Акт четвертый. Операция «Спаси козла»
— Ой, вставала я ранёшенько, умывалась я белёшенько… Ой ли, да ли, калинка моя, в саду ягода-малинка моя!
— Р-р-рмряу-у!
— У-у-у-у!
Светка, позабыв спросонья про иные миры, первые несколько секунд сонно моргала и пыталась понять, что происходит, почему так шумно, где она умудрилась вырубиться и, главное, какая зараза ее сначала пнула, потом чуть не уронила?
А когда все вспомнила, подскочила и огляделась.
Домовой, решивший креативно разбудить девушку пением, стоял на столе, вооруженный обычного размера двузубчатой деревянной вилкой, нацеленной на готового к прыжку кота.
Судя по выкрикам, шуму и упавшей на пол лавке, спавший вместе со Светкой Баюн не оценил или пение, или раннюю побудку, или все сразу.
— Да что ж вы тут все психованные какие-то?!
Подскочив с печи и едва прикрывшись, девушка добежала до развешенной одежды, посрывала все одной рукой, так как второй придерживала на груди покрывало, резко развернулась и встретилась с заинтересованным взглядом Эльрасула. Правда, парень тут же старательно зажмурился.
— Ну хоть кто-то с утра пораньше не скандалит, — ухмыльнулась Светка.
Ей даже стыдно сильно не было за сверкнувший из-под покрывала голый зад. Два боевых петуха, домовой и кот, как следует ее разозлили. К тому же, как говорится, на старые дрожжи.
— Перед сном ругаетесь, проснуться не успели — опять ругаетесь! Как вас прежняя хозяйка терпела-то?! И что с ней, бедной, случилось? — Из приличия пытаясь прикрываться, но сильно не напрягаясь, Светка быстро одевалась, заодно решив уточнить действительно важную подробность.
Эльрасул упоминал, что его позвали вступить в наследство, но на безутешного внука при этом совсем не походил. Однако черствым гадом парень вроде бы не был, поэтому такое равнодушие могло означать лишь одно — Яга просто куда-то свалила по делам.
Едва девушка спрыгнула с печи и принялась всех распекать, оба забияки, и мелкий, и пушистый, притихли. Ну а после вопроса про бывшую хозяйку котяра пригорюнился, да и домовой тоже заметно сник.
— Как-то все быстро вышло. — Ахтун почесал бороду, косясь на Светку, запустившую руку в топик и поправляющую грудь, чтобы та лежала поудобнее. — Вечерком Яльруне филин весточку какую-то принес, а утром ее как ветром из дома сдуло. Ступу свою оседлала и умчалась. Хорошо хоть, предупредила, чтобы не искали и что скоро внук объявится, за избой и котом присматривать. А этот лоботряс, вместо того чтобы…
— Так! Лоботряс явился?! — прожгла домового суровым взглядом Светка.
— Дык конечно, тут же не таверна паршивенькая, собственный дом, олени, рыба, ягоды…
— Зимой?! — возмутился со скамьи Эльрасул. — Да меня в той таверне кормили, поили, там тепло было, кровать мягкая, а не это вот все…
— Да кому ты там нужен был? — снова полез воинствовать Ахтун. — Пока золото было — кормили, а как золотые бы кончились, так и выкинули бы. А тут…
— Что «тут»?! — Эльф, откинув одеяло, спрыгнул босыми ногами на пол и поежился, хотя, по мнению Светки, в избушке было довольно тепло.
— Ахтун хотел сказать, что тут тебе все рады, — ехидно ухмыльнулась девушка и с улыбкой принялась изучать закаменевшие от возмущения лица соизбожителей.
Оба мужчины, и большой, и маленький, даже покраснели от напряжения, хватая ртом воздух и пытаясь подобрать нужные слова.
— Ну что, мы за молоком, а ты в город? — уточнила Светка, дождавшись, когда к эльфу и Ахтуну вернется способность нормально дышать.
— Да, я в город, — буркнул Эльрасул и сурово зыркнул на домовенка. — Золото тратить…
— Дык не на меня же, — огрызнулся неугомонный человечек, но больше ничего говорить не стал. А кот вообще подошел к двери, толкнул ее лапой и выпрыгнул на поляну.
