Глава 4. Бой красен мужеством, а товарищ — дружеством
Максимилиан Цирин:
Вся команда собралась в кабинете минут через десять. Быстро перезнакомив участников, я дал знак Альту, и приятель тут же открыл портал.
Деревенька прилепилась к дальним отрогам Голых Скал — место заброшенное и глухое, сюда даже сборщики налогов не так уж часто приезжают. Сомневаюсь, что кто-нибудь, кроме старых картографов, знает о существовании этого поселения.
Здесь была уже не зима: снег практически везде сошел, а из земли уже показалась первая зелень. На некоторых деревьях уже набухли почки. Настоящий рай, если бы не ощущение беды и запах дурмана, разлитый в весеннем воздухе. А на ближайшем холме — и сама причина дурмана, небольшие, внешне ничем не примечательные ростки.
— Сладкая Смерть, — сразу же определили мой секретарь. — Только я не чувствую связи с Вечным Лесом.
— Это как? — Удивленно спросил Альт. — Эта травка ведь не может расти вне ваших владений.
— Видимо, теперь уже может, — раздраженно пожал плечами высокомерный эльф.
Весело… Нет, все же пора наведаться в гости к Владыке Вечного Леса и поинтересоваться, что происходить… Похоже, все концы действительно ведут к эльфам…
Деревенька оказалась маленькой, зато шумной.
— Похоже, у них праздник, — пробормотала многозначительно Яга.
— Думаете, мы прибыли вовремя? — повернулся я к старушке.
— Как знать. Возможно, все уже закончилось.
Увы. Все только начиналось…
Через несколько минут мы были уже на околице. Как я и ожидал, Сладкая Смерть успела в очередной раз оправдать свое коварное название. Деревенские жители носились по домам, не замечая чужаков, горланили похабные песни, дрались, предпринимали попытки насилия.
— Если их не остановить сейчас, они друг друга прирежут, — нахмурилась Вивьена Орсинская.
— Магию в данный момент применять здесь нельзя: Смерть слишком сильна, может рикошетом ударить по нам. — Отозвался задумчиво изучавший открывшуюся перед нами картину Оилиуний Иенаринеус.
— Рукопашная? С психами? — фыркнул Джаддер урх[55] Кранал аран[56] Витерас. — Да пусть лучше сами себя поприбивают. Я еще жить хочу.
Да уж, ситуация была действительно патовая: магию применять ни в коем случае нельзя, лезть под руку к наркоманам, вооруженным косами, ножами, топорами и другим холодным оружием, было бы чистейшей воды самоубийство.
— Профессор Цирин, — решительно позвал сбоку знакомый девичий голосок. Магдалена. И почему я не удивляюсь. — Профессор, может, я попробую?
Стоявшие рядом маги саркастически ухмыльнулись, а я пожал плечами: терять все равно нечего, хуже точно не будет.
— Ты завещание написать успела? — поинтересовался полушутливо у бывшей ученицы.
Та только хмыкнула и сняла с пальца неприметное колечко.
Зная, что смесь магии цирхов и лернеев, приправленная обычной невезучестью Магдалены, может быть поистине бронебойной, я заранее накрыл всех, включая бывшую ученицу, усовершенствованным куполом, не пропускавшим ни один известный мне вид магии. По крайней мере, я на это надеялся…
Магиня вышла вперед и под недоуменными взглядами коллег стала читать стихи.
Закончить Магдалена не успела: с неба вдруг посыпался крупный град, вокруг нас завыл ветер, послышались раскаты грома, воздух прочертил извилистый алый всполох молнии.
— Я даже знать не хочу, откуда у таких простеньких на первый взгляд стишков взялся подобный эффект, — пробормотала потрясенно Вивьена Орсинская. — Меня больше интересует другое: выберемся ли мы живыми из этой передряги.
А тем временем к граду присоединился сильный ливень, буквально затоплявший ветхие крестьянские домишки. Из деревни снова послышались громкие крики, только на этот раз уже людские голоса просили о спасении и пощаде.
— Жуткое вы оружие, Магдалена, — покосился уважительно на мгновенно смутившуюся ученицу мой личный секретарь. — Прямо-таки массового поражения.
