Глава 7

Они сидели за столиком втроем: Виктория, помощник по безопасности и сам Стефанос. Грек читал досье на семью Вершинских и знал: к Андрею они относятся как к члену семьи. Поэтому ничуть не удивился, когда Виктория пригласила на ужин и его. «Позаботимся о нем, когда будет нужно», — решил для себя молодой Тамакис и переключил все внимание на Викторию.

Виктория сидела рядом, и он чувствовал ее витающий в воздухе аромат — легкий и нежный. Хотелось нагнуться и вдохнуть его в полную силу. Наваждение? Этот запах действовал на него почище афродизиака.

Он однозначно хотел эту женщину. Она его возбуждала. Возможно не так, как другие…

Стефанос поймал себя на мысли, что ему трудно сосредоточиться на разговоре, не отвлекаясь на разглядывание собеседницы. Ее медные волосы огненным водопадом струились по плечу. Короткая бархатная накидка была в тон ее темно-зеленому атласному платью. Никаких украшений, кроме броши с изумрудом под цвет ее глаз, он так и не увидел.

«Либо муж не любит дарить ей драгоценности, либо Виктория предпочитает естественную красоту. Скорее всего, последнее…»

Виктория закончила рассказ о своих планах на будущее и посмотрела на него, ожидая реакции.

— Я потрясен, дорогая Виктория. Вы проделали огромную работу за такой короткий срок! Ваши идеи требуют немедленных действий, дальнейших вложений определенного капитала. Мы должны скоординировать наши усилия.

Наблюдая, как официант разливает в бокалы шампанское, Стефанос широко улыбнулся:

— Давайте выпьем за нашу встречу! А потом я расскажу о благотворительных традициях у нас в Греции. Если вам это не покажется скучным.

— Расскажите же, Стефанос! — Виктория пригубила шампанское и смотрела на него с интересом.

— Дети в Греции, как и во многих европейских странах, с юных лет начинают участвовать в благотворительности. Помню, на занятиях атлетикой мы получали символическую сумму за каждый круг, который пробегали. Все собранные деньги потом отдавали в специальный фонд помощи. А мой кузен для этого продал всю свою коллекцию почтовых марок.

В этот момент у Виктории зазвонил телефон, и она грациозно поднялась из-за столика.

— Я отойду на пару минут. Извините меня.

Оставшись наедине с Андреем, Стефанос взял винную карту и поинтересовался.

— Андрей Степанович, вам нравится красное вино?

— Я вообще-то не пью на работе.

— Предлагаю тост за сотрудничество наших империй!

— Тогда уж лучше рюмку водки.

— Как скажете! — Стефанос сделал вид, что потер запястье, отточенным движением нажимая нужную кнопку на часах.

К столику подошел уже другой официант.

— Две рюмки «Белуги».

Когда Виктория вернулась за столик, с водкой было покончено. Вершинская покосилась на пустое место, где совсем недавно сидел начальник службы безопасности.

— А где же Андрей?

Стефанос пожал плечами.

— Отлучился. Сказал — ему срочно нужно…

Виктория понимающе кивнула.

— Я взял на себя смелость заказать вам фирменный десерт этого ресторана. Его готовят только для особых гостей.

Подошел официант и поставил перед молодой женщиной что-то разноцветное и воздушное. На лице медноволосой красавицы появилось странное выражение, будто она предвкушала нечто интересное.

— Какая прелесть! Это настоящий шедевр.

— Попробуйте же.

Виктория поддела маленькой ложечкой необычный десерт.

— Взбитые сливки… шоколад и еще что-то экзотическое. Этот запах… никак не могу вспомнить.

— Фейхоа, — подсказал Стефанос.

— М-м-м…

— Нравится?

Золотые ресницы девушки затрепетали.

— Это чудо просто тает во рту! Сказочное удовольствие.

Стефанос смаковал ее эмоции, предвкушая, как будет соблазнять русскую красавицу. Как наклонится, поцелует ее нежную шею и скажет:

«М-м-м… ты так вкусно пахнешь, детка. О да, ты намного слаще меда…»

Он подождал, пока Вершинская закончит с десертом, а потом предложил:

— Давайте выпьем теперь уже за вас, дорогая Виктория. Ваш успех!

Но та лишь покачала головой:

— Мне уже хватит. Благодарю вас за фантастический ужин. Боюсь, пора возвращаться. У меня семья, маленький ребенок и полно других неотложных дел.

