тоже очень соскучилась. – в области сердца стало тепло и приятно. Голос мужа был как ниточка в старый и хорошо знакомый мир. Мне захотелось оказаться у него на коленках и положить голову на плечо. Вдохнуть его запах и успокоиться. – Как у тебя дела? Как на работе?

– Всё хорошо, сегодня начал заниматься новым проектом. Обещает быть перспективным, поэтому может быть мы сможем закрыть с тобой ипотеку пораньше. – муж говорил это с гордостью. Я сразу же представило его родное лицо и колючую щетину. Когда он погружался в работу с головой сразу же забывал обо всём. Я очень любила его в таком состоянии: целеустремленного и одухотворенного.

– Круто. Ты у меня большой молодец!– выдавила из себя, отставляя подальше шампанское, которое стоило как годовая моя зарплата. Сколько бы у меня не было денег, я всё равно не пойму, как могут продукты стоить дороже заработка людей. – Приеду, покажешь.

Если бы Артём хотя бы краем глаза увидел, где я нахожусь, что делаю и главное –  с кем, он бы с ума сошёл.

– Приезжай скорее, хочу тебя. Не могу уже… –  в его голосе была неподдельная тоска.

Может быть Артём что-то чувствовал? Обычно он не был похотливым или приставучим, а тут просто не унимался.

– Скоро приеду. – пообещала я, надеясь, что не лгу ему. – Не могу говорить больше, прости, нужно торопиться на деловой ужин.

Давно не чувствовала себя глупее. Так рвалась поговорить им, услышать голос и так быстро слилась сама с этого разговора. Причин было несколько. Первая, это то, что перед посторонним человеком очень трудно быть расслабленной. Вторая, меня преследовал стыд за оргазм от пальцев Баженова.

Не хотелось признаваться даже себе, что он был ярче любого с Артёмом. Или я просто забыла, как было у нас раньше до быта?

Остаток вечера прошёл менее напряженно, Арслан рассказывал мне занимательные истории из его и Петра Всеволодовича детства, которые были бы мне интересны при других обстоятельствах, но сейчас они лишь напрягали меня и заставляли нервничать.

Турок тянул время.

Когда мы вернулись, я почти бежала обратно, чтобы оказаться рядом с Боссом, единственному кому я могла доверять. Обогнала Арслана, оставляя его за спиной.

Петра Всеволодовича можно было обозвать разными словами, но доверие он вызывал всем своим видом и любыми поступками, несмотря даже на инцидент между нами. Меня он здесь бросать не собирался.

Я распахнула дверь в нашу с ним комнату, с улыбкой отмечая, что в мыслях называю это место «нашей комнатой».

Меня сразу смутил полумрак, потому что он не давал рабочего настроения. Босса за столом не было. Когда я наткнулась на женскую одежду на полу, всё встало на свои места. Сразу стало понятно, что я не увидела охрану у входа в комнату, которая всегда стояла у дверей. Я так спешила к Боссу, что даже не придала значения такому факту.

Мне должно было быть безразлично. Вполне ожидаемо, что между Боссом и его пассией вспыхнула искра. Она и за завтраком была видна, что скрывать. Они взрослые люди. Имеют право на личную жизнь.

Но мне стало больно. Практически физически.

Как будто нож в спину засадили, рассекая сердце на части. Стало трудно дышать. Гортонь пекла. Хотелось разрыдаться.

Почему же так больно?

Смотреть на тела на кровати, на которой я собиралась спать, было невыносимо.

Петр Всеволодович лежал на спине, а нём лежала Зухра, старательно натягивающая на себя одеяло.

Затылком я чувствовала дыхание Арслана, турок не был удивлен, и я поняла, что это было часть его плана. Он хотел свести сестру со своим другом.

– Я не буду тут спать. – заявила я, глядя в сонные глаза Босса. Петр Всеволодович без угрызения совести смотрел на меня как ни в чем не бывало.

У меня не было никакого желания спать там, где трахались.

– Хорошо. Я распоряжусь подготовить для тебя другую комнату. – прошептал мне на ухо Арслан.