Акт седьмой

Накупался Савелий быстро и потом улегся на берегу, закинул руки за голову и зажмурился, подставив лицо солнцу. Однако Светкин взгляд он чувствовал, ощущал, как прикосновение. Несколько раз, приоткрыв глаза, убеждался, что прав и девушка смотрит на него, пусть и продолжая рассказывать кисельному голему о ночном и дневном дозоре. Рассказывала Светка так увлеченно, словно это была правда, а не выдуманная ею или кем-то другим история. Хотя в ее странном мире всякое возможно. Самоходные железные машины Савелий видел, значит, и самолетные вполне могут быть. А уж ведьм, магов и оборотней везде хватает. Да и вампирами не удивить. Но голем слушал увлеченно, даже рот чуть приоткрыл, так ему нравилась странная сказка. Маленький, наверное, еще. В последний раз, когда Савелий летал над Киселенкой, ее охранял огромный старик, суровый и неподкупный. Тот бы всего лишь за историю два дня в своей реке купаться не позволил. Оборотню за одну фляжку пришлось несколько часов дно от пенки зачищать. И вдруг такая роскошь. Даже домик выдали. Савелий покосился на девчонку и улыбнулся, встретившись с ней взглядом. Интересно, она хоть понимает, насколько им ценный подарок сделали? Тех, кто живой воды испил, никакая зараза не возьмет. А уж если искупался, то старость надолго отпугнул. Раза в три дольше своего срока проживешь. Но самое полезное – кисельные берега, особенно для женщин. Говорят, мать одиннадцати дятлов… то есть лебедей заколдованных, специально сюда приходила. По-другому такое изобилие близнецов объяснить нельзя. Три тройни год за годом, потом двойняшки и спустя несколько лет – дочка, как раз когда действие волшебного киселя прекратилось. Савелий опять чуть приоткрыл глаза, чтобы из-под пушистых ресниц полюбоваться Светой. Красивое имя, светлое. «Светка» – как вспышка. «Света» – спокойное, уютное, даже согревает немного. Савелию больше всего именно этот вариант нравился. А вот в придуманном внучком Яльруны все тепло терялось. «Светрумэль» – это как белый снег, хрустально искрящийся на солнце. Слепит, но не греет. Интересно, если бы она подпустила его к себе вчера ночью, через девять месяцев у них бы сразу с десяток соловьят народилось? Савелий даже зачесался нервно, понимая, что свинтить со свистом от Светки не смог бы, но и предложить пока ей нечего. Какая семья, когда у него даже дома своего нет?! – Пойдем нормальной еды в округе поищем? – Легкое потряхивание за плечо вывело парня из полудремотного состояния. Он приподнялся, опершись на локти, и попытался сосредоточиться. Сон постепенно отступал, ощущение едва миновавшего кошмара ушло последним, после чего Савелий смог привычно улыбнуться. – Что, киселем уже наелась? – Мяса хочу, – честно призналась Светка. – Вегетарианец из меня так себе… Ну, это те, кто только плоды растений ест и грибы, – тут же пояснила она, потому что оба собеседника смотрели на нее с недоумением. – А мне жареной свининки хочется или курочки, сочной, с хрустящей корочкой, чтобы во рту таяла. – Так описала, что я и сам захотел, – хмыкнул Савелий. – Главное, соловьев не ешь. Светка хотя и рассмеялась над шуткой, но при этом нежно погладила парня по щеке, извиняясь. Все же он оборотень-птица, и не орел какой-нибудь. – Да ладно. – Савелий подмигнул, понимающе усмехнувшись. – Кому-то повезло стать дважды хищником, а я только в человеческом облике. Поэтому сырое мясо не ем, но жареное тоже уважаю. Вот только, чтобы его добыть, нужен лук, а чтобы разделать – нож. Светка лишь огорченно развела руками. Нож, хороший, с чехлом, предусмотрительно взятый из избушки, лежал у нее в сумочке, а вот лук остался у Эльрасула. Можно, конечно, набрать яиц в птичьих гнездах, но предложить подобное соловью девушка посчитала неэтичным. Зато можно было устроить «тихую охоту». – Давай грибов поищем? Потом пожарим… – Грибы тоже вкусно, – сразу