— Значит, смотри: молоко тут всем коза дает. Дереза. Только эту дрянь лохматую еще поймать надо, она обычно вдоль реки пасется. Тебе надо с ней договориться и ведро молока надоить. Месяца на три хватит, если экономно тратить, — принялся поучать Светку домовой сразу после завтрака. Только у девушки от каждой фразы глаза становились все больше и больше, а брови поднимались все выше и выше.
— Поймать? Договориться? Надоить?! И потом еще ведро с молоком неизвестно откуда на себе переть?! Я, по-твоему, кто, Геракл сушеный?!
— Ведро само побежит, — отмахнулся Ахтун. — Дорогу лучше нашего найдет, не маленькое. Козу вот поймать — задача. А договориться ты сможешь, я в тебя верю.
— Спасибо, конечно, — хмыкнула Светка в ответ на насмешливое ехидство домового. — А доить коз я, по-твоему, с детства обучена?
— Делов-то, — попытался увильнуть Ахтун.
Но девушка, скептически поджав губы, обвязала себя веревкой и решительно спрыгнула в запечную пустоту.
— Ты там только долго не торчи, а то козу без нас кто-нибудь подоит, — прокричал ей вслед домовой. — Утром она покладистая, а днем и лягнуть может.
Надолго застревать в странном пустом пространстве Светка и не собиралась, она даже создала себе вместо дивана простенькое кресло. Главное — это был ноутбук с выходом в сеть через странного провайдера Златнет.
Четкая инструкция «как доить коз» прямо сразу не нашлась, но девушка сумела минут за пять-семь хотя бы более-менее представить, что именно ее ожидает и как надо действовать.
— Значит, так, мне надо тряпку и крем или масло, — озадачила она Ахтуна сразу, как вылезла обратно в избушку. — Ведро, говоришь, само ходит? Значит, сейчас в него теплой воды нальем…
— Зачем тебе вода? Зачем тебе тряпка? Зачем масло? — бухтел домовой, пристроившись в небольшой наплечной сумке. — Яльруна просто приходила с рассветом, и коза сама мчалась ей навстречу, если ее кто-то ночью не подоил.
— Я — не Яльруна, — четко произнесла Светка. — Я живой козы-то ни разу не видела!
— Э-эм… — озадаченно промычал Ахтун, но зато замолчал.
Ему даже дорогу подсказывать было не надо, потому что впереди девушки бодро дефилировало ведро на таких же, как у избушки, ножках.
Светка уже вроде как разглядела в листве деревьев голубые блики, предвещающие появление реки, когда чуть левее от нее раздался испуганный вскрик, то ли детский, то ли девичий.
Ведро, вздрогнув, резко затормозило, чуть не расплескав воду. А девушка, даже не задумываясь, инстинктивно рванула на поиски кричавшего.
Издали же не понять, развлекается кто-то или действительно беда случилась, и масштабы беды по крику не определить. Некоторые личности при виде паука могут заорать так, как будто на них толпа бандитов напала! Поэтому и надо хотя бы добежать, осмотреться, все выяснить и помочь, если получится.
В своем мире Светка всегда так делала. Если могла — помогала, но всегда здраво оценивала свои силы. Когда их заведомо не хватало, девушка предпочитала не рисковать и вызывать полицию.
Правда, кто здесь вместо полиции? Маги? Тот самый голос с неба, к которому вчера взывал Эльрасул?
Тогда почему местный житель снова испуганно вскрикнул, но ни к каким блюстителям законов не взывает?!
Хорошо, что большая утоптанная дорожка, по которой Светка шла вслед за ведром к реке, как раз именно у реки разветвлялась на безумное количество тропинок и тропиночек. А те переплетались и расплетались между собой.
Поэтому можно было не ломиться напрямки, через кусты, а ловко вилять с тропы на тропу, приближаясь к цели.
— А ка-ак ж-жэ-э к-коз-за-а-а? — трясясь в сумке, попытался притормозить Светку домовой.
— На Новый год, — не останавливаясь, на бегу, привычно отшутилась девушка, позабыв, что в этом мире такая присказка, наверное, неизвестна. — До завтра потерпит! — утешила она Ахтуна. — Кто-то ж в беде.
На берегу реки Светка уткнулась в практически ожившую картину Васнецова: молодая эльфийка сидела на выступающем из песка камне, а вокруг нее скакал козленочек, иногда пытаясь боднуть хозяйку безрогой головкой.