— Угу. Поразит любого, кто близко подойдет, — согласился Альт, уже посвященный в тайные способности магини.
— А холм-то с травкой заливает, — вмешалась в разговор Яга, и мы все обернулись к месту, еще несколько минут назад полностью покрытому ростками Смерти. Действительно, сейчас почти вся поверхность была под водой.
— Дождь уменьшит влияние дурмана и через некоторое время сведет его на нет, тогда мы сможем беспрепятственно войти в деревню, — нравоучительно заметил эльф.
— Да мы и сейчас можем это сделать, только через подземный ход, — ответил гном.
Я нахмурился:
— В прошлый раз никаких ходов не было. Теперь, значит, есть. Откуда и куда, Джаддер?
— С холма, где растет Смерть, и примерно до середины деревни.
А какие строения обычно находятся в центре деревни?
— Староста, — послышался тихий голосок Лорен. — Я чувствую его страх и желание жить.
— Почему ты уверена, что это именно староста? — недоуменно уточнил Альт.
— До меня доносятся обрывки его мыслей, — пояснила сконфуженная всеобщим вниманием девушка. — Он жалеет, что ввязался во все случившееся и своей властью втянул односельчан.
Дождь уже прекратился, ветер практически успокоился, и я снял свой купол.
— Джаддер, Вивьена, Оилиуний, вы со мной за старостой. Остальные — в деревню. Ищите тех, кто еще под дурманом, вводите их в стазис. Адекватных допросить и согнать в любой из домов.
Адекватным оказался один староста, высокий и мощный старик лет шестидесяти. Он метался по дому, судорожно укладывая в пакет вещи. Когда мы появились у него на пороге, он застыл и испуганно уставился на нас.
Взмах руки — и на виновника сумасшествия многих людей наложен стазис. Открыв портал, я отправил неподвижное тело с магически созданной запиской-пояснением, прикрепленной к одежде мужчины, прямиком в подвалы «особистов». Вот Френ повеселится-то…
Обыск дома ничего противозаконного не выявил. Подземный ход, по словам Джадда, был пуст. Поставив несколько магических ловушек, мы вышли на улицу.
***
Магдалена:
После обрушившегося на нее ненастья деревушка производила гнетущее впечатление: подтопленные дома, сады и огороды, грязь и глубокие лужи на улицах, бьющиеся в истерике люди, трупы животных и домашней птицы…
— Бр-р-р… — Пробормотала Лорен, придерживая руками подол шерстяной юбки и тщателно выбирая, куда поставить ногу, чтобы как можно меньше запачкаться. Мы с Ягой и Альтер ант Церский шли напролом, не особо заботясь о чистоте наших костюмов.
С самого начала, едва только мы подошли к первому дому, профессор ант Церский прошептал заклинание для отвода глаз, и сейчас на нас никто не обращал внимания, как, впрочем, и на тела людей, погруженные в стазис и оставленные в своих домах. Через какое-то время к нам присоединились Цирин и его команда, и работа пошла быстрее. Наконец мы закончили проверку, так и не обнаружив ничего опасного, и собрали всех «спящих» в одном доме. Ректор открыл портал и отправил жителей в одну из тюрем, принадлежавшую «особистам».
После этого мы направились к холму, и профессор ант Церский вместе с эльфом нараспев прочитали там какое-то древнее заклинание, объяснив остальным, что теперь Смерть не будет расти не только возле деревни, но и в нескольких километрах в округе.
Назад в кабинет мы вернулись хмурые и измотанные, причем не только физически, но и душевно.
***
Даниил:
Последнее время настроение у меня было просто отвратительным. И я даже знал причину: эта самая причина так и вставала перед глазами каждый раз, когда появлялось свободное время, лихо отплясывая дайну с незнакомым ирдийцем. Давний приятель, ну да, конечно.
Да, я ревновал! И сам себе в этом признавался. Ну что же поделаешь, если в нормальных условиях и красивом платье я увидел ее только после полугода нашего знакомства! И да, я прекрасно понимал, что влюбился, выбрав для своих чувств объект совершенно для этого неподходящий, ветреный, беспечный. Но от одной мысли о том, что ее держал в объятиях другой мужчина, у меня начинали ныть зубы и появлялось желание порвать нахала на мелкие части.