же согласился Савелий. – К ним бы сметанки… – и скосил взгляд на молочную реку. Но Светка решила, что это будет уже верхом наглости, и, едва заметно помотав головой, протянула оборотню лежащие на кисельном камне штаны. Показательные купания голышом она решила игнорировать, не осуждать и не одобрять. В конце концов, в мокрой одежде не очень-то удобно, так что, может быть, Савелий просто о своем комфорте переживает, а не пытается соблазнять девушку своими достоинствами. И, судя по отсутствию даже намека на смущение, нахальный красавец совершенно не стесняется. Но сама раздеться и искупаться Светка пока не рискнула, хотя уже была близка к этому. Помыться-то хотелось… При этом требовать, чтобы бесстыдник отвернулся, девушке казалось детской блажью. Он-то вон как себя раскованно ведет! И чем Светка хуже? У нее тоже есть чем похвастаться. Главное – не соблазниться друг другом раньше времени, пока с местной системой предохранения не прояснится. Светка, зачем-то отвернувшись, пока Савелий надевал штаны, подмигнула притихшему Кисельвику. Малыш довольно заулыбался в ответ. Выглядело это немного странно, так как вместо рта у киселеныша в шаре, заменяющем голову, был грубый разрез. Во время разговора он открывался, превращаясь в дырку, из которой вылетали звуки. Губ, само собой, не было. И носа тоже. Зато имелись очень милые круглые глазки-камушки, без век и ресниц. Натуральный снеговик, только не белый, а розовато-фиолетовый. «Гады, морковки пожалели», – с укором подумала Светка о неизвестных ей родителях-создателях кисельного человечка. Подкравшийся сзади Савелий приобнял задумавшуюся девушку и поцеловал ее в плечо. Светка резко обернулась, и ее сразу же быстро поцеловали в губы. – Идем по грибы-ягоды? Собирать куда будем? Рубашку оборотень просто накинул, не став застегивать, чтобы не прятать рельефно выступающие мышцы пресса. Светка, правда, уже вдосталь налюбовалась действительно красивым телом парня. Больше всего ее радовало отсутствие густой растительности на груди, ногах и руках. Волосы должны обильно расти на голове, в небольшом количестве прикрывать достоинства… Хотя тут уже чем количество меньше, тем лучше. Просто Светка была за равноправие, и раз она сама не готова терпеть издевательства ниже линии бикини, значит, и от мужчин требовать подобных мук нечестно. Заросшие подмышки девушка готова была простить только дикому иномирному оборотню, наверняка даже не подозревающему, что можно брить хоть что-то, кроме лица. К тому же сейчас Савелий весь пах молоком, аппетитно и вместе с тем странно. Как младенец. Светка даже головой потрясла, чтобы мысли о детях вылетели прочь и больше не беспокоили. – Сразу на прутик нанизывать станем, – решила девушка проблему с грибами. – А ягоды в рот. – Хитро усмехнувшись, Светка уверенно направилась к тропинке, ведущей через поляну прямо в густой лес. – Далеко не пойдем. – Девушка вопросительно посмотрела на Савелия, и тот согласно кивнул. – Ты же летать не умеешь, бегаешь тоже плохо, наверное, – с показным сочувствием принялся перечислять оборотень и тут же получил легкий хлопок по заднице. – Бегаю я, конечно, медленнее, чем ты летаешь, но быстрее, чем ты – бегаешь. – Тоже мне, размечталась, – совсем по-мальчишески взвился Савелий. И только смешинки в глазах выдавали, что он не всерьез собирается играть в догонялки. Зато Светке действительно хотелось побегать. Последние дни она провела на корабле, и ей очень хотелось размяться, взбодриться, прогуляться по лесу и подурачиться. Савелий решил поддержать настрой девушки. Приобняв, поцеловал, а потом погладил ладонью ее по груди, проказливо усмехнулся и, отпрыгнув в сторону, помчался по тропинке. – Ах ты… Светка помчалась следом, подобрала на бегу с земли веточку и, иногда догоняя явно поддающегося парня, с размаху шлепала его то веткой, то ладонью. Неожиданно