Эпилог

Я вошла на порог и принялась усердно топать ногами. Снег, осевший на сапогах двумя сугробами, послушно повалился на резиновый коврик. Так, теперь веничек. Смахнуть снежинки с рукавов и капюшона, и можно заходить в гостиницу, не боясь затопить ее талой водой.

– У-у-у! Гулена наша вернулась, – улыбнулась аккуратная бабулечка, выполнявшая здесь функции администратора.

Она убавила громкость на стареньком телевизоре и отложила спицы, которые до этого ловко мелькали в ее руках, превращая грубые шерстяные нити в огромные рукавицы, испещренные замысловатыми красно-синими узорами.

– Ну что, налезут твоему брату? – спросила она, демонстрируя вязаных монстров.

– В самый раз! – заверила ее я.

Она удовлетворенно сверкнула глазами и протянула мне ключ от номера, привязанный на простую веревочку.

Да, это место моего временного пристанища здорово отличалось от того, в котором довелось жить на островах. Но вообще чудо, что здесь, в маленьком поселке на краю географии, нашлась самая настоящая гостиница. Честно говоря, собираясь на Крайний Север, я была готова к тому, что придется ночевать в яранге. Или в чуме с дыркой в потолке, сквозь которую видны звезды. Когда костер не горит, конечно.

Я вошла в номер и нажала кнопку выключателя. Яркий электрический свет залил небольшую комнатушку. Аскетизм ее меня не волновал, я готова была жить здесь хоть целый год, пока не сфотографирую то, ради чего, собственно, и затеяла всю эту авантюру. Мне нужно северное сияние.

Вообще-то по плану я должна была вылететь домой еще пару недель назад. Моя маленькая экспедиция оказалась довольно плодотворной, и фотоматериала с лихвой хватало для первой персональной выставки, которая должна состояться через месяц. Но мысль о небе, по которому разливаются разноцветные всполохи, не давала покоя. Поэтому я сдала билет и не стала покупать новый.

Переодевшись, я сразу включила ноутбук и с волнением уставилась в уголок экрана. Ага, сегодня вайфай работает. Это очень кстати. Все-таки Всемирная паутина – отличная штука. А когда с интернетом перебои, мне остается только пересматривать то самое шоу «Завидный жених».

Телеканал, который должен был транслировать «Завидного жениха», отказался от контракта с нами. Его руководство рассчитывало на полную версию, где девушки выбывают по одной из серии в серию, а в конце перед главным героем предстают финалистки в свадебных платьях.

Тогда Роман распорядился смонтировать шоу и выложить его в интернет совершенно бесплатно. И вот тут оно по-настоящему бомбануло! Зрители с замиранием сердца ждали каждую серию. Изюминкой реалити, несомненно, стало присутствие маньячки. Да, Валентина решила сохранить детективную линию, и все это время зрители усиленно гадали: кто же методично убирает соперниц?

Все участницы в считанные дни стали суперзвездами. Не обошла эта участь и меня. Моя страничка в Инстаграм, которую раньше я использовала только в рабочих целях, неожиданно взлетела на топовые позиции. Каждый день я получала сотни сообщений от девушек со всего мира. Они переживали, сочувствовали и спрашивали, как развиваются мои отношения с Романом. Его поступок, возмутивший телепродюсеров, зрителям как раз пришелся очень по душе.

Я открыла свою страничку и пробежала глазами по внушительному столбику значков с изображением запечатанных конвертов.

О! Эля. Ну-ка, что у нее интересненького? Ого! Эльвира приглашала меня в Милан. Известный модельер Бернарди представлял новую коллекцию. А на следующий день должен был состояться показ начинающих модельеров, которым благоволил гуру моды. Для него он отобрал сразу две Элиных модели! Это был грандиозный успех.

Что ж, в Италии я еще не была. Если получится застать до показа северное сияние, то рвану туда без раздумий. Путешествия по миру как раз входили в мои ближайшие планы. Ради этого я даже отложила открытие собственной фотостудии. Сначала – исколесить планету вдоль и поперек, а там можно будет и остепениться.