Доставалось от меня всем: мелкие грызуны прятались при одном моем появлении глубоко в норы; русалки, только-только проснувшиеся после зимнего сна и вздумавшие в очередной раз подшутить над одиноким лешим, после этого ковриками висели на кустах и деревьях и жалобно умоляли снять их оттуда; птицы старались петь подальше от моего жилища, а я не мог ее забыть! И это сводило меня с ума!
И к Арине Яговне я отправился, чтобы отвлечься, хоть на какое-то время вновь стать нормальным, адекватным созданием, но, конечно же, забыл о Лорен! Раньше при моем появлении она обычно краснела и со мной практически не разговаривала, смущаясь, видимо. Сегодня мне не повезло. Яги в домике не было, адептка сказала, что старушка отправилась пополнять запасы лечебных трав на местное болото, и я уже повернулся, чтобы уйти, когда услышал за спиной тихое, но решительное:
— Даня, я тебе совсем не нравлюсь?
О, Радужница! Дай мне силы!
Повернулся с приклеенной улыбкой, надеясь, что выгляжу хоть немного дружелюбно.
— Почему же, нравишься. Как младшая сестренка.
Щеки девушки вспыхнули, она тут же уставилась в пол и мрачно буркнула:
— Я не об этом.
И, помолчав пару секунд, с запинкой добавила:
— Как женщина, я… Я совсем не нравлюсь тебе, да?
Вереск, еще немного, и я взорвусь! Вот только ее претензий мне сейчас для полного счастья и не хватало!
Ответить не успел, так как Лорен добавила:
— Мне Лена сказала, что не будет против, если мы будем встречаться, как парень с девушкой.
Цензурных слов у меня теперь просто не осталось. Она что, обсуждала меня с ведьмой за моей спиной??? И та ей «позволила» встречаться со мной????
— А меня ты спросить не хочешь, — с трудом стараясь сдержать рвущуюся наружу ярость, сквозь зубы поинтересовался я.
На меня посмотрели с явным удивлением:
— Так вот и спрашиваю сейчас. Я понимаю, тебя смущает, что Лена будет против, так она мне сказала, что…
— ХВАТИТ!!!
Девушка испуганно вздрогнула, вся сжалась в комок. Я заставил себя глубоко вдохнуть и уже более спокойно продолжил:
— Я вам с ней не игрушка, чтобы меня из рук в руки передавать. Отвечая на твой вопрос: нет, как женщина ты мне не нравишься. Надеюсь, эту тему мы закрыли. Всего хорошего.
Дверью я все-таки хлопнул, не удержался.
***
Магдалена:
Из кабинета Цирина мы с Ягой и Лорен отправились в домик старушки. Выпив противоядие, приготовленное заранее, сели обедать (или ужинать? Я как-то совсем потерялась во времени…). Как обычно, еды было много, но я ограничилась несколькими пирожками с мясом и морсом. После трапезы Яга ушла в лес, заявив, что сейчас, когда лес только-только просыпается ото сна, можно найти и сорвать про запас необходимые ей травы. Что такое можно увидеть под еще не сошедшим снегом, я, правда, не знала.
Оставшись наедине с Лорен, я заметила, что адептка избегает смотреть мне в глаза. И, похоже, понимала, почему.
— Лена, можно тебя спросить?
Мнется, нервничает.
— Да, конечно.
— Скажи, а Даня, он тебе как мужчина нравится? Я… Я бы хотела с ним встречаться, если ты не против, кончено.
Да уж, и смех, и грех. В переводе на обычный язык: «Позволь мне встречаться с твоим другом». Вот почему мне кажется, что леший будет не в восторге? Стоп, так это же дает мне отличный шанс ему отомстить за мои попорченные нервы!
Мягко улыбаюсь:
— Ну конечно, Лорен, ты спокойно можешь с ним встречаться. Я не против.
Вот так. А главное — обошла стороной неудобный вопрос.
Голубые с переливами глаза полуцирха засверкали от радости:
— Правда? Спасибо тебе огромное!