Савелий пропал из виду. Но почти сразу кто-то, сладко пахнувший молоком, оказался сзади… – Так нечестно! Ты оборачивался, – успела возмутиться девушка, пока ей не заткнули рот поцелуем. Запустив пальцы в еще влажные темно-русые кудри, Светка таяла, чувствуя, как внизу живота разгорается яркое пламя. Если бы не разумные мысли о предохранении, она бы уже давно решилась на большее, настолько сильно ей нравился оборотень. Все умные мысли о том, что кроме физиологического притяжения должно быть еще хоть что-то, типа общих увлечений или взглядов на жизнь, давно улетели. Только страх забеременеть от почти незнакомого парня, как невидимая цепь, удерживал, не давая сорваться в пропасть. – Слушай… я… в общем… заговор надо… у меня всего два осталось, – прерывисто дыша и облизывая губы, зашептал Савелий. – На защиту заговор… чтобы детей не было… только он может не справиться. – А по-простому? Презервативы? Кишки барашка? Что-то такое, понадежнее? – Светка уловила общий смысл и обрадовалась, что у них с оборотнем есть нечто общее. Страх стать родителями до того, как они сами достаточно повзрослеют. – Кишки барашка? Это какой-то ингредиент для ритуала? – напрягся Савелий. – И на сколько его хватает? – На один раз… наверное. – Светка замялась, неуверенно дернув плечами. Если задуматься, то как-то уж очень жестоко получалось по отношению к барашку. – Его просто надевают… – Барашка? – Савелий рассмеялся, потом закрыл глаза и несколько секунд постоял, успокаиваясь и восстанавливая дыхание. – Нет, барашков у нас для защиты не используют, а вот заговоры меня ни разу не подводили. Я обычно сразу штук двадцать… – Тут оборотень понял, что сболтнул лишнего, и быстро сменил тему: – Но вот после кисельных берегов надо средство помощнее. – Презерватив, спираль и таблетки, – нервно хихикнула Светка. – А надежнее всего просто целоваться. – Это да, но хочется ж… – И Савелий снова с жадностью накинулся на девушку с поцелуями. Вот только с каждым мгновением они становились все опаснее и опаснее, так как оборотень принялся целовать и шею, и грудь, пока что через ткань. Светкино желание сопротивляться быстро слабело под таким мощным напором. – Так, нет! Нет-нет-нет! – Девушка вырвалась буквально из последних сил. – Сначала надежная защита, как раз за неделю придумаем что-нибудь! А пока давай грибы собирать, мы же за ними пришли. Грибы, как назло, все попрятались, пока парочка молча, стараясь не соприкасаться никакими частями тела, пыталась найти хотя бы поганку. Зато ягод было видимо-невидимо, просто Светку от них уже мутило. Кисель-то тоже был ягодный. – Сейчас, будет тебе мясо, – заметив какого-то мелкого зверька в кустах, обнадежил девушку Савелий. Обернувшись соловьем, он взлетел повыше, а потом как коршун спикировал на притаившуюся зверушку, упав и схватив ее уже человеком. – Ты мой герой! – Светка даже застонала от предвкушения сочного жаркого. – Осталось только костер развести. Но для этого у меня зеркало есть… Пока Савелий разделывал зверушку, больше всего напомнившую Светке барсука из ее мира, сама девушка с помощью зеркала, солнца и сухих веток развела костер. Конечно, она извинилась перед волшебным артефактом за такое приземленное использование, на что египтянка лишь снисходительно кивнула. А вот просить у Кисельвика живую молочную воду, чтобы использовать как соус, Светка не решилась. Мясо и так получилось вкусным, мягким, в меру прожаренным. Савелий, пока его дожидался, больше всего напоминал истекающего слюной голодного хищника, а не мирную птичку-соловушку. Девушка запретила ему приставать с поцелуями, чтобы не отвлекаться. Бесцельно накручивать круги вокруг костра оборотню быстро надоело. Поэтому он сидел на бревнышке и пожирал жарящееся мясо глазами до тех пор, пока ему не вручили нанизанные на палочку обжигающие кусочки. – Ты и без волшебства отлично