В этот момент к столику, пошатываясь, подошел начальник службы безопасности Вершинских.

— Сожалею, Виктория, у меня, кажется, несварение. Я позвонил своим ребятам, они приедут и заберут нас.

— Ну что вы! — Стефанос скорчил обиженную гримасу. — Позвольте мне отвезти вас обоих. Нет, я на этом настаиваю!

— Виктория… я, — лицо Андрея перекосилось, он схватился за живот. — Со мной все в порядке, я просто не могу сейчас ехать с вами.

Он резко повернулся и побежал к выходу вдоль рядов со столиками.

Стефанос обратился к молодой женщине:

— Я отвезу вас, Виктория. Прошу, не отказывайте мне в этом удовольствии!

— Ну, хорошо!

Она поднялась из-за стола и взяла свой серебристый клатч.

Стефанос тоже встал и, глядя ей в лицо, широко улыбнулся:

— Рад, что вы приняли мое предложение.

Когда они спустились в гараж и подошли к его красной «Феррари», Виктория воскликнула:

— А вы, похоже, любитель быстрой езды!

— Чего нельзя сказать о вас?

— О нет, я обожаю прокатиться с ветерком. Но муж категорически против моего лихачества.

Стефанос восхитился ее умению изящно садиться в машину с низкой посадкой. Можно только догадываться, на что она еще способна! Такой роскошной женщине он подарит не один «Феррари», а целый комплект — под цвет ее одежды.

Через полминуты молодой Тамакис уже сидел рядом, заводя машину и тайком рассматривая шикарную фигуру девушки. Потом резко тронулся и лихо выехал из гаража.

— У вас потрясающий автомобиль, — отметила Виктория, и грек радостно улыбнулся.

— Подскажите ваш адрес, дорогая Виктория. Выберем оптимальный путь.

Они мчались по ночному городу, оставляя за собой оранжевые от ночных фонарей улицы. Похоже, Виктории действительно нравилась быстрая езда. Казалось, ее завораживали ловкие маневры на дороге.

Неожиданно она повернулась и спросила:

— Вы часто бываете в Москве, Стефанос?

— Я… когда-то приезжал намного чаще. Виктория, мне нужно вам кое в чем признаться!

— В чем же?

— Вы очень похожи на девушку, которую я любил. Она тоже жила в Москве, — Стефанос глубоко вздохнул. — Она погибла, несчастный случай. Ее сбил грузовик совсем недалеко отсюда.

Его голос дрогнул. Стефанос всегда был хорошим актером. И сейчас придал своему лицу именно то выражение, которое ожидала увидеть на его лице Виктория.

— Какой ужас! Мне очень жаль.

— Каждый раз, когда проезжаю неподалеку, я останавливаюсь и ненадолго выхожу из машины, чтобы почтить ее память. Вы не против, если мы задержимся на пару минут?

— Конечно.

Остановившись у моста, Стефанос вышел, обошел капот и, открыв дверь, подал руку Виктории.

— Спасибо. Это случилось здесь? Я имею в виду аварию…

— Да, именно тут, на мосту.

Неохотно выпустив руку Вершинской, он пригласил ее следовать за собой. Они прошли несколько шагов и остановились.

— Она была такой молодой. Совсем как вы, — Стефанос вздохнул и посмотрел на нее. — Удивительное сходство. Только ваши глаза — в них горит совсем другой огонь. Я рад, что встретил вас, Виктория.

От его взгляда молодая женщина смутилась и подалась назад.

Наконец-то они только вдвоем в ночи, на обочине пустой трассы. Как бы ему хотелось повалить Викторию прямо на капот или на землю, подстелив пиджак, и заняться с ней любовью под звездным московским небом. Стоп, сейчас нельзя! Но это будет уже очень скоро!

— Я тоже рада Стефанос, но вы знаете, что…

— Я ни на что не претендую, поймите меня правильно! Вы удивительно красивая женщина. Не побоюсь ревности вашего мужа и при встрече — скажу, что ему несказанно повезло!

Виктория закусила губу, ее глаза блестели, отражая огни ночного города.

— Благодарю, и мне, правда, очень жаль, что так случилось с вашей девушкой. Но кажется, нам пора. Муж действительно может приревновать. Я никогда не возвращалась домой так поздно.

Он понимающе усмехнулся в ответ:

— Тогда едем.