Да не за что, милая. Жаль, меня не будет рядом, когда леший обо всем узнает.
Во дворце меня ждал Ники. Он широкими шагами мерил холл и нервно мял перчатки. Так… У этого-то что могло случиться?
— Лена? Наконец-то! Где мы можем поговорить без свидетелей?
Я пожала плечами:
— Пойдем в мои покои. Там и пообщаемся.
Друг кивнул и пошел вслед за мной.
— Понимаешь, Лена, — начал оборотень, едва мы зашли в комнату, — я беспокоюсь о Мире.
О хамелеоне? Интересненько.
— И что с ним?
— Мне кажется, он влюбился…
— В кого? — удивленно моргнула я.
— Не знаю, но все признаки на лицо. Он мало бывает со своими «братьями» и остальными ирдийцами, постоянно проводит время у меня в комнате, вздыхает, что-то бормочет себе под нос, практически не ест… В общем, не нравится мне это.
Да уж. Если Мир и влюбился, то или в меня, или в Лорен. Я предпочла бы второй вариант. Все равно полуцирха надо будет утешать после отказа лешего.
— Хорошо, приведи его вечером сюда, пообщаемся.
Оборотень кивнул и вышел.
«Лена, я тебя выпорю!!!»
У… Какие эротические фантазии кое у кого начались… То есть, с Лорен он уже поговорил?
«Даня, что случилось?»
«Не притворяйся! Я разговаривал с этой глупой девчонкой! Я вам что, вещь, чтобы вы меня делили??!!!»
О, я так и знала: задетое мужское самолюбие. Страшная вещь, между прочим.
«Прекрати ворчать. Не согласен — так бы и сказал. Спокойно сказал. А мне теперь придется утешать Лорен. По твоей вине, между прочим».
В ответ послышалась непереводимая игра слов, и леший отключился.
Ничего-ничего. Пострадать тоже полезно. Не одной же адептке мучаться. И я открыла портал в домик Яги.
Старушки все так же не было дома. Полуцирх мыла посуду с покрасневшим от слез лицом. Все-таки плакала. Вот кого надо выпороть, так это Даню. Довел девчонку до слез.
— Лорен, я к тебе с не очень хорошей новостью.
Девушка подняла голову от очередной тарелки и вопросительно взглянула на меня.
— Похоже, в числе твоих поклонников появился мой приятель.
Девушка удивленно нахмурилась:
— Тот самый, с которым ты приходила сюда?
— Именно. Наш общий друг был у меня недавно. Он говорит, что у парня все симптомы влюбленности. А видел он лишь тебя и меня.
Лорен покраснела:
— Я не хотела, правда…
О, нет…
— Ты что-то еще читала?
— Да, но сегодня, когда Даня ушел…
И снова слезы на глазах. Нет, это не дело.
— Читай. Если эффект был, он уже проявился. Повторно твое стихотворение ничем ни кому не навредит. А я хоть буду знать, к чему готовиться.
Адептка вздохнула и покорно начала:
Не так все плохо. По крайней мере, никаких кар небесных на головы своих обидчиков она не призывает.
— Понятно. Лорен, солнышко, пожалуйста, пока я не выясню у приятеля все подробности, не читай ничего.
Девушка снова заалела щеками и кивнула, Оставив ее сражаться с посудой, я вернулась порталом во дворец.
За всеми своими хлопотами я напрочь забыла о гостившей во дворце ирдийской делегации и поэтому сильно удивилась, когда в комнату просочилась тихая горничная и передала приказ Елисея присутствовать при очередном званом ужине. На это раз за столом должны были сидеть только царская чета, правитель Ирдии, его советники, Ники и я. Сомнительная честь для меня, но ослушаться своего работодателя я не видела смысла. Да и после ужина можно будет намного легче улизнуть ко мне в комнату вместе с парнями.
Я, теплолюбивое растение, вкладывала уйму своей магии зимой в волшебные камины, которые стояли в различных жилых комнатах. Мне достаточно было всего раз в неделю обойти дворец и прикоснуться к каждому из отопительных приборов, чтобы в помещении было тепло. Правда, подобная «прогулка» высасывала из меня невероятное количество энергии, и остаток дня я просто лежала пластом, но зато не нужно было ходить в тулупах.