справляешься, – одобрительно промычал парень, тщательно пережевывая приготовленную Светкой добычу. – Не пропадем, если что… – Что «если что»? – Девушка скосила взгляд на облизывающего пальцы Савелия и довольно улыбнулась. Похоже, не ее одну уже мутило от киселя. – Ну, пока тут будем внучка Яльруниного дожидаться, ноги не протянем, – пояснил оборотень. Вот только Светке показалось, что изначально в первую фразу парень вкладывал совсем другой смысл. – Не протянем. – Подсев поближе к Савелию, девушка протянула ему очередную порцию шашлыка. – Ты нас прокормишь. – Я так вкусно готовить не умею, – вроде бы смутился оборотень, вот только на лице у него засияла довольная улыбка. – А целоваться уже можно? – Сначала жир о лопух вытри, – рассмеялась Светка. И пока Савелий тщательно облизывался, тихо урча, как сытый кот, сходила и сорвала несколько больших листьев. Ближе к вечеру девушка все же решилась искупаться. А всю одежду, и свою, и оборотня, она постирала в текущем возле леса ручейке с обычной водой и разложила на полу в их шалашике. – Утром на ветках развесим, – пояснила Светка, чуть смущаясь собственной наготы. Все же за ночь вещи успеют немного подсохнуть, и голышом красоваться придется не так уж долго. Савелий слегка оторопел, когда девушка разделась. Похоже, подобной раскованности он не ожидал, так что Светка даже злорадно похихикала про себя. А то ходит тут, соблазняет, то голым задом, то передом, то мышцами хвастается. Теперь вот пусть любуется и на пышную грудь, и на тонкую талию, и на округлые бедра. Как действует ее фигура на мужчин, Светка прекрасно знала. Тут главное – решиться этой фигурой пособлазнять. Правда, что потом с соблазненным делать – непонятно. Но Савелий все решил сам. Едва девушка вышла из реки, как ее быстренько на руках донесли до шалашика, уложили в кисельные перины, и оборотень с совсем несвойственной соловьям хрипотцой объявил, что он знает отличный способ… Его в одном заведении научили, для не сильно приличных девиц. Но когда выбора нет, такой способ прямо спасение, и он сейчас Светке все покажет. Девушка, внимательно наблюдая за разрумянившимся взволнованным учителем, предпочла не признаваться, что не только наслышана о данном способе, но и попрактиковаться уже успела. Просто сыграла прилежную ученицу, быстро уловившую суть, а потом с почти искренней наивностью предположила, что раз мужчин так удовлетворяют, то и с женщинами нечто подобное провернуть можно. Бедный Савелий смутился как мальчишка, но со Светкиными выводами согласился. И энергично принялся изучать сразу и теорию, и практику, даже не подозревая, какое бешеное количество очков он заработал в глазах девушки. Ведь даже в ее мире не каждый парень соглашался на подобный эксперимент. Но оборотню очень хотелось, чтобы хорошо было не только ему, вот он и старался. С душой… Из шалаша экспериментаторы выползли почти к полудню и сразу же ринулись в реку, спрятаться от насмешливого взгляда Кисельвика. Потом Светка отрабатывала проживание, рассказывая очередную историю, пока досыхала развешанная на ветках одежда. Затем парочка подкрепилась остатками вчерашнего пиршества, и Савелий поймал следующую зверушку… Все это время вокруг витало почти осязаемое предвкушающее ожидание вечера. И если в первый день Светка немного скучала по Эльрасулу, то на третий она даже прекратила спрашивать у зеркала, как у него дела. И когда через неделю в небе появился корабль, ощутила что-то похожее на разочарование. Удивительно, но девушка совсем не устала от их с Савелием жизни дикарями на природе. У них было все необходимое: еда, вода, крыша над головой. И главное, им было не скучно вместе. Возможно, через месяц они бы устали и от такой жизни, и друг от друга, только сейчас возвращаться в условную цивилизацию совсем не хотелось. Но пришлось. Ведь надо было лететь спасать Яльруну.