29

Макграт снял со стены светильник и первым отправился вниз. Я же потопталась немного на той самой плитке и неуверенно пошла следом.

Не знаю, кто и зачем построил подземелье под склепом, но этот человек любил ступеньки и винтовые лестницы, а вот к перилам относился с недоверием, потому как за десять минут спуска мне не попалось ничего, за что можно было бы ухватиться, если потеряешь равновесие.

- Иду и чувствую, как слабеют мои женские чары, - все же призналась я спине Макграта. - Для их активации неплохо бы выспаться. Сделать маску для лица и шеи, вымыть волосы, подстричь ногти… А мы все идем и идем, идем и идем…

- Зато ноги подкачаешь, - взмахнул он светильником. - Наденешь юбку покороче, Гаррисон и не заметит небольшие круги под глазами. Волосами, правда, придется заняться, как и одеждой. Здесь столько паутины и пыли!

Он тут же показательно подцепил “факелом” свисающие с потолка белесые нити вместе с затаившимся в них пауком и подпихнул мне. Да-да, поняла уже, что гигиеной пренебрегать не следует, хотя отдохнуть хотелось невероятно. В конце концов, в одной сказке принц влюбился в спящую красотку. Вдруг это наш с Гаррисоном случай? А темная праматерь свидетель, когда сплю, я наиболее мила и очаровательна.

К счастью лестница закончилась, и Макграт вышел в небольшой зал, весь заставленный светящимися кристаллами, а в центре возвышался алтарь с магическими узорами. От каждого из его углов шли цепи с кандалами, сейчас валяющиеся на полу.

- Вот здесь я и оставил Филча, - признался ректор. - Как тогда думал, надежно упокоенного. Но на всякий случай связал нас заклинаниями: если бы Филч пробудился, то и меня бы выбросило из сна архимагов.

- Не очень-то вы походили на спящего, - из чистого любопытства я подошла ближе и попробовала поднять одну из цепей.

Тяжеленная, магией напитана так, что пальцы обжигает, а звенья толще моего запястья. Такая и демона из леденящего разлома задержит, не то что одного Филча, тем более охранные чары наверняка блокировали здесь всю магию.

- Я попросил Назиру законсервировать мое тело и распустить слухи о смерти. Хотел оставить рубеж обороны от Филча, о котором не знают его последователи. Но кто-то сломал нашу связку, и если бы не твоя глупость, то я бы так и не пробудился.

Что-то во всем этом меня смущало, но уже не получалось сформулировать мысль, настолько хотелось спать.

- Второй ректор. Вы не могли создать темницу для Филча под его статуей, ведь уже были мертвы ко времени, когда ее установили.

- Нет, статую установил именно я, чтобы потомки запомнили Натаниэля Фарлоу, как хорошего человека и талантливого преподавателя, ведь именно он, по-большому счету, руководил академией в первые годы после ее основания.

Светильник как-то тревожно моргнул, Макграт снял с него паука, пересадил на стену и направился обратно к лестнице. Филчевы ступени! Лучше остаться ночевать здесь, чем прошагать их еще раз.

- Я никогда не был хорошим организатором и чурался бюрократии, - продолжил Макграт, - поэтому сразу после основания академии и того, как меня номинально назначили ректором, передал полномочия своему близкому другу, Нату. Вот у него был настоящий талант! А я остался обычным преподавателем, писал свои трактаты, вел занятия, сопровождал студентов на практику. И за всем этим не заметил, как мой друг все сильнее углубляется в эксперименты с энергиями других миров.

- Филч? Серьезно? Он был ректором академии?

Я даже споткнулась от таких новостей, но Макграт обернулся и поймал меня за руку.

- Был, и получалось у него точно лучше, чем у меня. Уже после нашей битвы я изменил хронику событий в основных документах, разделив время его службы на нас обоих, а в причины смерти вписал битву с драконами. Но у этих событий были свидетели, они могли оставить какие-то записи, несмотря на запреты совета архимагов и тогдашнего короля Эмеральда. До которых, как я и боялся, добрались последователи Филча, и смогли вернуть его к жизни.

По мне так звучало бредово. Даже если кто-то смог откопать все эти записи, то зачем пробуждать Филча? Ради нового прорыва скверны? Сомнительное мероприятие, как ни крути. Надо будет расспросить Гаррисона, нашего нового капитана заучек, только осторожно, чтобы ничего не заподозрил.

В комнату я зашла максимально тихо, применив для этого все навыки. Но нечаянно чихнула от едкого, хвойно-лукового запаха. Белла тут же заворочалась и выругалась вполголоса, Жанин резко села, сжимая в левой руке кинжал, а Ани сонно потерла глаза и протянула руку к чашке с водой.

- Ну как все прошло? - поинтересовалась подруга.

- Давай, не томи, эти двое мне и так не давали нормально спать, перемыли все кости Гаррисону, - Жанин зевнула и легла на кровать. Кинжал же вернула под подушку, звякнув еще чем-то.

- Уильям был дерзок, но нежен. Его сильные руки скользили по моему телу, пробуждая огонь и чувственность в самых потаенных уголках, а губы словно бы отделились и обрели разум, чтобы раз за разом покорять все новые и новые вершины наслаждения.

- Второй том, - Ани тяжело вздохнула и натянуло одеяло до самого подбородка.

- Да не было у них ничего, наверняка к зачету готовились. Где Уилльям, а где наша Харпер? Без обид, но тебе бы поискать парня попроще.

Я не стала спорить с Беллой, рухнула на постель и подтянула к себе такого мягкого и приятного хрюню.

А ведь у Гаррисона в самом деле сильные руки, и внешность точно как у героя любовного романа. Характер, правда, не канонический, но кому какое дело до характера, когда есть сильные руки, ослепительная улыбка и трагедия в прошлом? Интересно, что же его заставило пойти на такие жертвы ради магии?‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​