Сегодня, собираясь на ужин, я надела нарядный шелковый сарафан, повесила на открытую шею монисто, уши украсила тяжелыми металлическими серьгами с рубинами и аквамарином, а на голову надела бриллиантовую диадему, выкованную умельцами-гномами из чистого золота. Смотрелось все вместе на мне довольно нелепо, но зато я поражала одним своим видом (при вторичном взгляде на мою особу можно было упасть со смеху). А именно этого я и добивалась: пусть гости поверят, что ведьма — всего лишь неопытная взбалмошная девчонка. Так будет намного проще работать. Нанеся яркий, просто вызывающий макияж, я решила, что готова, надела шляпу с широкими полями и перьями павлина сбоку и вышла из комнаты.
Вот в таком виде я и вплыла в обеденный зал. Ну что сказать, фурор я произвела. Хорошо хоть, что слуги еще не успели сервировать стол приготовленными блюдами. Столовые приборы при моем появлении массово попадали на пол, Елисей закашлялся, Василиса схватилась за салфетку и начала усиленно мять ее, Ники залпом осушил бокал с вином, стоявший возле его тарелки, советники переглянулись друг с другом и насмешливо уставились на меня. Один ирдийский правитель отреагировал совершенно не так как нужно, неправильно: подскочил со своего места и буквально бросился ко мне:
— О, свет очей моих, услада моих дней, прекрасная пери, прошу, почти своим царственным вниманием мою скромную персону! Присядь рядом со мной! Я буду счастлив лицезреть тебя в течение всего ужина!
Судя по выпученным глазам всех присутствующих, на такую непонятную реакцию не рассчитывала не только я. Да уж, влипла. Даже мне с моим невысоким ростом он едва достает до груди. Впрочем, обидеть высокого гостя я не имела права. Растянув кроваво-красные губы в широкой улыбке (столовые приборы попадали вторично), я медовым голоском пропела:
— Почту за честь, Ваше Величество.
— Для тебя просто — Аурий, — отмахнулся от своего титула, как от чего-то совершенно не существенного, мой собеседник и тут же выставил стул рядом со своим местом. — Присаживайся, прошу.
Делать нечего — села.
Ужин не удался: возбужденный правитель Ирдии невежливо обрывал любые разговоры и заставлял всех присутствующих восхищаться моей неземной красотой, в противном случае яростно сверкал глазами на любого, кто пытался отказаться. Со мной этот Аурий сюсюкал, словно с ребенком, и все пытался подкормить, видимо, искренне считал, что я тощая. Слуги обходили нас десятой дорогой, испуганно косясь на мое одеяние и неадекватное поведение «шаха». Пирожки, съеденные у Яги, еще давали о себе знать, и я вяло ковырялась в мясном рагу, желая поскорей сбежать куда подальше. Елисей недовольно хмурился, Василиса то и дело подносила к губам салфетку, чтобы никто из гостей не заметил ее улыбки, Ники, сидевший напротив меня, старательно смотрел по сторонам, все три брата пили вино, не отрываясь от бокалов. В общем, всё было просто чудесно. Наконец я не выдержала:
— Прошу меня простить, я хотела бы сейчас откланяться. Благодарю за ужин.
Обычный набор дежурных фраз. Я искренне надеялась, что высокий гость меня отпустит. Как бы не так.
— Я провожу тебя, о сиятельная!
Вскочил, побежал рядом. Ладно, пойдем ко мне в комнату. Там постараюсь от него поскорей избавиться.
— О, прекраснейшая из пери! — завел очередную волынку мой новый поклонник, едва мы вошли в комнату. — Я сочинил стихи, достойные твоей красоты. Прошу, послушай!
Я прямо-таки похолодела: надеюсь, это не стихотворное заклинание? Вот только влюбиться в сумасшедшего правителя мне не хватало для полного счастья…
«Даня, я, похоже, попала…»
«Лена! Что у тебя случилось еще случилось??!!»
