Глава 20

Эля, обычно готовая болтать сутки напролет, на этот раз неожиданно проявила сдержанность. Сколько я ни пыталась разузнать, что же происходило у них наедине с Романом, где они так долго пропадали и что это вообще могло бы значить, так ничего и не выяснила. В ответ на все мои вопросы она лишь загадочно улыбалась и говорила: это секрет… Не хочу говорить… Боюсь сглазить. И смотрела куда-то вдаль счастливым умиротворенным взглядом.

А может, Эля действительно нравится нашему завидному жениху, и ни сценарист Наталья, ни рейтинги, ни все пышечки страны тут абсолютно ни при чем? А на отсеве он сказал именно то, что думал. И его симпатия взаимна. Как-то слишком быстро Эльвира забыла о том, что ради карьеры надо быть в движении, и готова зависнуть на этом острове до победного. Вслух об этом я не говорила, конечно. Но мысленно ее поздравляла. Она неплохая девчонка, так что пусть ей повезет, если, конечно, считать роман с нашим завидным женихом везением. Я вот не была в этом так уж уверена.

Похоже, позднее возвращение Эльвиры со свидания стало событием номер один на сегодня. Другие участницы смотрели на нее так, словно готовы ее съесть без соли и горчицы. А ведь совсем недавно именно Эля негласно считалась самой милой девушкой проекта. Соперницы охотно сплетничали с ней, доверяя свои секреты…

Валентина собрала нескольких девушек в комнате, чтобы посплетничать – и запечатлеть эти сплетни в лучшем виде. Наталья наскоро набрасывала текст.

– Так, давай-ка и ты сюда, в кучу, – случайно остановив на мне взгляд, велела Валентина.

– Я?.. – вот это дела! Обсуждать Элю и ее возможный роман мне не хотелось. Пусть даже постановочно. – Мне еще для блога фото готовить, – пробормотала я, – лучше в другой раз.

К счастью, Валентина по-своему истолковала мое замешательство:

– Уж тебе-то камер бояться не положено! В последний раз филонишь!

Из «комнаты для сплетен» дамы выходили, сузив глаза и поджав губы. Кажется, беседа еще больше настроила их против Эли. Впрочем, на мою соседку злобные взгляды совершенно не действовали. Она все утро пребывала в замечательном настроении. Не обращая ни на кого внимания, на обеде она наложила себе на тарелку огромную гору блинчиков, и тут же с аппетитом их умяла. Чем вызвала новый приступ раздражения у девиц, страдающих над обезжиренными йогуртами.

А вот у меня аппетита снова не было. Может, климат здесь такой? Поковырявшись для виду в тарелке, я отправилась в свою комнату. Однако не успела я отойти от ресторана и на пару шагов, как на мое плечо опустилась чья-то рука.

– Ой! – вскрикнула я от неожиданности.

– Тс-с! – раздалось сзади. – Здесь везде камеры.

Несмотря на то, что говорили шепотом, голос я узнала сразу. Вика, в свободное от шоу время воспитывающая детишек в садике, была явно чем-то встревожена.

– Ты же дружишь с Элей, да? – тихонечко спросила она.

Я кивнула, хотя со вчерашнего вечера уже основательно в этом сомневалась.

– Наши девчонки готовят ей какую-то пакость, – зашептала Вика, став в этот момент похожей на прекрасную шпионку из какого-то старого фильма. – Они утром обсуждали это в нашем номере. Деталей я не знаю, но предупреди ее, чтобы на всякий случай была осторожней.

Передав информацию, она быстро застучала каблучками, удаляясь в сторону своего номера.

Вот так поворот! Интересно, что задумали девицы? Может, они вынашивают план, как выгнать мою соседку из шоу? И что мне теперь делать с этой информацией? Если промолчу, то велик шанс, что девчоночий заговор осуществится, и Эле придется собирать чемоданы. Да только есть ли этот заговор? Вдруг это только плод Викиного воображения? Но, с другой стороны, если не предупрежу ее, то буду чувствовать себя предателем до конца жизни.

Когда Эля вернулась в комнату, я заговорила:

– Послушай, там вроде бы против тебя что-то готовят… Но я не знаю, что.

Она смерила меня взглядом:

– Ерунда, справлюсь. Но спасибо, что сказала. А ты что сидишь? – сказала она с порога. – Давай, беги на грим! Через час выезжаем на съемки.

– Что? Куда? – спохватилась я.

– Конкурс. Что будет, пока не говорят, – ответила она, натягивая милое платьице. – Но выглядеть-то все равно надо хорошо.

Эля скрылась за дверью, а у меня почему-то вдруг возникло нехорошее предчувствие. Впрочем, возможно, это просто нервы. Надо собраться. Впереди опять какое-то дурацкое состязание.