Следующее сообщение от еще одной неугомонной женщины. Валентина писала, что затеяла новое шоу на выбывание. Только на этот раз выбывать будут не невесты, а… А вот это как раз секрет! Подробности могут знать только члены команды. Съемки планировались где-то в джунглях вдали от цивилизации. Почему она все это мне рассказывает? А разве она не сказала? Срочно нужен фотограф. Не соглашусь ли я?

Что за вопрос! Провести пару месяцев среди первозданной природы, подвергаясь опасности быть съеденной диким зверем, отбиваясь от огромных кровососущих насекомых и рискуя нарваться на ядовитую змею? Да что может быть лучше! Конечно, я согласна!

Пообщавшись с друзьями, я нажала на кнопку пуск, и на экране появилась заставка любимой передачи.

Как же было странно здесь, в краю вечной мерзлоты, смотреть эту тропическую сказку. Даже не верилось, что все это когда-то случилось со мной. Одно за другим перед моими глазами появлялись знакомые лица.

И вот, наконец, финальная сцена. Толпа нарядных девчонок замерла в ожидании. Крупным планом показали мое вытянутое от напряжения лицо. Тут же дверь распахнулась и в зал вошел Роман. В этот момент я почувствовала волнение почти такое же сильное, как и тогда. Все-таки этот мужчина, даже находясь за сотни тысяч километров, действует на меня магнетически. Роман улыбался мне с экрана, и я с тоской вглядывалась в родные черты. Каждый раз, рассматривая его фотографии, я понимала, как мне его не хватает. Хотелось снова, как целую вечность назад, запустить руку в его черные волосы, взглянуть в сверкающие глаза и замереть, подставив губы для поцелуя…

Я закусила губу, чтобы не зареветь. Плакать вообще непродуктивно. И тем более глупо это делать, закрывшись в комнате в полном одиночестве. Лучше выпить чаю с нашей милой администраторшей, слушая ее рассказы о непростой северной жизни. Решено, так и скоротаю вечерок.

Я поднялась и устало потянулась. И тут же в комнату настойчиво постучали. Кажется, она меня опередила. Сама пришла.

– Входите! – отозвалась я.

Дверь отворилась, и на пороге появилась фигура, которую даже издалека было сложно принять за милую старушку. Кто-то огромный и заснеженный ввалился в комнату, оставляя на полу грязные следы.

– Мы поедем, мы помчимся на оленях утром ранним! – продекламировали из-под огромного капюшона, и я чуть не свалилась в обморок. Роман! – А бабуся-администратор заставила меня мерить дизайнерские варежки!

Я так и стояла, не в силах сказать ни слова.

– Да уж, гостеприимству ты, видимо, у белых медведей научилась, – с улыбкой сказал он, рассматривая мою застывшую в оцепенении фигуру.

Он раскинул руки для объятий, и тут я наконец пришла в себя. Издав радостный вопль, бросилась к нему и повисла на шее. Он подхватил меня на руки и тут же впился мне в губы поцелуем.

Снег, который он принес на себе, колол кожу, капли талой воды проникали под одежду. Но все это были такие мелочи! Главное, что он тут, рядом.

Его губы были вкусно холодными, щеки обжигали, на коротких ресницах таяли снежинки. Мой мужчина, мой! Мой! Ну почему его так долго не было?! Я целовала его и будто вино глотала, хмельное, крепкое, темное, как полярная ночь, свернувшаяся за окнами. Я получу его здесь, прямо здесь и сейчас, потому что так верно и правильно. И это единственное, что имеет значение в эту минуту в маленькой комнатке захудалой гостиницы на краю света, где за стенами бесконечность из черного неба, снега и звезд.

– Ты опять ревешь …– жарко выдохнул он и поцеловал сначала в один глаз, потом в другой. – У тебя губы соленые.

– А у тебя двойка по анатомии, дурачок! – хихикнула я. – Это были глаза. А губы вот они.

Счастье – невообразимое, огромное – бурлило по венам и кружило голову, шипучими пузырьками лопалось под кожей.

– Поставь меня…– шепнула я и лизнула его в уголок рта. М-м-м… Вкусно… – Тебя надо срочно раздеть! Чур, я!

– Заманчиво… – хрипло сказал он и разжал руки.