— Сиятельнейшая, прошу, ответь мне, понравились ли тебе мои несовершенные вирши?
О, боги! Да заберите кто-нибудь его отсюда!
«Лена, что происходит???!»
«Сейчас, подожди минуту».
Стоит смотрит, как преданный щенок, только разве хвостиком не крутит.
— Стихи просто великолепные, но у меня разболелась голова. С вашего позволения, я бы хотела остаться одна.
— О, благословенная! Ну кончено! Я пришлю тебе своего врача!
Ушел. Наконец-то.
«Даня, я подозреваю, что меня только что попытались приворожить».
Что-то неразборчивое и, как подозреваю, крайне неприличное, а затем команда:
«Открывай портал».
Открыла. Леший влетел в комнату, одетый в спортивный костюм, лохматый, с синими мешками под глазами. Оглядел меня, ухмыльнулся:
— И кто ж на тебя, яркую как светлячок, позарился?
— Сам ты светлячок, только чересчур растрепанный, — обиделась я. — Мне, между прочим, сам правитель Ирдии сейчас в любви признавался, стихи читал!
Ответить Даня не успел: в дверь постучали.
— Лена, открывай, мы пришли.
У моего гостя сузились зрачки.
— Оборотень? Здесь? Судя по запаху, с тем самым знакомым?
Ревнует? О, Азина, за что?!
— Этот знакомый — возможный жених Лорен. Не мешай сейчас, пожалуйста.
Леший недовольно фыркнул, но вроде успокоился, а я повернулась к двери:
— Открыто!
Парни вошли, и хамелеон тут же ощерился:
— А этот что здесь делает?
Даня снова сузил зрачки, пришлось срочно вмешиваться:
— Мир, прекрати. Я не за этим вас с Ники звала. Скажи лучше: в кого влюбился, в меня или в Лорен?
Хам хмыкнул:
— Сразу в лоб, значит? В Лорен.
— Отлично. А тебя не смущает, что ты был приворожен?
Грудь колесом, и самодовольное:
— Меня нельзя приворожить!
Ну да, конечно, куда уж нам, слабым ведьмам, приворожить хамелеона. Впрочем, как знает.
— Как скажешь. Тогда с утра завтра жду тебя здесь: отправимся сватать Лорен. Спокойной ночи, парни.
Выпроводив друзей, повернулась к уже успокоившемуся лешему:
— Ты откуда такой взъерошенный?
Даня хмыкнул:
— Молодежь гонял. Совсем крестьянские дети обнаглели. Пришлось показать, кто в лесу хозяин. Так что у тебя произошло?
Рассказала. Хохотал приятель долго:
— Ну ты даешь, Лена. По-моему, только ты так умеешь: заявиться на званый ужин одетой, как пугало, но при этом суметь влюбить в себя высокого гостя.
Я пожала плечами:
— Так я же не рассчитывала, что он на меня западет, а вот поди ж ты. Теперь остается надеяться, что прочитанный им текст никаких заклятий в себе не содержит.
***
Максимилиан Цирин:
— То есть, как это — никаких зацепок, — недоуменно взглянул я на императора. — Арт, у вас в руках крестьяне из двух селений и староста, явно во что-то замешанный.
Мой собеседник отвел глаза:
— На старосте было какое-то странное и сильное заклинание, он рассыпался черным пеплом, едва открыл рот.
Отлично…
— А крестьяне?
— Они ничего не знают. Тех, что из первой деревни, невозможно привести в себя, слишком много дурмана в них. Остальные просто рыдают, сожалея о потерянном имуществе. На катапульте никаких следов. Это пустышка, Макс.
Просто потрясающе.
— И что говорит Френ?
— Цензурно — ничего.
— Ясно.
Да уж, дела у нас действительно хуже некуда. Придется все же наведаться в Вечный Лес…
«Профессор Цирин…»
И голосок заискивающий. Явно что-то натворила. Боги, ну вот за что мне это мучение?
«Да, 33 несчастья. Что опять?»
«Я Лорен просватала. За того хамелеона».
Теперь уже я цензурно не мог сказать ничего… Вдох… Еще один… Главное — успокоиться…
«Через полчаса все трое в моем кабинете!»