Услышав треск веток, козлик принял горделивую позу готового к битве козла, а эльфийка сразу соскочила и попыталась встать так, чтобы прикрыть своего питомца от выбежавшей из леса незнакомки.
Если бы не заостренные уши, Светка бы ни за что не догадалась, что перед ней не человек. Темно-сиреневый сарафан едва прикрывал загорелые колени, в лежащие на груди золотистые косички были вплетены такого же темно-сиреневого цвета ленты. Типичная деревенская девчонка, к тому же босая.
— Извините, тут кто-то кричал, — несколько неуверенно произнесла Светка, оглядываясь вокруг. Вроде ничего и никого страшного поблизости не наблюдалось. А испуг в эльфийских глазах легко объясняется неожиданным появлением спасательницы.
— Никташун чуть не упал в воду. — Убедившись, что незнакомка вроде бы не опасна и вслед за ней не бежит толпа грабителей, эльфийка решилась ответить. Вот только, хотя объяснение и звучало вполне правдоподобно, вела себя девушка так, словно чего-то недоговаривала. Или же она нервничала по другому поводу.
В подтверждение Светкиных подозрений козленочек, устав изображать взрослого, попрыгал по песку, а потом весело застучал копытами по мелководью. То есть упасть-то в воду он мог, но опасности при этом никакой не было.
Эльфийка, проследив за Светкиным взглядом, нахмурилась и даже уже начала оправдываться:
— Он поскользнулся, я испугалась…
И вдруг уже не как равной, а свысока, снисходительно глядя на собеседницу, процедила:
— Спасибо, можешь идти куда шла.
Светка не сразу сообразила, почему после разглядывания ее рук эльфийка так резко поменяла отношение. Но потом вспомнила про браслеты и про накидку, которую ей оставил Эльрасул.
Когда они выходили на охоту за козой, на улице уже достаточно потеплело, так что плащ остался в избушке. А ведь под ним украшения были бы незаметны.
Вот только зачем помогать тем, кому это не нужно? Особенно когда своих дел полно.
Светка еще раз внимательно оглядела берег, развернулась и направилась на поиски козы.
Но не успела она скрыться за деревьями, как с берега послышался гогот, клекот, шум крыльев и жалобное меканье. А эльфийка, позабыв, как только что сама отказалась от помощи, призывно кричала вслед: «Помогите!»
Ахтун, помалкивавший во время переговоров, высунулся из сумки и тут же, охнув, запрятался обратно. Светка и сама на пару секунд задумалась, стоит ли вмешиваться, но потом, подняв с земли ветку потолще, ринулась в гущу сражения. Отбивать козленка от одиннадцати лебедей.
Правда, это была битва с заведомо предрешенным концом. Против одиннадцати крупных птиц, шипящих, клюющих и кусающихся, две вооруженные палками девушки оказались бессильны. Четверо лебедей подхватили козленка, пока остальные нападали и отвлекали его защитниц.
— Что теперь? — устало плюхнувшись на береговой песок, поинтересовалась Светка у эльфийки, когда лебеди превратились в точки, кружащие над бескрайним лесом.
— Спасать пойду, — упрямо нахмурилась девушка. — Они его наверняка сразу к ведьме понесли, вот к ней и пойду.
— А куда идти-то, знаешь?
Ахтун, высунувшись из сумки, очень больно ущипнул Светку под ребро. Наверное, чтобы та не любопытство удовлетворяла, а отправилась, наконец, козу искать.
— Туда, — уверенно махнула эльфийка вслед улетевшим лебедям. — Мачеха часто к ведьме за помощью ходит, значит, недалеко. К вечеру доберусь.
— А козленок-то твой ей зачем?
Несмотря на повторный щипок домового, Светка настойчиво выведывала подробности, потому что ее немного напрягала мешанина из сказок. Она же в своих матримониальных планах уже почти женила Эльрасула на Эльзе, а тут выясняется, что ее братья служат злой ведьме, похищая для нее козлят. Дурдом какой-то!
— Да никакой он не козленок! — подтвердила эльфийка Светкины подозрения. — Дурачок он непослушный! Взял и из следа от копытца Дерезы напился. — Тут все было строго по сказке, разве что первые две попытки с коровой и лошадью пропустили. — Я уже несколько дней здесь сижу, козу караулю, чтобы узнать, как расколдовать, — это уже какая-то отсебятина пошла, но Светка все равно сочувственно покивала. — И тут ведьмины наемники!..