Я стащила с него дизайнерские варежки и бросила на пол. Следом полетела огромная куртка с едва не вырванной молнией и длинный шарф. Я задрала на нем свитер и поцеловала в живот, лизнула и снова поцеловала влажную кожу, слегка сжав ее зубами. Провела языком дорожку вверх, от напрягшегося живота к ямочке над ключицами и приникла к ней губами. Он не двигался, только смотрел на меня потемневшими глазами, а под моими ладонями гулко и тяжело бухало его сердце. Мой… Мой желанный мужчина. То ли подумала, то ли сказала… Знакомые волны возбуждения прокатывались по телу, сладко ныло внизу живота. Он сгреб меня в охапку и начал целовать. Так, как никогда раньше – жадно и исступленно… Так, что и дышать было почти нельзя, и нечем, и незачем. Внутри полыхал костер, и от этого жара мутилось в голове, подгибались колени и трясло как в лихорадке. Его губы и руки были везде – и все равно мало. Мало… Потолок метался над головой, я стонала и выгибалась в сладкой истоме, жалея, что не могу вся забраться под его ладони, сразу, всем телом. Одежда куда-то пропала, будто ее никогда и не было. На миг я удивилась, поняв, что лежу на спине в какой-то куче тряпок, а он нависает надо мной, упираясь локтями в пол. Мысль мелькнула и растворилась, да и какое это имеет значение, когда он со мной, во мне, вокруг меня, и осталось только нечто огромное, могучее, жаркое, полыхающее всеми цветами радуги, одно на двоих – только сейчас, только здесь и только с ним…

***

– Мы даже до кровати не дотянули… – довольно сказал неприлично хриплый голос. – Ай-ай-ай!

– Угу… – лениво согласилась я, уютно уткнувшись Роману в подмышку. – Какие бесстыдники!

Он повернул голову и поцеловал меня в макушку. А потом в нос. А потом в губы. А потом… До кровати мы и в этот раз не добрались. Но и здесь было неплохо, на полу, среди разбросанной кучи одежды.

– Как ты здесь оказался? – зевнула я. Сил не было даже на то, чтобы наконец подняться.

– Решил увидеть любимую, пока ее окончательно не засыпало снегом, – ответил он и тоже зевнул.

Да, я действительно здесь задержалась. Вообще-то по плану, который мы, кстати, составляли вместе, я уже должна была неделю жариться под щедрым островным солнышком.

– Если гора не идет к Магомету, то он должен сам явиться к ней. Вроде, так говорят, да? – он смотрел на меня улыбаясь.

– Это точно не моя вина, – забормотала я. – Понимаешь, я не могу уехать, так и не сфотографировав…

Я замерла на полуслове, вглядываясь в его лицо. Показалось? Нет, не может быть!

В ту же секунду бархатная темень за стеклом полыхнула невероятным лазурно-голубым цветом. Следом прокатилась фиолетово-розовая волна.

– Оно! – закричала я, подскочила и прилипла к окну.

Точно, все небо расцветало самыми невероятными красками. Огромные разноцветные лучи тянулись со всех сторон, сплетаясь в один клубок где-то посередине небосвода.

– Одевайся! – крикнула я и сама начала натягивать одежду дрожащими от возбуждения руками. Только бы успеть!

Когда мы выбежали на улицу, северное сияние набрало полную силу.

– Свет! – закричала я громко.

– Что? – не понял Роман.

А ему и не надо было понимать. Понимать надо было старушке-администратору. Это с ней у меня договоренность.

В следующую минуту гостиница погрузилась во тьму, потух даже фонарь у входа. Все правильно – так и надо снимать северное сияние. В кромешной темноте.

Я хорошо подготовилась! Штатив установлен заранее. Только смахнуть с него снег и установить камеру. Длинные выдержки. И невероятное, завораживающее космическое зрелище. Еще никогда я не видела ничего более величественного.

На улице мы с Романом были одни. Нас окружали огромные бескрайние сугробы, отражающие небесные огни. Над нами все полыхало, переливалось, сверкало. И казалось, что мы остались одни во всей вселенной. Два человека, любящие друг друга, и весь этот прекрасный безграничный мир.