Глава 28

Душно. Дышать уже нечем. Раскаленный влажный воздух только раздирает легкие. Еще чуть-чуть, и они превратятся в кровавые лохмотья.

Сколько я здесь? Не знаю. Сначала я кричала, звала на помощь. Никто не пришел. Бесполезно.

По моей коже стекали капельки пота, и начинало казаться, что еще чуть-чуть, и я вся растворюсь, как кусок сахара в стакане горячего чая.

Без сил я опустилась на пол около двери. Так немного легче. Может быть, я уже умерла и попала в ад? За что? За то, что позволяла себе млеть от поцелуев того, кто никак не мог стать моим?

Знала бы я, что все может закончиться вот так, я бы не стала его останавливать. Чего я боялась? Того, что будет потом? Так это ужасное «потом» может и вообще не наступить…

Перед глазами заплясали искрящиеся фиолетовые точки. Они описывали замысловатые фигуры: то выстраиваясь в ровный хоровод, то рассыпаясь в хаотическом беге. Еще немного, и я сама стану такой точкой, закружившись в этой бешеной пляске. И навсегда останусь здесь, в этом тесном помещении, ставшим моей персональной преисподней.

Я приготовилась к самому худшему, когда услышала за этой проклятой дверью звук шагов.

– Помогите, – простонала я.

Сил кричать уже не было, и из моего горла вырывались только хрипящие тихие звуки.

«Не уходите», – мысленно молила я. И, кажется, меня услышали. С той стороны раздался лязг, звонкий женский голос и, наконец, дверь отворилась. В мою темницу тут же проник поток свежего воздуха, принесший облегчение.

Я попыталась встать, но сил не хватило даже на это. Как сквозь туман я слышала испуганный голос женщины. Она что-то тараторила на непонятном мне языке. Затем обхватила меня за грудную клетку и вытащила из этого пекла.

Вокруг сразу столпился народ. Казалось, все говорили разом. Их голоса сливались в один сплошной гул. Перед глазами проносились лица. Бледные, испуганные. Валентина, Аллочка, Вика… Я хотела им сказать, что уже все хорошо, что самое страшное позади. Но язык не слушался.

Как будто со стороны я видела, как появились люди в светло-зеленых костюмах. Они озабоченно сновали вокруг меня, навешивали какие-то приборы. Больно! Что-то укололо в руку. Словно из ниоткуда появились носилки. На них водрузили мое тело и куда-то понесли.

Мне было все равно, куда и зачем. Тело вдруг пробил озноб неимоверной силы. Я дрожала, как в лихорадке. Остановите это, пожалуйста, остановите!

В автомобиле местной «Скорой помощи» было ужасно холодно. Сознание готово было вот-вот улететь, но я силой удерживала его. Нет, не хочу провалиться в эту пугающую темноту. Вдруг, у меня не получится вернуться?

Я попробовала пошевелить пальцами, которые, казалось, совсем похолодели. Нет, слушаются. Что-то теплое коснулось их. Пожатие. Я сфокусировала взгляд. Валентина.

– Держись, девочка, – прошептала она мне.

Я собрала остаток сил и кивнула. Я буду держаться. Я хочу жить. Теперь я буду жадно брать все, что предлагает мне этот мир.

В больнице нас уже ждали. Стремительно, так что все мелькало в глазах, меня отправили в палату. Здесь мирно пиликали многочисленные приборы, пахло лекарством, сквозь большое окно пробивались яркие солнечные лучи.

Мне снова что-то вкололи в руку, и вдруг стало очень хорошо и спокойно. Только очень хотелось спать. Я закрыла глаза, но вдруг в сознание ворвался до боли знакомый голос. Я не понимала, что он говорил, это был какой-то другой язык, красивый, певучий. На таком обычно признаются в любви.

Однако голос звучал строго и требовательно. Я приподняла веки и сквозь ресницы увидела Романа. Он что-то говорил невысокой женщине в зеленом костюме, а она как будто оправдывалась. Неужели он примчался сюда ради меня? Или мне все это снится?

– Роман, – тихонечко позвала я.

Он замер на полуслове и повернул голову в мою сторону.

– Лана, как ты? – тревожно спросил он, присаживаясь на стул у моей кровати и напряженно вглядываясь мне в лицо.

 Его черты, как и все остальное, расплывались. Только сверкающие глаза, эти два уголька, продолжали гореть сквозь туман. Но вот погасли и они, и я погрузилась в безмятежный сон. Я засыпала, словно успокоенная его присутствием. Теперь я точно знала, что все будет хорошо.

Когда я проснулась, уже было темно, лишь где-то в углу тускло светил какой-то прибор. До меня не сразу дошло, где я нахожусь. Память восстанавливалась постепенно. Массаж, сауна, закрытая дверь, спасение, Роман…

Я попробовала пошевелить рукой. Отлично, слушается, как всегда. Значит, я жива!

– Ты проснулась? – послышался тихий голос из темноты.

Мгновение, и передо мной появилось бледное лицо Романа. Он что, сидел здесь рядом со мной все это время?

– Да, – ответила я, с удивлением осознав, что голос теперь тоже подчиняется мне, как и раньше. Легкие больше не болели. Дрожь прошла. Кажется, я в порядке.

В этот момент дверь палаты распахнулась, и ко мне подбежала та же маленькая женщина, которую я видела раньше, когда была в полузабытье.

В ее руках появился небольшой прибор, который она нацепила мне на руку, сосредоточенно уставившись на флуоресцентный зеленый экран. Когда тот тихонько пискнул, она облегченно вздохнула и принялась объяснять что-то Роману на том же незнакомом языке.  Тот задал ей несколько вопросов и, наконец, улыбнувшись, посмотрел на меня.

– Да ты боец! – похвалил меня он. – Приходишь в норму. Так что сейчас я увезу тебя отсюда.