Печально, конечно, но то, что козленок на самом деле эльфенок, никак не раскрывало тайну его нужности для ведьмы. Однако дальнейшие подробности пришлось выяснять уже на ходу. Обе девушки направились по берегу вслед за лебедями.
— Никташун в мать пошел, дар у него зелья смешивать, — вот на этой фразе на Светку снизошло понимание. Пацана похитили с далеко идущими планами, в качестве ученика и подмастерья. — Только мама лекарка была, а ведьма его злу научит!
— Ко-за, ко-за, ко-за! — тихо пощипывал сбившуюся с пути Светку Ахтун. Девушку это ужасно раздражало. Но из сумки домовой не вылезал, знакомиться с эльфийкой не рвался и щипаться старался незаметно.
— Будешь вредничать — в ведро посажу и домой отправлю, — шепотом предупредила Светка мелкого пакостника. Ведро, кстати, трусило рядом, как хорошо выдрессированная собачка, и ритмично потряхивало висящей на нем тряпкой. — Не мешай мне нужные знакомства налаживать!
— Если хочешь помочь, не отставай! А лучше иди по своим делам, сама справлюсь!
Девушки уже свернули в лес, и, как ни удивительно, босая эльфийка двигалась по лесным тропинкам гораздо быстрее, чем обутая в кроссовки спутница.
Когда же они выскочили на полянку, в центре которой красовалась печка, Светка вообще застыла, зато ее новая знакомая ринулась допрашивать отдельно стоящий отопительный прибор:
— Скажи, куда проклятые лебеди полетели?
— Съешь моего ржаного пирожка, скажу! — строго по документации ответила печка.
— Некогда мне… — И эльфийка помчалась дальше, а вот Светка решила поступить умнее, к тому же завтрак-то был уже почти час назад. Поэтому пирожок пришелся очень кстати. А еще он был с аппетитной начинкой — брынзой и зеленью.
— Вкусно, спасибо! Так куда нам дальше за лебедя́ми?
— Да недалече, деточка, — пропыхтела в ответ печка. — Подкинь-ка мне дровишек…
— Да брось ты эту каменную сплетницу. — Убедившись, что эльфийка уже убежала, Ахтун рискнул высунуться из сумки. — Все равно она тебе ничем не поможет.
— Ошибаешься, — обиженно буркнула печь, попыхивая трубой и разжигая новые дрова. — Возьми, деточка, уголечек, он впереди тебя покатится, будет дорогу показывать.
Поблагодарив печку, Светка устремилась за ведром, а то — за угольком. По пути они подобрали слегка заплутавшую эльфийку и часа через два оказались на другой поляне, в центре которой росла яблоня.
Вылив из ведра уже все равно остывшую воду, Светка забила его яблоками, одно взяла сама, одно всучила своей спутнице:
— Ешь, топограф ходячий. Смотри, чаща впереди непролазная. Без провожатого потеряешься так, что даже ведьма не найдет.
От широты души девушка даже Ахтуну в сумку яблоко опустила, а то домовой ведь тоже давненько не ел. Яблонька оценила Светкины старания и выдала им провожатого.
Следующие минут тридцать-сорок прошли в садомазоиграх с ветками, так и норовящими хлестануть пробирающихся к домику ведьмы незваных гостей то по ногам, то по попам, то по лицу. Хорошо, что ведро прекрасно видело катящееся впереди всех путеводное яблоко, заменившее стершийся об ухабы и кочки уголек. И само активно поблескивало, не давая потерять себя из виду.
Когда Светка добралась наконец-то до избушки, у нее от напряженной получасовой ходьбы с препятствиями тряслись и руки, и ноги. Но она успела быстро заткнуть эльфийке рот, когда та, заглянув в окошко, увидела вместо козленка играющего на скамейке мальчишку лет пяти-семи.
— Самое время восторги выражать, — зашипела она девчонке на ухо. — Хватай, и побежали. Ведьмы же там нет?
— Нет. — Эльфийка, приосанившись и задрав нос кверху для храбрости, направилась прямо в ведьминское логово, а Светка осталась стоять на стреме, прижавшись спиной к стене, чтобы никто сзади не подкрался.
Спустя от силы полминуты из домика выбежали брат с сестрой и сразу же помчались в лес. Светка уже хотела броситься за ними, но тут прямо ей под ноги спикировал… нет, не лебедь!